Дневник психически-больной

Сегодня полнолуние по лунному календарю. Уже как две недели я не падала в обморок и не теряла сознание. Уже как две недели я живу у своих очень давних и хороших друзей – Ники и Вити. Уже больше двух недель я не принимала лекарства, назначенные психиатром, якобы для улучшения моего психологического здоровья. Это несколько маленьких достижений в моей новой жизни и они меня очень сильно радуют. Я выхожу из своей комнаты. В доме царит идеальная тишина, оно и понятно, ещё нету и семи утра. И чего я вдруг проснулась в такую рань? Тихонько, не издавая лишних звуков, я добралась до кухни. Открыв холодильник и вытащив из него купленный для меня питьевой йогурт, я вернулась в свою комнату. За две недели я успела уже нанести тут небольшой творческий беспорядок. Кровать, стоявшая в углу комнаты, прямо под окном, была накрыта большим количеством все различных одеял, пледов, подушек и фантиков. Шкаф, стоящий справа от кровати был открыт и в нём царил полный хаос. Некоторая одежда, которая уже либо порвана, либо мала мне, лежала на полу, а не на полках. Напротив шкафа стоял стол с ноутбуком, он являлся самой чистой частью комнаты, помимо ноутбука на нем находились: альбом, пенал и мой мобильник. Босиком я прошлась по ковру, который был усыпан кучей бумажек, и села по турецки на кровать, спиной к двери и лицом к окну. На окне висела одна единственная тюль и меня это устраивало. Открыв йогурт, я сделала один большой глоток, после чего закрыла бутылочку и поставила её на прикроватную тумбу. Смотря в окно, я как обычно улетела в мир фантазий. Я вспомнила себя около года назад, счастливую, веселую и беззаботную. Вспомнила себя полгода назад, морально убитую и истерзанную. И посмотрела на себя сейчас, потерянную, опустошенную. Год, один только год, но за это время я успела столько раз измениться и столько раз поменять свой взгляд на жизнь, что хватит на семь жизней вперед. Я потеряла стольких людей, что и не сосчитать. Интересно, а когда люди потеряли меня они сильно расстроились? Мне кажется, что нет. А когда я умру, то обо мне кто–нибудь будет помнить?... Так, стоп! О чем это я начала думать? Надо думать не о смерти, а о предстоящей жизни. Долой грусть и негатив, надо начать жить! Начать жить лучше, чем прежде. С этими мыслями я легла в виде звездочки на кровать и попыталась уснуть, но у меня не получилось. В голову лезли дурные мысли, которых с каждой минутой становилось всё больше и больше, а попытки отогнать их были тщетны и бесполезны. В конечном итоге мне пришлось еще раз спуститься на кухню, но уже не за йогуртом, а за снотворным. С его помощью я быстро погрузилась в страну грёз.

