Игра

Все шло своим ходом. День сменялся ночью, солнце — луной, а весна сменилась на жаркое и душное лето. Весь город просто умирал от такой погоды. Ну, именно поэтому Тони и предложил перебраться в его загородный дом. Всё-таки нам с Роуз было просто ужасно некомфортно находиться в такой атмосфере. А за городом гораздо лучше и удобнее. У Тони был большой трехэтажный особняк, который включал в себя абсолютно все. Там был бассейн, домашний и уличный, сауна, кабинет массажа, бар, ну это само собой, мед блок, в котором был аппарат УЗИ, что делало нам жизнь еще проще. Хотя казалось, проще уже некуда. Мы с Роуз жили как королевы и издевались над своими мужьями, ну и над Тони, как могли. Остальная половина команды жила абсолютно нормально. Больше всего Локи, Стив и Тони пострадали в период токсикоза. Если честно, то это было ужасное время и для меня. Меня постоянно тошнило, от некоторых вещей выворачивало. Был зверский аппетит и тягость к странным запахам. Однажды я проснулась среди ночи и попросила Локи принести мне понюхать краску. Я чувствовала, что если не понюхаю эту чертову краску, то просто умру. У Лофта не было выбора, и он отправился на поиски краски. Пришел он только минут через тридцать, и когда я у него спросила, почему он просто не создал ее с помощью магии, в ответ услышала много мата, на асгардском. Кстати, после того как мы пришли от норн сны о будущем больше не посещали мою голову, даже не знаю хорошо это или наоборот, плохо. Роуз тоже не отставала, и ей постоянно хотелось что-то есть. Причем это не простые прихоти, типа мороженого, банана или яблока. Роуз хотела те продукты, которые она пробовала в Асгарде, на моей с Локи свадьбе. Тони просто вешался от ее запросов. А Стив как-то договорился с Хеймдаллем и он поставлял все продукты, которые желала подруга. Еще она начала лунатить. Где только мы ее не ловили. Один раз она упала в бассейн и чуть не утонула. Была даже угроза выкидыша от шока, небольшая, но была. Сейчас я на четвертом с половиной месяце своей беременности, практически на пятом, а Роуз уже на девятом месяце. Ей совсем скоро рожать. Я лежала на веранде, жара окончательно меня выбила из колеи, и я уснула. Мне снилась зеленая поляна, такое ощущение, что я ее уже где-то видела. Ах, да! Когда мне приснился Магнус, мы разговаривали именно на этой поляне. — А ты изменилась, — услышала я голос позади меня. — И я рада тебя видеть, Магнус, — с улыбкой ответила я. — Что ж. Я здесь, чтобы ответить на твои вопросы, знаю, они у тебя еще остались. — Да, ты прав. Они у меня еще остались. — Задавай, времени у нас много. — Когда будет война? — Как ты уже сама знаешь, ты изменила свою судьбу, — чуть помедлив, начал отвечать Магнус. — И изменилась хронология некоторых событий. Ты забеременела сейчас, следовательно — война будет потом. — Не вижу логики, Магнус. Во сне у меня уже был мой сын, а я умерла. — Я тебе уже говорил, Лисса. Научись смотреть сквозь строчки, — я непонимающе на него уставилась. — Твоему сыну было на тот момент четыре года, а теперь на момент войны он будет окрепшим юношей. — То есть война не скоро? — уточнила я. Магнус в ответ покачал головой. — Не могу сказать тебе точно. Помни, твой сын полубог, а у Богов время течет своей жизнью, и эта жизнь сильно отличается от вашей. — Похоже, я никогда не буду свободна... — выдохнула я. — Мы влюблены в свою свободу, И в бегстве от самих себя. Мы в поисках надежды и опоры, И в вечных поисках себя... — Как-то раз мне уже говорили нечто подобное. «Свобода — это величайшая ложь. Стоит нам это принять — наши сердца познаю мир», — ухмыльнувшись, сказала я. — Верно, — кивнул Магнус. — Но все в этом мире не вечно, — многозначительно продолжил он. — Настанет день - и миром осужденный, Чужой в родном краю, На месте казни — гордый, Хоть — презренный, Ты кончишь жизнь свою... — Эти строчки норны предсказали для Локи. Это он должен был быть на месте Тора. Но все изменилось, а точнее все изменили. Это сделала ты. Знакомство с тобой уберегло его от ужасного будущего. — Слишком многое на меня навалилось, Магнус. — Не спорю. Поэтому и