Высекая искры (ПсиКоп#2.2)

Крэш вытащил руку из брюк Эндрю, колени у которого словно превратились в желе. Он тяжело и громко дышал, пытаясь сфокусировать взгляд на желтых кухонных обоях. Крэш уперся обеими руками в стол по бокам от Эндрю и прижался к его спине. - Посмотрим-ка… - сказал Крэш прямо ему на ухо. Эндрю почувствовал его влажное, жаркое дыхание. – Поцелуи. Да. Дрочка. О, да. Готов спорить, каждый раз, когда деваха облизывала тебя, ты представлял, что тебе отсасывает парень. И как потом ты опускаешься перед ним на колени и твой широко открытый рот заполняет огромный, соленый, со вздувшимися венами член. И снова всхлип. Эндрю вдруг на мгновение захотелось, чтобы он мог умереть по команде. Это было совсем не то гадание, ради которого он сюда приехал. - Сегодня у тебя счастливая ночь, красавчик. Ты изголодался по члену? У меня как раз есть для тебя кое-что. Крэш отступил на шаг и, ухватив Эндрю за плечо, резко развернул лицом к себе. - Я мог бы уложить тебя в постель… - прищурился он. – Но ты хочешь на полу. Непристойнее некуда, - он пожал плечами и улыбнулся. – Непристойности - это по моей части. Крэш с силой надавил ему на плечи, и ноги у Эндрю подкосились. Старый, пошарканный линолеум, пыль у плинтусов и паутина в углах. Неужели правда? И ему хочется этой грязи? Он был так возбужден, что чувствовал биение пульса в яйцах, но это просто из-за наглых агрессивных рук Крэша. Разве нет? Крэш встал у него перед лицом и широко расставил ноги. Эндрю уставился на его берцы и почувствовал, как снова дернулся член. - Займись делом, - приказал Крэш. Голос у него стал низким и менее игривым, чем был до сих пор. В паху у Эндрю все заныло. Господи боже, вот насколько ему это понравилось. Ноющий член застрял в гульфике боксеров, и он поерзал, оттягивая нижнее белье и штаны, чтобы облегчить свое состояние. Крэш сгреб в горсть его волосы. От слез у Эндрю защипало глаза. - Не трогай себя. Только меня. И не заставляй повторять дважды, - Крэш ткнул Эндрю лицом себе в промежность. На секунду Эндрю забыл, как дышать, а когда вспомнил, втянул в себя воздух большим судорожным глотком. Словно в прострации Эндрю потянулся к пуговицам на джинсах Крэша. Это были его руки и одновременно какие-то чужие. Отдельно от тела. Как кадр из онлайн-порно. Но с самим Эндрю в главной роли. Если не брать во внимание, что у порноактеров не трясутся руки, когда они прикасаются друг к другу. Крэш не спешил помогать. Он просто стоял и ждал, запустив руку в волосы Эндрю и поглаживая кожу головы большим пальцем. И не произнес ни слова с момента, когда Эндрю нащупал его ширинку. Джинсы были старыми, мягкими и легко соскользнули. Белья под ними не оказалось. Волосы на лобке были коротко подстрижены. Эндрю моргнул. Ему еще ни разу не приходилось видеть мужской лобок в паре дюймов от своего лица. И пенис другого мужчины тоже. Член Крэша был необыкновенно твердый, толстый и налитый кровью. Так и тянуло раз-другой провести по нему рукой. Но Крэш ткнулся им Эндрю в лицо. Ствол, шлепнувший его по щеке, был горячим и пах мускусом. - Ну давай, - сказал Крэш. – Сделай это. Или ты рассчитывал сначала пососать мои яйца? Эндрю показалось, что он утратил способность выражаться полноценными предложениями - и просто словами тоже. Крэш сжал в руке его волосы и придвинул ближе к своему паху. Эндрю едва мог дышать. Еще больше жара, больше мускуса и ощущение бритой, сморщенной кожи у рта. - Ну же, сделай хоть что-нибудь, - сказал Крэш, прижавшись яйцами к губам Эндрю. – А то непонятно, то ли ты обалдел от счастья, то ли готов удрать. У Эндрю закружилась голова. Он вообще не понимал, что именно чувствует. Крэш перестал толкаться Эндрю в губы, просто стоял, придерживая пальцами затылок Эндрю. - Ладно, - сказал он наконец, когда по ощущениям