Путь пера и... Шпаги

Посвящается: моей бабушке и утренним шоу, которые меня подбешивают) Пульт нашёлся между диванными подушками. За Муз девушка не волновалась, они привыкли? всё равно невидимы для всех, кроме неё. Ну, и других фикрайтеров, художников и прочих. Хотя всё зависит от желания Музы — быть видимой или нет. А вот за бардак в комнате волноваться стоило, хотя вряд ли с утра кто-то из родственников решит заглянуть в комнату уже вставшей девушки. Напевая себе под нос «Думайте сами, решайте сами…» Тоша плюхнулась на диван и включила телевизор. Пока тот нехотя включался, фикрайтерша стянула один бутерброд с тарелки и в предвкушении принюхалась. От горячей булки шёл пар, а запах плавленного сыра и колбасы разбудил в животе Тоши большого белого кита. Скосив глаза на издающий урчащие звуки живот девушка фыркнула. — Не стоит заставлять моего внутреннего кита ждать! — Решила она и откусила половину бутерброда за раз. Скажете некрасиво? А вы попробуйте не есть вторые сутки, перебиваясь только яблоками вечером! Тем более это было слишком вкусно, а то, что вкусно надо есть большими кусками. Раскрыв прищуренные от удовольствия глаза, подросток переключила детские мультики на утренние новости. Крутят же по утрам всякие шоу, типа «Доброе утро»? Так вот, именно такое шоу она и включила. Яичница стремительно уменьшалась в размере, прогноз погоды с экрана телевизора обещал родному городу метель и возможное штормовое, а Тоша чуть ли не зубами стучала, сжавшись как можно сильнее, и дрожащими руками отправляла в рот вилку с горячей едой. От контраста «Тепло внутри, холодно снаружи» по телу волнами проходили мурашки, и от них становилось ещё холодней. Отложив вилку на очередном сюжете про некачественную стройку (кажется где-то обвалился балкон), девушка решительно встала и, обнимая себя руками, чуть ли не бегом бросилась в комнату, изъять у Муз и Антона плед. — Не обращайте на меня внимания, я просто побуду мимо проплывающим айсбергом! — С этими словами Таня ворвалась в комнату и резким движением подняла с пола сразу оба пледа, которые так и лежали там после разрушения шалаша. Кстати, стоит заметить, что шиноби умудрились заставить Антона всё прибрать. Вдохновение как раз вылезло из шкафа, с отвёрткой в руках. Тумба была поднята, все разбросанные при этом тетради лежали стопочкой на месте. Даже рассыпавшийся бисер из коробки был рассортирован по пакетикам и цветам! — Что, Тоня, припахали? — Блаженно кутаясь в тёплые пледики поинтересовалась девушка. — Сам виноват! — Обличающе произнёс брюнет с утиной задницей на голове, затыкая открывшего было рот синеволосого. Ничего личного, господа, просто издержки фендома, к которому парень принадлежит. — Это да. — Девушка погрозила вдохновению кулаком, так и не достав руку из-под пледа. Смотрелось это комично, но он понял. И даже хотел ответить, только авторша его перебила. — Ладно, я доедать, а вы можете пока отдохнуть! И Тоша снова удалилась, только на этот раз идя медленно и чинно, представляя что укутана не в плед, а в мантию. В пледе она быстро согрелась, так что ела она теперь уже куда медленней, и больше слушала то, что происходит в зомбоящике. Там как раз начались новости. Пока диктор вещала о сильных снегопадах, из-за которых было перекрыто несколько автотрасс и где-то даже оборваны линии электропередач, встала бабушка нашей героини. С подозрением выслушав историю про «я просто проснулась, и не смогла уснуть» женщина пошла пить свой кофе. Тоша, хоть и любила свою бабушку, но быть одной любила больше. Либо с эфемерными существами, либо с друзьями, либо одна. С семьёй она привыкла бывать вечером, но никак не утром и уж точно не днём. Подросток, что ещё сказать? Поэтому сейчас девушка очень надеялась, что бабушка к ней не придёт, а будет сидеть на кухне. Вот только бабушка считала абсолютно по-другому. Они и так редко видятся, а тут такой шанс побыть с внучкой! Девушка же считала, что видятся они предостаточно, поэтому чуть не застонала от безысходности, когда бабушка села рядом с ней, откинувшись на спинку дивана. — Что смотришь, Танюш? — Женщина отпила кофе и обратила взгляд в экран. Там как раз закончили показывать пейзажи какой-то деревни, в