The Reluctant Matchmaker

Его разбудила пульсирующая боль в голове. Кастиэль застонал, сонно открыл глаза, но тут же закрыл их снова из-за яркого солнечного света, льющегося из окна. Еще немного полежал, набираясь храбрости, для второй попытки. Снова открыв глаза, он увидел аспирин и бутылку воды на тумбочке и с благодарностью принял лекарство. Как и всегда, когда он напивался, ему требовалось некоторое время, чтобы вспомнить все, что было прошлой ночью. И кстати, последнее, что он помнил это, как в компании текилы пытался развеселить Габриэля, и как юрист настаивал, чтобы они выпили вместе. Кастиэль скривился от мысли о том, что он мог делать прошлой ночью, вспомнить бы еще, собственно, что. После того, как головная боль достаточно утихла, и он почувствовал, что может двигаться так, чтобы его при этом не стошнило, он пополз в ванную как был, в одних боксерах. Плеснул в лицо холодной водой и почистил зубы. Взглянув в зеркало, он скривился. Темные волосы стояли дыбом во всех возможных направлениях, и обычно загорелое лицо было бледным и опухшим. Он хмыкнул на свое отражение, и этот звук только болезненно напомнил, что ему нужен кофе. Пройдя на кухню, он замер в дверях, увидев стоящего у плиты Дина, который наливал тесто на сковородку, тихонько напевая себе под нос. - Дин? – прохрипел Кастиэль. Боже, что мы делали прошлой ночью? Кастиэль почувствовал зарождающуюся в груди панику из-за того, что он ничерта не помнит, и стало только хуже, когда Дин повернулся, демонстрируя впечатляющий засос на шее. - Утречка, Кас, - весело поприветствовал его Винчестер, широко улыбаясь, но зеленые глаза тут же потемнели, когда его взгляд упал на тело Кастиэля. В этот момент тот вспомнил, что на нем только боксеры. - Я не знал, что ты здесь. Я-я сейчас вернусь, - Кастиэль практически выбежал из комнаты, несмотря на свою жуткую похмельную головную боль. Вернулся через пару минут, уже одетый в рваные джинсы и белую футболку. - Надеюсь, ты не против блинов, - радостно улыбнулся Дин, когда Кастиэль неуверенно подошел к плите. - Я люблю блины, - спокойно сказал он, глядя на готовку Дина, но глаза Кастиэля постоянно возвращались к засосу на шее Винчестера. У них был секс прошлой ночью? Кастиэль нахмурился. Его тело не подавало никаких признаков этого. Кастиэль был очень активным участником процесса, когда ему выпадало заняться сексом. Конечно, он был пьян… Хриплый смешок прервал поток мыслей Новака. Дин сжимал в руках лопатку, старательно пытаясь не ржать. - Что смешного? Дину удалось успокоиться, и он ответил: - Расслабься, у нас не было секса прошлой ночью, хотя приятно знать, что ты «активный участник». - Я что, это вслух сказал? – Кастиэль почувствовал жар на щеках и закрыл лицо руками. - Эй… - мягко сказал Дин, отстраняя руку Кастиэля и нагнувшись, поцеловал его сладким, невинным поцелуем. - Садись, пчеленок, блинчики готовы. Кастиэль озадаченно взглянул на Дина, услышав прозвище, но послушно сел за стол. После того, как Дин поставил на стол тарелку с панкейками, они пару минут сидели в комфортной тишине и завтракали. - Итак, кто такой Бальтазар? - Бальтазар? Как ты узнал про Бальтазара? – спросил Кастиэль, его голос скакнул на октаву выше, чем обычно. Дин рассеянно макнул кусочек панкейка в сироп и откусил, прежде чем ответить. - Ты упоминал его прошлой ночью и тем вечером в Доме у дороге, ты говорил, что пытался привлечь его внимание. - Он мой друг, - Кастиэль запихал в рот большой кусок блина, чтобы не отвечать на дальнейшие вопросы. Дин только выгнул бровь, глядя на этот хитрый план. - Только друг? Прошлым вечером ты сказал, что он постоянно говорит, что тебя нужно хорошенько трахнуть и что он твой ангел, – Дин чуть нахмурился, но обеспокоено распахнул глаза, когда Кастиэль начал давиться с полным ртом еды. - Я, правда, так сказал? – прохрипел он, наконец, отдышавшись. Дин откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Он кивнул, ожидая от Кастиэля продолжения. Новак абсолютно не умел врать, так что решил отвечать, как можно ближе к правде. - Бальтазар просто друг. Я назвал его ангелом, потому что он единственный был со мной, когда умер мой отец. Я был раздавлен, а он помог мне собрать себя по кусочкам. На Кастиэля обрушилось