Тихоня

Прямо под носом на огромной скорости пронеслась огромная, дребезжащая и очень шумная конструкция. Она неслась с огромной скоростью по идеально прямой ровной дороге, пока не превратилась в крошечную точку и совсем не исчезла из виду. Следом за ней с шумом пронеслась ещё одна, на этот раз поменьше и гораздо быстрее, красного цвета. Затем ещё и ещё... Но странно было не это. Это место не было похоже ни на окрестности Конохи, ни на страну огня в целом. В библиотеке было несколько книг, с общим содержанием на тему: «Лучшие технологии самых развитых стран», но о таких штуках там не было сказано ни слова. А что если это какая-то разновидность дзюцу? Тогда надо срочно выяснить, как ею управлять, ведь она могла заглядывать внутрь людей. Спустившись с пригорка, Хината прошла вдоль дорожного полотна, наклонилась и с удивлением потрогала странную поверхность дороги. Казалось, полотно слеплено из множества сплавленных маленьких камушков, причём все были одинакового цвета, прямо по центру вдоль была проведена белая непрерывающаяся желтая полоса, делящая дорогу ровно на две половины. Мимо с гулом проносилось все больше и больше машин, все они были разными по форме, цвету и размеру, они неслись с разной скоростью и были одинаково странными. Одни были маленькими, быстрыми, юркими и невесомыми, другие же, наоборот, казалось, созданы убивать и давить невероятно большими колесами. Иногда со свистом проносились на двухколесных открытых механизмах не защищённые стальным каркасом люди. Вообще, весь этот пейзаж был очень странным и непривычным для неё. Всё в нем было слишком разграниченным и четким, слишком продуманным, без излишеств: только снег и брошенная лента дороги на фоне розового солнца. Никаких лишних деталей... Хьюга медленно двинулась вперёд. Пройдя пару шагов, она остановилась и развернулась лицом к летящему прямо на неё металлическому чудовищу. Вдруг, с его стороны резко раздался очень громкий, визжащий звук. Железный зверь начал с визгом тормозить, но огромная скорость не позволяла сделать это быстро. Вот уже можно было различить ужас, застывший в глазах водителя, который вот-вот собьёт человека. Но заканчивать жизнь вот так, в незнакомом месте, на морозе, грязной, в чужом теле не хотелось. В последний момент она нечеловеческим прыжком взмыла высоко в воздух и приземлилась на крышу. Через секунду дорога перед грузовиком была пуста, были слышны только противные, режущие уши гудки машин сзади. От резкого торможения на скользкой дороге грузовик занесло, и одна легковушка впечаталась мордой прямо в прицеп грузовика, не успев среагировать. И всё бы этим и ограничилось, если бы не одно но... Грузовик вёз три огромные чугунные трубы, сцепленные между собой лишь цепью. Она не выдержала, и две трубы с тяжёлым гулом покатились на капот, сминая переднюю часть машины в лепешку. Хината взирала на все с крыши грузовика, чувствуя, как зашевелились от ужаса волосы на затылке. В последнюю секунду она увидела за лобовым стеклом молодых мужчину и женщину, что в последние секунды своей жизни горько улыбались, глядя друг другу в глаза и сцепив руки воедино. Затем одна из труб докатилась до стекла и, даже не почувствовав преграды, продолжила свой путь, будучи подталкиваемой второй. Бледные лица скрылись из виду, и в следующую секунду послышался отвратительный треск сминаемого металла, в воздухе расцвела стальная вонь чужой крови. Резко замутило, захотелось спрятаться от всего этого кошмара, избавиться от липкого чувства чужого страха. Хотелось убежать - ноги не двигались, хотелось разреветься - глаза словно высохли на морозе. Трудно представить себе смерть хуже, чем быть раскатанным в блин огромной строительной трубой... Из-под капота вырвался клуб белого дыма. Через секунду послышался крик, стон боли, а она лишь стояла, неподвижная, шокированная, не в силах сдвинуться с места. Совсем рядом, под боком, что-то скрипнуло, заставляя очнуться. Дверь легковушки затряслась, кто-то явно пытался выбраться с пассажирского заднего сидения. Покорёженный металл никак не поддавался, дверь исказилась от удара. Послышались крики и плач. Хината подскочила и мгновенно оказалась рядом. Из-за стекла на неё смотрели огромные испуганные глаза мальчика примерно одного с ней возраста, с измазанным в крови виском, испуганного до дрожи. Брюнетка собрала немного чакры в кулаке и, размахнувшись, проткнула железо насквозь. Схватив край дыры с внутренней