Если японский мужчина захочет...

-Вот умница! А ты послушался и решил сдохнуть. Господи, когда вы только прекратите людей смешить? Взрослые ведь парни. – Томо укоризненно поглядел на Каме. -Не знаю. Честно, - вздохнул Казуя. - Я понимаю, что это ненормально, но поделать с собой ничего не могу. Иногда я думаю, что лучше правда сдохнуть. Я задыхаюсь, Томо. Мне необходимо видеть его хоть иногда. Когда мы не ссоримся, я чувствую себя воздушным шариком. Мне так легко, у меня всё получается с первого раза. Я люблю весь мир, и мир любит меня. Джин у меня в крови. Мне кажется, что я уже и не помню себя без него. – Каменаши замолчал и закрыл глаза. "Если бы ты знал, малыш, как хочется сдохнуть мне", - подумал Томо, вздохнув, и потрепал парня по голове. -Это вполне понятно: вы вместе уже тринадцать лет. Половину твоей жизни. Но то, что происходит у вас сейчас - неприемлемо. Ситуация становится опасной для твоей жизни. Да и для Джина небезопасно. Ваши ссоры приводят его к саморазрушению. Это только на первый взгляд он легко переносит происходящее между вами. Просто он самовыражается иначе, чем ты, но результат один и тот же. Мне страшно подумать, чем могут закончиться ваши отношения. Ты должен остановить это, Каме. Каменаши что-то хотел сказать в ответ, но в это время дверь в комнату открылась, вошли доктор и каттуновцы. Увидев, что Каме пришёл в себя, ребята окружили кровать и заговорили все разом. - Угомонитесь. Тише, тише вам говорят, – прикрикнул на них врач, подходя к изголовью кровати. - Не думаю, что это хорошая идея - донимать нашего больного разговорами. - Присаживайтесь, доктор. – проговорил Ямашита, вставая, и подвигая ему стул. - Ну-с, молодой человек, как наше самочувствие? - медик склонился над Каменаши. - Голова сильно кружится? Тошнит? - Да вроде бы нет. - Каме неуверенно покрутил головой из стороны в сторону и несколько раз сглотнул. – Правда, нормально себя чувствую. Теперь будете меня обследовать? Это надолго? - Нет, сейчас поставлю вам пару уколов, часика полтора понаблюдаю за вашим самочувствием и отпущу. За это время ваши друзья покормят вас для полного моего спокойствия. Я думаю, минут через десять доставят вашу кашку. - Кашку?- удивился Каме. - Что же тут удивительного? Вы очень постарались, мой дорогой друг, чтобы заслужить подобную еду. Надеюсь, что ваши друзья проследят сегодня за соблюдением вами диеты. Обследовать вас теперь будут другие врачи и в другом месте. - Какие это другие врачи? В каком другом месте? – озадачился Каме. - А об этом вам расскажут друзья. Пойду пока приготовлю необходимые документы. - уже направляясь к своему столу, сказал мужчина. - Что происходит? – Каменаши приподнялся, оперевшись на локоть, вопросительно глядя на Татсую. - О чём речь? Смотрю, я один здесь не в курсе событий. Уэда, подойдя к кровати, протянул юноше тонкую пластиковую папку с прикреплённой к ней ручкой. - Вот, ознакомься и распишись. С сегодняшнего дня ты в отпуске. Джонни выделил тебе целый месяц на поправку здоровья. А чтобы наверняка получить результат, он отправляет тебя в Италию на один из лучших курортов, в Таормину. Вылет завтра в 07.00. - Подождите, подождите, – Каменаши резко сел, непроизвольно сжав виски руками и зажмурившись: голова сразу же закружилась, тошнота подступила к горлу. Придя в себя, он открыл глаза: – Какой, к черту, отпуск? А как же репетиции? Тур через три месяца. - Лежи уже, герой, – Уэда легонько толкнул Каме обратно на подушку. – Через три месяца - это не завтра. Мы всё успеем. Не волнуйся, себе мы отпуск устраивать не собираемся. А вот ты такими темпами к началу тура ноги протянешь, устроив нам такой тур, о котором мы и помыслить не могли. Скрипнула дверь, и в комнату бочком протиснулась девушка с разносом в руках. - Ооо! Вот и кормёжка прибыла! - Тагучи, быстро