Игры для настоящих демонов

       Темно. Непривычно холодно. Руки связаны за спиной. Нагиса медленно открыл глаза, ещё не полностью придя в себя. Голова слабо кружилась, а глаза лишь различали образы с размытыми очертаниями. Отложив анализ на потом, Нагиса вспомнил, что произошло вчера ночью: Карма ушёл осмотреть территорию, а потом появился Широ и притащил с собой дурман, от которого отключилось сознание. Медленно вдыхая, различая запахи практически по одному, Нагисе удалось выяснить две полезные вещи: во-первых, проснуться посчастливилось в Нулевой обители, а во-вторых — в комнате больше никого не было.        Осторожно подняв голову, Шиота осмотрелся, затем попробовал пошевелиться. Мышцы успели отдохнуть за время непроизвольного сна, и теперь, пусть были скованы, вели себя довольно послушно. Под боком находилось сиденье дивана, позади его спинка, впереди виделся ковёр, шкаф и прочие декорации среднестатистической гостиной.        Опираясь локтем в диван, и неумело приняв сидячую позу, Шиота немного поёрзал, проверяя крепость верёвок. Было страшно, но сильнее страха разгорелось только недоумение: как у соперников хватило наглости свершить нечто настолько подлое, как похищение? За это придётся понести ответственность, если не перед Коро, то как минимум перед Кармой. Он наверняка уже рвёт, мечет и изо всех сил старается не сравнять вражескую обитель и всех её обитателей с землёй. В душе зародились противоречивые чувства: Нагиса очень хотел, чтобы Карма поскорее отыскал имя, а ещё сильнее надеялся, что он в первую очередь придёт сюда спасать своего любимого. Но никому из учеников нельзя было без приглашения прийти в чужую обитель, поэтому Нагисе оставалось только ждать, когда Итона и Широ покинут безопасную для них территорию или же спровоцировать их на это.        Стоило помянуть чёрта, как он явился. Как всегда уверенной походкой Широ вошёл в комнату и со злым удовлетворением осмотрел Нагису. Тот встретил противника рассерженным взглядом и глухим горловым рычанием. Оба юноши молчали, присматривались и прощупывали почву. Ауры каждой из сторон вели себя тихо, угроз не следовало, как и мирного предложения разрешить конфликт за чашечкой чая. Алые глаза смотрели из-под капюшона, выражали надменность, высокомерие и неоправданную гордость. Лишить ослабленное беззащитное существо сознания, связать его и притащить в своё логово — великое достижение. Держа эмоции под стальным контролем, Шиота первым разорвал тишину, справедливо поинтересовавшись, ради чего стоило проворачивать такую опасную авантюру, зная, кто придёт мстить. — Какой любопытный, — ядовито усмехнулся Широ. Он сделал шаг навстречу, но грозное рявканье со стороны Нагисы заставило вновь увеличить расстояние. — Имею право знать, что я тут делаю. — Да, наверное. Всё просто, я хочу знать, к чему привели ваши умозаключения. Где имена, Нагиса? — Не смей называть меня по имени! — ещё громче рявкнул тот. — Как ты посмел притащить меня сюда?! — Какой ты нервный, — Широ всё же подошёл к своему гостю вплотную и грубо схватил его за подбородок, напоминая, кто в данной ситуации главный. — Думаю, сейчас вопросы могу задавать только я… Я хочу знать, где Владыка спрятал имена, и хочу знать это немедленно.        Шиота одёрнулся, вырываясь из цепких когтей, одетых в кожаные перчатки. Не с первого раза, но всё же добился своего, завоевал долгожданную свободу. За неповиновением последовала мощная звучная пощёчина. Это стало последней каплей, переполнившей чашу терпения Нагисы. Он зашипел, медленно приоткрывая рот и обнажая длинные клыки, нахмурил брови и согнул спину колесом, вжимая голову в плечи. Будь руки свободны, Нагиса уже кинулся бы на врага и разорвал его когтями, выпустил ему внутренности наружу, а все стены закрасил грязной кровью. Но мало того, что верхняя половина тела оказалась почти бесполезна — ни силами не воспользоваться, ни даже помощь попросить — в этот раз было даже не на кого надеяться. Резко откинувшись назад, Нагиса изо всех сил пнул Широ в живот, отшвырнув его на пол. Не теряя ни секунды, вскочил на ноги, но добраться до двери не успел — каким-то чудом Широ поймал его за стопу и резко дёрнул.        Упав чуть дальше и едва не разбив нос, Нагиса попытался подняться, но сделал это вопреки своей воли — взяв за шиворот, Широ поставил Нагису на ноги и ответил любезностью на любезность, точно так же ударил его в живот кулаком, заставив согнуться и жалобно проскулить сквозь плотно сжатые зубы. Переместив руку на затылок Нагисы, Широ сжал его волосы в пальцах и заставил поднять голову, заглядывая в искажённое болью лицо. Нет ни капли энергии, руки скованы, а из-за тревоги даже соображать трезво не получалось. Тело мелко подрагивало и пыталось восстановиться после удара. Очень странно оказалось быть неспособным постоять за себя. Чертовски стыдно и унизительно. Страшно и глупо. Но ничего не удавалось придумать, не получалось найти реальный выход из сложившихся обстоятельств. — Последний раз спрашиваю, где имена? Ты представить себе не можешь, насколько я бесчестен, — следующие слова Широ прошептал совсем тихо, на ухо. — А самое приятное, что всё это сойдёт мне с рук.        