Убийцы и жертвы

Глава 6 Мертвое дерево и гнилые листья — Широкую на широкую давай! — проорал чей-то прокуренный мужской голос прямо над ухом Учихи Мадары, отчего он даже поморщился, пока пробирался через строительные джунгли. — Я тебя с первого раза ещё понял, не надо говорить мне это постоянно! — проорал в ответ практически неотличимый голос. А Мадара с трудом подавил желание врезать в челюсть обоим работникам «молотка и гвоздей». И он бы так и сделал, если бы не настоятельная просьба Хаширамы — не наезжать на строителей. «Их нанял Дайме страны Огня. Он взял на себя все финансовые расходы. Поэтому мы должны хорошо себя показать. Мне и так пришлось изрядно поработать оратором, чтобы убедить его, что мы не собираемся захватывать власть в стране. Поэтому, пожалуйста — не буяньте», — вспоминал Мадара, осматривая местность. «Его еще не выбрали Каге, а он уже ведет себя как хозяин», — наблюдая за строителями, размышлял Учиха, — «раньше это бы вывело меня из себя, а теперь мне плевать», — проводя рассеянным взглядом по всем лицам, которые мелькали перед ним, размышлял Мадара. Вот его взгляд цепляется за группу Инудзук, состоящих из десяти взрослых шиноби и целой оравы жутких бойцовых псов. Которые в данный момент обходили территорию в поисках возможной взрывчатки, которую могли бы заложить шиноби, пока еще просто из конкурирующих, также пока еще только рождающихся скрытых деревень. И глядя на этих огромных, уродливых, покрытых шрамами и откормленных человечьим мясом (Инудзука специально кормят их только мясом людей, чтобы в бою псы не мешкали — считая это просто охотой) собак. И пока эта группа обходила территорию, все кто оказывался рядом — резко отбегали назад. От гнилого запаха, который исходил из пастей этих тварей, специально выведенных с помощью генетики (обычным скрещиванием эти существа просто не могли появиться). Сами собаки достигали размеров около 100 сантиметров в высоту и весили почти 100 килограммов. И этими существами можно было бы восхищаться, но только весь их вид наоборот, вызывал страх и отвращение. Не далеко ушли и их хозяева. Такие же здоровые, злобные и вонючие шиноби-оборотни (это благодаря особому контракту с существом из иного мира), смотрящие на всех как на еду (что, собственно, так и есть, Инудзука и вправду каннибалы). «А ведь я был когда-то таким же», — идя параллельно с ними и осторожно за ними наблюдая, размышлял Мадара, — «я точно так же смотрел на всех, как на еду. Считал, что все мне в чем-то обязаны и жаждал власти». Почувствовав на себе взгляд, предводитель группы обернулся и посмотрел на Мадару. А тот в ответ на него. Сам предводитель был здоровым, мускулистым и при этом лысым мужчиной примерно сорока лет. Одет он был в свободные штаны и жилетку на голое тело, также он был бос. Но больше всего, что привлекало к нему, это характерные черные пятна, как у гиен, которые покрывали все его тело. — Здравствуйте, Мадара-сан! — пророкотал этот мужчина, а в глазах читалось желание попробовать мясцо Учихи, сырое мясцо. — Рад вас видеть, Гоолу-сан, — тихо ответил Мадара, делая вид, что не заметил его взгляда, разворачиваясь и идя дальше. — Извините, но у меня ещё дела. — Вкусно пахнет, — тихо произнес Гоолу, громко вдыхая ртом воздух, на что получил лай согласия от псов и кивки соклановцев, а Мадара сделал вид, что ничего не слышал. Дальше он всё так же шел спокойным шагом, наблюдая за людьми. Кто-то работал, кто-то отдыхал. Одни уплетали за обе щеки еду, не отходя от рабочего места. Были те, кто просто общались. То тут, то там вспыхивали драки, как обычные люди, которые что-то не поделили, так и шиноби, встретившие своих кровников., начинали выяснять, кто убил чьего-то брата, а тот за это убил чьего-то отца. «Но теперь я это перерос. И мне плевать, стану я первым каге или нет. Для меня это теперь всего лишь — еще одна ступенька», — остановившись около скалы, щурясь от яркого солнца и смотря на то, как каменщики вытёсывают голову для того, кто выиграет в крысиных бегах (так окрестила Мито — выборы) и станет — каге. — «Забавно, но после того прощального взрыва устроенного Кирайчо (а то что это он, Мадара не сомневался) из меня как