Собственный выбор

Стаут лежал в своей комнате на кровати и рассеянно рассматривал потолок. Несколько последних дней Алан вел себя подозрительно - не придирался, не провоцировал ссору, обращал на омегу минимум внимания, говоря проще, относился сравнительно миролюбиво. То ли можно успокоиться и выдохнуть с облегчением, то ли, наоборот, постоянно оглядываться, ожидая бури после затишья. Какую тактику поведения выбрать, парень не знал, но после раздумий пришел к выводу, что разумнее быть готовым к подвоху. Как говорится, предупрежден – значит вооружен. А пока можно наслаждаться временной передышкой. Мужчина нервировал Натаниэля, их общение выматывало последнего, и дело было не только в ссорах. Несмотря на негативное отношение к Тарди, чертова связь оказывала действие на омегу. На душе становилось неспокойно, если они не виделись несколько дней, парень даже привык к подначиванию, если только оно не являлось оскорблением или попыткой унизить, да и запах Пары никто не отменял. Для Натана Тарди пах по-прежнему волшебно. Однако вся эта совокупность факторов не заставляла терять голову и поддавалась контролю, но определенный дискомфорт доставляла. Переживания друга не остались незамеченными Дарвином, который был в курсе дел. Чтобы хоть как-то отвлечь Натаниэля, Дар предложил на выходных пойти развеяться в клуб. Так как оба они завсегдатаями клубов не были, данное предложение вызвало сомнения, но Стаут обещал подумать. А пока до выходных следовало пережить еще пятницу. С утра Натана преследовало плохое предчувствие, но он списывал все на то, что вчера весь вечер накручивал сам себя. В ресторан ему нужно было к пяти, сейчас же можно заняться домашними делами. На работе все было как обычно - повара суетились, официанты сновали туда-сюда, еда готовилась, но чувство тревоги не покидало Натана. Оно усилилось, когда один официант подошел к брюнету и передал просьбу клиентов, чтобы именно Натаниэль приготовил заказ. Омега удивился, но просьбу выполнил. За время практики его еще несколько раз вызывали благодарные клиенты, что для повара-студента - невиданная роскошь, но чтобы кто-то просил именно Натана готовить, такого в его опыте не было, потому вызывало недоумение. Когда прошло чуть больше получаса, все тот же официант сказал, что клиенты хотят лично выразить благодарность повару, Натан почти не удивился – что-то подобное он ожидал, но вот чувство тревоги окатило парня новой волной. Выйдя в зал, Натаниэль только теперь понял, почему с утра ему было так неспокойно. Все же это было затишье. В зале за столиком, к которому его, как Стаут правильно подозревал, вел официант сидел Алан Тарди собственной персоной. И сидел он не один. Компанию ему составлял сидевший напротив молодой омега. Подойдя ближе, Натан смог рассмотреть спутника альфы. Стройный, хрупкий омега, с нежным овалом лица, тонким носиком, пухлыми губками сидел, сложив ухоженные руки перед собой, его длинные светлые волосы были идеально уложены, одет он был так, словно в следующую минуту ему идти на подиум, а его глаза надменно рассматривали окружающих. Алан же сидел и смотрел на приближающегося Натаниэля с самодовольной ухмылкой. Стаут был готов поклясться, что в глазах альфы плескалось неприкрытое торжество. В груди Натана больно кольнуло, но на лице не дернулся ни один мускул. Как только их оставил официант, Алан заговорил: - Мы позвали вас, чтобы лично выразить свое восхищение вашими кулинарными талантами. Все было очень вкусно, правда, Тони? Блондин наконец-то соизволил посмотреть в сторону Натана, взглянув на того с нескрываемым превосходством. - Да, все было вкусно. Спасибо. - Настолько вкусно, что даже пробовать стало жаль? – брюнет посмотрел на тарелку с нетронутым блюдом, - или вы по запаху определили? - О, - вмешался Тарди, - что вы! Конечно, Тони попробовал, но, к сожалению, он сидит на диете и очень мало ест. Ради красоты приходится чем-то жертвовать. Зато результат на лицо. Не правда ли мой спутник очарователен? – от количества патоки, звучащей в голосе альфы, Стауту захотелось съесть пуд соли. - Ты заставляешь меня смущаться. – Однако смущенным спутник Тарди совсем не выглядел. - Что ты, милый! Ты создан для комплиментов. Я преклоняюсь перед тобой, твоей красотой и грацией. А твоя фигура – предел мечтаний любого омеги.