Голос в моей голове.

На часах было 4 часа. Секундная стрелка медленно и монотонно тикала в настольных часах, как-бы говоря Флоре что скоро ей надо будет спуститься вниз. Пару часов назад Огрон, маг-предводитель черного круга, её враг сделал такое, во что Флора сама не могла поверить. Будто этот поступок уже до конца снял розовые очки с глаз феи, показывая на сколько извращен, не справедлив и алчен этот мир. Наверное она должна была это понять, когда встретила Трикс, но впервые это случилось, когда умер Набу, в чьей смерти был виновен лишь Огрон. Она помнила и чувствовала ту боль, которую испытывала Лейла. Она видела, как страдает её подруга, но молчала. К сожалению она не могла ничего сделать, чтобы унять боль принцессы Андроса. Девушка могла лишь смотреть и молча плакать внутри себя. В отличии от остальных Винкс Флора часто чувствовала боль. Ни только душевную, но и физическую. Порой все живое вокруг кричало, заставляя зажмуриться. Когда леса горели, будь то в Магиксе или Гардении русоволосая ощущала невыносимую боль во всем тебе, но скрывала её от подруг. Она будто была единой со всей природой. Голоса в голове сводили её с ума и лишь одна древняя ведьма с Линфеи помогала фее заглушить боль и вопль в мозгах. И так, каждый день Флора понимала, что весь мир жесток. Подруги все жили в розовых мирах, где они прекрасные феи, которые спасают всех и что все им благодарны. Возможно, от части это и есть так, но не одна из них не глядела глубже. Разве что Муза. Из мыслей фею вырвали часы, которые пробили пять раз. Нехотя встав, русоволосая все-таки вышла из комнаты. Она обещала, а обещание она держит. Теперь она поняла, что находилась в замке. Все окна были зашторены, в воздухе витала пыль, а пол под ногами такое чувство вот-вот должен был провалиться. Определённо Флора не вписывалась в это место. Не смотря на своё мировозрение и глубокие душевные муки девушка осталась все такое же снаружи. Маленький и милый цветочек. Правда сейчас её глаза не блестели так, как раньше, а волосы не были так идеально уложены. В глазах читалась усталость и боль, волосы растрепались, одежда что дали маги была на несколько размеров больше и на Флоре болталась лишь огромная рубаха, которая ей доходила до середины бедра. От кожи исходил слегка сладковатый, цветочный запах. Поплутав немного она все-таки нашла гостиную. Напротив камина сидело четыре мага. У каждого в руке был стакан с янтарной жидкостью. Даже не поворачиваясь Огрон произнёс. — Опаздываешь, фейка. — он фыркает, на что девушка закатывает глаза и подходит ближе. — Если бы ты удосужился меня не запихивать на самый верхний этаж и в замке было хоть чуть-чуть света я пришла бы быстрее. Да повернись уже ко мне лицом. — секунда и стакан с виски летит на пол, а тонкая рука толкает мужчину в плечо. Ещё секунда и Флора в какой раз за день прижата к стене уже за горло. В глазах у мага читается ярость, а сам он шипит ей в лицо. — Ты забылась? Ты — пленница. Хочешь, выдам тебе пятизвёздочный номер в темнице вместе с прекрасными крысами?! — аловолосый сжимает хрупкое горло, но девушку волнует лишь то, как сейчас её виски сжимают вопли. — Хватит! … Боже! … Больно, перестаньте! — фея хватается за голову и чуть ли не кричит. Из глаз катятся слезы и опешивший маг отпускает горло, отчего она падает на пол. — Я не могу… Хватит! Заткнитесь! Русоволосая скулит, сжимая в пальцах волосы, в то время как Гантлос рявкает. — Нам нужна книга, срочно. Огрон, это слишком рано происходит! Что с ней? — предводитель черного круга опускается на колено касается пальцем виска девушки. У него дрожат руки, и другие впервые видят его Таким. Беспомощным. Опешившим. — Думан, книгу, живо. — тишину с всхлипами Флоры прерывает привычный властный голос аловолосого. —, а теперь ты готова слушать нас, идиотка? Было видно, что Флоре стало легче. Она лежала, сжавшись на холодном полу, но хотя бы не плакала и ей не было так больно и лишь два зелёных глаза смотрели на мага. Это было впервые. С ней это произошло впервые. Никогда ещё ей не было так плохо. Анаган, который все это время стоял в стороне, подошёл ближе и подняв фею на руки, отнёс в кресло, в котором русоволосая утонула. — Мне кажется сначала нужна книга, а уже потом все остальное. Не так ли, Огрон. — Огрон фыркает и кивает. Анаган всегда был самым спокойным и рассудительным из их команды, хотя и не показывал этого практически никогда, только в кругу друзей. — Флора, успокойся. Твоя истерия не уместна. Мы тебя не собираемся убивать и пытать, а только хотим помочь и рассказать тебе то, что ты возможно не хотела бы услышать никогда, оставаясь в мире грез. Ты будешь спокойно слушать после того, как мы тебе поможем прийти окончательно в себя? — Да, конечно, Анаган. — Флора опешила от такой тактичности и спокойствия в голосе мага скорости. — Отлично. Я тебя оставляю с этими тремя, они тебя не обидят. А я скор вернусь. Мне нужно за кое-кем сходить. Анаган кланяется и уходит, закрывая за собой дверь залы, и оставляя Флору наедине с магами, которые тоже похоже слегка опешили от такого обращения к их персоне.

***

Тем временем в Алфее Винкс обсуждали план действия, но ничего путного у них не получалось. — Мы не знаем ничего, Блум. Ни где их укрытие, ни где они держат Флору. Ничего. Это нереально. — говорила Текна, обречённо глядя на фею огня Дракона. — Может не будем её искать? Все равно маги объявятся и тогда уже мы сделаем все, что надо. Мы потратим время впустую. — вдруг сказала Блум, глядя на подруг. — Мне кажется Блум права. — через пару секунд сказала блондинка, что красила ногти. — мы ничего не сделаем. Муза и Текна неуверенно кивнули, лишь Лейла воскликнула. — А что, если они не объявятся. Вы предлагаете оставить им Флору?! Да как вы можете… — принцесса Андроса с возмущением встаёт со стула и уходит из комнаты. Вечер уже начал спускаться на окрестности Алфеи. Солнце уже подбиралось к полоске горизонта, а Лейла сидела на камне около озера и кидала камни в воду. Девушка не понимала, как подруги так спокойно могут говорить об этом. Получается они выбрали простой путь — Просто забыть Флору, но а если повезёт, так повезет. — Скучаешь, фея? — вдруг раздаётся за спиной, отчего фея вздрагивает и поворачивается, с неким лёгким ужасом глядя на мужчину в плаще. — Ты? …