Study Well.

Проснулся я в семь утра, в своей кровати, в пижаме. Вроде голова не болит, не тошнит. Наверное, выспался. Учебники со стола летят в рюкзак, а вместе с ним лечу я, в школу. Идиотские уроки продолжаются. После каждого занятия подхожу и спрашиваю, что мне надо сделать. Каждый учитель либо дал задание, либо назначил дату, когда надо приходить и пересдавать тот или иной предмет. Почти все.. Историчка сказала, что "нельзя так: весь семестр в потолок плевать, а под конец за оценки браться". Никто от неё ничего другого не ждал. Вернее, ждал, но несколько недель назад.. несколько недель назад я бы смело приписал эти слова химику или.. ещё кому-нибудь, но точно не учительнице по истории. Кто же знал, что она такая сука? Уроки подходят к концу, и приходится идти к химику. На этот раз в кабинете кто-то есть. Я аккуратно постучался в открытую дверь. - Здравствуйте.. - Мистер Уэй поднял на меня голову. - Входи, садись на первую парту, - он опять уставился в свои бумаги, даже как-то обидно, что ли, стало. - Вот, - он встал и положил мне на стол два пустых листа в клетку и один белый с напечатанным текстом, - это контрольная. Решай на черновике, потом перепишешь на чистовик. - учитель опять сел за стол. Я молча взял текст контрольной и стал вдумываться. Вроде, всё предельно ясно. Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я решил первую контрольную, но затем мне дали вторую. Вот тут стало скучно. Я решил первые три задачи, а четвёртую ("повышенной сложности") пока не трогал. Вместо этого я перевернул черновик и принялся рисовать. Взъерошенная историчка с красными глазами, пеной изо рта, рогами и надписями вроде "Когда Колумб открыл Америку?!" и "В каком году у меня начался климакс?!". Это всё появилось на обратной стороне моего черновика, когда меня осенило, как решать четвёртую задачу. Я уже дописывал ответ, когда прозвенел звонок и Мистер Уэй сказал: - Всё успел? - Да, почти, сейчас ответ допишу.. - Давай быстрее и сдавай, - вот тут меня как током ударило. Я забыл переписать на чистовик. - А я.. На чистовик забыл переписать. - Ничего страшного, проверю черновик.. - Да я там так непонятно написал.. я лучше перепишу.. - Не морочь мне голову. Давай быстро проверю и поставлю оценку, - он протянул мне свою белую руку и я отдал ему черновик. ФАК. Несколько минут я стоял около двери и ждал, пока он проверит мою работу, мысленно представляя, какой ужас меня ждёт. Открылась дверь и вышел Мистер Уэй, вставил ключ в замочную скважину. - Написал на пять, молодец. Поставлю четыре, так как переписывал с двойки, - он провернул ключ несколько раз и вытащил. В руке у него было чёрная куртка, значит, он тоже уходит из школы. Пока мы шли до выхода, он только сказал, что я молодец, что стал заниматься и бла-бла-бла, затем ушёл сдавать ключи от школы. - До завтра. - До свидания, - я поднял руку вверх, но помахать не решился. - Кстати, очень похоже, - он улыбнулся. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы врубиться, о чём он говорит. Он всё-таки видел обратную сторону черновика. Вместо того чтобы убить себя первым попавшимся предметом, я стал улыбаться, как придурок. И улыбался до самого дома. О боже, лучше мне не вспоминать, что я там рисовал и не представлять, как Мистер Уэй это увидел, иначе у меня будет приступ. Он улыбался. Только сейчас я заметил, что очень редко это наблюдал, может вообще впервые.. когда он на самом деле улыбался. Ну и ладно с ним. Будто меня это волновало. Но улыбка у него красивая. Даже.. мне уже уроки делать нужно, что