Dyo Zoi

      Яркие солнечные лучи робко заглянули в хижину барда, осветив двух женщин, лежавших в кровати. Они выглядели так невинно, особенно выражение их лиц.       Габриэль напоминала молодую девчонку, сделавшую важное открытие в жизни, а Афродита была полностью удовлетворена прошлой ночью.        Через некоторое время солнечные лучи стали слишком жаркими, и бард проснулась. Ее изумрудные глаза распахнулись, и блондинка села, почти сразу пожалев об этом действии.       «Ой!» - простонала амазонка. – «Моя голова».       Казалось, что внутри головы пульсировало какое-то инородное тело.       «Подарок прошедшего праздника… голова болит как Тартар», - будто бы кентавр ударил Габриэль копытами в лоб. – «И поделом мне!»       Бард повернулась и увидела результаты ее ночных похождений. На кровати лежала богиня любви, прижимаясь к подушке вместо Габриэль.       «Отлично! Что я натворила?!» - блондинка шокированно смотрела на Афродиту, но события прошедшей ночи помнила ясно. – «Отлично».       Пьянство приводило к провалам в памяти, но Габриэль не повезло - выпитое накануне не предоставило ей такой роскоши. Этой ночью она занималась сексом с богиней любви.       «Она соблазнила меня», - почувствовала злость и негодование бард, но в душе она понимала, что обвиняет напрасно.       Амазонка знала, что добровольно участвовала в прошедшей ночи. И если уж на то пошло, то это она соблазнила Афродиту.       «Боги, она ведь пыталась меня остановить», - бард отчаянно хотела забыть случившееся.       Хотя Габриэль и не жалела ни о чем. Прошлая ночь была… хорошей. Нет, невероятной. Так что амазонка не могла ни на что жаловаться, ведь добровольно приняла участие в сексуальном марафоне.       Секс был слишком хорошим. Ведь проведенная ночь с Афродитой стала воплощением всех фантазий о близости с женщиной. Мягко и страстно. Медленно и лихорадочно. Заботливо и интенсивно. Это было всем, чего хотела Габриэль и о чем мечтала. Вот только ночь она провела не с Зеной. И страсть, кипевшая под крышей королевской хижины, напоминала блондинке одну из ее фантазий, за исключением высокого, темноволосого и смертоносного воина.       Габриэль ощущала вину, ведь фактически попыталась восполнить отсутствие Зены при помощи Афродиты.       «Думаю, даже… нет, я могла бы…», - бард понимала, что простонала несколько раз имя Зены. – «Несколько раз».       Все сильнее и сильнее на блондинку давила вина. Габриэль так погрузилась в самоуничижение и самобичевание, что не заметила, как проснулась Афродита.       Сразу же перед взором богини предстало видение: глядя в окно, стояла женщина, которую она любила. Амазонка куталась в белую простыню, а яркие солнечные лучи подчеркивали ее мускулистое тело. Афродита улыбнулась и продолжила любоваться бардом.       Она заметила потерянное выражение лица Габриэль: «Вероятно, она сожалеет о прошлой ночи. Так и знала, что так будет».       Богиня любви не питала никаких иллюзий еще ночью, понимая, что едва наступит утро, как бард пожалеет о содеянном. Это было больно, но Афродита приняла цену за короткое счастье, моля в душе мойор, чтобы ночь не заканчивалась. Но утро наступило слишком быстро.       Афродита знала, что для Габриэль случившееся было лишь пьяной ошибкой. Случайным сексом. Эта мысль печалила богиню. И особенно становилось больно, когда она вспоминала, как Габриэль стонала имя Зены ночью, достигнув пика страсти.       Но это была цена.

Богиня приняла ее.       Ночью Афродита не просто занималась сексом с бардом, она не смогла бы, только не с Габриэль. Эта ночь была невероятной. Афродита прикоснулась не только к телу амазонки, но и ощутила ее душу, и радость того открытия следовала рядом с физическим удовольствием.       Ночью богиня занималась любовью с Габриэль. Это право и честь предоставлялось немногим – Афродита делила ложе со многими, чьих лиц и имен даже не помнила. Секс был лишь ощущением, наслаждением. И единицы во всем мире знали: каково это, заниматься любовью с Афродитой. Занятие любовью дарило совершенно иной опыт, и богиня не только забирала, но и дарила удовольствие.       Афродита была очень внимательной с бардом, а, получив ночью возможность прикоснуться к телу амазонки, воспользовалась этим полностью. Она поклонялась телу Габриэль, лаская и целуя каждый его сантиметр.       Это было потрясающе. Это было невероятно. По крайней мере… для Афродиты.       Бард продолжала, стоять у окна, грустить, не осмеливаясь обернуться и посмотреть на Афродиту. Это беспокоило богиню. Единственное, чего она боялась, так это гнева Габриэль, но гнева не случилось.       Афродита застыла в ужасе: вдруг бард решила, что она воспользовалась ее состоянием, что попросту соблазнила, не оставив выбора. Она не смогла бы пережить это. Хотя Афродита и была богиней, но не имела душевных сил иметь дело с ненавистью Габриэль. Это бы сломало ее.       И с каждой секундой молчания Афродита начинала все больше и больше паниковать. И вдруг, словно бы ощутив страх богини, Габриэль обернулась и улыбнулась ей. - Привет, - мягко произнесла амазонка, сразу же развеяв своей улыбкой почти все страхи Афродиты. - Привет, - ответила богиня.       А затем они замолчали, раздумывая, что же сказать о случившемся. - Прошлая ночь, - начала амазонка. - Это было, - запнулась Афродита, желая оправдаться. - Невероятно, - закончила Габриэль.       