Нагисе пришлось выбирать между честью одного из лучших воинов в Преисподней и сохранностью своей шкурки для Кармы. И выбор, конечно, был очевиден. Смиренно дёрнувшись в сторону, высвобождаясь из позорной хватки, Нагиса вполголоса произнёс, что покажет дорогу к снежным шарам, но при одном условии. Зная своего напарника как себя самого, Нагиса был абсолютно уверен, что он придёт искать его именно там, возле имён. Поэтому Нагиса велел Широ пообещать, что он не станет хитрить, а сразится честно, если на то пойдёт. Недолго думая, он согласился на сделку и развязал пленника, но для собственного спокойствия лишил его возможности сбежать, соединив с собой печатью. Карму Широ не боялся. Он знал, что сейчас чистокровка полностью опустошён и даже гнев не поможет ему вновь восполнить энергию, этот козырь из строя уже вывели.        Чай — вот она подсказка владыки Коро. Чай из проклятого дерева, которое растёт только в одном месте, возле входа в мир людей. И хотя переход благородно называли «вратами», на деле это был невероятно огромный водопад, падающий откуда-то сверху, из дыры в каменном потолке. Поток с чудовищной силой струился вниз, однажды пробив дыру в земной коре, и уходил куда-то ниже подземелья. Все забытые и потерянные вещи странствовали вместе с водой, изредка выбиваясь и падая на рваные края пропасти. Лысые представители адской флоры окружали это место кольцом, цеплялись ветвями и, вытаскивая из-под твёрдой земли корни, делали подножки всем проходящим мимо. И где-то в этой непроходимой чаще таились два маленьких снежных шарика. А может и один, ведь ученики Нулевой обители толком не искали, поэтому им Коро не мог дать намёк. Оставалось лишь понять, с чего и как начинать поиски. Широ держал Нагису возле себя, не давая ему отойти даже на полметра, а сам пытался сообразить, как бы ускорить процесс.        Итона не стал мелочиться и просто обшаривал все деревья щупальцами по очереди, одно за другим. Если среди полсотни растений и попадалось дупло или что-то вроде, оно было либо пустым, либо из него скалилось что-то странное и волосатое, не то мартышка, не то кошка. Не привлекая к себе внимания, Нагиса бегло осматривался, точно так же ища намёки Великого владыки. Через пару минут хождения туда-сюда по кругу, действительно удалось заметить одну деталь, давшую надежду — некоторые ветки были едва острижены. Постаравшись взглянуть на местность со стороны, Шиота понял, что подпиленные деревья тянуться прерывистой дорожкой куда-то в чащу. Получив ответ на основной вопрос, Нагиса смело начал думать план побега, однако недолгий анализ показал, что кроме как ждать чуда, вариантов нет.        Связь легко можно было прервать небольшим всплеском энергии, но даже капли её у Нагисы не осталось. Он лишь снова почувствовал жжение в области сердца и скривил чуть болезненную гримасу, оставленную без внимания со стороны. Понимать, что ты абсолютно бесполезен и беспомощен оказалось сложно. Находиться там, куда без веской причины не заглядывает ни одна не живая, не мёртвая душа, быть под надзором врагов, и не иметь в своём арсенале не то, что магического оружия, но просто клинка. Для того, кто привык использовать свои удивительные возможности чуть ли не с самого детства, это стало серьёзным испытанием, как физически, так и психологически.        Дёрнув Нагису за запястье, Широ поинтересовался, какие есть соображения, не заметил ли маленький ящер что-нибудь интересное. Тот глубоко вдохнул, сохраняя равнодушие, и признался честно, что соображения действительно есть, но делиться ими Шиота не собирается. В конце концов, уговор был проводить в нужное место, а не выполнять всю работу целиком. Поймав зарождающуюся агрессию, Итона благополучно затерялся среди ветвей и стволов, избегая возможности попасть под горячую руку напарника. Тот схватил Нагису за ворот рубашки, тряхнул и притянул к себе. Широко открывая рот, Шиота прерывисто рычал и скалился, демонстрируя клыки. Вцепился острыми коготками в руку Широ и пытался угрожать, сначала на одних лишь инстинктах, а через минуту из-за прекрасного чувства, которое появлялось только, когда Карма был рядом. Он где-то близко, он уже идёт. Ощутил это Широ немногим позже, но когда на побег времени совсем не осталось.        Послышался треск старых деревьев. Задребезжали мелкие камни. Поднималась пыль. Сменяя злость, на лице Нагисы расцвела блаженная улыбка облегчения. Ему не понадобилось принюхиваться или прислушиваться к своим ощущениям, чтобы среди иллюзии и дикого поведения природы понять, откуда идёт Акабане. За долгие годы установленная связь, отношения, становившиеся с каждым днём крепче, сами отвечали на многие вопросы, давали подсказки и позволяли разделять мысли между демонами словно на уровне телепатии. Не в силах побежать, Нагиса быстро зашагал и кинулся на своего любимого с объятиями, едва не сбив его с ног.        