будто вылез паразит, который до этого нашептывал мне мысли и идеи. И после того как он покинул меня, мне стало даже легче дышать», — наблюдая как свет и тень танцуют в причудливом танце на гигантской безликой голове и представляя, как на ней изображено его лицо. — «Да, я это все перерос. Теперь я не столь ограничен в своих стремлениях», — оторвавшись от созерцания и направляясь в бункер, расположенный под этой скалой, продолжал размышлять Мадара. — «Мне теперь это не нужно. Ведь у меня есть то, что может дать куда больше, чем какая-то дурацкая деревенька, клан, чем все ниндзюцу, чем чакра. Да даже мои глаза, — которые, как оказывается, были всегда слепы», — проходя мимо немногочисленных людей в белых халатах и шиноби охранников. Спокойно размышлял Мадара, идя по темному и прохладному коридору, приближаясь к массивной стальной двери, за которой хранилось это. — «И все что для этого требуется», — подошел он к ней и нажал на кнопку, после которой дверь начала медленно, даже торжественно (Мадаре так это казалось) открываться. — Это лишь протянуть руку и взять, — тихо произнес он, с трепетом смотря на огромный ящик сиреневого цвета, покрытый весь странными письменами, которые светились слабым чарующим фиолетовым цветом. *** Он проснулся, чувствую себя отдохнувшим. Его тело было в прекрасной форме, несмотря на то, что все это время лежало на холодном полу, он прекрасно чувствовал свои конечности, не было даже намека на то, что они у него затекли. Открыв глаза, он увидел только темный каменный потолок, весь испещренный странными иероглифами. Из-за чего он даже пришел в некоторый диссонанс, не понимая, где он и как сюда попал. Но это состояние продлилось не больше десяти секунд, именно столько потребовалось его холодному и отточенному разуму, чтобы вспомнить, что предшествовало тому — как он заснул. Вспомнив, он не стал ругаться сквозь зубы (он вообще никогда не матерится, считая это слабостью), не задавал риторических вопросов на тему «почему именно я?», не смеялся над комичностью всей этой ситуации (ведь подумать только, он стал — попаданцем). Он лишь на мгновение разозлился из-за того, что его фактически сделали рабом. Но не из-за самого факта, а из-за того, что это заставило его память вытащить из глубин разума его — отца. Отца, которого звали доктором Орт-Мейером. Отца, который создал его из генного материала пяти опаснейших преступников. Отца, который стремился сделать его своей ручной собачонкой. Отца, который натравил на него его же братьев клонов, а он их всех убил. Отца, которому он выстрелил в живот, а после свернул шею, не испытывая ни капли угрызения совести. Вспомнив Орт-Мейера, он так же быстро загнал воспоминания о нём в глубины разума, как и всегда. Не давая злости вырваться наружу, он быстро успокоился. Встав, он снова осмотрел все помещение, но уже нормальным взглядом. Увидел он все то же слабо освещенное помещение, из-за этого ему казалось, что оно мрачное и строилось не для добрых целей. Именно в таких ритуальных залах в фильмах культисты и проводили призывы всяких демонов и прочих тварей из иной реальности. Что с ним и произошло. Осмотрев зал, он все так же не говоря ни слова, в молчании — направился к выходу. Одновременно с этим пытаясь почувствовать ту самую чакру, про которую говорил посредник в его разуме. Не получалось. Вообще-то Кишай ошибался, думая что Тобиас не знал про чакру, когда проснулся. На самом деле, в том пакете информации (именно так для себя назвал те знания, которые вложил посредник, Тобиас) рассказывалось хоть и немного, но рассказывалось про чакру и магию, а также про их слабые и сильные стороны. Хотя Тобиас не очень надеялся на эти знания, его интуиция, по крайней мере, не советовала ему полагаться в этом вопросе на посредника. Выйдя в коридор, он подошел к первой же двери. Открыв её, он увидел пустую кладовку. Так он проверил ещё семь дверей, пока наконец не нашел спальню, где он обнаружил целую кучу новой одежды на все случаи жизни (как потом узнал Тобиас, Кишай заранее закупил одежду как на мужчину, так и на женщину, всех размеров, ведь он не знал, кого сюда притащат). Из всей одежды он выбрал свободные джинсы