Ничего... Никого...

Вечер в "Бронзе". Все как обычно. Толпа пьяных, и не очень, подростков дергалась и извивалась под громкую музыку. Он пробежал взглядом по дансингу и столикам, за которыми устроились многочисленные шумные компании. Нет. Тех, кого он ждал, здесь было. А, может, пока не было. Он в сомнении покачал головой и сделал еще один глоток пива из бутылки. В любом случае, уже наступил вечер и ему было скучно. Он допил пиво и решил пройтись по городу. Скуби здесь не было, Баффи - тоже. А вот девушки уже стали бросать на него оценивающие взгляды. Пора было отсюда сваливать. Позже вечером, если он не встретит где-нибудь Баффи, он сможет заглянуть сюда еще разок и выпить бутылочку-другую пивка. Спайк расплатился с барменом и направился к выходу, прокладывая себе дорогу через шумную толпу. Привычно раздвигая плечами группки подростков, он гадал, где ему вернее всего удастся найти Баффи: на одном из кладбищ Саннидейла или же в "Магической шкатулке". Неожиданно сильный толчок в плечо вывел его из состояния задумчивости. Спайк резко остановился и совсем уже было собрался уничтожить взглядом неожиданного обидчика, когда его глаза уперлись в могучую грудную клетку стоящего перед ним парня. Это был настоящий громила. Спайк потянул носом, проверяя противника. „Это не демон, - констатировал он и тут же про себя удивился. - И как только люди умудряются достигать таких размеров?“ Он поднял взгляд выше. Над ним нависала мускулистая громада с маленькими, налитыми кровью злыми глазками-буравчиками. "Бизон" - тут же окрестил его вампир и молча прошел мимо. В другие времена он бы неплохо пообедал этим славным представителем хомо-сапиенс, предварительно свернув ему шею, чтобы не рыпался. Но те, другие времена теперь уже остались в его прошлом. "Гребаный чип!" - выругался про себя Спайк, продолжая движение к выходу, но теперь уже зорко посматривая по сторонам. Каждый раз при встрече с такими громилами его охватывало чувство беспомощности. Он мог, не задумываясь, затеять хорошую драку с четырьмя демонами неслабых размеров, но прекрасно сознавал, что, случись ему схлестнуться с человеком, даже с одним, и ему не выйти победителем. Он, Мастер-вампир, проживший более 120 лет, выигравший несчетное количество сражений, голыми руками убивший двух Истребительниц, был сейчас беспомощен, как ребенок. Его бывшие жертвы, которых он сам называл "гамбургерами на ножках", в одночасье превратились в опаснейших противников. Неожиданно его внимание привлек посторонний в этом гаме и грохоте музыки звук. Это был крик о помощи, и лишь сверхчувствительный слух вампира мог уловить этот дальний призыв. Спайк остановился, прислушиваясь, пытаясь определить, откуда он исходит. Крик раздался снова, на этот раз истеричные нотки смешались с воплем ужаса. Мгновенно сориентировавшись, вампир двинулся в сторону служебных помещений. Крики продолжались и, двигаясь на звук, Спайк наконец оказался перед закрытой дверью. Это был один из многочисленных запасных выходов из "Бронзы". Он вел в темный проулок между домами и, прежде чем ступить за порог, Спайк на мгновение остановился, позволяя глазам привыкнуть к темноте. Одновременно с этим звук стал более отчетливым. Теперь он хранил в себе больше полезной информации. Определенно, где-то шла драка. Судя по всему, относящаяся к категории "все на одного, один на всех". „Похоже, кто-то из моих приятелей-демонов решил сегодня немного позабавиться, гоняя какого-нибудь сосунка,- пронеслось в голове вампира. - Ну, что ж, пожалуй, пора положить конец этой забаве, все равно особенно заняться больше нечем“. Спайк ухмыльнулся, но тут еще одна мысль пронзила его: „И какого черта мне это надо?