Магическая цепь между Широ и Нагисой лопнула, возвращая ему привычную долгожданную свободу. Осторожно прижав Нагису к груди, Карма посмотрел на него, не опуская головы. Во взгляде янтарных глаз читалась гордость и уверенность, полное умиротворение и ни капли злости. Голос, отдающийся эхом, тоже практически не выражал отрицательных эмоций. Слова, обращённые к противнику, звучали равнодушно и почти без презрения. — На что ты рассчитывал, когда решил увести связанного со мной демона у меня из-под носа?        Сперва Широ подумал, что вот и пришёл конец его плану и победу уже не вырвать, но через мгновение придумал кое-что новое, способное спасти положение. Если не получилось выиграть у соперников, можно попробовать добиться их дисквалификации. Сдаваться ещё слишком рано. Ещё можно использовать главный грешок Кармы, его неконтролируемую ярость. Широ совершенно не беспокоило, что его товарищ затаился где-то в непроходимом лесу. Слишком много гордости и самоуверенности таилось в демоне, чью породу знал лишь он сам. Он привык действовать самостоятельно, ни на кого не полагаясь, а если и просил от кого-либо что-либо, всегда был готов взять ситуацию под личный контроль. Широ собирался стоять на своём до самого конца, любым способом добиться поставленной цели, или же с боем погибнуть здесь и сейчас. — Да, ты прав, я действительно увёл твоего дружка прямо у тебя из-под носа, — раздался высокомерный ответ. — Хотя я и сам не ожидал, что моя идея сработает. Может тебя и называют лучшим и сильнейшим в Преисподней, но тебя можно обыграть самыми простыми детскими шалостями, — Акабане рявкнул, сильнее прижимая к себе Нагису за плечо, надеясь так успокоиться и не броситься на врага. — Ах да, об этом. Скажи спасибо, что мне просто нужна была информация, а не месть. Я мог жестоко убить его, понимаешь? Или того хуже.        С каждым произнесённым словом Шиота переживал всё больше и прижимался к Карме как можно ближе, пытаясь помочь ему держать эмоции под контролем. Его всегда было легко спровоцировать на драку, многие мерились с ним силами, но этот случай не такой как обычное развлечение среди особенно молодых и импульсивных демонов. Если сейчас Карма нападёт и в пылу битвы перейдёт за грань допустимого, прикончит Широ, Коро придётся на долгое время изгнать убийцу за нарушение главнейшего правила в Аду. Не найдя иного выхода, Широ решил воспользоваться этой абсурдной возможностью. Его взгляд и лёгкость жестов давали понять, что смерти он не боится, быть может, его способностью было перерождение или ускоренная регенерация. Это интересовало Нагису всегда, но не сейчас, когда на кону не то, что победа в суровой игре, а возможность быть рядом с Кармой. Нагиса с мольбой смотрел в ярко-оранжевые глаза и надеялся, что он примет верное решение.        А самоуверенный враг всё не отступал, пытался задеть, будто ковырял тупым когтем почти зажившую рану, и смотрел с такой гадкой надменностью, ничуть не сомневаясь, что план сработает. Это действительно случилось бы, но только со старым Акабане. Сейчас новый, обновлённый, он очень отличался от своей прежней версии, стал куда более уверенным в себе и своём напарнике, который помог так сильно измениться, провести огромную работу над собой и своим характером. Все пылкие гадости Карма слушал равнодушно, без малейшего интереса, и не прекращал обнимать Нагису. Он постепенно перестал переживать и стал испытывать только искреннее восхищение. Несколько месяцев назад Карма, ни секунды не выжидая, вспорол бы Широ живот и глотку, после чего со спокойной совестью убрался бы с территории Преисподней куда-нибудь в пустошь на столетие. Что-то изменилось, и Нагиса очень хотел узнать, что именно.        Дольше выдерживать унизительный спектакль Итона не смог. Коварные хитроумные планы, умелое использование подручных средств и попытки выиграть, не прибегая к магической и физической силе вызывали уважение, но такое поведение выходило за рамки благоразумия и чести. Не в силах больше стоять в стороне, Хорибе немного постарался, чтобы высвободить свою силу, и опутал щупальцами запястье и стопы Широ. Тот оскалился и перевёл разгневанный взгляд на Итону. Дёрнулся, попытался вырваться, но без толку, слишком сильна оказалась хватка. Итона был как никогда твёрд в своём намерении разрешить нелепый конфликт до того, как он полностью опозорит учеников Нулевой обители. Они уже проиграли, причём по всем статьям, оставалось только уйти с гордо поднятой головой. Приняв это с определённой благодарностью и некоторым недоумением, Акабане кивнул и позволил второй паре покинуть территорию врат без последствий.        