Собственный выбор

Наступило Рождество – волшебный праздник, а Натаниэль проводил его в обнимку с одеялом, кружкой горячего чая с лимоном и пачкой носовых платков. Уходя от Тарди, Стаут как-то позабыл спросить, а где, собственно, он находится – в голове крутились совсем другие мысли. Спустился по лестнице, вышел на улице, задумавшись, не заметил, как прошел приличное расстояние, когда пришел в себя, понял, что вокруг совершенно неизвестный ему район. Удрученно потерев лицо руками, омега огляделся в поисках остановки, которая нашлась лишь тридцать минут спустя. Ситуацию усугублял топографический кретинизм Натаниэля. Он успел замерзнуть, продрогнуть и расспросить нескольких человек об искомой остановке. То ли брюнет говорил на иностранном для прохожих языке, то ли они решили над ним посмеяться, то ли жители богатого района элементарно не знали о существовании подобной вещи, но все дружно отрицательно качали головой. Была в голове мысль воспользоваться услугой такси, но Натан отмел эту идею, как несостоятельную – слишком дорого. В итоге, он проводит праздник таким образом, который отнюдь не вызывает зависть. Дарвин до вечера ухаживал за больным другом, принес лекарства, приготовил еду, хотел остаться на ночь, но Натаниэль в прямом смысле выставил Дара из квартиры. Он не так серьезно болен, а Рождество нужно отмечать с семьей. Дарвин пытался уговорить друга поехать вместе к нему домой, но Натан отказался под предлогом боязни заразить младших братьев Фрэндли. Отчасти это было правдой, другой же важной причиной являлась тоска по родному дому и семье. Ведь часто, смотря на счастливых Фрэндли, Стаут чувствовал, как сильно скучает по своим. Конечно, они очень часто созванивались, но звонки совсем не то. Семьи Натаниэля и Дарвина родом из отдаленного провинциального городка на севере. Отец Натана – Айзек Стаут работал обычным учителем математики в начальной школе, папа – Стэнли Стаут имел собственную небольшую кондитерскую, а младший братишка-альфа – Джошуа учился в средней школе. Когда родителям Дарвина в наследство от умершего родственника досталась кругленькая сумма, они, не задумываясь, распродали свое имущество и с детьми переехали в столицу. К тому времени Дар и Натан заканчивали школу, и Фрэндли уговорил друга поехать вместе с ним. Как только Натаниэль скопил достаточно средств, чтобы снять однокомнатную квартирку на окраине, он съехал, не желая стеснять гостеприимную семью, хоть Фрэндли даже не думали жаловаться. Спустя некоторое время брюнет мог позволить себе снимать жилье чуть ближе к центру, пусть не в престижном районе, пусть оно было крохотным, да и состояние квартиры хоть и не было очень уж плачевным, но все же оставляло желать лучшего. На большее стипендии и денег за подработку не хватало, а просить у родных Натану не позволила бы совесть. Омега часто вспоминал, как с восторгом помогал папе в кондитерской, как играл с Джошуа, как с интересом разговаривал с отцом в гостиной тихими вечерами, как они дружно, смеясь и дурачась, наряжали елку, готовили праздничный ужин. Ему очень не хватало таких вечеров, но брюнет не позволял себе раскисать – он должен окончить университет, найти хорошую работу, перевезти родных в большой город и обеспечить им жизнь без нужды. Натан, утомленный болезнью, уснул, но его разбудил настойчивый гость, мучавший дверной звонок, а вместе с ним и самого Стаута. Сонный Натан почти не удивился, увидев за дверью Алана – кто еще может быть таким настырным и бесцеремонным. Пропуская гостя, Натаниэль простуженным голосом попросил пройти того на кухню, заодно поставить чайник на плиту, а сам отправился приводить себя в относительный порядок. *** В воскресный вечер воодушевленного альфу ждала новость. В город вернулся его отец, что, с одной стороны, радовало Алана, а с другой – несло с собой разочарование. Конечно, он был рад приезду отца, да и к делам школы можно вернуться – одному Саймону было сложно справляться в отсутствие руководства, но теперь прямых поводов приезжать в конкретный ресторан у мужчины не будет, а наведываясь туда без особых причин, он может вызвать ненужные подозрения со стороны родителей. Неожиданные трудности препятствовали плану Алана, что не могло не напрягать. Наступивший праздник, как нельзя, кстати, чета Тарди решила праздновать в одном из своих ресторанов. Внутренне возликовав, Алан с безразличным лицом и бесстрастной интонацией предложил провести праздничный ужин в ресторане, где «готовили лучше всего». Предложение задних мыслей не вызывало, и Адам с Ноа с сыном согласились. Во время праздничного ужина Алан не мог усидеть на месте: все порывался наведаться в служебное помещение, чем вызывал у родителей недовольство – они не понимали, чем обоснован подобный «энтузиазм». Когда Тарди все же смог придумать более или менее