"Мы - соседи?" или "Ну ни хрена себе!"

       Пули свистят прямо над головой. В висках стучит. Саймон бежит изо всех сил. Он уже устал, едва ли не валится с ног, но упрямо продолжает бежать. Осталось совсем немного. Еще чуть-чуть.        За спиной раздаются невнятные крики противников. Русского Райли не знает, но вопль "РПГ!" понятен на любом языке. В метре от лейтенанта пролетает снаряд, оставляя за тобой хвост дыма. Сердце в очередной раз екнуло,а в голове пронеслась мысль:"Господи, пронесло..."        Гоуст прицеливается на бегу и дает короткую очередь в сторону деревьев. Среди всего шума удается услышать крик смертельно раненого бойца. Деревья разлетаются в щепки от попадающих в них пуль, а воздух содрогается от выстрелов.        Лейтенант оборачивается, кидает шумовую, а взгляд произвольно зацепляется за бегущего неподалеку Роуча. Тот уже задыхается, еле-еле перезаряжает винтовку и кивает Саймону, мол, он в порядке.        - Надо добраться до зоны высадки! Роуч, пошли! - кричит Гоуст, стреляя уже вслепую, от бедра. В маску на лице впитывается пот, дышать трудно, а в голове одна лишь мысль - лишь бы не сдохнуть.        Он не хочет умирать. Он не собирается умирать. У него есть ради чего жить.        Точнее, ради кого.

***

       - Ну как? Готов надрать Макарову задницу? - Соуп стоит в дверном проеме, склонив слегка голову набок, и наблюдает, как Саймон точит нож. МакТавиш вообще очень часто наведывался к другу перед заданиями, стоял в дверях, смотрел, как лейтенант готовится, и улыбался уголками губ. Сейчас все было почти как всегда, вот только Соуп не улыбался.        - Готов, - не очень уверенно отозвался Райли и перевел взгляд с ножа на капитана. - А ты?        - Даже не знаю, - честно ответил Джон, прошел в комнату и сел за стол напротив Гоуста. - Подыхать не хочется.        - А что сразу "подыхать"? - тот подпер голову рукой и задумчиво повертел нож в свободной ладони.        - Опасная операция предстоит, Гоуст. Макаров просто так не сдастся.        С момента совещания с Шепардом и Прайсом прошло еще не больше часа. Было принято решение, что Гоуст с Роучем и еще несколькими ребятами отправляются в резиденцию на русско-грузинской границе, а Соуп и Прайс будут искать Макарова на кладбище самолетов в Афганистане. Решение это было принято в спешке, обдумывать все как следует времени не было. Надо торопиться, пока рецидивист не смылся куда-нибудь в другое место.        - А какие операции у нас были не опасными? - задал риторический вопрос Саймон, засовывая нож в чехол и откладывая его в сторону. Джон хмыкнул.        - Ну да, ты прав. Одна поимка Рохаса чего стоит... - он тихо рассмеялся, - До сих пор помню, как Роуч сломя голову бежал к вертолету.        Гоуст улыбнулся, однако сквозь маску это не было видно.       - Да, веселое было время...       На минуту мужчины замолкли.        - Дашь мне кое-какое обещание? - Гоуст снял очки, вглядываясь капитану в глаза.        - Эм... какое? - МакТавишу было немного непривычно чувствовать на себе такой взгляд - слишком открытый и даже несколько пристальный.        - Что ты не погибнешь. Пообещай мне это, пожалуйста.        Райли не понимал, откуда у него появились в голове такие бабские мысли, но этот человек нужен ему. Нужен сильнее, чем воздух. Да, да, да. Он его любит. Кто говорил, что в армии нет гомосексуалов? Хотя, Райли сам этого не знал, пока не испытал на собственной шкуре. Первое время он ох как мучался. Чуть не сошел с ума, пытаясь переубедить себя, что он - не гей, но когда дрочить в ванной комнате, представляя губы капитана МакТавиша, стало для него чуть ли не ежедневным занятием, пришлось смириться со своей голубой судьбой. Другие парни, а тем более и девушки, Гоуста не привлекали, однако стоило Соупу появляться рядом, сердце лейтенанта буквально выскакивало из пяток. Райли даже заимел привычку никогда не снимать маску, чтобы никто не замечал, что при каждом появлении капитана Гоуст краснеет как помидор.        Джон улыбнулся, встал из-за стола, подошел к Саймону и похлопал его по плечу.        - Хорошо, обещаю. Тебе спокойней?        - В разы, - соврал Гоуст, краснея. Благо, маска закрывала его лицо.        - Тогда... До встречи после миссии, Саймон. И... Ты тоже постарайся не сгинуть, - Соуп махнул на прощание рукой и вышел, так и не услышав тихое "Обещаю..."