Когда Широ и Итона скрылись где-то за деревьями, Карма впился своими губами в губы Нагисы, сливаясь с ним в жгучем страстном поцелуе, от которого подкашивались ноги и кружилась голова. Юноши стиснули друг друга в объятьях и постепенно опустились на землю, когда их тела окончательно обессилили. Сами того не осознавая, они прижались спинами к одному особо толстому дереву, держась за руки. Задрав голову от неестественного холода, который источал ствол, Шиота понял, где именно они с Кармой сейчас находятся. Без большой охоты приподнявшись, он достал из дупла два снежных шара, на одном из которых красовалось имя Карасумы, а на втором чуть потёртое имя Такаоки. Вновь прильнув к Карме, Нагиса облегчённо вздохнул. Он представлял эту игру совсем иначе, её правила не подходили и не нравились ему, но ради Кармы он всегда старался. Протянув находки Акабане, Нагиса положил голову на его плечо и закрыл глаза. Скоро почувствовал прикосновения к своим плечам, нежные, но очень надёжные и вселяющие безмятежность. Сон пришёл как-то сам собой, сморив обоих. После всего пережитого они как никто иной заслужили отдых.        Ощутив, что оба имени найдены, Коро решил сам посмотреть на победителей и убедиться в истинности своих расчётов. Как он и предполагал, выиграли ученики из Третьей обители, но он не думал, что они так безмятежно заснут в обнимку, а не помчаться со всех ног хвастаться победой. Судя по их измотанным лицам, Нагиса и Карма за последние дни пережили больше, чем Владыка себе представлял. Забрав обоих демонов во дворец, он дал им время отоспаться и восстановиться, а пока это происходило, не только убрал свою слизь с груди Нагисы, но организовал на вечер бал в честь завершения состязаний и временного назначения одного из архидемонов на своё место. Скоро замок украсили и привели в божеский вид, разослали приглашения, заставили самыми разными яствами длинные столы, повсюду расставили вазы с ярко-красными и голубыми цветами, и просто оплели ими колонны и арки.        Горели свечи в канделябрах. Играла мягкая музыка. На высокий балкон Коро пригласил главных гостей сегодняшнего события. Во-первых, он представил всем своего верного помощника, защитника и советника, которому предстоит править подземельем, Карасуму. Тот поклонился гостям, поблагодарил господина за оказанную честь, и сказал небольшую, всего из нескольких предложений речь о том, как он горд своими учениками, победителями самых сложных из проведённых за последнее время игр, после чего пригласил юношей показаться гостям. Не желая слишком красоваться и привлекать внимание, Карма скромно надел чёрный фрак, богато украшенный серебряными цепями и синими танзанитами, начищенные до блеска туфли и иссиня-чёрные перчатки. А вот Нагису он попросил одеться так, как очень долго хотел его увидеть, но для чего всё не представлялось подходящей возможности.        На изящной стройной фигуре красовалось многоярусное платье с пышными рукавами, разукрашенное оборками и бисером. Мягкая ткань цвета вороньего крыла искрилась, поверх был надет воротник и болеро из лоснящихся чёрных перьев, добавляющих роскошному образу молодого демона ещё больше красоты и благородства. А тонкую шею Нагисы украшал чокер с агатом посредине, окружённым чёрным жемчугом. Длинные голубые волосы Акабане собственноручно заплёл в сложную высокую причёску, оставив лишь две пряди обрамлять лицо. Одним словом, перед всеми присутствующими появились настоящие представители элиты, великолепные, роскошные, неописуемо прекрасные и влюбляющие в себя с одного лишь взгляда. Карма смотрел на остальных свысока, гордясь и восхищаясь своим избранником. Карма всегда считал его воплощением совершенства, но теперь это признали практически все остальные, пусть не скрывали заворожённых или завистливых взглядов. Приняв благодарность от господина Коро и своего учителя, Карма протянул Нагисе руку и с таким же надменным взглядом повёл его вниз по лестнице, к гостям. Ирина же поправила грудь, ненавязчиво подошла к Владыке и поинтересовалась: — Поймите меня правильно, но,.. скажите, зачем Вы устраивали это состязание? — О чём ты? — состроив самое невинное выражение на морде, буркнул Коро. — Чтобы узнать, кто будет моим заместителем, пока я отдыхаю. — Может я блондинка и суккуб, но это не значит, что я идиотка. Вы с самого начала знали, что победят Акабане и Шиота, причём не сомневались в этом и секунды. Так почему сразу не назначили Карасуму? — Я сделал это для него, — чуть помолчав и задумчиво посмотрев в потолок, всё же откликнулся Коро. В его голосе слышалась нотки ностальгии и лёгкой тоски. — Из всех моих учеников, он лучший, но слишком критично относится к себе и своим способностям. Я устроил соревнование для того, чтобы помочь ему. — Опять вы со своими учениками! — Ирина всплеснула руками. Она говорила чуть громче от возмущения и тыкала во Владыку отполированным ногтем. — Вы лучше меня должны