удаляюсь. Удачи тебе и твоему сыну, Лисса, — улыбнулся Магнус. — Мы с тобой еще встретимся, обещаю. — В таком случае до свидания, мой дорогой друг, — Магнус растворился в легкой дымке, а я проснулась. На улице уже был вечер, поднялся прохладный летний ветерок, от которого я поежилась и решила зайти домой и найти Локи. Начать свои поиски я решила с нашей спальни. Открыв дверь, я прошла в комнату и обратила свое внимание на кровать. На ней, из-под кучи одеял и подушек, торчала черная макушка. Я тихо засмеялась от увиденного. Да... Не каждый день увидишь как Бог Лжи и Обмана, а по совместительству и твой муж, спит, свернувшись в клубочек, как котенок. Я еще минут пять смотрело на это милое зрелище, но потом развернулась и хотела выйти из комнаты, только услышала, как этот «кокон» зашевелился. Локи открыл свои зеленые, немного мутные после сна, глаза и посмотрел на меня. — Никогда прежде не видела, чтобы ты так спал, — с улыбкой сказала я. — Правильно, ведь обычно ты спишь на мне и, к тому же, перетягиваешь все одеяло себе, — на его ответ я весело и звонко рассмеялась. Да, уж. Локи стал каким-то одомашненным. — Что стоишь-то? Присоединяйся! Сегодняшний вечер я нарекаю вечером валяния и нечего неделанья! — я с огромной радостью легла на кровать к Локи и устроилась у него на плече. — Ну вот, опять начинается... — с шуточным недовольством в голосе возмутился Локи. Я опять засмеялась, но резко остановилась, отодвинулась от Локи и нахмурилась. У меня было такое ощущение, что меня кто-то толкнул. — Лисса, — взволнованно позвал меня муж — Что-то случилось? — я кивнула. — Меня кто-то толкнул, — задумчиво сказала я. — Точнее, я понимаю, что это был наш малыш, но ведь еще рано. — Лисса, — рассмеялся Локи и притянул меня к себе. — Это абсолютно нормально, если учесть тот факт, что я — Бог, а ты — мутант. Не переживай, — он поцеловал меня в макушку. — Хочешь потрогать? — Конечно! — радостно согласился Локи. Он положил руку мне на живот, и наш сын толкнулся, в знак приветствия. У Локи были такие счастливые глаза. Они просто сияли, горели счастьем. — Как мы назовем нашего ребенка? — вдруг спросила я. Мы так и лежали на кровати. Моя голова была на его животе, а наши руки, сцепленные в замок, покоились на моем животе. — Пирс, — не задумываясь, сказал Локи. — Так же было в твоих снах, зачем что-то менять? — Почему ты так уверен, что это мальчик? — Я чувствую его, Лисса, и ты тоже его чувствуешь, — улыбнулся он. — Да, в этом ты прав. — Только ли в этом? — я покорно подняла руки в знак своего поражения. — Сдаюсь, ты прав во многих случаях. Предлагаю пойти вниз и что-нибудь поесть. Например, суши, хотя лучше рыбу, блин, нет, я яблоко хочу. Да, решено, я хочу зеленое яблоко, — уверенным голосом сказала я. — Хотя... может, красное? Или желтое? — Локи не выдержал и застонал. Это был настоящий крик души мужа, у которого была беременная жена. — Ты будешь торт, — сказал он и вывел меня из комнаты. — Торт, точно! Я хочу торт! — Спорим, если я сейчас еще что-нибудь назову, ты и то захочешь? — Лучше не стоит, тебе же за этим идти. — Верно, — выдохнул он. На кухне, как всегда, были абсолютно все. Я задержала свой взгляд на Наташе. Локи заметил, на кого я смотрю, и быстро сказал, почти умоляющим тоном: — Нет, — я полностью его проигнорировала. — Наташ, — обратилась я к подруге. — Нет, Лисса, вспомни, за чем мы сюда пришли, — попытался достучаться до меня Локи. — ... а у тебя осталась... — Торт, Лисса, — Лофт не терял надежд, — мы пришли за вкусным и свежим тортом. — ... твоя фирменная... — продолжала я. — Это конец, — выдохнул мой муж и плюхнулся на кресло. — ... квашеная капуста? — Наташа как-то отвела взгляд и с грустью в голосе сказала: — Нет, сегодня Роуз последнюю порцию доела. — Аллилуйя! — воскликнул Лофт и поднял руки вверх. — Неси свой торт, — буркнула я. Роуз сидела за столом и пила чай. Вдруг ее лицо становиться бледным и покрывается испариной. — Роуз? — насторожилась я. — К-кажется, началось... Ай! — она схватилась за живот и согнулась пополам, насколько этот возможно сделать беременной девушке на девятом месяце...