Не бойся, малыш...

Я всё еще не могу накуриться сигаретами, именно по этой причине беру из пачки очередную, чикаю зажигалкой, вновь убирая руку рыжеволосой с своего тела. От невыносимой боли, которая блуждает внутри меня, поднимаюсь на ноги довольно резко, тут же почувствовав головокружение от эмоций пережитых недель. Все мысли, только приносящие мне боль, живут в голове, каждый раз сильно бьют прямо в сердце. Они завладели мной, заставляют послать к черту собственную любовь к себе. Эгоизм, тот с которым я живу несколько лет, улетучился. Причина на это лишь одна, лишь Кира. Снова чувствую как холодный ветерок дует мне в лицо, закрываю свои глаза, представляю свою любимую девочку. Зверь, полный ублюдок… Я не знаю, как себя назвать после всего того, что сотворил со своей малышкой. Я ударил её, я сломил её… Разве я хотел, чтобы она так страдала? Разве я хотел, чтобы она запивала собственную боль в алкоголе, а по ночам кричала в подушку? Разве я хотел, чтобы её жизнь висела на волоске из-за меня?.. Не могу потерять её, не смогу стать причиной её ухода из этой жизни. Я старался, видит Бог, я старался быть с ней. Пытался уберечь, находясь рядом с ней. Но то событие, когда сын Астахова чуть не забрал жизнь моей любимой, поставило точку в моем решении навсегда исчезнуть из её жизни. — Ты понимаешь, что подвергаешь её жизнь опасности? Ты, черт возьми, когда-нибудь подумаешь о ком-нибудь кроме себя? Если ты её любишь, Андрюх, то отпусти! Слова Владимира никак не отпускают меня, заставляя решительно действовать по отношению к Кире. Я должен убить её любовь ко мне, должен делать всё что возможно, лишь бы она больше не была рядом. Лишь бы ей не угрожала опасность. Я должен отпустить её, должен причинить боль, лишь бы она осталась жива. Моя маленькая девочка, мой любимый малыш… Почему я не могу объяснить тебе свои гнусные поступки? Почему не могу сказать правду, что делаю всё это, причиняю тебе боль своими словами и действиями лишь для того, чтобы ты была жива. Лишь для того, чтобы твоей жизни больше ничто не угрожала из-за меня. Я не могу… Слезы скатываются из глаз, когда сердце рвется на куски. Я вновь вспоминанию её обессиленное тело в ту дождливую ночь. То, как она без сознания упала в мои объятия и шептала моё имя на протяжении всего времени, пока я вез её домой. Моя принцесса, которую я всегда буду любить. — Ты почему не в постели? — Жанна обхватила мое тело своими руками, после чего я тут же чувствую невероятное отвращение к её действиям. — Ты все еще думаешь о той дурочке? Брось любимый, скоро родится наш малыш и… — Ты ведь знаешь, что это ложь, Жанна. Ты же знаешь, что этот ребенок не может быть моим, — я резко поворачиваюсь к девушке, — что вы удумали с Лизой? — Он твой, — твердо заявляет мне рыжая, — и Лиза тут ни при чем. Ты ей больше не нужен, понимаешь? Ты теперь мой, а я твоя… — Не нужна ты мне, Жоркова. Убирайся. — Что? — Я сказал убирайся вон из моей квартиры. И не смей больше приближаться, иначе клянусь, я закопаю тебя живьем. — Я ведь беременна от тебя! — Она кричит эти лживые слова. — Уходи прочь!!! Я отталкиваю её от себя, в ту же секунду наблюдаю, как рыжая с проклятиями в мою сторону выбегает из квартиры. Она нужна была лишь для того, чтобы Кира наконец поняла, что между нами всё кончено. Она лишь игра, она, но не моя малышка. Я вмиг сажусь за стол, хватаю ручку и пустую бумагу, на секунду замираю и принимаюсь писать. Она никогда не прочтет это письмо, но может быть, мне станет легче, когда я напишу всю правду. И начинаю, пишу о том, что мне сказал Вова. Пишу о том, что хотел уберечь таким образом Киру от всех опасностей. Пишу о том, как я лгал, как я лгал ей прямо в лицо. Пишу о своей любви, которая никогда не угаснет. — Никогда, малыш, никогда я тебя не покину. Моя любимая девочка, я всегда буду рядом. Может, у нас когда-нибудь получится с тобой… Хотя нет, — усмехаюсь собственным словам, — ты будешь счастлива, лишь когда меня не будет рядом. Ты будешь в безопасности лишь порознь со мной. Не бойся малыш, я навсегда останусь рядышком с тобой, чтобы уберечь от всех невзгод. Ведь я люблю тебя. Только тебя. Одну тебя.