Наследник

      Северус встретил меня в парке на окраине магического поселения, куда я аппарировал после того, как меня выкинуло портключом во французское министерство магии. Он приветливо кивнул, давая прийти в себя. — Неплохо выглядишь, Драко.       Я улыбнулся во весь рот, шагнул к нему и крепко обнял. Всё-таки я соскучился по крёстному — как-никак целый год не виделись! С той самой проклятой последней Битвы, когда мы с отцом вытащили его с разорванным горлом, умирающего, из Визжащей Хижины, не виделись. — Ты тоже. Спрашивать о здоровье не буду, можешь не волноваться. И не надо смотреть на меня своим фирменным «Мистер Малфой, что вы себе позволяете?» взглядом! — Нахал и язва, — хрипло рассмеялся он. Я, улыбаясь как идиот, кивнул, соглашаясь. Пожалуй, именно с крёстным я чувствовал себя наиболее свободно, чего никогда не показывал в Ховартсе. Помню, как летом перед поездкой в школу он попросил меня не ставить его в неловкое положение перед директором и не давать тому дополнительных рычагов для воздействия, и вести себя так, словно мы чужие друг другу люди. Я согласился. Поначалу было просто невыносимо тяжело — делать вид, что ты не знаешь родного тебе человека — но потом я постепенно втянулся. Каким чудом наши с ним доверительные отношения пережили моё заносчивое, подчас просто отвратительное поведение, не знаю, но до сих пор не устаю благодарить Мерлина. — Ещё какой! Спасибо, что встретил. Ты не торопишься? — Хочешь прогуляться по парку и пожаловаться мне на жизнь? Пока мне некуда торопиться. — Пока? Ты планируешь вернуться в Англию? — Люц проболтался? Мистеру Сальезо предложили возглавить в министерстве отдел по работе с проклятиями. — Очень интересная тема, — согласился я, тревожно разглядывая спокойного Северуса. Выглядел он и в самом деле неплохо: чуть загорел, немного поправился и, что самое главное, из взгляда исчезла усталая обреченность, так часто превращающаяся в злобную язвительность в общении. Здесь, во Франции, он не носил длинные старомодные мантии — только чёрные прямые брюки со стрелками, белую рубашку и, неожиданно, алый шейный платок. — Очень. Ты сам выбрал похожее направление в колдомедицине. Моё влияние? — А чьё ещё? Крёстный… — Пожалуйста, ничего не говори насчёт того, что я так и не отпустил войну. Мне хватает нравоучений Люца. — Тебе не к кому возвращаться с войны, — глубокомысленно заявил я. — Но я не о том. Ты уверен, что приглашение работать на министерство — не ловушка? — Уверен. У меня свои способы проверки информации. Присядем? — Пожалуй. — Что у тебя случилось?       Мы сели на теплую, нагретую почти летним солнцем, деревянную лавку рядом с цветущей акацией, и я на мгновение прикрыл глаза, вдыхая нежный запах и решаясь. Как не пытайся себя обмануть, это совершенно излишне, пусть и даёт некие иллюзии, которым не выдержать реалий жизни, и придётся признаться, что я проделал путь из Англии во Францию в поисках поддержки. И жилетки для слёз. — Не верю, что отец тебе ничего не написал. — Ты о своём предстоящем браке с Рональдом Уизли? — Что мне делать, Северус? Отца поставили в безвыходное положение, а я не хочу быть младшим мужем этого тупого Уизела. Вообще не хочу иметь с ним ничего общего — вряд ли он сильно изменился со школы в лучшую сторону, а значит, моя жизнь станет просто невыносимой. — Ждёшь, что я скажу, что всё будет хорошо и предложу подсластить жизнь лимонными дольками? Ты обратился не по адресу, Драко. Хотя могу попробовать утешить — всё не так уж и плохо, как ты думаешь: сама магия защищает младших супругов от злоупотребления полномочиями старших. И если ты не будешь нарываться на комплименты — согласись, что все твои ссоры с Трио в Хогвартсе начинались именно с твоих подначек — ваша жизнь может стать вполне мирной. Также можешь поговорить на эту тему с матерью — она с радостью поделится с тобой небольшими секретами. Не стоит быть шовинистом и думать, что женские секреты годятся только для женщин. — О, да! Мне ещё детей рожать. Двоих, как минимум. — Закономерно, — пожал плечами крёстный на мою попытку пожаловаться на несправедливость жизни. — Зелье мужской беременности я тебе сварю. В качестве подарка на свадьбу. Не хватало ещё, чтобы мой крестник рисковал здоровьем из-за сомнительных зелий. Если понадобится поддерживающая терапия, и я буду жив и в пределах досягаемости — можешь обращаться не стесняясь.       И почему я люблю эту заразу? Ни поплакаться ему как следуют, ни на жизнь пожаловаться! Хотя рядом с ним чувствуешь себя живым и готовым к бою — бодрит, как магловское электричество. — Ты же не ждёшь благодарности?       Он рассмеялся моему вопросу. — Удары судьбы нужно сносить с достоинством: из любой ситуации можно найти выход и стать, если не победителем, то хотя бы не побеждённым. Непоправима только смерть.