синего цвета (да, в этом мире производят такую ткань) и такую же свободную толстовку серого цвета с капюшоном, и ботинки на мягкой подошве. Одевшись, он дальше пошел исследовать убежище. Вскоре он обнаружил кухню, где незамедлительно подкрепился, а после обнаружил то, что и искал. Он нашел кабинет Кишая. Войдя в него, он включил свет (здесь было проведено электричество). И когда лампы, пока еще мигая, включались, он смог разглядеть стену, на которой были увешаны фотографии, очень много фотографий, к которым были прикреплены ниточки, создающие своеобразную связь. И когда лампы, наконец, зажглись и полностью уничтожили темноту в кабинете уже Тобиаса, он увидел бумагу, которая была прикреплена к стене прямо на линии глаз. Подойдя к бумажке, он прочел вслух имена, которые были записаны в ней. Ему почему-то хотелось, чтобы ОНИ услышали его, почувствовали его приход, чтобы знали, что кто-то идет за ними. — Сенджу Хаширама — убить. — Сенджу Тобирама — убить. — Учиха Мадара — убить. — Учиха Изуна — убить. — Удзумаки Мито — убить. — Удзумаки Содзу — убить. Прочел он вслух, после чего осмотрел фотографии этих людей. И когда он проводил взглядом фотографии, он остановился на одной из них. На ней он задержался надолго, он всматривался в глаза того, кто был изображен на ней. Ему почему-то в этот момент было важно что-то в них увидеть, хотя он и сам не знал что. — Ты будешь первым, — тихо произнес он, смотря на фотографию, под которой было написано. Сенджу Хаширама: Возраст 31 год. Глава клана Сенджу. *** Хрясть Разбился стакан в руке Хаширамы, из-за того что он с силой сжал её в кулак, и вино, которое в нем было, разлилось на пол и руку, которая сжимала до этого стакан. — С вами все в порядке, Хаширама-сан? — обеспокоенно произнес неизвестный ему чиновник, который был в этот момент рядом, пришедший на этот прием вместе с Дайме. — Да, — доброжелательно ответил Хаширама ему. — Извините, мне нужно обработать порез. Откланявшись, он направился к балкону. Выйдя на него, он подошел и облокотился на перила, пристально смотря на руку, которая была липкой и пахла вином, а из пареза вытекала кровь, ни чем не отличимая от того вина, которое он пил. Все так же смотря на порез, он другой рукой ослабил галстук и снова облокотился об перила, смотря, как рана медленно затягивалась (Хаширама специально залечивал рану постепенно, чувствуя на подсознательном уровне важность всего, что с ним произошло несколько минут назад), пока солнце скрывалось под облаками. — Похоже, ночью будет дождь, — прошептал он, оторвавшись от уже целой ладони и всматриваясь в небо. И слыша, как где-то кто-то звонит в колокол. *** Когда дверь полностью открылась, Мадара, не входя в лабораторию, увидел хранилище. Этот огромный семь метров в высоту и десять метров в длину шкаф, из-за которого он не мог нормально уснуть, который манил его своим содержимым. Вот его сильное сердце пропустило удар. «10» — закрыл он глаза. «9» — перешагнул он порог. «8» — считал он, чтобы успокоиться. «7» — сделал он еще один шаг, а потом еще. «6» — открыл он глаза. «5» — но он все никак не успокаивался, а наоборот, чем ближе он был, тем сильнее было его волнение. «4» — ухмыльнулся он, потому что в этот момент он сам себе напоминал мальчишку, который впервые уединяется с девушкой. «3» — вот он чувствует на себе чей-то взгляд. «2» — ухмылка становится еще шире, когда этот взгляд становится злым, и в нем проскакивают ревнивые оттенки. «1» — его настроение окончательно поднимается, когда он узнает в хозяине этого взгляда Тобираму. «0» — Мадара вытягивает руку в направлении шкафа, желая прикоснуться к нему и снова почувствовать этот шероховатый метал. Но вместо этого, его рука натыкается на все тот же невидимый барьер, который возвели Удзумаки по просьбе Тобирамы, «чтобы никто не украл его», как он это объяснял. — Красиво, — тихо произносит Тобирама, появившись около Мадары, благодаря хирайшину. Мадара же вместо ответа достает сигарету из пачки и кладет её в рот. Щелк Проводит мозолистый палец по барабану, но вместо огня появляются только искры. Щелк — И такой загадочный, — продолжает Тобирама. Щелк А огонь все так же не