знать, что из всех, кого вы обучали, остался один лишь Тадаоми. Остальные погибли либо от возраста, либо на той ужасной войне. — Мои ученики — это вся Преисподняя. Каждый в ней учится у её правителя, даже если сам того не замечает. Тот, кто способен учить неугомонных импульсивных детей точно справится с взрослыми, — недолго помолчав, Коро оглядел огромный зал, пестрящий яркими платьями и строгими костюмами. — Да и, что скрывать, эта игра повлияла на каждого, кто принял в ней участие. Итона подал заявление на переход в другую обитель, Такаока стал допускать мысль, что его метод обучения не так уж совершенен, а Карасума сделал самое главное — сумел отпустить своих учеников в свободный полёт. Результаты превзошли все мои ожидания.        Уединившись на балконе, Карма и Нагиса смотрели на разноцветные огни, мерцающие в тёмном почти опустевшем городе. Воздух был как никогда лёгким и свежим. Возможно, он казался таковым только из-за выполненного долга или потому, что противная вязкая жидкость больше не сдавливала грудь, но ощущать подобное было поистине замечательно. Положив ладонь на руку Акабане, Нагиса робко, но с улыбкой на лице, посмотрел ему в глаза. Такие яркие, словно пламя, застывшие в драгоценном камне, бездонные и пронзительные. Этими глазами можно восхищаться вечно, смотреть на них всё время, каждую секунду, ловя в них силу и доброту. Оба юноши молчали. Каждому из них хотелось много чего сказать, похвалить, обменяться эмоциями и впечатлениями, но после всего случившегося они считали, что всю оставшуюся жизнь смогут понимать друг друга без слов.        Долгое пребывание в окружении сотен зрителей быстро утомило парочку. Пришла пора возвращаться в обитель и отметить победу своим, более подходящим способом. Извинившись за столь неожиданный уход, демоны отправились домой. Заняло это всего несколько секунд — с вернувшимися силами Шиота преспокойно сумел перенести себя и партнёра в их комнату. Попросив Нагису подождать за дверью, Карма поспешил создать атмосферу для любовного ритуала, а затем сел на край постели. Ничего особенного: цветы, падающие лепестки, ароматизированные свечи и лёгкий дымок. Довольно банально и просто, но Нагисе такое очень нравилось. Стоя в коридоре, он распустил волосы и думал о прошедшей игре и о том, как много она изменила за свой короткий срок. Карма сделал просто невозможное для самого себя, поведением доказал свою надёжность и убедил, что сможет защитить от всего, даже того, на что не в силах повлиять.        Получив разрешение, Нагиса вошёл в комнату и закрыл поплотнее дверь. Нос щекотал лёгкий аромат жасмина. На полу и в воздухе витали алые и светло-голубые лепестки. Под ногами, подобно послушной волне, клубился низкий густой туман. Перья на болеро и воротнике поблёскивали от свечей, а особенно длинные чуть покачивались при каждом шаге. Приподняв одну бровь и блаженно улыбнувшись, Акабане протянул руки, готовясь встретить любимого объятиями. Но тот остановился всего в паре шагов от кровати. Смотрел с умилением и чуть чаще дышал. Не понимая, о чём он думает, Карма не спешил подавать голос, смиренно ожидал. Нагиса опустился на колени. Медленно, с трепетом снял с Кармы туфли и отложил их в сторону. Сердце того дрогнуло. То, что происходило сейчас, могло означать только одно, вести лишь одной дорогой. Почему-то сложно было поверить. Этого так хотелось, ради этого приходилось так стараться, сейчас ничего не изменилось, а столь долгожданный момент настал. Дыхание сбилось. Пламя на фитилях задрожало, а лепестки и бутоны, танцующие в невесомости, на секунду ускорили свой бег. Хотелось позвать Нагису, но все звуки застряли в глотке.        Он не поднимал глаз, смотрел в пол. На тонких губах играла улыбка. Ещё никогда не было так хорошо. Создавалось впечатление, что все проблемы и невзгоды никогда больше не дадут о себе знать. Глубоко вдохнув, Нагиса согнул спину и коснулся лбом стоп Акабане, чувствуя, как тот дёрнулся всем телом. Молчание не нарушал никто. Оба рвано дышали и не могли найти подходящих слов. Спустя столько времени самый важный, самый нежный, самый сложный ритуал доверия был исполнен, навсегда скрепив два сердца воедино. Больше не будет преград. Не будет страха. Не будет ревности. Только огромная, бесконечная, космическая любовь между двумя столь разными созданиями. Боясь нарушить момент, и всё ещё дрожа, Карма опустил руку на светловолосую макушку, привлекая к себе внимание, и вполголоса спросил, иногда делая паузы между словами: — Нагиса… Почему… Почему именно сейчас?        