***

       Лес заканчивался, и начиналось бескрайнее поле. Лейтенант бежал, готовя дымовую гранату. Развернулся, швырнул ее во врагов и... чуть не сорвался на крик, увидев, как Роуч падает на землю из-за раздавшегося примерно в четырех метрах от него взрыва. Саймон кинулся к товарищу, моля всех богов, чтобы с тем все было в порядке.        Так, к счастью, и оказалось. Сержант пытался подняться, дезориентированно глядя по сторонам. Видимо, его оглушило. Хотя, это не так важно, главное, что живой. Гибели Роуча Гоуст точно бы не перенес. Мит, Ройс, Скэркроу - он устал терять друзей, а Сандерсон был для Райли не просто другом. За столь короткий срок он стал для него младшим братишкой, которому он был готов помогать, которого он был готов защищать. И Саймон боялся себе даже представить, что будет, если Роуч погибнет. Нет. Он не позволит ему умереть.        - Роуч! Вижу тебя! Держись!- Срывающимся голосом закричал Гоуст, помогая товарищу подняться и всучая ему автомат Калашникова. Роуч благодарно дергает головой и тут же начинает поливать выбегающих в поле противников, все время пятясь назад, спотыкаясь и шатаясь. Наконец, меж деревьев начал расти зеленый туман.        - Тандер-два-один, я выпустил сигнальный дым у деревьев. Приготовьтесь к атаке по этому сигналу, - громко произнес Райли в рацию и сам начал вести прицельный огонь. Он уже не слышал ответ пилота, это уже не столь важно сейчас. Противники начали подходить опасно близко, не прекращая огонь ни на секунду. Их слишком много! Черт!        - Тандер-два-один, все готово! - завопил Гоуст. Над головами бойцов ОТГ-141 начал снижаться боевой вертолет. Завизжали орудия, и на врагов полился свинцовый дождь. Гоуст убрал винтовку, переводя взгляд на Роуча. Тот опустил автомат и тут же стал обмякать.        - Роуч, держись! - Саймон закинул одну руку товарища себе через плечо и повернулся к опустившемуся на поле вертолету генерала Шепарда. Сам же Шепард уже направился к бойцам, придерживая на голове берет, чтобы его не сорвал поднявшийся от двигателей транспорта ветер.        - Вперед! Вперед! Мы почти на месте! - подбадривал ослабшего сержанта Гоуст, заставляя его делать новые шаги. Генерал подошел к ним и взял Роуча под другую руку.        - Устройство у тебя? - спросил у него Шепард.        - Да, сэр, - ответил за товарища Райли, облегченно вздыхая. У них все получилось. Получилось...        И тут он невольно задумался о том, где же может быть сейчас Макаров. Если этой скотины не было здесь, на границе, то значит он на кладбище самолетов, а там Прайс и Соуп. Эта мысль заставила сердце лейтенанта замереть. Если Макаров действительно на кладбище... То тогда Прайс и МакТавиш еще в большей заднице, чем сам Гоуст с Роучем. А если они не выживут?        О, Господи.        - Отлично. Одной проблемой меньше, - кивнул Шепард, и прибавил шагу.        Вдруг резкая боль пронзила лейтенанта насквозь. Гоуст вскрикнул и рухнул на землю, чувствуя, как по спине течет теплая кровь.        - Нет! - донесся до ушей слабый крик Роуча и взволнованный голос генерала. Перед глазами поплыли черные пятна, расширяясь и застилая сознание лейтенанта.        Последнее, что он услышал - это вопль Прайса из рации:        - Макаров мертв! Повторяю, Макаров мертв! Соуп серьезно ранен! Пришлите подмогу, срочно!        "Соуп. Нет..."