осознание, что ему не придется врать, потому что все это было правдой. Бальтазар, может, и та еще заноза, но он всегда был с ним, когда был нужен. Первые шесть месяцев были ужасными, и Бальтазар ни разу не оставил его. Кастиэль мог даже сказать, что Бальтазар был ему как брат. - Похоже, он очень важен для тебя, - проговорил Дин, опустив глаза на блинчики. Похоже, слова Кастиэля не особо его успокоили. Новак видел, как напряглись его плечи прежде, чем он заставил себя расслабиться. Кас потянулся через стол и сжал руку Дина. - Это на самом деле не то, что ты думаешь. - Тогда, почему ты сказал Габриэлю…? – начал Дин, но замолчал, закусив губу. Кастиэль выпалил первое, что пришло ему в голову. - Он хотел, чтобы я пофлиртовал с Гэйбом, чтобы сам он подкатил к Сэму. Я не хотел рассказывать Габриэлю правду. - Что!? – Дин вскинул голову, режим старшего брата-защитника всплыл в грозных волнах. - Успокойся, он никогда не подходил к нему, а теперь и не подойдет, - Кастиэль выругался про себя, но расслабился, когда Дин вроде бы успокоился. Они продолжили есть в тишине, но теперь она была неловкой. Снова и снова поднимая взгляд, Кастиэль натыкался на метку на шее Дина. Теперь, сосредоточившись, Кастиэль начал медленно вспоминать кусочки прошлой ночи. Пока воспоминания были неутешительными. Кастиэль вытер рот салфеткой и кашлянул. - Засос, - он начал теребить в руках бумажную салфетку, явно нервничая, - это я сделал? Дин, все еще жуя, посмотрел на Кастиэля и усмехнулся. - Ага, ты очень приставучий, когда выпьешь. Ты сделал это, - он указал на шею, - в машине. Чуть не разбились, а потом ты разбудил меня часа в три ночи, - он оттянул вниз ворот футболки, показывая засос на ключице, который оказался еще больше, - и наградил меня этим. Кастиэль сполз по стулу вниз, бедная, невинная салфетка разорванной осталась на столе. - Боже, Дин, мне так жаль, - униженно простонал он. А потом все, что случилось прошлым вечером, вернулось к нему болезненными скачками. Включая то, что было в три часа утра. Кастиэль почувствовал легкое головокружение, вся кровь отлила от головы. Он уткнулся головой в колени, чтобы не отключиться от наплыва воспоминаний. - Прошу, скажи, что я не… - Кастиэль даже произнести этого не мог. – Я думал, это был сон. Дин встал, обошел стол и, опустившись на колени перед Кастиэлем, положил руки на его бедра. Кастиэль робко поднял взгляд, все еще чувствуя дикое смущение. - Кас, это была самая, черт возьми, горячая вещь, которую я видел в жизни. Поверь мне, если бы ты был в адеквате, я бы не смог оторваться от тебя. Даже если я не прикоснулся к тебе, я все-таки чувствую, что получил больше, смотря, как… Кастиэль быстро подался вперед и прижался к губам Дина, застав его врасплох. Поцелуй был коротким, но чувственным, Кастиэль постарался донести до Дина все, что он думает о своих утренних действиях, слов бы ему не хватило. Когда они оторвались друг от друга, Дин тяжело дышал, его глаза потемнели. Кастиэль наконец почувствовал себя на равных с ним. Небольшая лукавая усмешка, мелькнувшая в его глазах, удивила зеленоглазого парня. - В следующий раз, когда я буду устраивать шоу, ради всего святого, прикоснись ко мне, - выдохнул он на ухо Дину, и его улыбка стала шире, когда он почувствовал, как задрожал Винчестер. Дин только безмолвно кивнул. =***= Так как было воскресенье, надолго Дин в квартире Кастиэля не задержался, ведь этот день принадлежал Сэму. Ему жутко не хотелось уходить, особенно, когда первоначальное смущение Кастиэля исчезло. Синие глаза следили за каждым его движением, заставляя его гореть и пробивая тело сладкой дрожью. Добравшись до дома, Дин осознал, что до встречи с Сэмом у него есть еще пара часов. Он решил сделать полезную вещь и принять очень долгий душ. Потому что, черт возьми, он ему действительно нужен. Он включил душ и залез под воду, когда она стала нужной температуры. В его голове тут же всплыло то, что случилось ранним утром. Дин наконец-то уснул, пытаясь игнорировать теплое тело почти лежащее на нем. Долго ему спать не пришлось, он проснулся от тихих стонов и теплых, влажных губ, ласкающих его сосок. - Кас, что ты делаешь? – прошептал Дин, боясь говорить громче. Он отчаянно пытался не замечать, как