I Miss The Misery

Ты думаешь, что знаешь меня? Я сама себя не знаю.

Пока машина сворачивала к месту, где, предположительно, расположен лагерь демонов, мы с Диланом обговаривали план наших действий. Парень любил рисковать, поэтому его план я быстро отклонила и предлагала действовать по старому, хорошо отработанному плану. Да, Дилан был более опытен в этом деле, но он каждый раз, как будто бы был готов отдать жизнь в этом сражении. И где-то глубоко в душе я понимала его, ведь ему нечего терять. Умрет он или нет — никто этого и не заметит. Я это понимала, но не одобряла, ведь он, наверное, забыл, что теперь у него есть одна обязанность — я. И пусть я чувствую себя в такие моменты эгоисткой, но я действительно не хочу, чтобы он умер, ведь тогда я останусь одна, вновь почувствую себя жертвой. — Нет! — в который раз повторила я. — Я не хочу лезть на рожон! — Но в этом суть игры! — Если и так, то ставки слишком высоки, чтобы ими рисковать! — Что ты знаешь об азартных играх? — устало спросил он с укором, ему не нравилось, когда я пыталась брать бразды правления в свои руки. — Если ты хочешь умереть, останови машину и езжай сам, — раздраженно воскликнула я, почувствовав, что чаша моего терпения скоро заполнится до краев. — Так ведь у тебя будет еще больше шансов... Не успела я договорить, когда машина резко затормозила так, что я едва не ударилась головой о стекло. Зло дыша, Дилан потянулся к моей двери, чтобы открыть её. — Вот и вали! И чтобы, когда я вернулся, тебя и твоих вещей не было в номере. Ясно тебе?! — плюя от злости слюной, крикнул он мне в лицо. Я замерла от неожиданного поворота событий, но рисковать жизнью мне не хотелось. — Вот и уйду! Достав из бардачка свой нож, пистолет и двухстволку из заднего сидения, покинула салон. Машина резко рванула вперед, бросив в воздух пыль и выхлопные газы. А я стояла среди дороги, начиная понимать, что только, что произошло. Да он там умрет без меня. Но с другой стороны, он ведь как-то дожил до сегодняшнего дня? И какой из меня друг? Эгоистка! Совесть давно меня мучила за то, что я Дилану так и не сказала, что я на самом деле не мальчик даже тогда, когда, выпив, поклялись в вечной дружбе. Что-то мне подсказывало (ох, наверно, мой опыт), что открой я эту тайну, оставалась бы все чаще в номере, ведь девушки слабые, беззащитные, жалкие. В общем, видела я, как мужчины-охотники относятся к женщинам-охотникам. Тем более, что мой опыт общения с мужчинами не был самим сладким. Короче говоря, в какой-то мере, я их боялась не меньше, нежели демонов. Все они — козлы первостатейные. Да. Вот так! Черт, да этот ненормальный убьется там без меня! Засунув за ремень пистолет и нож, а двухстволку оперев об плечо, пошла в том направлении, куда уехала машина. Было немного страшно идти одной по дороге, с двух сторон которой был темный лес. Страшнее будет, когда стемнеет окончательно. Даже сейчас я не могу видеть дальше трех метров. А машины, проезжающие время от времени, не давали приспособиться к темноте. В дали, где-то за спиной, вновь засветились фары очередной машины. Обернувшись к ней лицом, подняла руку, как бы прося подвести. Черная машина ехала не спеша, но так и не остановилась. Разозлившись окончательно, подняла с земли первый попавшийся камешек и бросила машине в след. — Да и пошел ты, козел! Камешек, кхм, камень попал по машине, чего я, честно сказать, не ожидала. Машина остановилась. Я тоже. Из машины вышел мужчина, но лица его я так и не видела, ослепленная светом фар. Сорвавшись с места, побежала в темный лес. Сейчас больше всего я почему-то боялась именно этого мужчину и того, что он сделает со мной за такой опрометчивый и глупый, очень глупый, поступок. Я бежала вперед, не разбирая дороги и не слыша ничего, двухстволка билась об плечо, а пистолет готов был выпасть из ремня. Я остановилась, чтобы поправить оружие, прислушиваясь, но звуков преследования слышно не было. И какого демона? Развернулась, чтобы вновь вернуться к дороге. Влажные листья неприятно чвакали под ногами. Старые кроссовки пропускали воду, отчего ноги быстро замерзли. Боюсь повториться, но... Какого демона?! Поминая Дилана и ту черную машину с ее хозяином нелестными словами, шла вперед. Вскоре поняла, что звуки моих шагов странно раздваиваются. Сначала то, что я приняла за эхо, было как-то слишком далеко. Теперь это что-то шло, как будто бы позади меня. Проверив заражена ли двухстволка, остановилась. Неизвестное существо остановилось чуть с опозданием, вызвав дрожь по всему телу — не показалось. Развернувшись, сделала все так, как учил меня Дилан — выстрелила, едва прицелившись. Существо протяжно завыло. Оно было так близко, что соль забилась глубоко в брюшную полость. Подойдя еще ближе, попыталась рассмотреть его, но блеклое освещение не позволяло этого. Я могла различить густую грубую шерсть, которой было покрыто практически все тело существа. Неужели я подстрелила известного всем американцам Бигфута? «Бигфут» замер, дыхание стало практически не слышным. Уже не боясь полу-мертвого уродца, наклонилась, надеясь рассмотреть его еще лучше. От резкого неприятного запаха мертвечины закружилась голова, но я все так же твердо держалась на ногах. Существо дернулось, как будто пытаясь меня укусить, но, похоже, раненый живот не позволил сделать этого. — Ну что, существо темного мира, кто теперь, кого имеет? — радостно улыбаясь, спросила я. Существо зарычало. Что-то сбило меня с ног. В следующее мгновение это нависало надо мной. — Ну что, гадкий человек, кто теперь, кого имеет? — слова были сложно различимые, больше похожи на рычание зверя, коим и являлся этот... это не пойми что. Он набросился на меня, разрывая кожу плеч длинными, но тупыми когтями, отчего боль была еще более невыносимой. Я закричала, зная, что никто не услышит. Мужчина, в машину которого я бросила камнем, наверняка, уже давно уехал. Слезы подступали к глазам, а существо не спешило меня убивать, явно чего-то ожидая. Сквозь пелену боли и страха смогла различить его рычащий голос: — Где остальные, уродец? О чем он? Да и не важно... Существо запрыгало на мне, отчего мои кишки едва не полезли через рот — тюбик зубной пасты, честное слово. — Ну же, кричи! — продолжая наносить мне увечья, рычал зверь. — Кричи, слабак! На зло ему, почему-то совсем по-детски, пыталась молчать. Хоть перед смертью сделаю гадость. Интересно, понравился бы Дилану такой экстрим? Сомневаюсь... Едва я готова была потерять сознание, раздался оглушительный выстрел, где-то совсем близко. Существо упало возле меня, но быстро восстановилось и, рыча, бросилось в ту сторону, откуда было слышно выстрел. Следуя его примеру (хотя бежать я планировала совсем в другом направлении), хотела было встать, но, похоже, не судьба — по телу новой волной разошлась боль, заставив принять лежачее положение. Самым сложным было лежать, ожидая итога сражения.