Игра

— Врача! — крикнула Наташа. — Тони, зови врача. У Роуз отошли воды. — Какой врач? Здесь нет, кроме Брюса, никаких врачей! — сорвался побелевший от волнения Старк-старший. Хотя, если так разобраться, то все мужчины выглядели одинаково. Белое лицо, легкая испарина, трясущиеся руки. — Как ты мог поехать сюда без врача, когда твоя сестра на девятом месяце?! — Наташа разозлилась не на шутку. — Ребят, — тихо начала Роуз, — простите, что отвлекаю, но Я РОЖАЮ! — все сразу начали бегать как ненормальные по комнате и спрашивать, что им делать. — А ну заткнулись все! — крикнула Сидни. — Я в институте в теории изучала процесс родов. Скорее всего, смогу использовать его и на практике. — И что нам делать? — спросил Адриан. — Так. Везем её в мед. блок. Вы с Наташей идете со мной. Локи, уведи Лиссу и приходи к нам. Тони, следи за Стивом, — все кивнули в ответ и разбежались. — Клади её на стол! — сказала Сидни. Адриан без лишних вопросов сделал все, что от него требовалось. — Наташа, подготовь Роуз и хирургические приборы, на всякий пожарный. — А как её приготовить? — непонимающе, спросила Вдова. — Капельницу поставь, для начала, дубина, — закатила глаза Кларк. — А ты, — теперь она повернулась к Адриану, — Гугли. — Роды? — переспросил он. — Именно. И читай. — Таааак. Вот, нашел. Этапы родов: схватки. «Тренировочные» схватки в какой-то момент могут плавно перейти в настоящие родовые — об этом скажут их продолжительность и нарастание интенсивности. По сути своей схватки — это активная работа матки по началу изгнания младенца. Во время регулярных маточных сокращений шейка матки понемногу открывается, чтобы выпустить малыша на свет... — с каждым новым словом Ивашков становился все бледнее и бледнее. — Стоп! Дальше не читай. Ты мне еще живой нужен. Наташа, все готово? — Да, — Роуз, ты меня слышишь? — она кивнула в ответ — Так, бекончик, сейчас будет больно, очень больно. Врать не буду. Но ты должна быть сильной и, самое главное, тужься! Давай! — Роуз напряглась всем телом и закричала. Этот крин невозможно описать. Но мурашки на коже от него выступили. — Давай, умница. — Я...Не...Могу... — еле выговорила Роуз. — Эй, бекончик, так не пойдет! Нет слов «не могу», есть слово «надо»! А нам это действительно надо! — Роуз лежала вся мокрая и бледная. — Роуз! Тужься! — она опять напряглась, но практически тут же расслабилась. — Что с ней?! — спросил Адриан. — Черт! Она потеряла сознание! — крикнула Наташа. — Так, Ивашков, приведи ее в чувства. Наташа, мы должны искусственно вызвать у неё роды. — Это как? — С помощью простагландинов, — уверенно сказала она. Но уловив на себе два непонимающих взглядов, начала объяснять. — Простагландины – особые гормоны, влияющие на изменение структуры шейки матки, стимулирующие её созревание и, в некоторой степени, расслабляющие нижний отдел матки. Кроме того, простагландины стимулируют выработку природного окситоцина в женском организме, что также усиливает сократимость матки. — Фу, фу, фу! — возмутился Адриан. — Могла бы и не объяснять! — Откуда ты это все знаешь? — поинтересовалась Наташа. — Понятия не имею. Скорее всего, мой мозг из-за стрессовой ситуации... — Она очнулась! — сообщил Адриан, оборвав Сидни. — Ставь капельницу, Наташа! — Вдова выполняла все поручения Кларк беспрекословно. — Роуз, дорогая, ты просто обязана держаться! Подумай о своем ребенке! — А зачем мы искусственно вызываем ей схватки, если у нее они и так есть? — задал логичный вопрос Ивашков. — Схватки-то у нее есть, но она не справляется. — А сколько ждать результата? — поинтересовалась Вдова. — Эффект можно ожидать уже через несколько часов, однако может понадобиться повторное введение. Если эффекта нет, то считается, что дальнейшее введение нецелесообразно, — монотонно проговорила Сидни. — И что мы будем тогда делать? — Кесарево сечение. — А ты умеешь? — В теории — да, на практике — не пробовала.

***

— Сидни, прошло два с половиной часа. Ничего не происходит. Роуз в полубреду. Я думаю нужно делать кесарево, — отчиталась Наташа. — Значит, будем делать, — выдохнула Кларк. — Есть одна проблема, — начала Адриан. — И какая же? — поинтересовалась Сидни. — Кесарево сечение проводится под наркозом. — И откуда у тебя такие познание в медицине? — Два с половиной часа не прошли зря, — хмыкнул Ивашков. — Какие у нас есть обезболивающие? — спросила Наташа. — Сейчас, как правило, применяют два вида анестезии: эндотрахеальную — наркоз проводится в дыхательные пути через трубку или эпидуральную — игла вводится в спиномозговой канал и через нее подается обезболивающее лекарство. При использовании последнего вида анестезии женщина остается в сознании и может сразу увидеть появившегося на свет малыша. — Ивашков, с каждой секундой ты поражаешь меня все больше и больше, — сказала Сидни. — Давай введем ей анестезию в спиномозговой канал. — Готово, — сказала Наташа. — Отлично. Так. В ходе операции кесарева сечения вскрывается брюшная стенка… — начала тихо шептать Сидни, надевая перчатки и беря в руки скальпель, — затем полость матки и извлекается плод. Рану на матке зашивают непрерывным швом, восстанавливают брюшную стенку, на кожу накладывают скобки. — Готова? — тихо спросил Адриан. — Да! — уверенно ответила Кларк. Она провела трясущимися руками по животу Роуз, получился чуть кривоватый разрез. Сидни выдохнула. Затем раздвинула мышцы, сделала поперечный разрез на матке. Остановилась. Наташа вытерла пот с её лица. Кларк продолжила и вскрыла плодный пузырь. Сидни ввела руку в полость матки и извлекла ребенка. Девочка. Сидни пересекала пуповину и передала ребенка Наташе. Затем рукой удалила послед и зашила разрез. Пока Наташа с Адрианом занимались девочкой, которая ужасно плакала, Сидни спустилась по холодной стене на пол и обхватила руками голову. Она смогла. Она это сделала! Сидни почувствовала, как ей на плечо опускается чья-то рука. — Ты молодец, Сид, — шепотом говорит Адриан.

POV Роуз

У меня ужасно болела голова и тело. Была жуткая слабость. Черт, я ничего не помню! У меня были роды. Значит, я теперь мама. Мама... Кошмар. А кто у меня родился? Я хочу девочку. И где вообще все?! Вдруг я услышала звук открывающейся двери. В комнату вошел Стив, держа на руках розовый мохнатый комочек. — Роуз, — с облегчением выдохнул он. — Ты наконец-то очнулась. У нас с тобой девочка, — он подошел к моей кровати и передал мне малышку. Господи! Какая же она красивая. У нее мои губы и глаза. Все как говорила Лисса. — Она прекрасна... — прошептала я. — Это точно. — Сколько я была в отключке? — Две недели. — Сколько? — возмущенным шепотом сказала я. — Роды были крайне тяжелыми. Тебе делали кесарево. Ты чуть не умерла, Роуз. — Ну, сейчас я чувствую себя нормально, — уверенно сказала я. Наша дочка недовольно зашевелилась у меня на руках, я улыбнулась. — Как мы её назовем? — спросил Стив. — Адель. Я хочу назвать её Адель. — Я не против...