К тому же, у тебя безупречный вкус. Ты само совершенство. Ради благосклонности таких омег в средневековье альфы проводили турниры. – Блондин выглядел донельзя довольным. – Но я отвлекся, что неудивительно, ведь рядом со мной находится такое прекрасное создание. - Алан перевел свой взгляд на стоящего возле столика повара. – Еще раз, мое восхищение за ваши способности в кулинарии. Я рад, что вы работаете в нашем ресторане. - Большое спасибо, мистер Тарди. Я рад, что вам и вашему другу все понравилось. Я могу идти? – Натан вопросительно взглянул на мужчину. Алан почему-то нахмурился, некоторое время рассматривал Натана нечитаемым взглядом и лишь потом недовольно пробурчал: - Да, конечно, вы свободны. Натаниэль развернулся и вскоре скрылся из виду. За все время, пока говорил Тарди, ни одна эмоция не отразилась на лице омеги, а голос при озвучивании ответов оставался ровным и спокойным. Внутри же у него творился хаос. Злость, обида, разочарование, непонимание, боль смешались в одну сплошную массу, вызывающую душевное смятение, и грозили выплеснуться наружу бурным потоком. Его снова недвусмысленно тыкнули лицом в собственное несовершенство, да еще зрителей привели. И ведь видно, как старательно выбирали сопровождение – Стаут оценил. У Тарди была патологическая потребность унижать Натаниэля. Чего он добивался сегодняшним представлением? Хотел доказать свои слова, сказанные при второй встрече, о красивых омегах, или указать место Натану, в очередной раз показать, что такому, как он, не место рядом с Его Великолепным Величеством? Натаниэль и не претендовал. Ни гордость, ни ненависть к мужчине, ни плохое отношение к нему Алана, ни, говоря совсем откровенно, разное социальное положение не давали повода для сомнений в невозможности романтических отношений между ними. Но Алан упорно не хотел сдаваться, буквально вынуждая Натана демонстрировать ответную реакцию. Сегодняшний дешевый фарс больно ударил по омеге. Дело было даже не столько в том, что Алан был не один, хотя и этот факт неприятно царапал душу. Тарди своим поведением и словами всячески пытался показать, насколько Натаниэль как омега уступал этому Тони внешне. Как будто Стаут страдал слепотой, и сам этого не видел. Но разве можно судить или оценивать людей только по их внешности? Неужели, если тебе повезло с генами, и природа одарила тебя красивой оболочкой, ты автоматически становишься лучше окружающих? Может, конечно, этот Тони не настолько плох, но его презрительные взгляды на других посетителей и на самого Натана уже говорили не в пользу своего обладателя. А слова Алана о том, что он восхищается способностями Стаута в готовке, и предшествующие до этого красочные фразы, выражающие восхищение блондином, просто выкрикивали мнение альфы насчет Натана – на большее, чем работать на кухне, брюнет не годится. Почему мужчина, предназначающийся Натаниэлю, не интересуется ничем, кроме внешней привлекательности? У них не получилось создать сказку. Возможно, даже к лучшему, что Стаут не обладает модельной внешностью. Случись это, он бы всю жизнь прожил в заблуждении, что его любят по-настоящему, за то, какой он есть. Алан разрушил представления, а вместе с ними и мечты Натана об Истинных Парах, прошелся по обломкам грязной обувью и напоследок плюнул. После