Call It Home.

Парень забирается в кровать и блаженно выдыхает. Дерек все еще в своей куртке. Он складывает руки на груди и опирается задницей на подоконник. Стайлз улыбается ему. Он улыбается Стайлзу. — Иди ко мне, — прошептал Стайлз. Худой, беззащитный и от того полный сарказма Стайлз. Дерека ведет от этого голоса. От карамельных глаз, раскрытых так широко и заглядывающих в самую душу. Он раздевается на ходу, словно модель, а Стайлз приветственно раскрывает одеяло. У него все еще стоит, теперь даже сильнее, и Дерек чувствует запах возбуждения в воздухе. Оно больше не принуждает. Не связывает. Не заставляет. Оно похоже на пузырьки шампанского и молочный пористый шоколад. Дерек оставляет футболку на себе в большей степени потому, что он не успел ее снять, а уже дошел до кровати. Он забирается внутрь, в кокон Стайлза, крепко обхватывая его своими ручищами, и Стайлз тихо визжит, когда Дерек теребит его, как тряпичную куклу. Дерек вынюхивает его. Твою мать, он по-настоящему делает это. Он освобождается от майки, и теперь его широкие плечи бугрятся под напряжением, когда одеяло соскальзывает вниз. Альфа ведет носом вниз, затем снова вверх. И снова вниз, уже ниже, в итоге забираясь под одеяло. Он еще помнит о шерифе внизу. Стайлз смеется, и Дерека заполняет истерическое счастье. Ему хочется залаять и завилять хвостом, радуясь вместе с хозяином. Стайлз чешет его за ухом, и Дерек принимает бета-форму. Сердце Стайлза не пропускает ни удара. Оно бьется так же сладко и счастливо, будто ничего не изменилось. Это поражает Дерека. Потому что все, кто видел то, что мог Дерек с рождения, поражало их до глубины души. Они испытывали ужас, отвращение, страх. Но никак не радость. Когда Стайлз засыпает, Дерек уходит через дверь в ночь, прощаясь с шерифом кивком головы.