Яркий огонёк чужого сердца

      Дождь со снегом шёл с самого утра, размывая землю и заставляя собравшихся людей ёжиться от холода и неприятно прикасающейся к телу промокшей верхней одежды. Только самые близкие, родные и друзья окружили глубокую яму.       Священник что-то тихо и неразборчиво говорил нараспев. Его практически никто не слушал. Каждый стоял, задумавшись о своём или о чём-то вечном.       Дима огляделся. Ближе к могиле стоял мужчина. Он, нахмурив брови, понуро смотрел на блестящий, отполированный гроб, в котором лежал его сын. Дима сразу понял, что он отец Игоря и Константина. Они были ужасно похожи. Была в них какая-то едва уловимая черта.       Мужчина подошёл и бросил в могилу красную розу. Сбоку, не сдержавшись, заплакала Света. Её тут же начала утешать стоящая рядом девушка. Дима видел её в регистратуре, в больнице. Медсестра заглушала рыдания носовым платком, что был в её руке. У парня к горлу подступил ком, но он сдержался. Не хотелось показывать окружающим свою слабость. Он сильный. Он справится.       Его руки коснулось что-то тёплое. Дима с любовью посмотрел на Игоря, который стоял рядом. Дима поддерживающе взял его за руку. Не боясь, что их кто-то заметит. Всем сейчас было не до них.       К яме подошли двое мужчин и начали закапывать её.       Игорь прижал к себе Диму, ища поддержки. Парень обнял его, стараясь забрать хоть толику той боли, что он чувствовал. Он, как никто другой понимал, насколько тяжело потерять родного тебе человека.       Дима вспомнил Его похороны. Тогда казалось, что нет надежды на светлое будущее. Казалось, что вокруг темнота и холод. Ему тогда хотелось закричать: «Прекратите! Не надо! Он жив! Я знаю! Знаю!». Хотелось броситься в эту яму, чтобы их похоронили вместе. Как же ему хотелось, чтобы вместе с человеком, которого ты любишь, умерли и все твои чувства к нему. Но потом он понял, что это было бы ужасно. Он не смог бы жить, вспоминая о Нём, как о чужом человеке.       Когда все начали расходиться, Игорь продолжал стоять и молча смотреть на вскопанную землю и памятник. Лишь когда Дима позвал его, легко коснувшись руки, он подошёл к могиле, оставляя на ней красную розу и проводя по гравировке рукой.       — Прощай, брат.       И они ушли. Оставляя позади молчаливое кладбище. Лишь взгляд Димы мимолётно зацепился за родной образ у одной из могил.       Он счастливо улыбался. Всё такой же, как раньше. Такой же, каким парень его запомнил, и будет помнить до конца своей жизни. Того, кто сделал самый незабываемый подарок Игорю.       И в его груди вечно будет пылать яркий огонёк чужого сердца…

***

      В просторном светлом кабинете были двое. Старик и бритоголовый мужчина. Он был в строгом костюме, который практически по швам расходился на его не в меру накачанных мускулах. На груди висел бэйджик начальника охраны. Но это были далеко не все функции, которые мужчина выполнял. Он был правой рукой, помощником, сыном старика, который сейчас сидел напротив него в мягком кресле и внимательно слушал его доклад. Он долго собирал эту информацию, пользуясь лишь доверенными людьми и проверенными связями.       — А что с тем детективом? — старик нервно постукивал пальцами по столу, сбивая мужчину с мысли.       — Нет виновника — нет дела. Мои люди наплели то, что нужно, и он убрал это дело в долгий ящик. Пусть и дальше думает, что во всём виноват этот врач. Может, он когда-нибудь и возьмётся за это дело снова, но будет уже слишком поздно. Упрямый сукин сын. Нам пришлось из-за него Витюху завалить. А он был моим лучшим водилой. Но сдал нас этому ищейке за кругленькую сумму. И откуда у того только такая взялась?       — Хорошо. Если ещё сунется в наши дела, отрежь ему нос. Думаю, он дорожит своей милой дочуркой. — Мужчина стойко стерпел стальной взгляд старика, не отводя взгляда. — На счёт машины всё улажено?       — Мои пацаны её перекрасили и перебили номера. Теперь её никто не найдёт, как и убийцу врача. Только мне до сих пор не понятно, за что вы его так, а?       — Из-за денег, мой мальчик, всё из-за денег. Неужели ты думаешь, что нет людей, сильнее меня? Он тоже не просто так бежал из страны. Как и его братец. Но с ним мы ещё разберёмся. А пока пусти все силы на замятие дела врача. У него было много знакомых у власти стоящих, они всё это просто так не оставят. Его отец в первую очередь.       — А зачем вам это? — мужчина выразительно посмотрел на сломанные очки в роговой оправе, которые всё это время лежали на столе.       — Ах, это? Оставлю себе. Эдакий сувенирчик. Тебе нравится? — старик противно рассмеялся, рассматривая, как в разбитых линзах отражается солнечный свет.       — Жутковато как-то…       — А твоего мнения никто и не спрашивал. Так что заткнись и иди отсюда.       Мужчина по-армейски развернулся на пятке и пошагал к выходу под злобный и безумный хохот старика.