подойдя к новоприбывшей, манерно поклонился, перехватив разнос в левую руку, а правой поймал её ладошку и прижал к своим губам. - Мадемуазель, вашими стараниями спасена звезда японской эстрады, миллионы фанатов Каменаши Казуи будут благодарны вам по гроб жизни. В это время Танака, подкравшись со спины, выхватил у него разнос и ощутимо приложил коленкой под пятую точку. - Эй, ты, принц недоделанный, отпусти бедную девушку, а то она сейчас сознание потеряет от переизбытка тебя, красивого. Тагучи от неожиданности выпустил руку медсестры, и та быстро скрылась за дверью. - Вот что ты за человек такой, Коки? Невольно мне приходит на ум, что ты меня ревнуешь. - Э? С какого это я тебя должен ревновать? – опешил Танака. - А что ещё я должен думать? Сам смотри, – Джунноске начал загибать пальцы: - Ко мне никого не подпускаешь - раз. От меня всех отваживаешь – два. Только мне стоит к кому-то подойти, ты тут как тут – три… - Да пошёл… Ой! – парень присел от неожиданности, тарелка и стакан стремительно перекочевали к Накамару. Ставя их на стул перед Каме, Юичи недовольно посмотрел на парней. - Тоже мне герои-любовники, нашли место и время для признаний. - А что не так с местом и временем? – возмутился Джунно. – Помер, что ли, кто? - Вот умеешь ты вовремя вставить нужное словечко. – фыркнул Татсуя. - Оуч… - устало вздохнул Каме. – Оставьте вы их в покое. Лучше объясните, как это старику так быстро удалось от меня избавиться? Тут тебе и лучший курорт, и месяц отпуска, и самолёт к подъезду, и всё это за каких-то полтора часа. Сказка, да и только. - Ты давай ешь, а Уэда тебе все расскажет. - Мару сунул тарелку в руки Каменаши. - Да ем я, ем, – удерживая в одной руке тарелку и опираясь на локоть другой, он неловко попробовал сесть. Сильные руки подтянули его вверх и удобно устроили спиной на подушке. Каме, обернувшись, увидел Томохису. - Может, ты меня заодно и покормишь? - Надо будет, покормлю. – буркнул Томо. - Так что там с моим чудесным отпуском? - Да нет тут ничего удивительного.=, - махнул рукой Уэда. – У Джонни в Таормине старый друг - владелец клиники. Он ему позвонил и прямо при нас всё решил. А уж билет взять на любой рейс и любое время для нашего старика - не вопрос. Так что дело за тобой. Ты должен быть умницей, хорошо отдохнуть и скорее выздороветь. - Молодые люди, давайте-ка вы нас на время оставите. Я поставлю Каменаши укол, он отдохнет часа полтора, и можете забирать свою звезду. - Отдыхай спокойно, потом я отвезу тебя домой. - похлопал парня по плечу Пи. Друзья вышли из кабинета. - Ну что, приступим? – врач подошёл к кровати, держа в руках шприц. Каме жалостливо посмотрел ему в глаза. - Доктор, а может быть, не надо? - Как это "не надо"? Очень даже надо! Вы прямо как дети, – возмутился мужчина, покачав головой. – Так издеваться над собой не боитесь, а от какого-то укола прячетесь... Отойдя от кабинета, за дверями которого они оставили Каменаши, парни остановились в холле. - Значит, ты заберёшь Черепаха и отвезёшь домой? – обратился к Томохисе Татсуя. - Я же сказал, что заберу. И собраться помогу, а утром доставлю в аэропорт. - Вот черт, прямо добрый фей. - хмыкнул Коки. - А в лоб? – Томохиса нахмурился. - Ладно-ладно, – замахал руками парень – Я же пошутил. - Вот и дошутишься когда-нибудь на свою голову. «Каждая кошка скребёт на свой хребет» - умных людей надо слушать, – отодвинул его в сторону Уэда. – Мы вечером подъедем, поможем собраться. Ну и надо же нашего главнокомандующего как положено проводить. Ты там скажи Тегоши и Нишикидо, пусть тоже подтягиваются. - Какие проводы? Вы с ума сошли? Ему же ни есть, ни пить толком нельзя. – удивился Томо. - Так это же ему нельзя, а нам-то можно. Зачем традицию ломать? Да и лишний повод поскулить над Каменаши будет. Может быть, хоть немного расшевелится. Ну