стороны, она без труда сорвала её с петель и отшвырнула в сторону. Мальчик сидел, прижавшись спиной к спинке сиденья, и боялся пошевелиться, лишь с мольбой глядя на своего неожиданного спасителя. На фоне лучей заходящего солнца и белоснежного снега с развевающимися на ветру длинными волосами стоящий перед ним мальчик, пусть и весь в крови, сейчас казался настоящим героем. Хьюга почувствовала, как пальцы холодеют на зимнем ветру, как мокрая одежда не способствует прогреванию тела. Мандраж не проходил, становилось ещё хуже. Она быстро окинула салон взглядом, как-то безучастно отметив мокрое пятно на штанах мальчишки, и только сейчас заметила, что ноги его были прижаты спинкой переднего сидения. Трубы докатились до середины салона, прижав только передние места с родителями мальчика и прогнув крышу. Оба кресла откинулись назад под тяжестью, из-под них выглядывали две крепко сцепленные окровавленные белые руки, а под ноги не переставая текла бурая кровь. Хьюга судорожно вздохнула и попыталась сосредоточиться. Все потом, сейчас главное - спасти этого ребёнка. - Помоги мне! Сейчас я отожму сидение, а ты аккуратно вытянешь свои ноги. Хорошо? Понял? - дождавшись ответной череды кивков и судорожных всхлипов, она залезла рядом на заднее сидение и ногами уперлась в спинку водительского, давя всё сильнее и сильнее. Мальчик попытался двинуться, но тут же застонал и скривился. - Б-больно... ноги не двигаются, я не могу! - чувствовалось, что до истерики оставалось недолго. - Так, ноги в руки, и вперёд. Давай же! Тяни ноги за штанины и вытаскивай, руки у тебя свободны, - он с сосредоточенным выражением лица вслушивался в её слова, а потом, поджав губы и кивнув, потянул ткань штанов. Через минуту коленки были свободны, а ещё через две мальчик полностью освободился. - Хорошо, теперь быстро вылезаем из этой штуки, - чужой голос дрожал, девочка наглоталась дыма, в глазах щипало. Только сейчас она заметила, как останавливались одна за другой машины, как один за другим из них вылезали люди. Они что-то кричали, спорили, одна женщина уже звонила в скорую, а один из толпы, черноволосый мужчина, сломя голову бежал им навстречу. Два мальчика в это время, вывалившись из машины, старались отойти как можно дальше от места происшествия. Один из них был весь в крови, худой, что-то кричал второму, что чуть поменьше, который едва держался на ногах. В конечном итоге, первый взял второго на руки и побежал навстречу другим людям. Розовый диск уже полностью зашёл за горизонт, небо становилось все темнее и темнее, мимо проносились машины, и из них за все это время остановилось пять из них, чтобы прийти на помощь. Вот к ним-то два мальчика и направлялись. Мимо них промчался тот самый мужчина, даже не взглянув на раненых детей,: он бежал к сплющенной легковой. Хината лишь горько усмехнулась. - Нету там живых, - тихо бросила она. Мальчик в её руках потерял сознание от ужаса и не шевелился. Сейчас можно было рассмотреть его получше. Черноволосый, низкого роста, с маленьким носом и короткими ресницами, он почему-то выглядел очень странно. Кожа была светлой, но похоже, что это лишь результат пережитых страданий. Почему-то она чувствовала ответственность за него и не могла сейчас сбежать точно так же, как тогда в деревне. Она не могла просто оставить его на холодной дороге и сбежать. Она спасёт его, чего бы ей этого не стоило. В глазах начало мутнеть, сказывалась усталость, огни встречных машин становились нечеткими движущимися пятнами. Тут её саму подхватили на руки и прижали к тёплой груди. Это был тот самый мужчина, что не так давно равнодушно пролетел мимо, даже не удосужившись помочь. И как он не брезгует? Она же с головы до ног перепачкана кровью. Хороший вопрос. А как ей нравится прижимать к себе несдержавшегося мальчишку? Наверное, просто они оба не видят в этом ничего необычного, неестественного и противного. Девочка откинулась на плечо, при этом рассматривая гладко выбритый мужественный подбородок. В его руках не было доброты, было ясно, что они никогда не держали в руках ребёнка, в них не было нежности. Она поудобнее перехватила мальчишку и позволила человеку поддержать его ноги, а сама при этом придерживала его у себя на груди. Вот такой вот бутерброд получился. Глаза уже слипались, не хотелось думать ни о чем. Сейчас хотелось лишь закрыть глаза, расслабиться и уснуть в неудобных костлявых руках абсолютно незнакомого человека...