зажигается. Щелк — Видно, не только меня к нему постоянно тянет, — отвечает Мадара, пытаясь зажечь огонь, но вместо этого из зажигалки выходят только искры. — «Видимо, опять забыл заправить», — приходит к нему мысль. — «Может, использовать свою волю огня, чтобы закурить?» Щелк — Не знаю, как ты, но мне постоянно кажется, что он пытается со мной говорить. — мечтательно произносит Тобирама, но потом резко мотает головой, — точнее то, что скрыто внутри. Мне постоянно кажется, что оно зовет меня, — поясняет Сенджу. А Мадара поворачивает в его сторону голову. Щелк Повернув голову, Мадара видит уставшего, бледного мужчину с большими кругами под глазами, который не спал уже несколько дней. Щелк А Тобирама все так же смотрит на шкаф, не обращая ни на кого внимания. Щелк Вот появляется огонь и Мадара наконец закуривает, вдыхая ядовитый дым в легкие, но перед этим смакуя его на языке. И наслаждаясь тем, как он обволакивает его как одеяло. — Ты даже не представляешь, Сенджу, как это погано. Когда сокровище, ради которого ты так долго шел. Ради которого готов был, если уже не пожертвовал — всем, что тебе дорого. Становится для тебя не достижимым, — после некоторого молчания заговорил Мадара, не для того чтобы продолжить этот странный диалог, а для того чтобы выговориться. — Но больней всего, когда ты доходишь до него, когда ты видишь его, и тебе достаточно лишь протянуть руку и взять его, — говорил он, подходя вплотную к барьеру, стоящему каких-то двадцать сантиметров от хранилища и чувствую кожей электрическое напряжение, которое исходит от барьера. — Но в этот кульминационный момент, когда ты уже ликуешь, — продолжает Учиха, делая сильную затяжку. — Тебя и твоё сокровище отделяет препятствие, через которое ты не можешь пройти, — произносит он, после чего выдыхает дым. — «Значит, барьер все же не абсолютный и как минимум дым через него проходит. Ну что ж, уже хлеб», — И вот ты стоишь и смотришь на своё сокровище. Не в силах что-либо сделать, ведь … барьер … тебя не пропускает. — Да, жаль, что мы так и не нашли ключ, отпирающий этот ларчик. Услышав ответ Сенджу, Мадара гасит об барьер сигарету и оборачивается к стоящему перед ним мужчине в докторском халате и смотрит пристально на него несколько секунд. Решив что-то для себя, Мадара просто уходит, и когда он почти дошел до выхода, Тобирама его окликает. — Мадара, а ты зачем вообще приходил? — спросил у него Сенджу, стоя в полу обороте к нему, держа руки в карманах халата. — … Изуну не видел? — обернувшись, лениво спросил у него Мадара, хотя видно, что это последнее, что его интересует в данный момент. — Почему спрашиваешь у меня, а не у своих соклановцев? — … Просто после того как ты спас ему жизнь, он стал тебе помогать в лаборатории, да и вообще, вы сильно подружились в последнее время. — Нет, я его не видел. Получив ответ, Мадара просто развернулся и вышел. *** Когда Учиха Мадара вышел, и хозяин этой лаборатории остался один. Из тени вышел молодой мужчина, который все это время скрывался в тени. Выйдя, он подошел к Тобираме и стал рядом с ним. — Думаете, он что-то подозревает? — спросил этот мужчина у альбиноса. — … — но Сенджу ему не ответил. *** Месяцем ранее В маленьком городке, где в данный момент повсюду идут сражения, где пылают дома, а монстры сражаются не на жизнь, а на смерть с людьми. На одной из полностью разрушенной улице из пустоты появляется бледный и седой мужчина. Появившись, он в первую очередь осматривает улицу на присутствие угрозы. Убедившись, что её нет, он выдыхает и облокачивается об стену дома, чтобы перевести дыхание. И как только он облокотился, его взгляд замечает кое-что, а точнее кое-кого. А если еще точнее, то Учиху Изуну, который в этот момент лежал на тротуаре, присыпанным гравием и мелким мусором. Убедившись, что это он, Тобирама (а это именно он) подходит к нему и начинает изучающее смотреть на него. Так он провел несколько минут, после чего проговорив «такой шанс грех упускать», садится рядом с ним на колени и достает из печати, нарисованной у него на правой руке, маленький круглый шарик, размером с горошину, зеленного цвета. Посмотрев на шарик несколько секунд, он кладет его на