Тот поднял голову, и обомлел. Никогда ещё не приходилось видеть Карму, уверенного и всемогущего, таким растерянным, никогда на его лице не появлялось смеси невероятной радости с непониманием. Он не знал, что сделал столь особенного, чтобы заслужить веру Нагисы. Его жизнь была спасена не раз, романтические свидания проводились регулярно, ласковые фразы и нежные слова произносились ежедневно, поддержка не прекращалась ни на секунду. Так что произошло сегодня утром, или днём, или вечером, чего так не хватало? Акабане сгорал от счастья и желания узнать. Неспешно поднявшись на ноги, Шиота сел на его колени, обхватил руками сильную шею и заглянул в глаза напротив смело и восторженно. — Когда мы только начали встречаться, ты всегда позволял себе нарушать правила, и отсиживал наказания не только в своих покоях, но даже на краю пустоши, позволял избивать себя. Тебя выгоняли на дни, недели и даже месяцы, а я всё это время был один, — к горлу подступил комок, а на глазах наворачивались слёзы. Сначала хотел замолчать, но Нагиса понимал, что уже не сможет, продолжил говорить, иногда шмыгая носом. — Невозможность видеть тебя истязала меня, но ты раз за разом нарушал правила, если считал это необходимым или поступал так ради меня. — Чуть приоткрыв рот, Карма опустил взгляд. Он был растерян, винил себя и злился. Сказанное было чистейшей правдой, но невозможным оказалось поверить в неё. Казалось, это было так давно и сделано кем-то совершенно незнакомым. Положив ладонь на щёку Кармы, Шиота изящным жестом повернул его лицом к себе, снова встречаясь с ним взглядом. — Но сегодня… Я был уверен, что ты убьёшь Широ, и я снова останусь один на целую сотню лет… Но ты не сделал этого… Теперь я верю, что ты не оставишь меня, что бы не случилось. — Нагиса. Если бы я не был так глуп раньше, — Акабане шумно выдохнул, мотнув головой и опустив её вниз. — Раньше я был не таким, и ты знаешь об этом лучше всех… Кроме себя ни о ком не думал, а ты так изменил меня, — он взял маленькую ладошку Нагисы в свои широкие ладони, и посмотрел на него с доброй улыбкой. — Благодаря тебе я понял, что в этом мире есть кто-то важнее, чем я сам. Ничто не заставит меня предать тебя, даже моя гордыня.        Осторожно стерев слёзы с лица Шиоты, Карма коснулся его лба и зачесал непослушные пряди. Чмокнул в щёку, а затем заглянул в сверкающие лазурные глаза. В душе обоих царствовало такое странное и незнакомое ощущение, будто весь мир изменился, стал добрее и светлее всего из-за нескольких слов и жестов. Так много чувств переплеталось, одни сменялись другими, более яркими и тёплыми, что держать их внутри стало просто невозможно. Расстегнув брошку, Нагиса снял пышное болеро и отложил его на прикроватный столик. Опустил глаза, затем, приподняв брови, с ожиданием посмотрел на партнёра. Тот испытывал в эту секунду те же эмоции и желания, поэтому ему не пришлось гадать, что делать. Взяв Нагису за узкие плечи, Карма слился с ним в поцелуе, уронил на кровать. С некоторыми неудобствами снял и кинул на пол чёрные каблуки.        В области сердца стало очень горячо. Кровь быстрее забегала по венам, приливая к щекам, распаляя их. Тепло стремительно растекалось по телу. Оно становилось таким лёгким и податливым, но вот своего хозяина не слушалось вовсе. Нагиса велел себе не краснеть так сильно и не так быстро возбуждаться, но всё выходило с точностью до наоборот. Наверное, так происходило всё время. Совсем скоро Нагисе пришлось смириться с тем, что он снова, как и всегда, кончит намного раньше Акабане. Тот разделял это предположение и хотел всеми силами ему поспособствовать. Углубил поцелуй, проводя остроконечным языком по нёбам, оплетал язык Нагисы. Рефлекторно он проглотил часть слюны, от чего зажмурился и покраснел ещё пуще прежнего. Упёрся в грудь Кармы руками и с настойчивой мягкостью отодвинул его от себя. Глубоко вдохнул через рот и позволил себе устало упасть. Голова слегка кружилась из-за недостатка воздуха, мышцы приятно гудели, но были полностью расслаблены, сами по себе подавались каждому движению.        Карма наклонился к Нагисе, провёл кончиком носа по его тонкой шейке, обжигая горячим дыханием. По коже пробежали мурашки. Едва ощутимые прикосновения, лёгкие, воздушные, наивные, будоражили в разы сильнее, чем страстные и глубокие. Почему-то так происходило каждый раз — чем мягче Акабане обращался с Нагисой, тем сильнее он возбуждался. Он кратко глотнул большую порцию воздуха, чуть дрогнув и дёрнувшись назад. Сегодняшний день должен был закончиться именно так, в постели, в объятиях, в такой романтической и страстной атмосфере. Это было ясно с самого начала. Энергия, передающаяся от одного тела другому, связь, становившаяся всё крепче, переплетающиеся мысли, будто два разума слились воедино. Возможно, так и происходило на самом деле.        