прошло несколько часов, а может, всего лишь минута. – Возьми в руку свой конец и передерни пару раз. Но не вздумай кончить. Эндрю расстегнул ширинку и прикоснулся к себе. Его собственная эрекция была настолько мощной, будто яйца у него были обмотаны электрическим проводом. - Вот так… Умница… Зачем ты так сильно зажмурился? У тебя сексуальные глаза. Уверен, мне доставит удовольствие видеть их, когда я погружу свой член в твой прелестный ротик. От мысли, что его называет прелестным мужчина – высокий, покрытый татуировками, пахнущий табачным дымом мужик – у Эндрю голова пошла кругом. Девушки называли Эндрю «милым». Не красивым, а просто милым. Но… прелестным? И сексуальным? Сегодня он узнал много нового о самом себе. - Может, тебе и самому понравится на это смотреть. Эндрю почувствовал, что Крэш отстранился, но хватка в волосах не ослабла, словно Эндрю мог в любой момент вскочить и убежать. Эндрю слегка приоткрыл один глаз. Крэш тянулся к стене, где на полке, прибитой обычными строительными гвоздями, была свалена куча различных предметов: шпатель, дисковый телефон, пробковая доска, покрытая записками. Из самого центра этой коллекции Крэш выудил маленькое зеркальце. - Не думал, что когда-нибудь пригодится это фэншуйное барахло, - он дохнул на стеклышко и потер его о плечо, так и не выпустив из пальцев волосы Эндрю. – Ладно, сладкий, взгляни сюда. Сначала, все что увидел Эндрю – отражение холодильника позади себя, залепленного меню с едой на заказ. Затем Крэш повернул зеркальце, и Эндрю увидел губы и член. Свои губы. И снова, как порнофильм, только намного реальнее, чем он мог себе представить. - Теперь видишь? Хорошо, тогда… Шоу начинается. Лижи его, Эндрю. Возьми головку и хорошенько смочи. Сказано это было спокойно и уверенно, даже как-то прозаично. Эндрю подумал, возможно ли, что Крэш понимает, что творит с ним. Должно быть его выдают какие-то внешние признаки - выражение лица, нервный тик. Крэш читал его, как это умеют делать всякие предсказатели судьбы. Как еще он мог узнать о тех вещах, которые Эндрю воображал себе, лаская себя в душе и мечтая, чтобы это делал кто-то другой. Мужчина. Эндрю открыл рот, и рот в зеркале открылся тоже. Он увидел язык, розовый и мокрый. А потом… член. Крэш держал его на уровне губ, нежно поглаживая. Эндрю прикоснулся к нему языком. Соленый. Он не ожидал, что будет какой-то вкус, на самом деле он никогда об этом не задумывался. Дыхание участилось, и у Эндрю мелькнула мысль, что так он вполне может заработать гипервентиляцию легких. - Тш-ш-ш, успокойся… Крэш отпустил его и погладил по голове. Эндрю мог бы сказать, что с любовью. Если бы они не повстречались всего двадцать минут назад. Член Крэша приподнялся и без помощи рук направился прямиком в рот Эндрю. - А теперь пососи головку. Не волнуйся, я не собираюсь пихать его целиком, пока ты не будешь готов. У меня есть все время мира, чтобы любоваться на то, как ты облизываешь мой член. М-м, да-а… - выдохнул Крэш, впиваясь пальцами в кожу головы Эндрю. Соль. Кожа. Густые запахи. Промежность… Мужская промежность. Пульс колотился в напряженном паху, и Эндрю подрочил себе, глубоко вдыхая через нос и теряясь в аромате. Он слегка поднял голову, чтобы видеть отражение в зеркале – свои губы, натянутые вокруг блестящего, мокрого, твердого пениса. - Не кончать, - напомнил ему Крэш, и он убрал руку. Крэш качнул бедрами и начал мягко входить и выходить изо рта Эндрю. Эндрю уставился в зеркальце, и его собственный член запульсировал в одном ритме с минетом. - Знаешь, такой прелестный мальчик, как ты, черт возьми, всегда будет иметь возможность выбрать кого угодно, чтобы уехать с ним домой. Если ты решишь, что гей. Или если просто захочешь поэкспериментировать. На Халстед-стрит есть бары, и здесь недалеко еще