убедительную причину, чтобы отлучиться, его ждал неприятный сюрприз. Сотрудники объяснили причину отсутствия Стаута, перекидываясь друг с другом хитрыми и понятливыми взглядами, и Алан с недовольным лицом вернулся к столику, где его ожидал еще один неприятный сюрприз. - Милый, - начал папа Алана,- мы хотели бы обсудить с тобой одну очень важную вещь. Не буду юлить, ходить вокруг да около, а перейду сразу к делу. Мы с твоим отцом с каждым годом не молодеем, да и тебе уже тридцать три… - Это ты называешь «перейти сразу к делу»? – вмешался Адам. Алан внутренне напрягся. - Если что-то не нравится, мог бы и сам начать разговор. А раз мы решили, что говорю я, то продолжу с того места, где меня перебили. Алан, сынок, тебе уже тридцать три, в этом возрасте давно пора думать о будущем, семье, о наследниках, в конце концов. Скажи, родной, у тебя есть кто-нибудь? Алан замялся. Зная родителей, он с уверенностью до ста процентов мог сказать, что кто-то вроде Натаниэля в лучшем случае вызовет смех и просьбу не шутить подобным образом. Поэтому, следуя здравому смыслу, он ответил отрицательно. - Ничего страшного! Мы с отцом на всякий случай подыскали пару подходящих кандидатур. Не сомневайся, все выбранные нами омеги из уважаемых семей, образованны, хороши собой, обладают безупречными манерами. Тебе нужно лишь сходить с ними на свидания и выбрать того, кто больше понравится. - Подождите, с чего вы решили, что сейчас мне нужна свадьба? Вы ставите меня перед фактом, что все уже решено, и мне осталось просто тыкнуть пальцем! Папа, ты правильно заметил, мне уже тридцать три, и я сам в состоянии понять, что мне нужно, а что нет! - Не спорь! - вмешался Адам. – Если ты треть века не можешь выбрать себе омегу, тогда это сделаем мы. Хватит показывать свой характер. - Характер?! Может хватить заставлять меня поступать так, как удобно вам с папой? С детства я был вынужден делать то, что говорил ты, отец. Но я уже не ребенок, и больше не собираюсь идти у вас на поводу. - Очень видно, как ты шел на поводу. Твоя школа яркое тому подтверждение. Если ты уже не ребенок, тогда и веди себя по-взрослому. Ты обязан унаследовать наш бизнес, а не заниматься всякой ерундой. И тебе пора обзавестись семьей. Давно пора. Я слишком долго закрывал глаза и слушал твоего папу. Была бы моя воля, ты уже лет пять назад представил бы нам внука. Заканчивай тратить время на бесполезную чушь. Хватить быть эгоистом. - Моя школа - не ерунда. – Тихо, едва сдерживая гнев, проговорил Алан. – И я никогда не брошу то, что действительно люблю. Пусть из меня не вышел выдающийся художник, но рисование делает меня счастливым. Я знаю, что оно никогда не будет приносить мне столько денег, сколько гостиничное или ресторанное дело, но даже так ни за что не променяю свою школу. И я не эгоист, мне просто хочется быть счастливым. Простите, что говорю все это, но ваш пример семейной жизни меня не вдохновляет. - Как ты смеешь, щенок?! – громкий удар кулаком по столу вызвал тишину во всем зале. - Сынок, как ты можешь говорить такое? - Еще раз прошу прощения. Я сыт, позвольте откланяться. – Не дожидаясь ответа, Алан встал и направился к выходу под свирепый взгляд отца и испуганный – папы. В такси, направляясь домой, Тарди нащупал в правом кармане пальто небольшую коробочку, а во внутреннем кармане находился сверток побольше. Улыбнувшись, он озвучил таксисту новое место назначения. *** Наспех умывшись и окончательно проснувшись, Натаниэль соизволил посмотреть на часы. Что? Этот ненормальный притащился к нему на ночь глядя! Омега сощурил глаза и направился на кухню, где сейчас хозяйничал вечно незваный Алан. - Позволь поинтересоваться, что ты забыл у меня дома? - Какой ты дружелюбный и гостеприимный. - Приди ты часов на пять раньше, возможно, именно таким я бы и был. - А какая разница сейчас или раньше? – с недоумением спросил альфа. - Издеваешься? Что скажут соседи, которые видели, как ко мне ночью приходит мужчина. Мне не нужны лишние слухи и сплетни. - Успокойся, меня никто не видел, да и кого волнует, что думают выжившие из ума старики. Пф! - Представь себе, меня волнует. Не оскорбляй людей, которых ты не знаешь. Мои соседи – хорошие люди, а не «выжившие из ума старики», как ты соизволил выразиться. - Ладно, не злись, я не имел в виду ничего обидного. Если кто-нибудь спросит, то скажешь, что друг решил навестить тебя - такого простуженного и несчастного. - Но не в десять вечера же! – возмутился брюнет. – Тем более без предупреждения. - Я бы и рад предупредить, но, когда мне сообщили, что ты заболел, и я хотел позвонить, чтобы спросить про твое самочувствие, до меня дошло – я не знаю твой номер. Как видишь, возникла необходимость личной встречи. - Прямо-таки необходимость. А спросить номер у сотрудников ты, конечно, не додумался. - Не