Фазы слёта крыши

К чему приводит сексуальная неудовлетворенность в шестнадцать? К сексу? Нет. Она приводит к тому что ты начинаешь заглядываться на собственного старшего брата, который кажется вовсе и не против, и даже способствует слету крыши на почве недотраха… Фаза первая: Кухня Сидя на кухне за завтраком, я залип на руках собственного старшего брата, который увлеченно читал утренние новости в свой френдленте в одной из соц.сетей, одновременно с этим выводя какие-то просто феерические узоры с сексуальным посылом у себя на бедре, медленно ведя от колена к паху и обратно своими тонкими чуть узловатыми пальцами.. Это было настолько интимно, что мне даже стало неловко, что я это вижу, хотя не только «не ловко», потому что по венам начал распространяться жар, который расходился волнами по всему телу и восхитительным томлением оседал внизу живота. Это было странно, но я решил не обращать внимания, и продолжил есть свой завтрак, который в горло не лез. Фаза вторая: Метро Мой отлет крыши начался внезапно, причем в не подходящем месте… В общем, это случилось в метро, в долбанный час пик, когда мы с братом ехали к матери в ателье на примерку костюмов по случаю свадьбы нашей сестры. В вагоне было безумно тесно, из-за большого количества людей, а еще жарко и мы стояли в плотную друг к другу. Мне кажется я даже видел порно фильм, которой начинался точно также. Даже не смешно. Я стоял так близко к брату, что просто плыл от его близости. Его хотелось коснуться. Обнять. Потереться об него всем телом. И мне представилась такая возможность, причем на следующей же станции, когда в вагон набилось еще больше народу, и нас просто прижало друг к другу не оставив и сантиметра между нашими телами. Контролировать непослушное туловище становилось все сложнее. А когда Олегу пришлось просунуть ногу у меня между ног, чтобы было удобнее стоять, я просто взвыл, потому что он бедром проехался по моему наполовину вставшему члену. — Ауч! — провыл я, уткнувшись брату где-то между шеей и плечом. А потом он повторил это скользящее движение вновь, но теперь еще и надавливая на яички, мои моральные принципы потонули в собственном стоне и возгласе отчаянья, потому что это было слишком: — Блять, Олег, сука, можно осторожнее, в отличии от тебя я не люблю яйца всмятку, тем более свои! После этого предложения, пестрившего обсценной лексикой, давление на возбужденный орган стало меньше, но легче мне не стало, отнюдь, потому что братец решил меня добить. Он склонившись к моему уху горячо зашептал, опаляя своим дыханием чувствительную кожу шеи: — А мне показалось, тебе это нравится! И брат снова потерся бедром об мой стояк, теперь уже более чем полноценный и каменный. Не могу сказать, как бы развивались события дальше, потому что, слава всем святым, была наша станция и нужно было выходить. Фаза третья: Примерочная Весна — пора любви, котов, цветов и недотраха у шестнадцатилетних, у которых встает на все, что движется, даже если двигающееся родной брат, а еще пора распродаж на шмотки. Которые мать и заставила меня покупать, но в сопровождении Олега, чтобы я лишнего не потратил на всякие там игрушки и прочую муть для подростков. Обидно, особенно, когда вот-вот выйдет Fall Out 4. Ладно, забыли. Все началось внезапно, в прочем, как и всегда, когда в этом принимают участие мои гормоны. Я просто стоял в примерочной и переодевался, когда в мою голову начали медленно заползать мысли о том, что: «Было бы неплохо прийти домой и подрочить на какой-нибудь видос с ахуенной порнухой… Или банально спустить в ванной под горячей водой. А еще лучше представить, как мне дрочит кто-то другой… Высокий, сильный, с отличным телом и безумно красивым, но горящим похотью взглядом, смутно похожим на моего брата… Черт!» Естественно у меня встал. И именно в этот момент в мою примерочную решил вломиться брат, который увидел просто умопомрачительную картину: Меня тяжело дышащего, в перекошенной футболке, в наполовину надетых на бедра джинсах, со стояком, который упирался в плавки, а из-за резинки чуть-чуть показывалась влажная от смазки головка. В следующий раз надо взять плавки на размера два больше. Заметил я Олега не сразу, а когда все же заметил, не придумал ничего лучше, чем сказать: — Либо туда, либо сюда! Естественно, по закону неведомого жанра он зашел ко мне в примерочную и задернул штору, которая теперь отделяла нас от остальных посетителей этого бутика. Брат смотрел на меня странно, наполовину изучающе, наполовину насмешливо. В его взгляде читалось что-то животное, древнее. Он подошел ко мне близко-близко, почти вжимая в перегородку примерочной, склонился к уху и зашептал, забираясь под резинку моих плавок и обхватывая пальцами член: — Ты всегда возбуждаешься в общественных местах или у тебя фетиш такой, маленькая заноза в заднице? «Нет, только когда ты рядом», — хотел огрызнуться я, но удалось только заскулить, потому что брат начал осторожно и очень медленно потирать головку большим пальцем, распределяя смазку по всей поверхности, а затем освободил ее от крайней плоти, грубо потянув вниз. Это было и немного больно, и одновременно приятно. Узел возбуждения внизу живота затягивался все туже, заставляя терять меня связь с реальностью и дышать через раз. Олег ласкал меня неспешно, иногда срываясь на грубость. И от очередного грубого движения, я просто застонал в голос, из-за чего брату пришлось зажать мне рот. Это было странно, дышать его телом. Это было обжигающе, слизывать с его кожи соленый пот. Это было потрясающе, знать, что он хочет свести меня с ума своими руками. Он так ласкал, что хотелось молить о большем, потому что тот темп, который брат задал, был слишком медленный, слишком сводящий с ума. Я никогда не хотел так сильно кончить, как в той гребанной примерочной под руками Олега, а он как назло оттягивал этот момент, сжимая член у основания и заставляя умолять меня взглядом, если уж не голосом. И я умолял. Стоило ему отпустить, и я обильно кончил ему в руку, оседая на пол примерочной, при этом пачкая в сперме плавки и джинсы, блять. Олег смотрел на мое падение со снисходительной улыбкой на губах и чертями, обещающими мне еще очень многое, в глазах, затем поднес испачканную руку к лицу, слизнул каплю спермы скатывающуюся по ребру ладони и ушел. Боже, во что я вляпался?