Глава 1
4 ноября 2015 г., 10:23
Дождь со снегом лил с самого утра, размывая землю и заставляя собравшихся людей прятаться под зонтом. Только самые близкие родные и друзья окружили глубокую яму.
— Мы сегодня собрались здесь, чтобы проводить в последний путь…
Из толпы раздался надрывающийся голос женщины. Она обессиленно упала на землю, прижимая ладони к груди. К ней тут же подошёл угрюмый мужчина, успокаивая её и уводя прочь от сочувствующих взглядов остальных. У всех комок подкатил к горлу.
Человек в церковной рясе закончил свою речь и ушел, не смотря, как несколько мужчин закапывали недавно вырытую яму. Все медленным потоком потянулись за ним, покидая кладбище.
Только один паренёк всё так же стоял не двигаясь, невидящим взглядом смотря в одну точку. Слёз не было. Истерик тоже. Вообще никаких чувств. Только пустота внутри, как огромная пасть ужасного монстра пожирала его душу.
Он старался быть сильным. Старался пережить всё это, с трудом веря в то, что время лечит. Потеря любимого человека, сломила его, но никто не узнает об этом.
***
— Что, простите? — парень сидел на стуле у входа и впервые за всё время подал голос, непонимающе смотря на мужчину в костюме, сидящего за столом. — Повторюсь. Волков Игорь Николаевич при составлении завещания пожелал, в случае смерти, пожертвовать свои органы на донорство в пользу неопределённого круга лиц, нуждающихся в них. Так как Игорь Николаевич являлся спортсменом мирового уровня, вел здоровый образ жизни и не имел никаких врождённых заболеваний, его органы были извлечены сразу же после констатации его смерти. Таким образом, он стал донором посмертно. — Но почему он скрывал это от нас? — женщина, сидевшая рядом, повысила голос, но тут же замолчала, боясь показаться невежливой. — Поймите, в нашей стране донорство органов принимается как нечто чуждое, в отличие от иностранных практик. Наши граждане считают это чем-то вроде похищения, чем-то незаконным. Но в нашем случае, всё законно. Я, как личный адвокат вашей семьи и составитель завещания, а так же больница, которой было завещано пожертвование, были в курсе. Игорь Николаевич лично пожелал не разглашать эту тайну, до его смерти. В кабинете повисла тишина. Родители погибшего сидели обнявшись, утешая друг друга. Парень, сидевший позади, всё ещё неверяще смотрел на мужчину. У него в голове не укладывалась полученная информация. — Вы можете ознакомиться со списком доноров, получивших органы… Парень не стал слушать дальше, выходя из кабинета.***
Выходя на утренний не по осеннему морозный воздух, парень повыше натянул ворот куртки, стараясь спрятать шею от пронизывающего ветра. Именно сейчас, когда осознание происходящего нахлынуло безудержной волной, он почувствовал себя ужасно одиноким. Мимо проходили люди. Серые безмолвные тени. Бурлящий, вечно куда-то спешащий поток. Они не замечали его, а он их. У каждого свои проблемы. Свои радости и печали. Вся суматоха первых дней была словно в тумане. Ночной звонок, больница, сочувствующее лицо врача, пустые бутылки от алкоголя по всей квартире, вырытая яма и адвокат. События жизни быстро мелькали перед ним. Он чувствовал себя, словно находится на быстрой карусели. Он движется, но при этом остаётся на месте, постоянно оглядываясь, но не находя того, кто остановит эту ужасную машину. Тошнота подкатывает к горлу. Парень остановился и замёрзшими руками достал из кармана сигарету. Привычный вкус на губах хоть немного успокоил его. Вот только не хватает обычного ворчания рядом о вреде курения и вообще о том, что ему давно нужно вести здоровый образ жизни. Сизый дым покинул лёгкие, плавно поднимаясь ввысь и растворяясь. Парень молча наблюдал за ним, ни о чём не думая. Его всё чаще посещало такое пустое умиротворение. Ему надоело скорбеть и жалеть о том, что это не он был в машине вместо Игоря. Пусть это и звучит эгоистично. Он бы ещё долго стоял вот так, молча смотря в чистое лазурное небо, и выкуривал одну сигарету за другой, согревая ими лёгкие, если бы его не отвлёк низкий голос справа. — Сигаретки не найдётся? Парень медленно повернул голову на голос, бесцеремонно разглядывая стоящего рядом высокого мужчину. Немолодой, но и не старый. Короткие взъерошенные каштановые волосы, тёмные круги под глазами и многодневная щетина создавали образ неблагополучного человека. Но это было не так. Парень невольно оглянулся, отводя внимательный взгляд с мужчины, уставшего лица которого коснулась лёгкая усмешка. Это было чем-то настолько лёгким и невесомым, что казалось, будто её и не было вовсе. Парень подумал о том, что ему в принципе всё кажется лишь затянутым кошмаром с нелепым сценарием и плохой игрой актёров. Позади оказалось до ужаса знакомое серое многоэтажное здание. Парень