Из жизни с вендиго

Когда Уилл Грэм посреди ночи проснулся от звона бьющегося окна, он никак не ожидал увидеть в гостиной странное худое существо, которое оказалось еще и раненым. Пришелец угрожающе зарычал, припадая к полу, и уже готов был наброситься на Уилла, но, видимо рана в боку была серьезной, поскольку вместо атаки существо лишь неуклюже покачнулось и рухнуло на и без того грязный ковер. — Тише, — прошептал Уилл, рукой нащупывая выключатель. Когда свет, наконец, зажегся, Грэм невольно выдохнул, отступая на шаг назад. До этого момента он надеялся, что в дом зашел какой-нибудь оголодавший полоумный — мало ли таких бродит по окрестностям? Но иссиня-черная кожа и непропорционально длинные руки вмиг доказали обратное. До этого дня Уилл Грэм не верил в мистических существ. Первые два дня вендиго подпускал его к себе только после плотного обеда (пришлось все мясо, купленное для собак, отдать ему) и не желал покидать гнезда, которое сам же соорудил себе из подушек у камина. Уилл боялся оставлять его одного с собаками, но те не очень-то горели желанием знакомиться с незваным гостем, а тот в свою очередь лишь порыкивал на них, когда подбирались слишком близко. Вопреки всем ожиданиям за вендиго никто не пришел, но зато в лесу неподалеку нашли два растерзанных трупа. — Они пытались тебя убить? — спросил Уилл у лежащего неподвижно существа. Тот в ответ только тихо рыкнул и настороженно поднял голову с подушек. Он все так же агрессивно реагировал на любое резкое движение или громкий звук, но перевязку уже переносил спокойнее, не пытаясь укусить Грэма. — Ты можешь говорить? Уилл читал про вендиго, но этот экземпляр игнорировал все известные мифы: он любил греться у камина (хоть и держался от него на почтительном расстоянии), спокойно ел обычное мясо и за эти дни не произнес ни слова — только рычал и шумно дышал во время смены бинтов. Этот вендиго был похож на раненного зверя, и Уилл был уверен, что как только рана заживет, странное существо покинет дом. Каково же было удивление профайлера, когда однажды вернувшись с работы, он обнаружил в гнезде у камина не вендиго, а вполне нормального на вид мужчину. — Я позаимствовал у тебя халат, — вместо приветствия произнес он, посмотрев на Уилла через плечо. — Надеюсь, ты не против? — Нет, я… — Грэм запнулся, не зная, что сказать. В мифах вроде не говорилось, что вендиго способны принимать человеческий облик. — Ты же… — Да, спасибо, что не пристрелил меня, — незнакомец все же соизволил встать с подушек и подошел к замершему Уиллу. — И прости за грубое поведение в первые дни. Когда я голоден — очень сложно быть джентльменом. Так он может говорить. Отлично. Просто отлично. Грэм тяжело вздохнул и внимательно посмотрел на мужчину. У него было много вопросов, ответы на которые хотелось бы получить прямо сейчас, но, кажется, вендиго это волновало в последнюю очередь. — Я думал, что вы – миф, — признался Уилл. — Просто сказка, которой теперь пугают непослушных детей. — В каждой сказке есть доля правды. Нас действительно осталось не так много, и мы предпочитаем не показываться людям на глаза. Наш случай — исключение, — было видно что в халате вендиго было неудобно: он то и дело поправлял его и недовольно морщился. — Я хотел тебя убить сразу же, и если бы не рана… — мужчина сделал паузу. — Тебе повезло. — Не спорю. Уилл не знал, как реагировать на все происходящее. Незнакомец же еще несколько секунд его изучал внимательным взглядом, а потом вернулся к подушкам, отогнав от них любопытного Уинстона. — Почему ты только сейчас заговорил? — спросил Грэм, наконец, снимая куртку и вешая ее на крючок. — Я был ранен. Это нормальная реакция, когда тебе больно. — Тебе все это время было больно? — Большую часть, — мужчина кивнул. — Меня ранили серебром — оно тяжело выходит из организма. Уилл сел на диван рядом с вендиго, греющимся у камина. Халат был ему определенно мал, а оттого и смотрелся на нем так нелепо. — В мифах не сказано, что вендиго могут принимать человеческий облик. — В ваших мифах говорят, что обычные люди могут становиться вендиго. Это отчасти правда, — тот тяжело вздохнул, склоняя голову набок. — Но вот как раз такие обращенные навсегда теряют человеческий облик. А такие, как я, могут жить с людьми долгие годы, и вы ничего не заподозрите. — Такие, как ты? — Первородные, — мурлыкнул вендиго, начиная дремать, пригревшись. Он явно чувствовал себя прекрасно, нежась на подушках, и совсем не обращал внимания на сидящего рядом Уилла. — По-хорошему я должен тебя убить и съесть. Но, пожалуй, воспользуюсь твоей добротой еще немного и поживу здесь некоторое время. — А потом съешь меня, — усмехнулся нервно Уилл. — Возможно, — не стал отрицать мужчина, сладко потягиваясь, и Грэм увидел, как его кожа начинает постепенно темнеть. Вендиго принимал свой истинный облик; его кожа словно плавилась, заменяясь на более прочную, и казалось, что процесс превращения совсем не причиняет ему боли. — У тебя есть имя? — Уилл знал, что еще пожалеет об этом, ведь соглашаясь на условия монстра-людоеда, он обрекает себя на скорую смерть, но что ему еще оставалось делать? Попытаться убить вендиго? Убить того, кого он выхаживал несколько дней? Нет, на такое Грэм был не способен. — Ганнибал. Меня зовут Ганнибал. — Как известного полководца? — Да, — кажется, Ганнибал начинал засыпать и уже не так внимательно слушал Уилла, а потому профайлер решил заканчивать разговор: — Меня зовут Уилл Грэм. — Я знаю, Уилл. Тогда ему следовало удивиться и выпытать у вендиго, откуда он это знает, но Грэм слишком устал, чтобы обратить на это внимание. И позже он пожалел об этом.