натянулись его боксеры, когда рот Кастиэля сдвинулся выше. Кастиэль игнорировал его, облизывая и посасывая его ключицу, будто это была конфета. - Кас! – отчаянно прошептал он, но всхлипнул, когда рука Кастиэля скользнула вниз по его груди и животу и легла на член, напрягшийся под нижним бельем. Потребовалось огромное усилие воли, чтобы убрать эту руку, особенно из-за того, как чертовски хорошо она ощущалась, но Дин просто чувствовал, что не должен позволить этому продолжиться. - Ты должен остановиться. Ты сейчас не в себе. В комнате было темно, но из-за изрядного количества льющегося из окна лунного света, казалось, что Кастиэль сияет. Взгляд, которым он одарил Дина, заставил тело парня задрожать от желания. - Но я хочу тебя. Ты даже не представляешь, - Кастиэль замолчал, откинулся на спину и стянул с себя боксеры, - как долго я хотел тебя. Как много ночей я лежал здесь один, думая о тебе. Дин не смог сдержать себя и перекатился на бок, приподнимаясь на локте, и жадно уставился на стройное тело Кастиэля. У него во рту пересохло, и он с трудом сглотнул. - Правда? – прохрипел он. – О чем ты думал? – не удержался он. Кастиэль снова тихо застонал, когда его рука скользнула вниз по груди и сжала член. Дин почувствовал, как воздух застрял в его легких, когда Кастиэль начал поглаживать себя, его бедра толкались навстречу его руке. - Ты. Всегда о тебе. Иногда, ты в свое удовольствие медленно растягивал меня, пока я не начинал умолять… - Кастиэль прервался на стон, его рука и бедра начали двигаться быстрее. Дин изо всех сил сжал простынь, чтобы удержать себя и не потянуться, оттолкнуть руку Кастиэля прочь и заменить ее своим ртом. Его член горячий, тяжелый и нетронутый, умолял о прикосновении. - Расскажи мне еще. Я всегда брал тебя так? Тебе нравится медленно? – Дин тихо застонал, когда почти черные глаза Кастиэля повернулись к нему, его рука не замедлялась ни на миг. - Нет. Иногда ты брал меня грубо. Трахал меня сзади, вжимая лицом в матрас, - очередной стон, на этот раз громче, - а еще ты трахал мой рот… - Кастиэль тяжело дышал, его глаза медленно закрылись, - мне нравится грубо. - О, блять, Кас… - Дин не хотел дотрагиваться до себя, не хотел пропустить ни мгновения, пока Кастиэль ласкает себя, извивается и стонет, задыхаясь, повторяет имя Дина, и ему было все равно, что все, что он делает, это смотрит. - Это ты представляешь сейчас? Как стоишь на коленях и отсасываешь мне? Тебе нравится это? - Дин… - протяжно вскрикнул Кастиэль, черты его лица исказились желанием, глаза ни на секунду не отрывались от Дина, пока он продолжал толкаться в свою руку, его губы чуть приоткрыты, блестящие и влажные. Комната была наполнена их тяжелым дыханием и звуками движения влажной плоти. Дин пытался контролировать дыхание, пока его глаза следили за каждым движением этих бедер, его уши наслаждались каждым обрывистым стоном, срывавшимся с губ Кастиэля. Дин знал, что Кас был на грани. Он наклонился к нему, пока их губы почти не коснулись друг друга, их тяжелое дыхание смешалось. Дин позволил себе прикоснуться, один раз. Он запустил пальцы в темные, шелковистые волосы и сжал их. - Тебе нравится так, правда? Ты бы просто позволил мне войти в этот хорошенький ротик и трахнуть его, - глаза Кастиэля почти беспомощно расширились, когда он всхлипнул, заставляя член Дина пульсировать еще сильнее. Дин потянул Каса за волосы, чтобы тот почувствовал легкую боль. - И ты бы принял меня, потому что так чертовски сильно этого жаждешь. Кастиэль испустил низкий, горловой стон, длинной белой струей кончая себе на живот и грудь. Дин замер, глядя, как выгибается блестящее от пота тело Кастиэля. Его лицо застыло, пока он снова и снова выстанывал имя Дина. Винчестер грубо впился в губы Кастиэля, рыча в его расслабленный рот, его хватка ослабла, и теперь он нежно пропускал пальцы сквозь растрепанные темные волосы почтальона. Дин вернулся к реальности, ярко кончив на стену в душе, еле держась на ногах. Он прислонился к плитке, тяжело дыша и уткнувшись лицом в сгиб локтя. Дин не врал Кастиэлю, сказав, что это была самая горячая сцена, что он когда-либо видел в жизни. - Этот парень уничтожит меня… - пробормотал он, заканчивая мыться, и начал готовиться к встрече с Сэмом.