***

Утро. Солнечный свет из окна светит прямо в глаза. Я слышу чьи–то шаги прямо за дверью, но, судя по всему, человек не собирается ко мне заходить и это очень хорошо. Повернувшись на другой бок, уронив при этом одну из подушек на пол, я уставилась в зеркало, в котором отражались мои ноги, укутанные в одеяло. Смотря в зеркало, я попыталась вспомнить, какой сон мне приснился сегодня ночью, но я мало что вспомнила. Видимо, не в этот раз. С большим трудом я вылезла из-под одеяла и подошла к столу для того, чтобы посмотреть время. Восемь сорок две, самое время для завтрака. Взяв свой недопитый ночной йогурт, я выползла из комнаты и направилась прямиком на первый этаж, на кухню. Преодолев лестницу и коридор, я вошла в столовую. За столом, в шортах и Витиной футболке сидела Ника, попивая кофе и листая фотографии в телефоне. – Доброго утра. Ты чего так рано встала? – девушка глотнула чай из чашки и, поставив её на стол, оторвалась от телефона и взглянула на меня. – Доброго... Сама не знаю... Всю ночь не спала из-за ночных кошмаров, вот видимо и проснулась так рано... – я пожала плечами и подошла к шкафу, чтобы достать из него хлопья. – Кошмары? Если не секрет, то что именно тебе снится? И да, молоко на нижней полке. – Ника подошла к окну и уставилась на высокую ель. – Спасибо, нашла... Если честно, я не помню. Знаю, что кошмар, и что я просыпаюсь от него в холодном поту и всё. Больше я ничего не помню. – Это плохо... Кстати, на этих выходных я еду в город и ты едешь со мной! – Что? Зачем? – поставив тарелку, хлопья и молоко на стол, я уставилась на свою голубоглазую подругу. – Тебе надо купить одежду, не будешь же ты ходить в своем старом и порванном тряпье, а моя одежда тебе по стилю не подходит. – Хорошо, но на какие деньги мы будем покупать одежду? – заливая хлопья молоком, я его пролила, поэтому отправилась на поиски тряпки. – Нас спонсирует Витя, но я знаю, что его деньги ты не возьмешь, поэтому этот вариант отпадает. – Я кивнула в знак согласия, - ещё можно взять деньги, оставленные на счетах твоих родителей, но я так же знаю, что для этого надо встретить твою тётушку, так что этот вариант тоже в промахе, и остаётся твоя зарплата. – Вероника улыбнулась и допила свой кофе, стоящий на столе. – Какую зарплату? – я с явным удивлением и непониманием уставилась на свою подругу. – Еще до психушки мы подрабатывали в магазине и до зарплаты ты не доработала один день. Начальник перечислил то, что ты наработала на твою карточку, а карточка у меня. Если ты помнишь пароль, то деньги у нас есть, – девушка обратно села за стол и принялась допивать свой чай. – Точно, подработка... А ты не помнишь, сколько денег на карточке? – я уставилась на свою подругу и ждала от неё ответа. – Шестнадцать твоя зарплата, плюс около десяти там было, плюс я вернула долг... Около двадцати пяти тысяч, а что? – Не, ничего... – Я побежала, мне надо успеть в школу, увидимся вечером. – Девушка чмокнула меня в макушку и выбежала из дома, а я осталась одна на кухне. Доев хлопья и помыв за собой посуду, я поплелась в ванную. Почистив зубы и умыв лицо, я встала напротив зеркала с полотенцем в руках. Тоненькие струйки воды стекали по моему лбу, щекам и носу, капая на мои плечи и оставляя на серой футболке тёмные точки. Высушив лицо с помощью полотенца, я пошла в свою комнату и начала искать одежду, в которой проведу весь сегодняшний день вплоть до самого вечера. На полу, возле шкафа, лежала пара светлых джинс, одни из которых я порвала на колене в прошлый четверг. Я взяла именно их и кинула на кровать. Следующим шагом было найти футболку, но поиски не обвенчались успехом, поскольку я нашла малиновую узкую майку. Сняв с себя пижаму, я одела на себя джинсы с майкой, носки, почему-то лежащие под подушкой, и широкую кофту с огромными пуговицами. В таком прикиде я спустилась на первый этаж и вышла из дома. Спустившись по ступенькам с крыльца, я направилась прямиком к лесу по одной из вытоптанных тропинок. Одна из них вела к дороге, а другая – на небольшую полянку, где я обычно и сидела. Дойдя до неё, я села на траву и с улыбкой посмотрела на дом, из которого вышла пару минут назад. Это был небольшой двух этажный домик, сделанный из дерева в серых тонах. На вид этот дом стоит здесь больше двадцати лет, хотя, по внутреннему обустройству так никогда не подумаешь. Перед домом было крыльцо, на котором стоял маленький круглый столик и три винтажных стула. За домом возвышались пышные зеленые ели и деревья. Их было много и на их фоне дом, казалось, был кукольным. По сторонам от дома так же были сплошные деревья и ели, только с одной стороны их было больше, чем с другой. Место выглядело заброшенным, но до жути привлекательным и красивым. Я улыбнулась, ещё раз оглядев эту красоту, и улеглась на траву, раскинув руки и ноги в виде звёздочки. В моей душе было спокойствие, я знала, что тут я в безопасности. Я знала, что тут меня не найдет ни полиция, ни психиатр, ни тётя. Я знала, что тут, хоть и не на долго, но я буду в безопасности. Закрыв глаза я отключилась от окружающего меня мира и уплыла в спокойный и безмятежный мир... Мир, который я придумала сама. Мир, о существовании которого никто ничего не знает...