“ Он знал ответ. Баффи. С каждым правильным поступком у него было больше причин не опускать при встрече с ней глаза, больше причин открыто и с достоинством встречать ее взгляд. И, пусть она не желала этого знать, не желала замечать, не признавала в нем человека, с каждым правильным поступком его личный монстр становился меньше, отходил во тьму, уступая место человеку, мужчине. Да, она этого не видела, а может и не желала видеть, но Спайк знал, что он больше не монстр и не чудовище. Ему не нужно было чье-то подтверждение этому факту, он просто знал это сам. Медленно, но верно, он менялся. Каждый день, борясь со своим демоном, его жестокостью и жаждой убийства, он выигрывал схватку за схваткой. С каждым днем он взбирался на одну ступеньку выше, приближался на один маленький, незаметный для других, но такой важный и чудовищно огромный для него, шаг ближе. К ней. К Истребительнице. К Баффи. Дверь за его спиной издала протяжный стон, и он, быстро поймав ее, осторожно прикрыл. "Если хочешь, чтобы преимущество было на твоей стороне, старайся появиться как можно незаметнее. При известном навыке таких появлений можно здорово расшатать нервную систему противника. Порой результаты превосходят самые смелые ожидания. Ну, скажем, как топор врага, уроненный на его собственную ногу", - Спайк расплылся в улыбке от приятных воспоминаний. Привычно лавируя между мусорными баками, ящиками и всякой прочей ерундой, что вечно раскидана по таким трущобным проулкам между домами, он полагался на свой тонкий слух, который безошибочно вел его в нужном направлении. Ему не нужно было переходить в обличье демона, чтобы не сбиться с пути. Острый запах страха и крови бил ему в нос с такой силой, что он удивлялся, как это люди его не чувствуют. Этот город был весь пропитан этим запахом. Эссенция страха смешивалась со смрадом помоек, выхлопными газами автомобилей, плотным запахом жира из различных забегаловок, удушливыми испарениями пота от немытых тел и всеми остальными ароматами, сопутствующими жизнедеятельности человека. Каждую ночь на город освежающей пеленой опускалась прохлада, смывая все запахи, пропитавшие его поры. Кроме одного. Запаха страха и боли. Он никогда не исчезал. Всегда висел тяжелым удушливым смогом над Саннидейлом. И создания тьмы с приходом ночи с восторгом погружались в этот зловонный эфир. Сейчас одна из составляющих этого смрада вела его к цели. Неслышно ступая, он дошел до конца проулка и повернул за угол. От открывшегося его взгляду зрелища Спайка передернуло. Несколько здоровяков держали маленького щуплого паренька распятым на валяющихся ящиках, а еще двое, пользуясь его беспомощностью, бесцеремонно сдирали с него джинсы. Парень уже не кричал, а тихонько поскуливал от ужаса, крепко зажмурив глаза. Больше всего Спайка поразило то, что парень и не пытался освободиться. Однако, подойдя поближе, он понял причину. Вся левая половина лица мальчишки была залита кровью, сочащейся из глубокой раны на его виске. Судя по всему, парень был серьезно контужен. И в тот же момент будоражащий запах свежей крови обрушился на вампира, на секунду завладев всеми его чувствами, но уже в следующее мгновение он совладал с собой и, придав своему голосу самый развязный тон, громко заявил о своем присутствии: - Так, так, так... И что тут у нас происходит? Я ничему не помешал? Странная группа вздрогнула как один. От неожиданности они отпустили паренька, чем тот не преминул немедленно воспользоваться. Он скатился с ящиков и, на ходу подхватывая и застегивая джинсы, бросился к вампиру. "Определенно контужен" - подумал Спайк, следя за неуверенными движениями пацана. Тот приблизился к нему и остановился в ожидании. Спайк от раздражения не сдержал рык. Паренек отшатнулся, едва не упав. Подавив недовольство, вампир бросил ему: - Пошел отсюда! Повторять дважды не пришлось: парень, сломя голову, бросился наутек. Спайк немного расслабился и втянул носом воздух, пытаясь