которой что-то не так с коммунальными службами. «Два дня назад профессора Международного института исследований* предоставили результаты работы с такой группой населения, как фикрайтеры и фикридеры. (На этом месте девушка подавилась только что откусанным бутербродом, в шоке поднимая голову.) Выводы, сделанные исследователями, весьма неутешительны. Установлено, что фанфикшен пагубно влияет на сознание неокрепших умов детей и подростков. У людей, связанных с фанфикшеном замечена повышенная агрессивность…» — Подросток хмыкнула. В каком месте они агрессивные? Они не агрессивные, просто злить не надо! — …, а так же ряд психологических нарушений. Как у читающих, так и у создающих так называемые «фанфики» (На этом месте Тоше очень захотелось раздражённо поправить диктора. Почему их не называют как положено — фикрайтерами?!) выявлены отклонения, которые в последствии могут быть опасны для благосостояния окружающих и самих так называемых авторов. Подробнее расскажет мой коллега, Денис Каральев…» На экране пустили видеоряд, а мужской голос просвещал незнающих о том, кто такие фикрайтеры и фикридеры. Тоша сидела бездумно глядя на экран и мысленно поправляя неточности или неправильно произнесённые понятия. Ну как можно было слешеров назвать «слешериами»? Одно радовало, никто не разу не перепутал «фанфик» и «фантик». — Вот ведь, что делается. — Проворчала бабушка, сокрушённо качая головой. — А что, Танюш, много этих, фиквайтеров?.. Фихайтеров? — Фикрайтеров, бабуш. — Усталым голосом поправила Тоша. Она потёрла виски, откидываясь на спинку дивана, и со стоном выдыхая. У вас бывало такое, когда неожиданно узнаешь что-то, что как ведро ледяной воды на голову заставляет сердце пропустить удар и забыть как дышать? А потом, отойдя от шока, когда уже вспомнил кто ты есть, приходит осознание того, что ты узнал и от этого осознания ты лишаешься всех сил? Вот у Тоши сейчас именно так. Она сидит и с ужасом понимает, что их, фикрайтеров, объявили ненормальными и опасными. И что неизвестно, что с ними будет. Может упекут в психушку? Будут колоть всякие препараты для зомбирования, промывать мозги и давать проходить всякие тесты? Или заберут на опыты, как расходный материал? В ушах раздался треск, и девушка помотала головой. Нет, это уже из какого-нибудь жестокого экшена. Да и кому нужны неокрепшие, ослабленные недосыпом организмы? Ведь не нужны?.. — Да, вот их. Много ли, а? — Бабушка всё ещё смотрела на экран, где какой-то мужчина в очках и тошнотворного зелёного цвета костюме подробно расписывал, что вообще стало причиной исследования. «В наше время всемирная сеть стала неотъемлемой частью повседневной жизни.» — Звучал его голос из динамиков. Мужчина слегка картавил, но разобрать его слова было вполне реально.- «К сожалению, у некоторых интернет вызывает зависимость, что очень часто заканчивается фатально. Наши исследования были включены в обширную программу по изучению направлений с возможностью привыкания и, как следствие, зависимости. Однако, в последствии изучения данной отрасли мы пришли к выводу, что тут всё гораздо хуже, чем с теми же онлайн играми. Была собрана специальная группа специалистов, которая более подробно изучила проблему. Мы выяснили, что если читателей ещё можно вылечить и избавить от влияния фанфикшена, то вот с авторами нас постигла неудача. В следствие чего было признано, что фанфикшен опасен и люди, подвергшиеся его влиянию представляют угрозу. Особыми тревожными сигналами стали: пропаганда нетрадиционной ориентации, повышенная жестокость некоторых работ, нарушение авторских прав и так далее. Сайты, специализирующиеся на фанфикшене удалены из общего доступа, и в скором времени будут удалены совсем. Пользователи этих сайтов пройдут собеседования в специально созданных для этого комиссиях. Пока ничего более конкретного сказать не могу.» Девушка фыркнула. Ну да, исключены из общего доступа… Пользователи пройдут комиссию… Наверняка их куда-нибудь денут, изолируют от общества, а сайты уже удалены. — До чего докатился мир? — Пробормотала Тоша, глядя на список заблокированных сайтов на экране. — Людям не дают творить! А ещё свобода слова! — Таня поднялась и посмотрела на растерянную