голову Изуне, после чего тот врастает в неё, из-за чего Изуна начинает дергаться в конвульсиях. — Тихо-тихо, Учиха, не бойся, когда ты проснешься, ты будешь совершенно другим человеком, — крепко обняв его, чтобы ослабить конвульсии, проговаривает Сенджу Тобирама, после чего кладет Учиху на плечо и исчезает в хирайшине, пока над городом разгорается новое солнце. *** Наше время — Господин, с вами все в порядке? — Да, просто кое-кого вспомнил, — отвечает ему Тобирама. — Ты все сделал, что я тебе поручал? — Да. — Хорошо, ступай, — отпустив Изуну, Тобирама снова поворачивается к хранилищу, заворожено смотря на него, так он простоял минут десять, думая о чем-то своем. — А все-таки интересно, что стало с тем существом? — произносит он, наблюдая и наслаждаясь светопреставлением, которое исходит от ЕГО хранилища. *** Месяцем ранее Жар и давление, это все, что она в данный момент чувствовала. Собственно, только осязание у неё и осталось, когда как зрение и слух не работали. Зрение, из-за того что щит, который она возвела, был не прозрачным, а слух из-за ужасного грохота. Ну, а обоняние у неё всегда было слабым. После того как жар спал, а давление ослабло, она наконец смогла вздохнуть свободней (хоть у неё и не было легких, и она не нуждалась в кислороде). Прождав пять минут, как ей казалось, она ослабила поток маны на плетение. Когда поток энергии ослаб, щит стал прозрачным, благодаря чему она увидела то, что осталось от того места, где был открыт портал на тот круг ада, в котором она обитала. А увидела она неприглядную картину полного разрушения. Там, где стоял город, ничего не осталось. Хотя она чувствовала, что здесь еще много живых душ. Также она не увидела портала, а это означает, что план, составленный на скорую руку её хозяином — сработал. План, который он/она (она никогда до конца не могла определиться с полом хозяина), ну пусть будет, «придумало». Когда появился зов из этого мира, зов, предлагающий кровавое пиршество, на который ответили все, кто смог услышать. Но отправленные только самые доверенные слуги хозяина. Поняв, что портала больше нет, и она может не боятся, что ад затащит её обратно — прямо сейчас. Она с облегчением вздохнула (ох уж эта дурацкая привычка, которую она переняла от смертных), но при этом было то, что её смущало. Решив, что у неё еще есть время, пока местные будут приходить в себя. Она попыталась понять, что её так смущает. Сказано, сделано, войдя в транс, она попыталась понять, в чем же аномалия. И ей удалось выяснить причину этого, как оказалось, из всех демонов в этом мире осталась только она, когда как всех, даже Гьюрталюонафара (пес) и Абэхарунефтёла (паук, состоящий из людей) не было в этом мире. Да, она видела, что Абэхарунефтёл был вбит в землю тем магом, использующим чакру (на слове чакра у неё даже появилось желание блевануть). Но это её никак не задевало. Не только потому, что демонам понятие дружеское сочувствие в принципе недоступно, и не потому, что она сама в тот момент была вообще-то занята — более веселым занятием. А потому что она точно знала, что Абэхарунефтёл не был убит, да что там, он даже не был ранен. Ведь пострадала лишь его плоть, которую он мог собрать заново за полчаса, максимум за час. Но она теперь не увидит этого, ведь он будет это делать дома, а не здесь. А это значит, что план пошел не так, как планировалось. По плану, их задача заключалась в битве с местным населением до тех пор, пока заклинание, вызвавшее их, не дошло бы до кульминационной точки (её ещё некоторые маги называют — точкой кипения). Это когда потоки маны становятся настолько мощными, что суперструны, связывающие обе реальности, начинают влиять на плетение в куда большем масштабе, из-за чего демонам, которые не могут находиться в чужой реальности без подпитки из своего измерения, становится легче удерживаться в мире, а если повезет — и вовсе вписать себя в концепцию мира. Собственно, на это и был составленный в впопыхах план, и именно с ней это и произошло. Вот только по плану с ней должны были себя вписать в эту концепцию — еще два демона. Гьюрталюонафар и красавчик Абэхарунефтёл (здесь она не иронизирует, в демоническом представлении