К ПхЦ-5.2
7 ноября 2015 г., 16:18
К ПхЦ-5.2, после поездки к заповедному озеру:
(черновик "первой брачной ночи", который жаль просто стереть. Расклад тот же, просто больше болтают :)
Они, разумеется, оба подготовились к важнейшей ночи в своей жизни. Оба, сгорая от смущения, не смели поднять глаза друг на друга, по возможности избегая друг друга до той самой минуты, когда пришла пора лечь в постель. Оба знали, что этой ночью каждый их них будет и ведомым, и ведущим. Вопрос только — кто станет первым?
...И Кириамэ сдался. Отбросил своё упрямство. В конце концов, он старше и опытнее, естественно, что именно он должен уступить. Пересвет ощутил, как расслабилось тело под ним, как бесстыдно прижалось, приглашая не мешкать. Возлюбленный смирился. И готов принять его.
— Можно, да? — на всякий случай робко уточнил царевич.
— Я хочу тебя, — шепнул Ёж, щекотнув ухо тихим смешком. — Давай же, смелее. Я жду!
— Точно? Да? Тогда я вхожу, — пробормотал Пересвет. У самого лоб испариной покрылся от волнения. От страха, вдруг что-то не то сделает.
— Побыстрее, — торопил его принц, елозя под ним.
— Да не крутись, я не попадаю... — тяжело пропыхтел царевич. Придавил супруга, чтобы не ускользал. И сосредоточенно хмурясь, направил другой рукой своё орудие в цель... Где и застрял на половине длины, стиснутый до боли узким отверстием.
— Ты... вошел? Весь? — уточнил Ёж, покусывая губы, зажмурившись.
— Нет еще, — повинился Пересвет, застыв в неудобной позе. Однако шевельнуться было страшно до мурашек.
— Давай же, чего ждешь? — тяжело дыша, приказал Ёжик.
— Тебе больно, — сказал царевич.
— Нет, нисколько! — поспешно заверил принц. — Я правда думал, что будет... неприятно. Но нет. Нисколько не больно, уверяю тебя. Давай же, не тяни!
— Как же, не больно ему, — пробормотал Пересвет. Шмыгнул носом. — Давай еще порастягиваем? Масла добавим?
— Не томи, продолжай! — шепотом прикрикнул Ёж.
Будто Пересвет не видит, как дрожат на ресницах слезы? Как увял зажатый между животами ствол возлюбленного? И что самое ужасное — царевич хочет продолжать, хоть и понимает, что причиняет боль!
— Ты чего? — распахнул глаза Ёж.
— Я... — шмыгнул носом, прогнусавил Пересвет, сгорая от груза безмерной вины. — Я мучаю тебя! И всё равно хочу овладеть тобой. Я чудовище!
Принц забыл думать о собственных неприятных ощущениях. Расплылся в улыбке. Протянув руку, растрепал светлые кудряшки на глупой голове:
— Не прячь глаза, — велел Кириамэ. И царевич послушался, взглянул в ответ, мерцая готовыми сорваться с покрасневших век слезинками. — Я люблю тебя, слышишь?
— Угу.
— Я хочу принять тебя, понимаешь?
— Да? Но...
— Помучай меня, — перебил, смеясь, Ёж. — Я хочу этого. Я так давно мечтал о том, как отдамся тебе. Неужели сейчас ты оставишь меня, на полпути? Не дашь мне то, чего я жажду?
— Но ведь...
— А потом я немножко помучаю тебя, — пообещал принц. И было в его словах столько соблазна, что слезы на глазах царевича высохли в мгновение. — Так ведь получится по справедливости, правда? Хотя бы один раз. Мы же должны закрепить брак, верно? Если не понравится, больше не будем так делать.
— Обещаешь? — шмыгнул носом царевич.
— Клянусь! — заверил, улыбаясь, Ёж.
Он потянулся к царевичу, чтобы закрепить клятву поцелуем. Пересвет, прикрыв веки, отдался наслаждению вкусом любимых губ. Он настолько забылся, увлекся нежной лаской языков, что, когда Ёж плавно отстранился, царевич бездумно придвинулся, не желая так скоро разрывать поцелуй... И лишь по сорвавшемуся с губ принца слабому вздоху понял, что попал в ловко расставленную ловушку: Ёж заставил его войти полностью, на всю длину.
— Теперь двигайся, — приказал Кириамэ, томно откинувшись на подушки. — Ну же! Это не сложно. Ты быстро научишься.
И бедрами легонько потерся, отчего у царевича перед глазами звездочки заплясали.
Ну, Пересвет и двинулся — немного назад, выталкиваемый невообразимой узостью. Затем — вперед, скользко, сладко, горячо, исторгая из груди возлюбленного всхлип-стон-вздох.
Потом опять назад. Потом еще толчок. Потом...
Дернувшись, Пересвет быстрей выскользнул из нежных глубин. И излился на простыни.
Не сразу поняв, что не так, Кириамэ с тревогой приподнялся на локтях.
Опозорился царевич с непривычки. Теперь даже стыдно голову поднять, чтобы поглядеть супругу в глаза.
— Прости, — глухо повинился Пересвет. — Не сдержался.
— Для первого раза восхитительно, — мягко отозвался Ёж.
— Ладно врать-то, — буркнул царевич.
— Я счастлив, правда, — улыбался принц. — Вот только зачем ты вышел?
— Как зачем? — отозвался Пересвет. Он всё еще был расстроен, но ласковые поглаживания и легкие поцелуи в плечи, в лопатки, в ключицы успокаивали душевные терзания просто замечательно. — Не мог же я... Ну, в тебя? Это ж нельзя...
— Можно, — рассмеялся принц. — Я приму от тебя всё. Я хотел этого. И... пожалуй, ты обязан повторить это со мной. По крайней мере еще раз. Не возражай даже, я имею право требовать!
Пересвет тяжко вздохнул: имеет! Значит, не отстанет, пока не получит. Извращенец нихонский.
2015
