Call It Home.

Стайлз ложится в кровать и издает звук, похожий на «бррр», только тише. Дереку хочется рассмеяться. Он чувствует себя подростком, забравшимся к девчонке в окно и ведущим себя очень тихо, чтобы ее родители не узнали, что он здесь. Стайлз стягивает свою толстовку, после чего его взгляд задерживается на Дереке. Он неосознанно кусает губу и приподнимает бедра вверх, стягивая джинсы. Дерек не может оторвать взгляда. Будто кислород выкачали, а он парализован чем-то покруче, чем яд канимы. Выдохи Стайлза, кажется, стремительно нагревают и электризуют воздух в комнате. Возможно, так кажется только Дереку. Стайлз выглядит блядски невинным. Дерек не понимает, как это может сочетаться. Его тело, его душа, дух ногицуне, все они воссоздали нечто совершенное, способное уничтожить Дерека Хейла, не оставив и щепки. Просто его губы больше не кажутся огромными и несуразными. Они кажутся припухшими и желанными. Его нос не кажется широким, он вздернутый и любопытный, как весь Стайлз в целом. Его тело больше не кажется худощавым и неловким — он выглядит, как фарфоровая точеная куколка, которую нужно беречь, как самое дорогое сокровище. Его кожа не кажется бледной. Она выглядит сахарно-молочной, бархатной на ощупь и чуть прохладной от контакта с холодной простыней. Дереку кажется, что он ведет ладонью вниз по впалому животу и проводит рукой в опасной близости к паху, чувствуя жар молодого тела. Дереку хочется стать совратителем, попасть в ад за это. Он готов понести наказание за наслаждение. Но он не двигается. — Давай спать? — произносит Стайлз с ухмылкой, забираясь под одеяло и пытаясь согреться. Дерек думает, что это не было наваждением. Это было настоящим цунами.