Литературная аквариумистика

      - А не пора ли нам немного подкрепиться перед следующим наплывом посетителей? — Ален устало опустился на стул, отдыхая от трудов праведных.       Луна, только что возвратившаяся от входной двери после проводов очередного сложного клиента, плюхнулась рядом на мягкий диванчик, обтянутый полосатым плюшем:       — Я тоже так подумала, поэтому повесила табличку, что у нас обед. Куда пойдем? Можно к Майклсону, у него по вторникам курицу с пряными травами и лимонным соусом подают? Или к Чандри, она обещала, что на этой неделе будут морепродукты по семейному рецепту?       — Что-то совсем сил никаких нет куда-то тащиться. Да и посмотри, какой дождь на улице зарядил, — Ален повернулся к окну, затянутому потоками воды. Хмурое ноябрьское небо выплескивало воду на прохожих, спешащих по своим делам. Гнетущее впечатление усиливалось ветром, завывающим в каминной трубе и раскачивающим голые ветви деревьев.       — Это всё дело лап коварных нарглов. Им скучно и они хотят, чтобы все вокруг грустили. Вот и договорились с погодой, чтобы разогнать всех по домам в такой замечательный день. Ведь многие предпочли бы прогуляться в осеннем парке и любоваться, как отражается холодное небо в лужах, как собаки гоняют шуршащую листву, а дети прыгают по разноцветному ковру под кленами. А теперь — вынуждены быстро бежать домой или сидеть в скучном офисе.       — Луна, милая, как же просто у тебя выходит оставаться такой оптимисткой в такой противный холодный осенний сезон! Наверное, это все новые очки, которые ты сегодня надела?       — Нет, — улыбнулась девушка, — они не при чем. Но, если хочешь, держи, попробуй взглянуть на мир по-иному. Именно так у меня получаются все те простые удивительные вещи, которым все почему-то так удивляются. Очки с переливающимися радужными стеклами придали Алену крайне загадочный вид.       — Вау, они все покрасили в разные цвета, каждый предмет в отдельности!       — Мне их подарила Джинни, которая привезла их из прошлого австралийского квиддичного турне. Она рассказывала, что некоторые маги там мыслят очень нестандартно. Они ведь живут вниз головой, в отличие от нас.       — Прям летучие мыши какие-то! — улыбнулся Ален. Радужные очки придавали его лицу сходство со стрекозой или загадочным пришельцем с далеких звезд.       — Кто тут заговорил про летучих мышей? Ууу, бойтесь, вы нас не ждали, но мы все равно идем к вам! — Дверь резко распахнулась так, что колокольчик не успел даже звякнуть. На пороге появилась таинственная фигура в черном длинном плаще с надвинутым на глаза капюшоном.       Луна и Ален синхронно подпрыгнули на месте, но невысоко. Реагируя на эмоциональный всплеск, аквариумные создания заметались в своих обиталищах, а парящие и бегающие — с писками попрятались кто куда. Впрочем, черная фигура оказалась не такой уж зловещей, скорее — промокшей до самых пяток. Закрыв дверь от налетающего дождя, она шагнула вперед и откинула капюшон. Под ним оказалось молодой мужчина с утонченными чертами лица. Откинув со лба пряди светлых мокрых волос, он насмешливо блеснул темными глазами чудного фиалкового оттенка:       — Вижу, мне как всегда рады. А я вам угощение принес!       — Дориан! — Ален вскочил со стула и подошел к посетителю, принимая его промокший плащ и вешая на просушку. Под плащом на госте обнаружился элегантный костюм, немного старомодный, но это только подчеркивало образ, в руке — плетеная корзинка, накрытая тканой салфеткой. На плече, крепко вцепившись в пришитую петлю, сидели, прижавшись друг к другу, две маленькие летучие мыши, дрожащие от холода. Дориан осторожно отцепил их от себя и передал в ладони подошедшей Луне. Та отнесла мышей поближе к горящему камину и подвесила на жердочке в темном уголке, где бедные создания смогли расправить крылья и писком поприветствовать знакомых из магазинчика.       