бабушку. — На одном из самых масштабных проектов, посвящённом фанфикшену, «Книге фанфиков» или, по-простому — Фикбуке, на данный момент уже перестали давать определённую цифру. Там сейчас просто "множество", возможно уже перевалившее за миллион. А это только один, хоть и один из самых популярных, сайтов. Бабуль, фикеров очень много. Но они вовсе не опасны, и отклонений психологический у них нет. — И снова этот противный треск в голове. Тоша морщится. — Или твоя внучка опасна для общества. Женщина в шоке открывает рот, прижимая руку к сердцу. Глаза глубокого голубого цвета смотрят на внучку недоумённо и недоверчиво. Неужели бабушка всё ещё не догадалась, почему Тоша предпочитает вечерами сидеть за компьютером, а не делать уроки, например? — Бабуль, не переживай. Всё, что я там выкладывала или читала ни разу не зашло выше поцелуйчика в конце работы. А из моего там только стихи. — Незаметно скрещенные пальцы, и вроде как оправданная ложь. Нужно успокоить бабушку, а там выкрутиться получится как-нибудь. А ведь и правда в том, что уже выложено не было большего, чем поцелуй. Но поцелуй между парнями… Как там было? Пропаганда нетрадиционной ориентации? Так весь слеш покоится пока в черновиках и в документах на ноутбуке, только самая первая работа открыта для просмотра! А насилие… В тех же детективах похуже бывает! И вообще, им всем воздастся!.. Но об этом позже. Сейчас испуганная бабушка, глаза у которой от неверия и шока стали ещё больше. У этой женщины удивительно красивые глаза. Насыщенного голубого цвета, чтобы смешать который в синий капнули вместо белого каплю циркона. Помешанный на названиях оттенков (возьмём в пример Антона) сказал бы, что у этих глаз цвет синей стали. На что другой оттеночный маньяк (возьмём Тошу) заявил бы, что это синий Клейна. И эти двое спорили бы, тыкая друг другу в лицо образцами этих двух цветов, приводя как доказательства наблюдения и даже сравнивая каждый цвет с роговицей женщины до того момента, пока обессиленная девушка бы не замолкала посреди длинной тирады и не падала на руки вовремя подскочившего парня уже сладко посапывая. Они любили долгие споры до «победного» и часто возвращались к истёртым темам не один раз, два упрямых подростка. Но как бы они не спорили, как бы не выясняли какой же цвет у этих глаз, кое-что оставалось неизменным. Это насыщенность их цвета, его ясность и чёткость. У этой радужки не было рисунка, только тонкий тёмный ободок по краю. Может именно это давало такой яркий цвет? То, что разглядеть его не мешало почти нечего? Возможно. Но даже не цвет был особенным в этих, уже немолодых, глазах. На радужке левого глаза, чуть левее под зрачком, было одно маленькое карее пятнышко. Оно было совсем небольшим, но на однотонном фоне привлекало к себе внимание особенно ярко. Тоша всегда любила наблюдать за бабушкиными глазами. А если точнее именно за этим пятнышком. В нём было что-то непослушное, в какой-то степени мятежное. Оно нарушало спокойствие основного цвета, маленьким огоньком разрывая его. И, наверное, в этом маленьком пятнышке и скрывается причина того, что Тоша больше всего любит, когда её глаза становятся зелёными — тогда у неё тоже появляется это маленькое пятнышко. На том же месте, что и у бабушки. Прошло уже два часа, мама с братом отправились в детский сад и на работу, а бабушка, отошедшая от шока уехала на дачу. Музы с Вдохновением ушли, но Тоша была не против — пусть отдохнут, она всё равно пока ничего написать не сможет. С не очень легкими мыслями девушка легла на кровать. Ей надо было обдумать ситуацию. Ситуация была, мягко говоря, плачевная. Если сейчас их объявили опасными для общества, то их точно не оставят в покое. Хотя, если вести себя правильно на комиссии, то всё может пройти неплохо. На крайний случай она может переписать не соответствующие требованиям работы… Тоша даже мысль недодумала — вскочила и впечатала кулак в шкаф. Напряжённые мышцы требовали разрядки, а мысли о том, что нужно будет править написанное собственной рукой заставили разозлиться. Речи об этом даже быть не могло! А потом девушка вспомнила о Нате… --------- *Все новости, имена репортёров и института выдуманы. Совпадения с реальностью случайны.