того, как Натан ушел, Тарди сидел мрачнее тучи. Все прошло не по плану. Сидящий рядом омега жутко раздражал своим поведением - активно строил глазки, говорил томно, постоянно пытался дотронуться до руки Алана. Мужчине пришлось убрать руки себе на колени, потому как чужие прикосновения были неприятны. Он уже сотню раз пожалел, что выбрал именно этого парня, который был настолько глуп, что воспринял слова альфы в свой адрес всерьез, или настолько самовлюблен, что не слышал очевидную лесть. До Тарди долетели слова собеседника: - … не понимаю только, зачем нужно было звать эту страшилу. Хорошо, что я уже поел, а то один взгляд на него лишает аппетита. Когда до альфы дошел смысл сказанного, в его душе поднялась волна негодования. Как смеет эта жертва диет и косметических процедур выражаться подобным образом. Тем более о его Паре? Да, Алан не принимал полностью Натаниэля, но не признавать своего Истинного он не мог. Просидев с блондином меньше часа в одном помещении, Тарди готов был головой о стол биться, а это недоразумение смеет называть его Пару страшилой! Никому не позволено оскорблять Стаута, никому … кроме самого Алана. Мужчина не понимал, насколько алогично звучали его мысли. Не желая больше терпеть присутствие неприятного индивида рядом, Алан холодно спросил блондина: - Ты закончил? Мы можем ехать? - Да, конечно, - у парня глаза загорелись предвкушающим огоньком. Выйдя из ресторана, альфа поднял руку, подзывая такси. - А почему мы едем не на твоей машине? – удивился Тони. - Потому что мы едем в разные места. Я – домой, ты – не знаю.- Открывая дверцы машины, ответил Алан. - А как же… разве мы не вместе … ну, к тебе или ко мне? - Разве я говорил что-то подобное? – бровь показательно приподнялась вверх. - Нет, но я сейчас предлагаю … - Извини, но нет. У меня дела. - Ты же сам говорил, как сильно я тебе нравлюсь. Так почему сейчас отказываешься? – кокетливые нотки исчезли, а настырность парня раздражала Тарди еще сильнее. - Я же говорю, что у меня есть дела. Такси ждет. Блондин скривил губы, но в такси сел. Алан заплатил таксисту и, не оборачиваясь, пошел в сторону своей машины. Мало вериться, но на самом деле в отношении омег мужчина обычно вел себя сдержанно. Печальное исключение составлял Натаниэль. По дороге домой Тарди думал про то, что случилось этим вечером в ресторане. Не такой реакции от Натаниэля он ждал. Ему представлялось искореженное злостью лицо парня, резкие ответы и полыхающие от ярости глаза. В реальности же брюнет отреагировал… никак. Он вообще будто не заметил плохо замаскированных колкостей в свой адрес. Такое чувство, что он и спутника мужчины не сразу заметил. Придумав такой примитивный план мести, альфа ожидал вызвать бурю эмоций у Стаута, он жаждал, что скрывать, увидеть ревность, а в итоге получил равнодушие. Многие считают, что нет ничего страшнее равнодушия. Алан придерживался того же мнения. Когда ты вызываешь эмоции, положительные или же отрицательные, когда человек реагирует на твои действия, ты можешь с уверенностью сказать, что небезразличен ему. Равнодушие намного хуже ненависти, ведь ненависть своеобразно схожа с любовью. Они словно стороны одной медали – люди могут в любой момент сделать лицевой любую из сторон. Томас Харрис в своей книге писал, что безразличие может быть способом избежать тоски и душевной боли, гнетущей человека. Так может ли быть такое, что Алан собственноручно довел Натаниэля до такого состояния? Такие мрачные мысли мучали Тарди всю дорогу до дома, продолжая свое черное дело ночью, не давая уснуть альфе. Сегодня мужчина сказал очень правильную вещь, когда говорил о прекрасном создании, находящемся рядом с ним. К сожалению, предвзятое отношение мешало понять слепцу, что это создание стояло от него на расстоянии вытянутой руки.