он настоящий секс символ, как любят говорить в одном свободном от магических законов — мире, а значит, полностью защищенном от демонов и прочих магических сил). Но их здесь не было, поэтому всю игру придется вести ей в одиночку. Поняв это, она не стала злиться или расстраиваться, а вместо этого наоборот улыбнулась. Ведь чем сложнее игра, тем веселее. И если бы её тело было способно издавать что-то кроме криков, она бы засмеялась. И так она и придавалась бы приятным думам, если бы местные не начали вылезать из укрытий. Решив, что она не осилит всех их в одиночку, она развеяла щит и прыжками устремилась туда, куда глаза глядят. И так как к этому моменту барьер больше не преграждал дорогу, она свободно покинула территорию. Покинув территорию, она сделала себя невидимой и в таком состоянии продолжила путь по лесистой местности. Так она прошла несколько километров, пока ей на глаза не попалось то, что ей нужно было больше всего. «Ты слышишь меня?» — телепатически произнесла она, обращаясь к какому-то мужчине, который на свою беду попался ей на глаза. — Что за! «Не кричи, я рядом и слышу тебя». — Кто ты? «Ты, правда, хочешь узнать, кто я?» — Да! Кто ты, и почему я тебя не вижу? «Какой ты не терпеливый. И отвечая на твой вопрос, я позади тебя, и не вздумай оборачиваться». — У тебя приятный голос, — прошептал мужчина, которого все больше подчиняла себе демоница. «Не оборачивайся и не смотри на меня», — произнесла она, аккуратно оплетая его ноги паутиной, чтобы он не сбежал. — Почему я не могу на тебя посмотреть? — спросил человек, находясь в этот момент под гипнозом. «Не оборачивайся, и я уже совсем рядом», — ответила она ему, и ведь не солгала. «Я уже почти дошла до тебя», — аккуратно входя в его тело, произнесла она. «Я уже вытянула руку, и еще немного, и мне удастся дотронуться до тебя», — сказала она, протягивая в этот момент свои магические щупальца и оплетая ими его душу. «Еще немного. Не оборачивайся», — пропела она, а мужчина уже с трудом сдерживал себя, чтобы не посмотреть на обладательницу голоса. — Я не могу больше ждать! — прокричал он, оборачиваясь и видя, что стоит перед ним. — Я же тебя предупреждала, чтобы ты не оборачивался, — произнес нечеловеческим голосом мужчина, пока его конечности, спина и голова выгибались под неестественным углом. — Глупыш, кто же добровольно впускает в своё тело демона? Ну да ладно, приятного мне аппетита. После того как она поглотила душу этого мужчины и перестроила тело под себя. Она открыла окно, связывающее этот мир с иной реальностью. Где на той стороне её уже ждали. — Хозяин, — прохрипел одержимый, пока у него из ушей вытекал мозг. — Юадернуларонапа. Ты. Закрепилась. В. Концепции. Или. Держишься. За. Счет. Магических. Сил. — произнесло существо, состоящее из трех гигантских, даже по её меркам, женских тел, соединённых вместе телом, состоящем из непонятных наростов и щупалец. Хотя человеческие ноги все же были у этого существа, но только у первого тела. — Да, хозяин, — ответила ему/ей Юадернуларонап, после чего упала на землю, выблевывая внутренние органы. — Хорошо. Тебя. Не. Преследуют. Местные? — произнесло оно каждое слово по очереди тремя голосами, которые шли из трех разных нечеловеческих голов. Когда Юадернуларонап перестала блевать. — Нет, — ответила она, в этот момент вытаскивая из уже своего живота кишки. — Хорошо. Ты. Знаешь. Что. Делать? — Да. — Тогда. Приступай. Еарнулотиурнас. Будет. Твоим. Куратором, — ответил ей хозяин, указывая в этот момент на странное существо (для нас странное, а не для демонов), которое стояло на корячках. Само существо выглядело как человек, только с очень страной кожей, и если приглядеться повнимательней, то можно было увидеть, что оно сращивалось с тем местом, где его конечности соприкасались с землей. Также у этого существа не было лица, а вместо него был лишь рот и дыра, где можно было увидеть глаз. — Слушаюсь. — Мы. Верим. В. Тебя. Не. Подведи. Нас. — Не волнуйтесь, придет время и у нас появится новый круг ада, — ответила она, после того как портал закрылся. Смотря в этот момент на небо, под которым жили разумные существа, которые даже не догадывались, что их ждет.