определить, с каким видом демонов он столкнулся на этот раз. Определенно их поведение не говорило ему ни о чем. Анализируя запах, Спайк вдруг внутренне похолодел. Самые страшные его кошмары оборачивались реальностью. В этих существах не было ничего демонического. Вампир принюхался для уверенности еще раз. Запах человека. Его невозможно спутать ни с чем. И он стоял слишком близко. Сделав шаг назад, Спайк начал отступление. Это осторожное движение вывело громил из оцепенения. - Наша маленькая собачка убежала, - прохрипел один из них. - И кое-кто должен за это заплатить, - добавил другой. Третий окинул белобрысого вампира оценивающим взглядом и, смачно сплюнув на землю, коротко заржал: - А он - ничего, настоящий красавчик! Посмотрим, насколько у него упругая задница? Спайка внезапно охватила паника, он попятился и бросился бежать. Они кинулись за ним всем скопом. Кто-то поймал полу его плаща и резко дернул вниз. От неожиданного рывка вампир споткнулся, упал и покатился по грязной мостовой. Они обрушились на него, как стая голодных шакалов, и придавили массой своих тел. В попытке освободиться Спайк резко повернулся, дернулся изо всех сил, скидывая их с себя. У него все почти получилось, но при этом движении его локоть врезался в искаженное от ярости лицо одного из нападавших. Тот отлетел на добрых пять метров и остался лежать на асфальте, тупо качая головой из стороны в сторону. Спайк еще успел внутренне порадоваться, как вдруг вся тяжесть мира обрушилась на его голову. Обжигающая боль родилась глубоко внутри черепа, разрастаясь, разнося электрические разряды по телу. На секунду боль ослепила его, и он вновь упал, раздавленный, внутренне разбитый. Его беспомощным состоянием тут же воспользовались нападавшие. Вампиру резко заломили руки за спину и потащили обратно во мрак подворотни. Там его, все еще не пришедшего в себя, поставили на колени, стащили плащ и начали нещадно избивать ногами. Били до тех пор, пока он, оглушенный, не остался, скорчившись, лежать на земле. К этому моменту боль, причиняемая чипом, уже прошла, уступая место боли от побоев и ярости поражения. Спайк лежал на холодном асфальте улицы, усилием воли пытаясь разогнать мрак, сгустившийся перед его глазами. "Гребаный чип! Я ведь просто хотел помочь! Просто хотел помочь! Ну почему я вечно вляпываюсь во всякое дерьмо! Я просто хотел быть, как они, хотел быть одним из них. Быть ближе...", - суматошное течение его мыслей было прервано еще одним ударом кованого ботинка в живот. Вампир сжался в комок на земле, пытаясь удержать кровь, подступившую к горлу. Грубый голос резанул его чувствительный слух: - Ну вот, у нас есть еще одна послушная собачка! Здоровяк наклонился к лежащему вампиру, сгреб его волосы в пятерню и, безжалостно добавив еще один ощутимый пинок, поставил на колени. - Ты ведь больше не будешь дергаться? - поинтересовался все тот же голос и продолжил, - Не советую. Будет только хуже. А так, может, еще и кайф поймаешь. Он дико заржал, довольный своей шуткой, остальные подхватили. Спайк стоял на коленях, чувствуя, как по его рукам бежит кровь. Она срывалась с кончиков пальцев и падала вниз тяжелыми темными каплями. Капля за каплей, капля за каплей. Кап-кап-кап-кап.... Он был уже за порогом чувствительности, ничего не видел, ничего не слышал. Все его силы уходили на то, чтобы не сорваться в спасительное небытие, откуда возврата нет. Треск раздираемой материи вернул его к действительности. С него грубо сорвали футболку. Холод ночи пробрал до костей, покалывая обнаженную кожу, проясняя сознание. Знакомое ощущение для вампира, которому пришлось голодать слишком часто за время своего существования. Отсутствие крови обостряло у них чувствительность к перепадам температуры. Стоило им потерять достаточное количество этой живительной