Афродита улыбнулась облегченно: «Может, она не жалеет об этой ночи». - Габриэль. - Афродита.       Они сказали это синхронно и рассмеялись. Нечаянный смех сломал лед между ними и вернул комфорт и тепло. - Афродита, я должна кое-что сказать тебе. - Нет, сначала я. - Пожалуйста, дай мне сделать это первой, - сказала Габриэль серьезно, а богиня кивнула, подчиняясь. – Эта ночь была невероятной. Это было всем, на что я могла надеяться и о чем мечтать. Эта ночь была потрясающей. Возможно, я была немного пьяна, - ухмыльнулась бард, признаваясь, - но я помню все… Все.       Афродита продолжала сидеть на кровати, боясь поднять голову и посмотреть на барда. Габриэль медленно подошла к богине и, прикоснувшись к ее подбородку, заставила ту встретиться с ней глазами. - Афродита, я не жалею о случившемся этой ночью, - серьезно произнесла бард.       Ответом ей послужила сияющая улыбка богини – она не жалеет! - Но… - умолкла Габриэль, а Афродита ощутила коготки страха, сковывающие сердце, от ожидания следующих слов. – Это не может повториться. Афродита, то, что случилось ночью, было великолепно. Но это был лишь секс. Потрясающий секс, - призналась амазонка, а на ее щеках появился небольшой румянец. – Но все же, просто секс. Я не могу допустить этого снова. Это не я и не такой я хочу быть. Прости.       Бард тяжело вздохнула, ожидая ответа богини. Афродита шокированно смотрела на нее, то открывая, то закрывая рот, пытаясь подобрать нужные слова.       И, наконец, ей это удалось. - Знаешь, а ты ошибаешься. - Ошибаюсь? В чем? – нахмурившись в недоумении, спросила бард, ведь не этой реакции она ожидала. - Ты права в том, душистый горошек, что прошлая ночь была невероятной, - Афродита подмигнула лукаво барду, чтобы скрыть собственное смущение, а потом выражение ее лица стало очень серьезным. – Но это был не просто секс. По крайней мере, не для меня. Габби, ночью… ночью мы занимались любовью. Я знаю это, я это чувствовала. Что-то глубоко внутри. Это был не секс, это была любовь… для меня.       Габриэль открыла рот в попытке возразить, но Афродита резко перебила ее. - Позволь мне закончить. Я хочу кое-что сказать тебе, то, что стоило сказать раньше.       Богиня глубоко вздохнула: теперь настала ее очередь прикоснуться к лицу барда, чтобы та посмотрела ей в глаза. - Габриэль, я люблю тебя, - медленно выдохнула Афродита и пробормотала неуверенно. - Я тоже люблю тебя, Афродита, ты хороший друг, - улыбнулась амазонка, услышав признание богини, но испытала некоторое замешательство.       И это была ее серьезная исповедь? Бард ведь думала, что Зена с трудом выражала свои чувства. - Нет-нет, ты не поняла. Я люблю тебя не как друга, Габриэль.       Бард ощутила, как на плечи легла невидимая тяжесть от откровения богини: «Афродита, богиня любви, влюблена в меня». - Но… как… когда? – запинаясь, бормотала амазонка. - Знаю, это странно, - Афродита увидела смятение барда и попыталась объяснить шутливо. – Богиня любви влюблена в смертную. Такие дела. Габриэль, я не могу сказать, когда точно полюбила тебя. Я не знаю этого. Знаю лишь, что ощущала что-то с момента нашей первой встречи. - Что ощущала? - Любовь. Близость к тебе, родство на каком-то подсознательном уровне. Когда я рядом с тобой, то счастлива. Мою душу согревают моменты, когда мы вместе. У тебя есть спокойная сила, нежность и самое чистое сердце, которое я встречала в жизни. Хоть я и богиня любви, но не имею много опыта в делах любовных. Знаю лишь, что это чувство настоящее. Я люблю тебя. - Но я не… я – бормотала Габриэль, тронутая признанием богини.       Она понимала, насколько трудно было Афродите признаться в чувствах, и не хотела причинять боль ответом, что не чувствует того же… хотя, возможно, я могла бы… - Послушай, я знаю, что ты не чувствуешь того же ко мне, - сказала Афродита, словно бы прочитав мысли барда. – Это нормально. Я не прошу ответных чувств. Все, чего я прошу, это шанс.       Шанс… Габриэль изумленно смотрела на нее: это признание все изменило. До этого бард ощущала себя так, словно бы попала в какой-то дикий и странный сон, в котором богиня любви была сама не своя. Но это признание все изменило. Исповедь Афродиты глубоко тронула Габриэль – может, бард была и правда должна ей этот шанс. - Шанс на что? - Шанс быть с тобой. Шанс сделать тебя счастливой, показать красоту этого мира. Шанс прикоснуться к твоей душе.       Шанс. - Афродита, я не хочу обманывать тебя. Я не люблю тебя так и не думаю, что этот шанс изменит ситуацию, - серьезно призналась Габриэль. - Я не прошу твоей любви. Все, чего я прошу, это быть с тобой.       Бард улыбнулась этому признанию. - Ну… думаю, мы могли бы…       Немного помолчав, амазонка неловко улыбнулась. - Итак, Дита, учитывая это все, что это все новое. Как бы ты назвала эту ночь? – спросила Габриэль, выразительно подняв брови.       Афродита покраснела и лишь спустя некоторое время смогла придумать ответ. - Преимущества новой дружбы? – сказала она неуверенно. - Преимущества, да. Так, теперь мы пара? – улыбнулась Габриэль в притворном обольщении. - Не пара, но мы действительно хорошие друзья… с преимуществами, - ухмыльнулась Афродита в ответ, а потом, замявшись, спросила. – Это нормально?       В ответ Габриэль прижалась к ее губам своими, даря крепкий поцелуй.