парочка. Не знаю насчет Арлингтон-Хайтс, но думаю, ты вряд ли захочешь, чтобы мама, папа или сторож Боб увидели тебя входящего или выходящего из гей-бара. Крэш толкнулся глубже. Рот Эндрю целиком заполнился им… А затем он вышел. Внутрь, наружу. Картинка в зеркале сместилась. Он мельком увидел свои ресницы, волосы и опять холодильник. - Трудно, конечно, сказать наверняка, но вдруг Мередит будет не против тройничка. Эндрю поперхнулся. - Да ладно тебе, будь я телкой, то хотел бы оказаться в бутерброде из мальчиков и с твердыми членами в обеих дырках. А ты нет? Стоит подкинуть ей эту идейку. Ныкаться по углам – это весело, пока тебя не застукают и все не полетит к чертям. С каждым толчком Крэш погружался чуть глубже, и теперь губы Эндрю задевали волосы на лобке. Он наблюдал в зеркале, как красный, обвитый венами ствол исчезает у него во рту, чувствовал, как он упирается в заднюю стенку горла и проходит глубже. - Боже, у тебя это получается так естественно. Соси сильнее, детка. О, да. Ну и как, нравится, когда твой рот заткнут хером? Член Эндрю дернулся. Крэш положил зеркало на прилавок и взялся за голову Эндрю обеими руками. Вплел пальцы в волосы и ускорил движения. Эндрю схватился за бедра Крэша, упираясь. Бедра были с твердыми мускулами и покрыты грубыми волосками. И совсем не напоминали женские. - Куда мне кончить сначала? – с придыханием спросил Крэш. – Тебе на лицо? На волосы? Или в твой девственный рот? Член Эндрю часто и сильно запульсировал, но Крэш погружался в его горло так настойчиво, что он не рискнул отцепиться от его ног, чтобы освободить руку для себя. Крэш до боли сжал пальцы в волосах Эндрю, и он почувствовал на языке острый привкус. Еще три глубоких толчка, и Крэш отстранился. Его член был так глубоко, что казалось, он вытягивает, вытягивает и вытягивает его наружу, и наконец он убрал одну руку с головы Эндрю, чтобы подрочить ему на лицо. - Смотри, - приказал он, держа Эндрю за волосы в том же положении, пока головка исчезала и появлялась из смоченного слюной кулака в дюйме от глаз Эндрю. Дыхание Крэша замерло. Сжатый кулак замер с головкой чуть выглядывающей из-под пальцев. И вдруг, поток тепла. Семя плеснуло Эндрю на лоб и щеки. Оно стекало вниз, к его губам, которые опухли и стали очень чувствительными. И запах – горечь и сладость. Как его собственный, но другой. Он не задумывался о том, что у другого мужчины может быть другой запах. Он никогда не думал очень о многих вещах. Крэш осторожно вдохнул и погладил Эндрю по щеке своим скользким от спермы членом. - Ты просто охуенно прекрасен. Эндрю застонал и закрыл глаза. Он ощутил горячее губчатое прикосновение, когда Крэш размазал головкой члена семя по нижней губе. И понял, что дрожит. Крэш отпустил голову Эндрю и встал на колени на пол рядом с ним. Обнял обеими руками за шею, прижавшись своим лбом ко лбу Эндрю. - У тебя все еще стоит? Эндрю сфокусировал взгляд на своем пенисе. Тот был твердым. - Да, - шепотом ответил он. - А если бы я был с тобой нежным, ты б, наверное, вообще умом тронулся? - Как ты?... - Просто мне так показалось, - он прижался к Эндрю в медленном, осторожном поцелуе. Сперма на губах Эндрю стала вязкой, их губы склеились и разъединились, когда Крэш отодвинулся. - Вставай, мы идем в кровать. Этот пол надо бы подмести, и меня тошнит от одного взгляда на него. Он поднялся на ноги, подцепил одной рукой свои джинсы, а другой ухватил стакан с коктейлем из текилы и эля. - Хочешь еще попрактиковаться? Можешь снова отсосать мне, пока я курю. Мне это нравится. Крэш ушел в дальнюю дверь. Эндрю взял с прилавка зеркало и взглянул на себя. Покрасневшие и опухшие губы были похожи на женские, на лице блестела сперма. И Крэш сказал, что он красивый. Нет, секунду… «просто охуенно прекрасен». Именно так было сказано.