снова перевёл взгляд на стоящего рядом мужчину, что терпеливо ждал, пока ему подарят новую порцию никотина. Он стоял в расстёгнутом пальто, из-под которого виднелась больничная роба. Парень рассмеялся. Ну конечно, куда же ещё он мог прийти. Только сюда. О, как же он теперь ненавидит больницы. Ожидание затянулось до неприличия, и парень всё же достал последнюю сигарету. Смяв пустую пачку, он кинул её в стоящую рядом урну. Бросок вышел неловким, но пачка, сначала ударившись о стену, а потом о край урны, всё же попала в цель. Везение. — А вам можно? — парень неуверенно покосился на сигарету в руках мужчины. Он зябко поёжился и натянул рукава куртки на руки. Ткань уже давно пропиталась табачным дымом. — Ну, официального запрета не было, — мужчина легкомысленно пожал плечами. — А… Он многозначительно посмотрел на не зажжённую сигарету и показательно вывернул карманы своего пальто. Парень торопливо достал зажигалку и, пару раз чиркнув ею, подошёл к мужчине. Поднося огонёк к кончику сигареты, парень почувствовал тёплое дыхание на руках. Запах сигаретного дыма смешался с ароматом чужой туалетной воды и неприятным запахом лекарств. Мужчина глубоко затянулся и блаженно закатил глаза, долго не выдыхая горький дым. Он счастливо улыбнулся, наконец-то выдыхая и поглядывая из-под приоткрытых глаз на замершего рядом парня. По оголившейся шее тут же прошёлся пронизывающий ветер, но казалось, мужчина даже не заметил этого. Только острый кадык непроизвольно дёрнулся, когда тот сглотнул вязкую слюну. Ему захотелось пить. — Давно не курил. Раньше врачи запрещали. А теперь, после операции, я как бы другой человек, а, значит, можно. Сохранишь секрет? — мужчина заговорщически подмигнул пареньку, но тот не отреагировал, лишь отвернулся и сделал новую затяжку. — Я тебя здесь не видел, ты к кому-то? — Можно и так сказать. Парень не хотел развивать эту тему. Ему вообще говорить не хотелось, но что-то не давало ему уйти. Может, недокуренная сигарета, а может, эти зелёные глаза, что притягивали к себе и были до боли знакомы. Мужчина резко дёрнулся, будто вспомнив о чём-то очень важном, и, переместив сигарету из правой руки в левую, торопливо вытер её о больничные брюки и протянул парню. — Я Игорь, — парень резко обернулся, удивлённо смотря на мужчину. Он не мог знать. Бред. «Вот ещё паранойи мне не хватало». — Дмитрий, — он нехотя оголил руку и, разорвав короткое рукопожатие, снова натянул рукав. — Приятно познакомится, Дима, — мужчина сделал ударение на его имени, улыбнувшись. — Извините, мне пора. Сделав последнюю глубокую затяжку, парень бросил окурок в урну и даже не проследив, попал он или нет, бросился от мужчины прочь. Ему почему-то хотелось бежать, и он изо всех сил сдерживал себя, чтобы не рвануть прочь от больницы, привлекая внимание прохожих. Мысли и воспоминания шумным роем возились в его голове, постоянно толкаясь, смешиваясь и сменяясь одно другим. Он не следил за дорогой, лишь краем глаза подмечая знакомые здания и названия улиц. Дима бросился под машину, не заметив красного сигнала светофора. Громкий гудок и нецензурная брань водителя отрезвили его. Он испуганно взглянул на высунувшегося из машины мужчину и сидящую рядом с ним женщину, что была напугана не меньше него. Тихо извинившись, он добежал до тротуара, и только юркнув в знакомый двор, разрешил себе расслабиться и остановиться, чтобы отдышаться. Сердце бешено колотилось, а лёгкие разрывало от холодного воздуха. В горле появился неприятный металлический привкус. Зайдя в подъезд, Дима механически рукой нашарил в кармане ключи и, подойдя к знакомой двери, просунул нужный ключ в замочную скважину. Квартира встретила его тишиной, которую разрывало лишь тихое тиканье настенных часов и ругань соседей за стеной. Парень прошёл в спальню, попутно собирая разбросанные по жилплощади пустые бутылки. Выбросив мусор, он устало упал на кровать, прижимая к груди Его любимый свитер и вдыхая аромат хвои. Дима забрал все вещи, которые он дарил Ему, считая себя теперь полноправным их владельцем. Дима раньше редко находился в этой квартире, предпочитая Его загородный дом. Несмотря на это, здесь тоже была пара воспоминаний, фотографий и вещей, что так болезненно ранили сердце.***
— Я всё понимаю, Дим. Мы сами навестили некоторых людей. Они так рады были… — голос из трубки резко запнулся, и парень услышал тихое всхлипывание. Он молчаливо ожидал, пока женщина успокоится и продолжит говорить. — Извини, я до сих пор… — Вы в порядке? Может, я попозже перезвоню? — Нет, у меня всё равно нет адресов. Я, конечно, некоторые помню, но могу ошибиться. Лучше давай я позвоню нашему адвокату и предупрежу его о твоём визите.***
