Не называй меня идеальной...

      Я вздрогнула и резко обернулась. В темноте было видно лишь темное очертание мужской фигуры. Если незнакомцу посчастливилось остаться в темноте, то мне повезло меньше - я стояла на единственном более менее освещенном старенькой лампочкой участке. Наверняка стоящая на краю крыши девушка с растрепанными каштановыми волосами, большими испуганными глазами, в длинном, местами порванном, вечернем платье, босая и со скрипкой в руках производила не самое лучшее впечатление, но меня сейчас это абсолютно не волновало. - Что, простите? - не выдержала моя персона повисшей тишины. На самом же деле, мне было просто как-то боязно неподвижно стоять и чувствовать себя какой-то статуэткой на витрине сувенирного магазина. Чувствую, что мужчина все так же разглядывает меня. Надеюсь, в его голове сейчас не присутствуют никакие развратные мысли. Очень надеюсь. - Красиво сыграла, - все тот же хриплый голос. Скорее всего это из-за сигарет, но это могут быть лишь мои глупые предположения. Вновь молчание. Испуг возрастал все сильнее. Его комплимент как-то абсолютно не зацепил меня. Это - просто парочка слов. - Теперь я понимаю, почему ты сбежала из зала.       Реплика незнакомца заставила меня вновь вздрогнуть. Значит, он один из гостей сегодняшнего вечера. Наверняка, сейчас начнет читать правила поведения и морали, как и стоит ожидать от посетителя подобных сборищ. Главное сейчас это - не показать страха, даже когда он буквально заставляет меня слегка подрагивать. - И почему же? - голос даже не дрожит, что можно, определенно, засчитать за успех. - Ты не можешь играть то, что тебе противно, - и... в яблочко.       Откуда он узнал? Догадался или у меня все было на лице написано? - С чего такие выводы? - Не притворяйся ледышкой, - почти шепот, но четко различимый. - Извините, мне пора, - еле-как выдавливаю из себя и поспешно плетусь ко входу на крышу.       Аккуратно спускаюсь по деревянной лестнице. Когда до пола остается всего две перекладины, прыгаю вниз. Слышится звук рвущейся ткани, а это может означать только одно - платье испорчено окончательно. Впрочем, мою репутацию уже ничто не вернет. В голове появляются мысли о предстоящем наказании за сегодняшнюю выходку в зале. Они полностью затмевают воспоминания о хриплом мужском голосе незнакомца.

***

      Громкая трель резко бьет по ушам. Всегда хотела поменять мелодию на будильнике, но руки все никак не доходили. Рукой нахожу телефон и не смотря на него нажимаю на кнопку и наступает блаженная тишина. С удовольствием полежала бы еще в кровати, но пора в школу. Быстро принимаю сидячее положение - так мне намного легче скинуть с себя остатки сонливости. Встаю на ноги и тихими шагами иду в личную ванную. Холодный ламинат приятно соприкасается со стопами. После принятия уже привычных процедур мне предстоит выбор одежды, который, впрочем, невелик. С характерным звуком дверца шкафа купе отъезжает в бок и моим глазам предстает весь мой гардероб. Решение приходит почти мгновенно. Снимаю с вешалки скромненькое серое платье с идеально-белым аккуратным воротничком. Пижамные штаны в клеточку отправляются в ящик с нижним бельем, большая безразмерная футболка отправляется следом. Смотрю в зеркало. В отражении вижу темноволосую девушку в платье-бочонке, разноцветные большие глаза в обрамлении густых и длинных ресниц слегка прищурены, что выдает мою близорукость. Сколько себя помню, всегда любила вот так просто становиться перед зеркалом и разглядывать свои глаза. Правый глаз ярко-зеленого цвета, а левый голубого. Жаль, что через несколько минут мне придется надеть цветные линзы на правый глаз. Родителям жутко не нравится эта моя особенность, они считают это странностью, поэтому и настояли на ношении линз вне дома. Конечно, сначала я пыталась протестовать, но быстро сдалась.       Ноги уже сами идут по привычному маршруту. Много раз слышала, как подростки громко заявляли, что ненавидят школу и вообще считают учебы сущим Адом. Я же придерживаюсь абсолютно другой точки зрения. Мне нравится учиться. В принципе, мое мнение никто и не спрашивал. Родители только и делали, что вдалбливали мне в голову с самого детства целые пафосные речи на тему "Как важно учиться!". - Черт! - за своими размышлениями даже не заметила перед собой большую лужу, в которую и успешно наступила.       Чувствую, как жидкость постепенно заполняет мою обувь, и поспешно отскакиваю в сторону. На коричневых невысоких ботиночках теперь красуется темное пятно, что указывает на влажность замши, из которой и была сделана моя обувь. По дороге на быстрой скорости проезжает какой-то мотоцикл. Вздрагиваю и резко оборачиваюсь. Транспорт, конечно, что надо, а вот у водителя я успеваю разглядеть только черную куртку прежде, чем неизвестный скрылся за поворотом. По привычке бросаю взгляд на часы. Опаздываю. Ускоряю шаг.       В кабинете музыки царил шум и гам, впрочем ничего удивительного. Тихими, почти неслышными шагами подхожу к последней парте и осторожно сажусь на стул. Достав из сумки нужные принадлежности, кладу ее на пол, прислонив к ножке парты. Открываю тетрадь и начинаю повторять ноты. Они уже у меня от зубов отскакивают, но мне доставляет некое удовольствие вновь и вновь перечитывать их. Внезапно громкое ржанье со стороны класса затихло. Надо мной кто-то навис. Медленно поднимаю голову и сталкиваюсь взглядом с наглыми серыми глазами. Влад Воронцов с усмешкой смотрит на меня. Из себя он представлял некоего мачо нашего класса. Конечно, многим нравится среднего роста парень, у которого такие богатые родители. Ох, не к добру внимание с его стороны. - Лисовская, а Лисовская, - притворно-ласковым тоном протянул блондин. - Чего тебе? - откликаюсь явно не дружелюбно. - Чего же так грубо? Я тут решил тебя развеселить...       После его последнего слова он нагнулся ко мне и прикусил мочку моего уха. Противно. Мерзко. Молчу. Рука парня нагло залезла мне под кофту, и Влада совсем не смущали одноклассники, которые с интересом воззрились на происходящее. Начинаю вырываться. - Пусти меня! - голос срывается на крик, когда парень продолжает свои действия. - Тебе понравится...       Рука сильно сдавливает грудь. Из глаз против моей воли брызгают предательские слезы. - Пожалуйста, отпусти, - больше похоже на писк. - Да пожалуйста, - быстро вскакиваю с места и несусь в сторону двери. - Истеричка, - доносится мне в след.       Не обращаю внимания не на смешки одноклассников, не на парочку школьников с телефонами, которые уже размышляли, как побыстрее выложить видео в Ютуб, не на ухмыляющегося Воронцова. Вылетаю из кабинета и сразу же врезаюсь во что-то твердое и широкое. Не поднимаю взгляд, просто смотрю на то, как мои слезы быстро падают на деревянный пол. Вдруг меня берут за локоть. Срабатывает какая-та защитная реакция, и я начинаю вырываться. - Пустите, - это не похоже на крик, скорее полу-шепот. К моему удивлению руку и правда оставляют в покое. - Эй, что с тобой? - доносится до ушей слегка хриплый, мужской голос. Знакомый голос.       Быстро поднимаю голову и сталкиваюсь с пронзительными темно-синими глазами.