Поймав удачный момент, Карма лёг рядом с Нагисой, развернув его к себе полубоком. Одну руку опустил на его живот, мягко погладил пару раз, затем стал пробираться под пышную юбку, касаясь его члена через тонкую ткань белья. Мгновенно раздался лёгкий всхлип. Зажав зубами кончик перчатки и стянув её со второй руки, Акабане коснулся плеча Нагисы. Провёл вниз до локтя, затем проскользил до запястья и притянул руку Нагисы к своим губам, поцеловал тыльную сторону его ладони. Не в силах сосредоточиться на ощущениях ни вверху, ни внизу, он иногда мурлыкал, мотая головой то в одну, то в другую сторону, ёрзал и кратко глотал ртом воздух. От удовольствия глаза сами собой закрывались. С губ срывались почти неразличимые слова о том, как приятно и здорово Шиоте было в эти минуты. Слишком приятно. Скоро он дрогнул, поддавшись вперёд и на выдохе простонав. Карма ощутил влагу под своими пальцами даже через перчатку. Не сумел сдержать удовлетворённую улыбку и тихо шепнул Нагисе на ухо: — Надо же, так быстро, — Шиота в шутку оскалился, изогнулся и попытался укусить Карму, но не смог.        Снова раздалась лёгкая усмешка. Карма вновь проявил активность в области паха Нагисы, но совсем недолго. Развязал шнуровку корсета на груди, понемногу начинал ласкать её. Несильно сжал пальцами один сосок, потянул, затем отпустил. Устроился поудобнее, сбоку сильнее наваливаясь на Нагису, и начинал орудовать длинным языком, оставляя на нежной коже мокрые дорожки, а иногда укусы. Сначала опустился вниз, почти к самому животу, затем снова стал поцелуями подниматься вверх, пока не добрался до шеи. В ту секунду Шиота дрогнул, боясь снова получить укус. Но Акабане только слабо сжал зубы всё на том же месте, на котором всегда оставлял пометку, затем лизнул и отстранился. Нагиса беспрестанно, кратко и сдержанно постанывал, прижимаясь ближе, поддаваясь каждому движению, сжимая пальцами платье и рукав фрака. Нутро горело и дрожало. Хотелось кричать от восторга, затмившего рассудок, но удавалось только произносить прерывистые звуки.        Закончив распалять верх, Карма перенёс область откровенной деятельности ниже. Снова скользнув под пышную юбку рукой, провёл вверх к бедру и ягодицам. Почувствовав ткань с рельефным узором нитей, приподнял искрящуюся чёрную ткань и белый подъюбник, и без стеснений оглядел тонкие ноги Нагисы. Василькового цвета полупрозрачные чулки, изрисованные сложным рисунком, и тонкими подвязками соединённые с бельём, стали очень неожиданным и крайне приятным сюрпризом для Кармы. Он перевёл пошловатый взгляд на Шиоту. Лицо того было красным от стыда, он смотрел куда-то в сторону, не в силах побороть своё смущение. Желание порадовать коварного соблазнителя после всего произошедшего ударило в голову и заставило надеть эту чертовски откровенную и эротичную одежду. Теперь думая об этом, Нагиса сам не мог поверить в то, что сделал. И это только чулки, как же Карма отреагирует на следующую часть комплекта.        Встав на колени, зажимая Нагису между своих ног, Карма задрал пышную юбку и с удовольствием осмотрел кружевные брифы лазурного цвета с полупрозрачными изрисованными лентами по бокам. Нагиса никогда не горел желанием красиво наряжаться, покупать кучу одежды, из которой потом придётся каждое утро выбирать, что надеть, не следил за тем, подходят вещи по цвету или нет. Ему было всё равно, он считал главным комфорт и свободу. А потом появился тот, из-за кого для хранения вещей стало не хватать одной полки в общем шкафу и пришлось выбирать гардероб, большой и с зеркалом до пола. Один радовал, другой — восторгался. В этот раз особенно. Чтобы Нагиса, маленький невинный ящерёнок, преодолел все свои принципы и стыд, и надел нечто настолько пошлое. У Акабане не хватало слов, чтобы описать свою благодарность. Не хватало красноречия, чтобы выразить их в понятной доступной форме. — Я… я обязательно сделаю что-нибудь подобное для тебя. — Тоже наденешь кружевное бельё? — искоса посмотрев, улыбнулся Нагиса. Карма навалился на него. Зажал его личико в своих широких ладонях и повернул к себе. — Если это тебя порадует, надену. Но у меня есть идея получше.        Наклонившись к животу Шиоты, Карма медленно провёл языком от его пупка вверх до груди. Затем вниз, пока не добрался до лобка. Хозяйски положил ладонь на член партнёра, стал плавными аккуратными движениями потирать чувствительный орган, уже достаточно твёрдый от возбуждения. На полупрозрачной ткани проступило тёмное пятно сочащейся спермы. Выгнувшись навстречу, Нагиса тихонько простонал, сжимая в пальцах тонкое одеяло. Немного раздвинул ноги, насколько позволяли чужие колени, упирающиеся в кровать. Движения каждого из юношей были очень изящными, аккуратными, мягкими. Будто всё происходило в самый первый раз, как когда-то давно. Тела трепетали и изнывали от желания поскорее слиться воедино этим странным, человеческим, но таким искренним способом. Во рту пересыхало. Не удавалось отличить реальность от уже заглядывающего вперёд воображения. Всё казалось эфемерным, словно превратилось лишь в чистые эмоции.        