***
— Господи, что это? — громко и заливисто смеётся Ри, когда берёт в руки комплект нижнего белья со множеством шипов, прикреплённых в чёрной плотной ткани. Это смотрится очень пошло и грязно. — Куда катится мир? — весело интересуется она, возвращая бельё на вешалку. Смеюсь ей в ответ и иду к следующему ряду с вещами. Спустя пару часов мы с Анной покупаем достаточно одежды, и я обещаю ей потом обязательно вернуть деньги, которые она потратила на одежду для меня. На это она отвечает, что деньги — не главное, и что она их не примет. Но я верну. Обязательно верну. Когда мы приходим домой, блондинка включает «Гарри Поттера», вытаскивает попкорн и пару жестяных баночек колы, а после мы с ней садимся за просмотр фильма. Когда мы обе уже почти засыпаем, дверь в гостиную, где сидим мы с Брианной, открывается, и на пороге предстаёт парень со светло-русыми волосами. На нём надет тёмно-серый костюм, что, конечно, говорит о серьёзности этого человека. — Добрый вечер, — произносит блондин, и Ри, закатив глаза, передразнивает его: — Добрый вечер, — наигранно строгим, мужским голосом говорит девушка, заставляя меня усмехнуться. — Ты даже здороваешься, как зануда, Карл! — восклицает Ри, и наступает очередь этого самого Карла закатить глаза. — Я Карл Локвуд, — представляется мне парень, слегка улыбаясь. — Да-да, ты Карл Локвуд, — Брианна вскакивает с дивана и, подойдя к брату, начинает выталкивать его из комнаты. — И ты болеешь, брат мой. Тебе надо соблюдать режим, поэтому иди спать! Через десять минут зайду в твою комнату и если ты не будешь в кровати, то, уж поверь мне, я сожгу все твои костюмы, — угрожает Анна и захлопывает за блондином дверь, облегчённо выдыхая, а я уже не могу сдержать смеха. — Ты такая… — сквозь смех говорю я, не в силах подобрать слов, характеризующих эту блондиночку. — Такая Рембо-женщина! — договариваю я, и теперь моя подруга тоже смеётся. — Не могу не согласиться, — она убирает «Гарри Поттера» с паузы, принимая на диване позу лотоса, и зевает, вызывая зевоту и у меня. Мы продолжаем смотреть фильм и вскоре засыпаем прямо на диване. Благо, в этот раз никто не сбивает нам сон.***
Распахиваю веки и осматриваюсь по сторонам, пытаясь привыкнуть к лучам солнца, назойливо светящим в глаза и раздражающим чувствительную сетчатку. Поляна. Большая поляна, границ которой я не вижу. Зелёная трава, явно свежая, ласкает мои босые стопы, когда я делаю пару шагов к югу. А может, и к северу. Или к западу. Но не исключено, что к востоку, так как в таком месте невозможно определить ориентир. Бегу вперёд, улыбаясь и наслаждаясь атмосферой столь чудного места. Солнце всё так же светит в глаза, отчего я немного щурюсь. На секунду мне кажется, что где-то вдалеке из внезапно возникшего тумана кто-то выходит. Останавливаюсь и пытаюсь понять кто это там, чёрт возьми. Спустя пару минут, когда некто сокращает между нами расстояние, я понимаю, что это девушка. Когда неизвестная подходит ещё ближе, и между нами остаётся метров тридцать, по моему лицу расползается глупая, до невозможности счастливая улыбка. Бегу вперёд и обнимаю девушку, утыкаясь носом в мягкие тёмные волосы и вдыхая приятный аромат ванили, исходящий от худенького тельца. — Боже, Беккс, ты не представляешь как я по тебе скучала… — по моей щеке скатывается слеза, и я точно знаю, что отдала бы всё, лишь бы не разрывать объятия с моей девочкой. — Эй, Лори, не плачь, — Ребекка слегка отстраняется от меня, смотря мне в глаза и стирая пальцами слёзы, что уже скатываются по моим щекам, словно дождь по тротуару. — Ты сильная, слышишь? — Да, Беккс, — соглашаюсь я. — Я сильная… И я отомщу за тебя… Дезмонд умрёт в муках, — с