придирайся, Тани. Лучше накорми гостя. – Алан состроил жалостливые глазки. Натаниэль лишь закатил глаза. - Наглеешь, Тарди. Пришел без предупреждения и требуешь от больного человека деятельности. – Несмотря на сказанные слова, Натан подошел к плите – ему тоже не помешает поесть, так как, уснув, он пропустил ужин. Пристыженный мужчина тут же бросился на помощь омеге. - Если был в ресторане, почему не поел там? – дуя на ложку с супом, поинтересовался Натан. После этих слов Алан помрачнел, заставив Натаниэля забеспокоиться, не случилось ли чего. - Были обстоятельства, которые мне помешали нормально поужинать, - заметив испуганный взгляд парня, Тарди поспешил его успокоить. – С рестораном это совсем не связанно, расслабься. Семейные проблемы, но не будем об этом, хорошо? - Хорошо, если не хочешь - не будем. Скажи только, сейчас все нормально? Неподдельное беспокойство вызвало внутри Алана теплое шевеление. Он искренне улыбнулся. - Да, уже все хорошо. Натан тоже улыбнулся в ответ и обратил все свое внимание на кружку с чаем. - А вообще, я пришел не только проведать тебя, но и отдать кое-что. С этими словами Алан встал из-за стола, вышел в коридор и вернулся меньше чем через минуту с небольшими завернутыми подарками в руках. - Вот, это тебе. С Рождеством, Тани. Натаниэль неуверенно взял из протянутых рук свертки. Он не ожидал, что Алан подарит ему что-то. Развернув подарок, что побольше, Натан увидел коричневый блокнот в ретро-стиле. Переплет был кожаным, с дизайнерскими потертостями, с левого края была шнуровка, которая также пересекала блокнот посередине несколькими витками, а на шнуровке висели красивый ключ и металлическая пластинка с вырезанным на ней изображением цветка. В правом верхнем углу витиеватая надпись гласила: «Смотри в самое сердце … ». - Будешь в него записывать свои гениальные рецепты, - с теплотой в голосе произнес Тарди. - Большое спасибо. Он такой красивый! Мне действительно очень нравится, Алан! – в голосе ни капли фальши. В маленькой коробочке находился брелок для ключей, изображающий французского шеф-повара, каким он является в представлении многих людей: пухленький и румяный мужчина в белой форме, в белом стоячем колпаке и со смешными завитыми усиками. - Не подумай ничего плохого, это не намеки или что-то такое… в смысле, это не издевка… то есть... не воспринимай… я хотел сказать… - сбиваясь, объяснял Тарди. – Короче, когда я его увидел, он показался мне забавным, только сейчас я понял, что это не самый удачный подарок. Омега по-доброму, без тени обиды смотрел на взволнованного мужчину. - Все нормально, брелок действительно забавный, ты не должен оправдываться. Спасибо тебе большое. Посиди минутку, пожалуйста. Когда Натаниэль вышел, Алан со вздохом стукнул себя по лбу. Идиот, чуть все не испортил. Хорошо, что Натан понял его правильно. Ведь правильно? Стаут зашел в комнату и открыл ящик тумбочки, в которой лежал прямоугольный ящичек. Выбирая по интернету подарки родным и близким, Натан наткнулся на набор кисточек для рисования и неожиданно для себя самого заказал его. Когда кисточки доставили, он долго думал дарить их Алану или нет, и в итоге пришел к выводу, что не стоит – это будет выглядеть странно. Сейчас же он был рад, что послушал внутренний голос и приобрел подарок. Вошедший на кухню Натан мог лицезреть картину мечущегося Алана, который решил, что все-таки обидел омегу. Он успел прибрать стол и сгрузить посуду в раковину. Увидев Стаута, Алан уже хотел было открыть рот, как ему вручили подарок. - Прости, я не успел его завернуть. С Рождеством тебя, Алан. Алан открыл крышку и с выражением детского восторга на лице рассматривал содержимое. - Спасибо. Честно говоря, я не ожидал получить от тебя подарок. Мне очень приятно. - Честность за честность. Я тоже не ожидал. Даже думал не дарить свой, боялся, что это будет выглядеть… как-то не так. - Что ж, мы смогли приятно удивить друг друга, - образовалась неловкая пауза. - Слушай, а ты любишь фантастику? В прокат вышел новый фильм, и я хотел бы сходить на него. Не хочешь со мной? - Люблю, - ответил Натаниэль с сомнением. – А почему именно я? - Ну, просто никто из моих друзей фантастику не любит, а одному ходить совсем не интересно. Вот я и подумал, вдруг ты заинтересуешься. Значит, решили, как только ты выздоровеешь, пойдем в кино. – Затараторил Тарди, чтоб у Натана не было возможности отказаться. – А теперь мне нужно идти, а то действительно поздно уже, пора и честь знать. Спасибо за ужин, - Алан уже надевал пальто в коридоре.- Спасибо за подарок, и еще раз с праздником тебя, Тани. Надеюсь, скоро поправишься, - ботинки, как и пальто, были натянуты в спешке. – Ну, до скорого, пока. - Дверь захлопнулась, а Натан остался в одиночестве и недоумении. Что за странный тип этот альфа, с кем он связался?