Тепличные холода.

Клара "просекает фишку", что Доктор, который сейчас прямо перед ней - над ней - другой. Нет, по-сути, Доктор - довольно-таки "собирательный" образ. Но дело совершенно не в этом. О, как это сложно - все время удовлетворять потребность мозга называть вещи своими именами. Клара отчетливо понимает, что он отличается, но ей совсем не хочется делить одного человека на "этот" и "не этот" лишь для того, чтобы еще больше запутаться. Ведь какая в самом деле разница, если он - все тот же Двенадцатый. Но, черт возьми. Его выражение лица, то, как он смотрит на неё. Взгляд "её" Таймлорда был полон крошечных, холодных озорных огней, с капелькой устаканившегося спокойствия и чего-то, что похоже на счастье. Сейчас его взгляд был насквозь пропитан скорбью. Он смотрел на Клару так, словно еще вчера видел, как последний вздох покинул её тело. По-сути, так оно и было. "Let me be brave." Доктора привлекает мысль о том, что случившееся можно вполне считать не больше, чем плохим сном. Будто бы он никогда не ступал на плитку улицы-ловушки. Будто бы он вовсе не видел её заплаканных глаз. Только он все еще помнит тепло чужой кожи на собственных губах. Только в ушах звенящим эхом все еще раздается чужой крик. — Я все знаю. Клара дотрагивается до его щеки, и все, о чем он может пожелать - проснуться. Потому что он - чертов Повелитель Времени и ему не должно быть настолько больно от простого прикосновения. Но все не так. Потому что его выворачивает наизнанку от этого выжигающе-ноющего ощущения. "Let me be brave." Клара все понимает. Как минимум - догадывается. Она приподнимается и целует Таймлорда в губы так сильно, как только может. Так болезненно, насколько позволяет болевой порог. Двенадцатый колеблется. А потом чувствует хруст собственных ребер. Он практически в кровь растерзывает тонкую кожу чужих губ. Она мелко дрожит, как только ощущает чередование поцелуев с укусами на собственной шее и заплетается в пальцах и звуках, пытаясь справиться в пуговицами на рубашке. И кожей чувствует чужую ухмылку. Эта ночь не вписывается ни в одни рамки этики или эстетики. Это странно. Это прекрасно. "Clara..." Доктор повторяет её имя. Шепчет его, запутавшись в каштановых волосах, не умолкая, не останавливаясь - Клара почти плачет в ответ на этот слишком интимный жест. Она готова простить ему все - разбитую чашку, полу-порванную кофту. Собственную смерть. Да, Двенадцатый думает - было бы неплохо знать, что это всего лишь дурной сон. Каждый раз он бы возвращался на пару дней назад, где его бы ждала невозможная Клара Освальд с её невозможными глазами, перекипевшим чайником и скучным фильмом. Но технически Клара Освальд - мертва и это - её последний выходной. Утром он скажет, что любит её больше жизни и поэтому, позже, она не попросит его говорить это снова. Таймлорд обнимет её крепче, чем когда-либо кого-либо обнимал. Клара скажет ему все то же. А после ТАРДИС с характерным звуком покинет чужую ванную. Клара вернется на кухню и нальет себе виски. И завтра в консольной раздастся телефонный звонок. "Goodbye, Doctor" __________________________________________________ Маленькое послесловие. Думаю, те, кто посмотрел свежевышедшую серию меня поймут. Было совершенно опрометчиво готовиться к "началу конца" - почти уверена, что ни у кого этот "план" не сработал. Нам подарили действительно хорошую историю и прекрасно-грустный/совершенно не тот/ слишком "нет слов" конец. Скорее всего, сейчас кто-то роняет слезы на руки после просмотра. Эй, это надо перетерпеть. Я достаточно сильно люблю одушевлять персонажей и Клара - один из тех немногих, по которым я действительно буду скучать. Так что, да, все хорошее заканчивается. Рано или поздно.