каждым словом мой голос становится всё твёрже, и последнее предложение я произношу даже более, чем уверенно. — Нет, Глория, — отрезает девчонка. — Не нужно этого. Ты заново родилась. Что было прежде, ушло. Осталось только то, что ты хочешь. — Но я ужасно зла на него, — шепчу я. — Я хочу убить его: разрезать на кусочки и разослать их его родственникам, если таковые есть, — с ненавистью объясняю я. — Лори, — Донелл тяжело вздыхает, а уголки её пухлых губ слегка приподнимаются, обещая улыбку. — Зло — это не вещь и не состояние; зло — это выбор. Ты есть то, что ты выбираешь. Только это делает тебя тобой. Ты знаешь, что выбирать. Киваю, хотя не полностью согласна с Беккс. — Вот и держись этого выбора. Тогда всё будет хоро… Девчонка не успевает договорить, её перебивает громкий звук — выстрел. Пуля попадает прямо ей в живот. Как и тогда… Голубые глаза Ребекки становятся стеклянными, в то время как из моих уже вовсю текут слёзы. Её хрупкое тельце грузно падает на землю, окрашивая ярко-зелёную траву в ярко-алый цвет. Оглядываюсь вокруг и замечаю ухмыляющегося Дезмонда с пистолетом. Злость и ненависть переполняют меня; прямо сейчас хочу выпотрошить этого ублюдка, но слышится ещё один выстрел. На этот раз пуля попадает в меня.***
Открываю глаза и резко вскакиваю с дивана, стирая со лба холодный пот, тем самым я пробуждаю Брианну, ведь её голова до этого покоилась на моих коленях. — М-м-м, что такое? — недовольно бурчит блондинка, сонно потирая глаза. — Ничего, Ри, всё в порядке. Спи, — слегка улыбаюсь, пытаясь восстановить дыхание. — Не в порядке, я же вижу. Ты белая, словно приведение, — девушка с подозрением щурится. — Просто не самый приятный сон. — Рассказывай, — требует Анна, принимая сидячее положение. — Давай утром, ладно? — говорю я, надеясь, что утром девушка уже и забудет об этом. — А сейчас я хочу спать, — специально зеваю и снова устраиваюсь на диване, прекрасно осознавая, что уснуть не смогу ещё долго. Пускай Беккс из сна и не хотела, чтобы я мстила, но это не изменит моего решения: Дезмонд поплатится за содеянное. Жестоко поплатится.***
— Так что тебе приснилось, Глория? — спрашивает Брианна, одновременно помешивая венчиком для взбивания смесь для блинчиков. — Уже не помню, Ри, — лгу я, так как не хочу вспоминать об этом. — Врё-ё-ёшь, — протягивает блондинка, сощурившись и даже отодвинув от себя миску со смесью. — Нет, — твёрдо произношу я. — Правда не помню, — возмущённо повторяю я под её настойчивым взглядом. — Враки! — Вовсе нет! — Враки, враки, враки! — девушка повторяет это слово, кажется, ещё около миллиона раз, и я всё же рассказываю ей о своём сновидении. — Чёрт, прости, я не думала, что тебе приснилось что-то настолько серьёзное, — она виновато опускает глаза. — Всё хорошо. Мне даже стало как-то легче на душе, когда я тебе это рассказала, — признаюсь я, ободряюще улыбаясь, в то время как блондинка уже льёт немного смеси для блинчиков на специальную сковородку, предназначенную для этого. — Ну, тогда я спокойна, — с облегчением выдыхает она. — Как думаешь, что значит этот сон? — задаю вопрос я. — Честно говоря, он какой-то запутанный, Глория, — задумавшись, произносит Брианна. — Сначала Ребекка говорит тебе, что не нужно мстить, потом появляется этот мудак, — она немного мнётся. — И делает то, что он сделал в реальной жизни. Хотя, итак ясно, что от этого стрёмного окончания сна тебе только больше захочется мстить. Потому я сама не понимаю к чему он тебе приснился. Скорее всего, это просто сон, связанный с твоим прошлым. Не вещий, наверное. — Да, возможно, — соглашаюсь я, а Анна в это время ставит передо мной тарелку с блинами. М-м-м, выглядит аппетитно!..