субстанции, как жара или холод давали о себе знать. Спайк чуть тряхнул головой, отгоняя вызванную потерей крови апатию, и постарался сконцентрировать взгляд. Время замедлилось, мгновения растянулись для него в вечность. Туман перед глазами отступил, предметы снова обрели четкие очертания. Первое, что Спайк увидел перед собой, была вздувшаяся от возбуждения ширинка качка, стоящего напротив. Но не это привлекло его внимание, нет. Позади качка был выход из этого гребаного места. Между ним и свободой стоял только этот бугай. Вампир осторожно пошевелил руками, возвращая им чувствительность, одновременно удовлетворенно отметив, что его не связали. Свобода и двадцать метров, отделяющих его от нее. Если он успеет, если пробежит эти двадцать метров, не задев никого, не активируя чип неосторожными движениями - он спасен. Ему нечего было терять. Никто не будет по нему плакать, никто не сгребет дрожащей рукой пепел, оставшийся от него, может, никто даже не заметит его исчезновения. Его останки смоют дожди, и он исчезнет навсегда. Был Спайк - не стало Спайка, все вздохнули спокойно. Разве что только Дон... Вампир внутренне улыбнулся ее образу. Но пройдет время, и она тоже забудет его. От него не останется даже воспоминаний. Кто он для них, чтобы помнить? Надоедливый вамп, которого, ах, какая досада, Баффи не хочет распылить; заноза в их драгоценной коллективной заднице... Никто... Ничего... Никого... Никто... Круг замкнулся. Он решился. Спайк весь внутренне подобрался, готовясь к прыжку: все его существование, весь его опыт слились в единый бросок. Он не имел права на ошибку. У него был только один шанс, одна попытка на сто тысяч поражений и неудач. "Я не знаю, кто там слушает молитвы вампиров, - мысленно воззвал он, - но, если Ты есть, не дай мне облажаться!" Бугай перед ним широко расставил ноги, его руки заработали, расстегивая ремень, и уже захватили замок ширинки, когда белобрысый парень, до этого безвольно стоящий перед ним на коленях, со сверхчеловеческой скоростью нырнул между его ног и, одним прыжком вскочив на ноги, бросился бежать. Спайк уже видел выход, до него оставалась всего пара метров. Какая-то пара несчастных метров, когда он неожиданно налетел на что-то твердое, что-то живое. И отлетел назад. "Как глупо,"- только и успел подумать он, когда его чип вновь ожил. Электрические вспышки в его голове окончательно ослепили его, выбили последние остатки энергии из его истерзанного тела. Кровь неудержимым потоком хлынула одновременно из его носа и рта. Он все-таки сделал бесплодную попытку ползти, но топот ног уже настиг его. Носок ботинка поддел его и перевернул на спину. На него уставились страшно знакомые маленькие, налитые кровью глазки. "Я где-то уже видел его, эти глаза...", - на долю секунды вспыхнуло в его угасающем сознании, когда узнавание тяжелым удушьем обрушилось на него... "Бизон" из клуба... Спайк сумасшедше захихикал и тут-же слезы хлынули из его глаз, когда люди подхватили его тело и потащили назад. - Нет! Пожалуйста! Не надо! - он думал, что кричит, на самом деле он еле слышно шептал, с трудом разжимая разбитые губы, захлебываясь собственной кровью. Его бросили в угол рядом с теми же самыми ящиками, на которых каких-то полчаса назад лежал тот паренек. Обмениваясь шутками, его мучители стали решать, кто будет первым, когда в тишине ночи раздался стук женских каблуков, и из темноты материализовалась хрупкая девичья фигурка. Звонкий голосок эхом отразился от стен: - Так, так, так... И что тут у нас происходит? Я, надеюсь, ничему не помешала? - Де-жа вю... - хором отозвались бугаи. - Вау, какие мы слова знаем умные, - изумилась девчушка, - а по виду и не скажешь. Баффи пристально вглядывалась в четырех амбалов, стоящих перед ней. "Не вампиры, - подумала она,- всего лишь люди. Но кровь..."