Три ступени из подвала

Ему хочется, чтобы во всех сновидениях его присутствовал только один человек. Армин вырывается из тяжёлой неги нескольких часов сна в заполненном жидковатым, пульсирующим солнцем личном кабинете. Пахнет нагревшейся кожей. Марево света пульсирует вокруг него. Затекшие плечи, руки и спина просыпаются с рывками боли – тупой и ноющей. Энни рядом нет. Ни за границей сна, ни в чертах реальности. Её нет нигде в его мире, который у всех на виду. Правильные мысли руководителя научного корпуса Армина Арлерта заново созданного людьми государства. Правильные поступки во блага воспрянувшего человечества. Правильный затворнический образ жизни. Но Энни рядом нет. После победы он ушёл дальше от моря – оно ему не нужно, и все его кубометры, литры он обменял на единственный признак жизни в толще прозрачного камня. Всё молчит – Армин видит обескровленное сердце свое в жертвенном тлеющем огне привязанности каждые часы сна. Это его погребальный костер, золотая месса, на которую он никого не звал – ни благоразумие, ни логику, ни человечность, ни честь. И даже там - Энни рядом нет. Армин предпочитает думать, что она мертва. И встретит он её по ту сторону. Или она впала в вечный анабиоз. Или это иллюзия, и Энни очень далеко. Желательно, возле моря и сидит возле своего пепелища золотой мессы. Ведь, она - по крайне мере в нем витает надежда на это - любит убийцу во благо народа человеческого. Армин любит убийцу-титана, убийцу извне, бывшую угрозу. На самом деле - нет. Он готов прижечь руки свои, чтобы больше не думать о такой глупости. Армин любит Энни без снисхождения, без укора и осуждений. Просто так – и оба они имеют свои океаны пролитой крови и насилия. Он сидит лицом к окну – горячий воздух вокруг него сгущается в клоки пыли, солнечные пучки, которые освещают чертежи, планы, диаграммы и отчеты. Пальцы грубо ныряют в длинные пряди волос, собирают их в хвост и затягивают резинку. Небольшой ритуал возврата в место, где… Энни рядом нет.