Не называй меня идеальной...

      Медленно откидываюсь назад. Холодная спинка стула неприятно касается оголенных плеч. Осторожно вынимаю из черного чехла скрипку и откладываю его на пол. Чувствую около полсотни прожигающих взглядов на себе. Неуютно. Такое чувство, что я голая. Громко вздыхаю. Руки немного трясутся от волнения. Всегда, когда мне говорят выступить перед кем-то я начинаю нервничать. Это можно определить по нескольким признакам: закушенная нижняя губа, дрожащие руки, а еще кашель. Да, именно кашель. По крайней мере, так утверждает мой психолог. Она говорит, что это просто из-за нервов, но мне кажется причина в другом. Именно кашель помогает мне хоть чуть-чуть восстановить дыхание. Признаться честно, когда мне было двенадцать я всерьез задумывалась над тем, что это может быть какая-то, еще не известная ученым, разновидность астмы. Не знаю почему, но мне нравилось придумывать себе какие-то болезни и мысленно искать выходы из интересных ситуаций. С самого детства я отличалась от других детей. Полная противоположность. Когда мои сверстники пытались найти себе друзей - я наоборот отгораживалась от всего мира. Когда в детском саду девочки играли в барби и дочки-матери - я тихонько сидела за небольшим столиком с раскраской в руках. Уже чуть постарше, где-то в классе седьмом - восьмом, мои одноклассницы активно обсуждали старшеклассников, до сир пор не понимаю, чем они их привлекали, - я бегала на уроки игры на скрипке. Помнится, один раз меня позвали гулять в парк с классом, но я без сомнений отказалась. Мне просто не интересно с ними. Я предпочитаю проводить все свое свободное время со своими лучшими друзьями - скрипкой и книгами. Не понимаю, почему они совершенно не интересны современным подросткам. Если им полностью наплевать, то мне абсолютно наоборот. У меня просто мания к запаху книг, их страницам, их содержанию. Знаете, а ведь даже у такой, по нынешним меркам, старомодной девушки есть мечты. Их немного, но они самые заветные. Я расскажу вам одну. Это - библиотека. Да, личная библиотека. Только моя комната, которая полностью отображает мой внутренний мир. Мои книги, моя атмосфера, мой дом, моя тайна. Но сейчас не об этом.       Бегло осматриваю присутствующих и встречаюсь с маминым взглядом. Он у нее такой, как и всегда - требовательный, холодный, жесткий. Чуть поднимаю подбородок и выравниваю спину. Все должно быть идеально. Руки сами становятся в правильное положение. Вижу кивок матери и медленно провожу смычком по струнам. Получается долгий и какой-то томительно медленный звук. Он мне не нравится, но надо следовать выданным нотам. Еще одно движение чуть более быстрое. Еще и еще, а потом вдруг тишина и снова медленное скольжение по струнам. Слушая эту мелодию в моей голове всегда отчетливо вырисовывалась картинка. Сначала она была черно-белой. Маленькая красивая птичка сидит в клетке. Она вся из золота и с множеством красивых, просто неповторимых узоров. Птичка оглядывается по сторонам, а потом вдруг резко начинает пробивать дыры в прутьях. Спустя некоторое время ей это удается и в картинке появляются яркие цвета. Птица наслаждается свободой и решает навестить свое бывшее место жительства, где и попадает в клетку, только теперь железную. На ней нет никаких узоров, просто холодные серые прутья. Ее жизнь вновь теряет все краски и жалкие попытки вырваться уже просто бесполезны. Той веселой птички больше нет, только ее тело. Душа же осталась где-то на свободе. Продолжаю водить смычком. Наступает момент, когда птичка должна попасть в новую клетку. В голову приходит осознание того, что я не хочу играть эту мелодию. Она вдруг показалась мне какой-то несправедливой и вовсе отвратительной. Я не смогу добровольно отправить эту птицу в клетку. Не могу лишить ее души. Резко прерываюсь и растерянно смотрю на публику. Мать недоуменно глядит на меня. Естественно, она знает, что тут не должно быть никаких заминок, сама же смотрела ноты. Спустя буквально полсекунды женщина начинает злиться. Это ее обычная реакция. Я уже давно привыкла к такому. Не зная, как мне правильнее поступить, я просто медленно встаю с места и разворачиваюсь к зрителям спиной. Иду за кулисы. Аплодисментов нет. Конечно, кому понравится незаконченная мелодия? Шаги становятся все быстрее и увереннее. Кажется, мама кричит мне что-то, но я ее не слышу. Просто не хочу слышать. Ноги сами несут меня на крышу. Что бы туда попасть нужно залезть наверх по старой деревянной лестнице, где я подскальзываюсь и почти падаю, но вовремя успеваю удержать равновесие. Приятная тяжесть в левой руке напоминает о любимой скрипке. С силой надавив, аккуратно открываю люк и осторожно вылезаю на крышу. Делаю шаг вперед. Замечая неудобства, поочередно скидываю красивые черные туфли на высокой шпильке. Они мне никогда не нравились. Не мое это, вот и все. Мне больше по душе тихая крыша или маленький балкон, на который можно вынести кресло, укутаться в шерстяной плед и, смотря на прохожих, пить чай. Меня больше привлекают тепло и уют, нежели эти вычурные костюмы и якобы благотворительные вечера в большом зале, где меня, подобно цирковой обезьянке, каждый раз отправляют на сцену со скрипкой в руках.       Подхожу к самому краю и смотрю вниз. Ночной город прямо завораживает. Он живет какой-то своей жизнью, не зная правил и законов. Вон проехала дорогая иномарка, наверняка, очередного богатенького дяденьки, подобно моему отцу. Вижу, как она подрезает старенькую девятку. А вдалеке слышится рев мотоциклов. Мотоциклы... Одно из моих желаний - это прокатиться на железном коне, но я никому не признаюсь в этом. Приличная девушка не должна задумываться о таких глупостях, сказала бы мама. Я не поддерживаю ее мнение, но возразить не решаюсь. Привычно касаюсь подбородком скрипке и аккуратно провожу смычком по струнам. Люблю играть. Это моя страсть. Моя жизнь. Я дышу музыкой. Могу часами напролет не отрываться от музыкально инструмента, но только если мне доставляет это удовольствие. По-моему, музыканты делятся на два типа: первые - это те, кто играет на публику, а вторые делают это для себя. Я отношусь ко второй категории людей. С самого детства не могу понять, что находят такого увлекательного мои родители в посещении разных приемов и вечеров. Как им могут доставлять удовольствие эти фальшивые улыбки. Мне всегда хотелось сбежать от таких мест подальше, но решилась я это сделать только сегодня. Тишина, образовавшаяся после первой ноты, начинает угнетать и мне хочется прекратить это. Резко дергаю рукой. Звук немного неожиданный, но приятный. Повторяю движение. Еще и еще... Быстрее. Чувствую, что начинаю дышать в такт музыке. Мечтательно прикрываю глаза и полностью отдаюсь мелодии. Скрипка и смычок помогают мне выплеснуть все свои эмоции, все чувства наружу без слов. Последнее движение и тишина... Кажется, время остановилось. Вдруг какая-то опустошенность накрывает меня. Как будто вывернула свою душу наизнанку и теперь она открыта каждому. Любой может подойти и просто разорвать ее на куски, а то и просто напросто забрать, унести с собой и не вернуть. Эти мысли вылетают из головы ровно в тот самый момент, когда в тишине раздается слегка хриплый и явно мужской голос: - Тронуло...