вообще за бред в моей голове? Уроки уроки уроки уроки.. скучные такие.. надоело. Хочется чего-то нового. Опять. Но такие мысли сразу надо прогонять - к хорошему они не приведут.. Мама пришла и, как обычно, села курить на кухню, читая газеты. Мне не очень приятно наблюдать это каждый день, поэтому останусь на втором этаже и даже не спущусь. Буду делать уроки. После того, как все уроки были сделаны, я стал думать.. У всех есть альбом с фотографиями, а у нас нет. И никогда никто никого не фотографировал.. или фотографировал? Я спустился на первый этаж. Мама сидела за столом, подперев рукой голову и читала газету, во второй руке у неё была сигарета. Я аккуратно подошёл сзади. - Мам? - она не любила, почему-то, когда я её так называл. Она не говорила мне это, но было заметно. По-другому я её не мог называть. - Мам, я тут подумал.. - я присел рядом. - А у нас есть какие-нибудь там.. фотографии? - она посмотрела на меня; подумала. - Мам? - не люблю, когда взрослые уходят от ответа просто не отвечая. - Есть нес.. они.. ничего на них интересного нет и они.. в общем нет.. - Ну мне надо.. - Нет, - она выпустила дым. - Мы ничего не фотографировали, некогда было. Да и нечего.. - она опять выпустила дым. А у меня змея в лёгких завелась. Некогда, да и нечего.. и я, значит, ничто.. слёзы выступили на глазах, всё поплыло. - Значит, я ничто?.. - Не говори так.. - конечно, зачем говорить, когда это и так очевидно? - Но это так?! - я не знаю, утверждал ли я или спрашивал, но я вскочил с места, потому что хотелось свалить куда-нибудь. - Нет, Фрэнки, сядь на место.. - я покачал головой. Я не хочу там сидеть, я не хочу тут стоять, я вообще дышать не хочу. Ничего не хочу! - Фрэнк, вернись! Ай, ну тебя.. - это я уже услышал из свой комнаты. И плевать, что я уснул в заплаканной подушке, как девчонка. Плевать. Никто, ничего, незачем.. Проснулся я от чего-то тёплого на голове. Резко повернулся и увидел рядом сидящую маму, гладящую меня по голове. Обратно в подушку лицом. - Ты знаешь.. - она начала что-то там говорить. - Когда ты родился, - слышно, что она подбирает слова, но старается звучать мягче, - твой отец, он ещё был.. со мной, - она пыталась звучать мягче, но не могла мягко говорить о нём, поэтому нотки злости пробирались через ее голос. - Он пришёл, чтобы сказать, что всё ещё не потеряно и если я откажусь от ребёнка, то он останется. Я его уже ненавидела, честно признаюсь, но в душе я любила его.. - Ты его до сих пор любишь? - я вытер глаза и поднялся с подушки. - Нет, - она даже не подумала. - Он умер для меня тогда. Я подумывала тебя оставить, но не могла. Когда ты меня держал за руку, своей маленькой ручкой, - oна взяла мою руку и расправила ладонь, - ты ещё ничего не видел толком и цеплялся за всё, что попало. И орал, как резанный, - она улыбнулась. - Я понимала, что оставь я тебя, у меня больше не будет никаких других мужчин в жизни, а мне и не надо, - она крепко сжала мою руку, - они все были не такие.. а ты был мой. И я тебя никому не собиралась отдавать.. мой единственный мужчина в жизни, - она улыбнулась и обняла меня. - Ну хватит, мааам. Я не мужчина, - я тоже разулыбался. Стало намного легче. Светлее. - А кто ты тогда? Маленький мужчина. - Какой маленький, я уже школу заканчиваю, мааам! - Ну хорошо, а кто ты тогда? - Никтооо, - я накинул на себя одеяло, потому что я, наверное, уже был цвета помидора. Мне хотелось спрятаться. - Мой мальчик.. и никакой не "никто". - я вылез из под одеяла и обнял её. Наверное чуть не задушил бедную. Мне этого не хватало.