всё, мы пошли. До вечера. – Уэда развернулся к согруппникам. – Давайте шевелитесь, и так столько времени потеряли! - Ну вот, одного командира в отпуск не успели отправить, второй нарисовался. – проворчал Джунно. *** В большой светлой комнате с окном во всю стену на одном из двух диванов на высоко поднятых подушках полулежал Каменаши. На его ноги был накинут легкий плед, на ярко-зелёном поле которого весёлые солнечно-желтые мультяшные утята гонялись за разноцветными бабочками. Это был подарок матери на день рождения, и он его очень любил. Невысокий лакированный стол с волнообразно изогнутыми по длине сторонами, стоящий между диванами, был закидан одеждой. На противоположном диване лежал расстёгнутый чемодан. По лестнице, ведущей со второго яруса, где была расположена спальня, с новой охапкой вещей спускался Ямапи... - Пи, ради бога, что ты творишь? Ты перевернёшь мне всю квартиру! Можно, я, всё-таки, сам соберусь? – Каме умоляюще посмотрел на друга. - Не-не-не! Ни в коем случае. Ничего с твоей обителью не случится. Не волнуйся, я всё потом приберу. А в таком важном деле нельзя полагаться на мнение одного человека. Ты ведь едешь за границу, будешь представлять нашу страну, агентство, в конце-то концов. Ты должен выглядеть сногсшибательно. - Да кого я там должен буду сшибать с ног? Я еду туда лечиться. Лечиииться. Надеюсь, ты это ещё не забыл? - Как же, забудешь тут с тобой. Ты разве позволишь? Но и ты должен учитывать, что это не заштатная больница, а курорт, куда стекается море респектабельных людей. И одна из главных причин - не лечение, а возможность показать себя, продемонстрировать свою финансовую состоятельность. Я понятно излагаю? - Куда уж понятнее... – махнул рукой Каме. - Вот и молодец! – Томо, бросив вещи на общую кучу, взял пульт и включил телевизор. – Посмотри пока кино. А я пойду ещё кое-что принесу. Огромный экран мягко засветился. Новая «плазма» была гордостью Каменаши. Поднимаясь по лестнице, Томо слышал недовольное бормотание. Зайдя в спальню и закрыв дверь, Пи прислонился к ней спиной, и, устало опустив голову, тихо прошептал: - Злись, ругайся, мой мальчик, только не молчи. Когда ты замолкаешь, глядя в одну точку, мне становится страшно. И если я закрою глаза, кажется, что тебя больше нет... Он окинул тяжелым взглядом комнату, останавливаясь на открытой двери большого шкафа, на нескольких рубашках, небрежно брошенных на спинку стула и широкую кровать. Это он сам, уходя, создал этот искусственный беспорядок: не было сил смотреть на музейную чистоту. В комнате не было ничего лишнего, ничего, о чем можно было бы сказать, что лежит не на месте, ни одной пылинки - даже под кровать можно было забраться, не боясь за чистоту своей одежды... Когда здесь был Джин, тот кругом оставлял следы своего присутствия, будь то одежда, книги, вещи или стулья, что-нибудь всегда не лежало не там, где надо, придавая комнатам обжитой вид... Каме из-за этого постоянно ругался с Джином, но это скорее был ежедневный ритуал, чем настоящая ссора... Подойдя к шкафу, Ямапи тихонько открыл вторую дверь: там на вешалках и полках находились вещи Аканиши. То, что хозяин ими не пользуется, выдавали всё те же чистота и порядок. Будь здесь Джин, они бы так аккуратно не висели... - Всё, не хочу больше об этом думать. Томохиса сгрёб с полк на половине, принадлежащей Каменаши, несколько ярких маек и быстро покинул комнату. Спускаясь по лестнице, он услышал недовольный голос Каме: - Нет, ну куда ты всё это тащишь? Чтобы всё забрать, мне понадобится грузовик. - Глупенький. Я же не сказал, что ты должен это всё увезти с собой. Лишь то, что нужно всё внимательно просмотреть и примерить. Каме что-то хотел возразить, но в это время раздался звонок. - А вот и гости! – воскликнул Томо, направляясь открывать дверь пришедшим друзьям.