Через три часа Дима стоял у первой квартиры пациента, которому пересадили Его орган. Парень не понимал, почему ему захотелось познакомиться с этими людьми спустя месяц после несчастного случая. Просто он проснулся сегодня утром, посмотрел на труды своей очередной вчерашней пьяной истерики и понял, что так не может продолжаться. Взгляд упёрся в стоявшую на полке фоторамку. Их сфотографировала Его подруга. Дима сам не заметил, как со временем все друзья отвернулись от него, оставив одного. А может, это он отвернулся от них. В любом случае исход один. «Он пожертвовал собой, чтобы спасти жизни людей…» От этой мысли ему стало как-то не по себе. Противное чувство осознания собственного эгоизма засело в его голове. Стикер с номером Его мамы висел на холодильнике «на всякий случай». Минутное ожидание и приятный голос с ноткой ласковой заботы. Найти адвоката тоже не составило труда. Его контора — лучшая в городе. Огромное, сверкающее на солнце, офисное здание, последний этаж, приветливая секретарша. Всё с показушной напыщенностью, громкое заявление о своей состоятельности в жизни. Вежливо улыбающийся немолодой мужчина в кресле. И вот он, список всех реципиентов, получивших Его органы. Первой оказалась женщина, получившая почку. Вторым был парень, ровесник Димы, с чужими лёгкими. И ещё трое счастливчиков. Дима всем представлялся другом погибшего. Они почему-то не были удивлены, напротив, предлагали чай, кофе. Весело смеялись и бесконечно благодарили человека, подарившего им жизнь. Это успокаивало его. Дима сам не понял, как впервые за долгое время улыбнулся, наблюдая за тем, с какой любовью муж целует свою жену, получившую печень. Парень уже собирался домой, когда его взгляд зацепился за знакомый адрес. Первое мнение было ошибочным, и он не знал, кто там живёт, но это было неподалёку от его собственной многоэтажки, поэтому он решил наведаться туда по пути домой. Элитный жилой дом. Хриплый, но знакомый голос из динамика домофона. Тяжёлая дверь с писком открылась, впуская позднего гостя. Нужный этаж, квартира с нужным номером. Звонок в дверь. Первой фразой, отдавшейся эхом по лестничной клетке, было удивлённое: — Вы? Это, наверное, какая-то ошибка, — парень судорожно пробежал взглядом по всем фамилиям и адресам, ища нужный и смотря на номер квартиры. — Липницкий Игорь, сердце, — тихо бормоча, Дима прочитал нужную фамилию на помятом листе. — Это я, — парень, наконец, поднял взгляд на снисходительно улыбающегося мужчину. — Зайдёшь? — Нет, я просто так… ошибся… мне пора, в общем, — Дима резко развернулся, но его остановили. — Да не бойся ты. Инвалиды не кусаются. На этот раз улыбка вышла странно кривой. Дима ещё немного помялся, не решаясь зайти, но всё же переступил порог квартиры, закрывая за собой дверь. — Я как раз чай пью, будешь? — Игорь прошёл на кухню, шлёпая босыми ногами о паркет. Послышался звон посуды. Дима неприятно поморщился. Ему казалось, что он сегодня столько напился чая, что хватит до конца жизни. — Откажусь. Я к вам на пять минут. Дело в том, что я друг донора, подарившего вам сердце. Парень прошёл на кухню, останавливаясь в дверном проёме и смотря на сидящего за столом мужчину. Того ни сколько не смутила эта новость. Он вообще никак не отреагировал, продолжая всё так же спокойно рассматривать Диму, обнимая руками хрупкую фарфоровую чашку, которая ароматно пахла свежезаваренным чаем. Парню стало немного не по себе от этого изучающего взгляда, и он вспомнил, как сам бесцеремонно разглядывал Игоря при их первой встрече у больницы. Вот только там всё получилось на автомате. Он даже не осознавал этого, словно смотрел сквозь незнакомца. — В общем, я узнал список тех, кто получил органы моего друга и решил познакомиться с ними, чтобы… «Унять ту боль, что пожирает мою душу…» Дима осёкся на полуслове, не желая раскрывать то, что творится в его душе совершенно незнакомому мужчине. Но тот, казалось, всё понял. Диму раздражало то, каким взглядом Игорь смотрел на него. Особенно эти глаза… так похожие на Его… — Ну вот, я с вами познакомился, а, значит, мне пора. — Мы разве познакомились? — Дима оторопело посмотрел на хитрый прищур глаз мужчины, который в следующую секунду уже как ни в чём не бывало делал очередной глоток чая. — Да, ещё у больницы. — Мне кажется, мы просто узнали имена друг друга. Это не знакомство. Игорь отставил чашку в сторону и внимательно посмотрел на замершего в проходе парня. Диме стало не себе. Он понимал, что человек, переживший серьёзную и сложную операцию, не способен на многое. Тем более убить нехилого парня. Но всё равно едкий червячок сомнений и недоверия мешал ему здраво мыслить. — А что Вы подразумеваете под «знакомством»? Парень сел на предложенный ранее стул, напряжённо гадая, чего можно ожидать от этой ухмылки.