Закончив приводить Нагису в готовность, Карма отстранился и оглядел его. Сверкающее платье. Растрёпанные волосы, скользящие по подушке и простыне. Полуопущенные веки и задурманенный взгляд голубых глаз. Чуть приоткрытые губы, ловящие воздух. Невероятно красиво. Коснувшись их пальцем, Карма чуть надавил, призывая открыть рот пошире. Коснулся языка, выманивая его игривым движением. Не дав сообразить, Карма напал с бесстыжим поцелуем, взял Шиоту за запястье одной рукой, а второй придерживал за макушку. Дышать стало невозможно. Лепестки, танцующие в комнате, всё меняли свой бег, ускорялись, взлетали быстрей, тут же начиная плавно опускаться к полу. Кружились, переплетались. Обвивая язык Нагисы своим, Акабане постепенно отодвинулся, растягивая между губами капельку слюны. Одарив его обольстительным взглядом, Нагиса бегло облизнулся и попытался вдохнуть полной грудью.        Карма притянул Нагису за руку и наконец избавил его от пышной одежды, но талантливо сделанный чокер и соблазнительное бельё пока трогать не стал. Как и не стал снимать с себя ни фрак, ни штаны. Что-то особенное было в том, чтобы заниматься сексом в одежде, так Карма считал. Он снова уронил Нагису на кровать, прильнул к нему всем телом и вновь начал медленно тереться о его член своим, невзирая на препятствия в виде плотной ткани штанов. Совсем скоро Шиота снова кончил, испачкав живот и светлую простынь. Поддавшись чувствам, Нагиса приподнялся на локтях, чтобы было удобнее, и стал двигаться навстречу в такт каждому движению. Внутри бушевало пламя. Соображать стало невозможно. Не осталось стыда и неловкости, только желание разделить эту ночь с любимым, отдать ему всего себя без остатка, отдать ему тело и душу.        Подождав, когда Нагиса станет готов к продолжению, а возможность терпеть и дальше растягивать прелюдию окончательно иссякнет, Акабане сделал следующий шаг. Медленно снял брифы, щекоча пальцами кожу, затем расстегнул молнию на брюках, откинул фалды за спину, чтобы не мешали, и коснулся бедра Шиоты. Тот прервал долгожданное слияние на самом начале, когда схватил витиеватый рог и притянул Карму к себе. Впился в его губы требовательным поцелуем и не отпускал до тех пор, пока кислород не кончился в лёгких. Каждый из парней вдруг осознал по одной простой истине. Нагиса понял, что тогда, как ко всем и каждому Карму относится жестоко и кровожадно, с ним он ведёт себя предельно осторожно и трепетно. Да, иногда он срывался, вцеплялся клыками в плоть, пил кровь, оставлял глубокие царапины и шрамы, но всё это с лихвой перекрывало то, что он делал в остальное время. Карма, в свою очередь, осознал, что свою молчаливость, зажатость и равнодушие Нагиса пересиливает лишь для него одного, показывает свои настоящие эмоции, открывает свою хрупкую сторону, не боится быть беззащитным.        Неясно, сколько именно времени прошло. Акабане деликатно прервал поцелуй и тихонько шепнул, что не может терпеть дальше, скоро взорвётся от страсти и хочет поскорее перейти к делу. Нагиса хотел того же. Его лицо было красным от смущения, но он всё равно с улыбкой кивнул. Опустился на постель, понимая, что сил держаться у него не хватит. Нагисе оставалось только лежать под Кармой, поддаваться ему и блаженствовать. Он взял Нагису под колени и приподняв его ноги, несколько раз провёл языком по анусу, вспомнив, что смазку из ванной совсем забыл взять, а запас в комнате кончился на прошлой неделе. Для начала Карма хотел ради приличия подготовить Нагису, но отбросил эту идею, услышав сдавленный стон. Всякое подобие воли окончательно лопнуло. Вцепляясь острыми ногтями в бёдра Нагисы , Акабане несколько раз ткнулся своим членом в подрагивающее от предвкушения тело Шиоты. Тот молящее скульнул и закрыл глаза, полностью расслабился.        Чмокнув в голень, а затем в пяточку, Карма положил ногу Нагисы себе на плечо, принял более устойчивую позу. Одной рукой придерживал Нагису за бедро, второй упёрся в кровать, наклонился немного назад. Когда твёрдый влажный орган проник внутрь, Нагиса прогнулся всей спиной, сжимая пальцами ног тонкое одеяло, скомканное на краю постели. Больно не было, только приятно. Чувствовалось, как скользит внутри нечто большое и твёрдое. Хотелось, чтобы оно проникло глубже, до самого конца. Тихонько постанывая, Шиота сперва вёл себя несколько отстранёно, не проявлял активности, привыкал. Но аккуратные прикосновения и медленный выдержанный темп вызвал доверие. Нагиса приоткрыл глаза и стал дышать через рот, вдыхал в такт плавным толчкам. Постепенно они становились глубже, чаще и сильнее. Готовясь кончить, Карма вогнал член на всю длину, сжимая когтистые пальцы. Зажмурился и прорычал. Нагиса, насаживаясь ещё сильнее, запрокинул голову и громко, в полурёве, простонал.        Двинувшись ещё несколько раз, Акабане отстранился. Глотая воздух, он затуманенным взглядом смотрел на партнёра. Едва не рухнув, лёг рядом с ним, прижал к себе. Потёрся о его чешуйчатую щёку головой, куснул за ушко. Оба лежали молча. Восстанавливали дыхание. Успокаивались. Им было сейчас как никогда хорошо. И каждый из демонов подумал о том, что такие игры им нравятся гораздо больше.