Тем временем, Дориан сцапал руку Алена и приложился к ней невесомым поцелуем. Тот поспешно отдернул ладонь, заливаясь румянцем:       — Дориан, я же просил!       — Ты так очаровательно краснеешь, мон шер, что я каждый раз не могу удержаться. Расслабься, не собираюсь я на тебя покушаться. Впрочем, если ты настаиваешь...       — О нет!       — Что ж, буду ждать. Кстати, прекрасный аксессуар, тебе идет, — Дориан легонько щелкнул по оправе очков, которые так и оставались на Алене. — Луна, чудной серебристый колокольчик, как поживаешь?       — Отличная погода, как считаешь?       — Превосходная! — с искренним чувством отметил мужчина. — Давно я не видел такого ливня. Мрачность, депрессия, бренность сущего – все, что я люблю. Знали бы вы, как подскочили продажи, мои дорогие конкуренты!       — Ах, оставь, какие конкуренты? Разве день враждует с ночью? У каждого — свое время.       — Именно. И сейчас — время для чудесного обеда. Я решил, что французская кухня вам придется по душе, несмотря на то, что вы британцы.       — О, Дориан, как ты угадал, что мы никуда сегодня не выходили обедать?       — Интуиция, моя дорогая, — он подмигнул одним глазом Луне, а другим — Алену, — погода замечательная, но не для моего хрупкого друга, который от малейшего сквознячка может слечь на неделю.       — Прямо какого-то неженку из меня делаешь, — недовольно проворчал предмет обсуждения, — так что там с обедом?       — Свиные отбивные с шалфеем и розмарином для нас с тобой, гратен — для всех и грибной жульен для прекрасной леди. И бутылочка превосходного белого вина. А десерт я, признаюсь, рассчитывал получить за ваш счет.       — Будет, — подтвердила Луна, — Джем из красных ежелистников и шоколадное печенье подойдет?       Расположившись на диванчиках вокруг небольшого столика, они с огромным удовольствием принялись за еду. Луна, придерживающаяся вегетарианского образа жизни, неторопливо обмакивала хрустящую сырную корочку в ароматный сливочно-грибной соус; мужская часть жевала отбивные. Дориан иногда отщипывал кусочки от своего мяса и подкидывал их в воздух, где их тут же ловила на лету одна из согревшихся у камина мышей, носящихся в воздухе наперегонки с дженятами-подростками и группой мозгошмыгов. Тепло помещения, горящие огоньки свечей, вкусная еда и хорошие отношения...одним словом, все располагало к дружеской беседе.       — Так что ты говорил про рост продаж? Нам стоит опасаться? — Ален лениво развалился на диванчике напротив Дориана, смакуя вино.       — Это вряд ли. Вы меня знаете уже сколько, четыре года? В данный момент я повторю то, что сказал тогда, при нашей первой встрече: увы, но мне скучны обыденные, слишком, ммм...правильные вещи. Нужно что-то с остротой, эдакой пикантностью, темным шармом. Я в этом бизнесе уже десять лет, но всегда находиться то, что способно меня удивить. Стоит только копнуть глубже, и вы удивитесь, какие порой темные бездны скрываются в человеческом сознании.       — Мы-то как раз имеем представление. Правда, больше светлой стороны этого явления. Но тут безумства не меньше, просто он перерастает скорее в абсурд.       — Да уж. Ваши флаффы — это нечто, моя хрупкая психика такого бы не выдержала точно. Их я вообще не понимаю. И как фикрайтеры могут их держать? На них же дунуть страшно, то одно не так, то другое: романтика не та, обстановка не та, обоснуй слишком жесткий и прочее. Не буду говорить про розовые сопли, но мои питомцы как-то более жизнеспособны.       — Старая песня, Дориан. К ним нужен особый подход, вот и все. Три составляющие — кавай, няшность и мимимишность, — с каждым словом прекрасное лицо собеседника Алена все больше кривилось, — и готово, чудесный кудряво-пушистый флафф прекрасно себя чувствует.       — Да уж, не произноси при мне эти слова, — Дориан глотнул вино с перекошенной физиономией, которая, впрочем, оставалась прекрасной даже в таком виде. — Ну почему, почему все эти составляющие — для ваших флаффов, а всякие фикрайтерши так и норовят применить их к моим подопечным? Им же вредно, у них шипы отпадают и скручиваются!       — И к тебе лично? — лукаво спросила Луна.       — Не напоминай! Угораздило же папашу назвать меня при такой внешности таким именем! Знаете, что мне на днях предложила одна из таких креативных? Вот, говорит, если бы вы позволили сфотографировать вас на память, процесс написания моих фанфиков был бы более вдохновляющим. Будто я и вправду чертов Грей! Ох, чувствую, что кто-нибудь из них так и сделает, и выпустит коллекцию фото на черный рынок. Так и хочется применить иногда Обливиейт, но нельзя — клиент неприкосновенен.       — Жуть, — искренне сказал Ален. — Хотя, как ты там говорил, хорошие продажи? Уж от такого точно бы взлетели до небес, куда нам до тебя.       — Лапушка, — обманчиво ласковым голосом начал Дориан, —, а давай мы и тебе фотосессию устроим, например, в стиле ню. Или нет, недавно мне привезли партию декораций для БДСМ-террариумов… Представь, как это повлияет на ваши доходы!       — Все, все, я понял, осознал, исправлюсь, — поспешно затараторил Ален. Луна же тихонько посмеивалась, — не надо фотосессий!       — В общем, от этих горячих взглядов у меня все НЦ-шники, что геты, что слэши, буянят. Хорошо, что в отличии от ваших питомцев, — задумчивый взгляд остановился на резвящихся дженятах, — террариумы все закрытые. Специфика жанра.       Приготовив чай, Луна взмахом палочки левитировала из подсобки большое блюдо с печеньем и банку домашнего джема. Аромат сушеных трав поплыл по помещению, щекоча ноздри. Дориан прикрыл глаза, вдыхая его. Его лицо было умиротворенным и спокойным. Неожиданно оно будто осветилось и на губах проступила лукавая усмешка:       — Хей, конкуренты, ладно, я-то привык к подобному градусу обожания. А вот... — он быстро оглянулся по сторонам, будто проверяя, — представьте себе, как не повезло одному моему (да и вашему тоже) знакомому, который по чистой случайности проходил мимо моего магазинчика на прошлой неделе.       — Кому? — с любопытством спросила Луна.       — Эм, давай я не буду называть его по имени. Черт, но тогда вы не поймете всю прелесть ситуации… словом, один наш знакомый, мужчина, предпочитающий несколько готический стиль в быту, одежде и мировоззрении, с интересной, я бы сказал, внешностью, и немного мерзким характером…       — Граф Дракула? — удивился Ален.       — Не знал, что у тебя есть такие знакомые, — Дориан несколько ошарашенно посмотрел на него, — но я его лично не знаю. Общих знакомых имею, но самому графу представлен не был.       — Просто недавно пересматривал один фильм, — смутился Ален, немного с опаской посматривая на мужчину.       — Нет, не он. Хотя, похож, да. Так вот, в недобрый для себя час он решил прогуляться по Лютному в одну лавку, торгующую редкими ингредиентами, и, наверное, случайно, свернул в тот переулок, где стоит мой «Литературный террариум». Было ветрено, как сегодня. Я как раз провожал одну постоянную клиентку и ее подружек. Кстати, это она все еще хочет мое фото. Так вот, раскланиваюсь я с ними возле дверей, мимо идет наш знакомый. И тут особо резкий порыв ветра срывает-таки с его головы капюшон. А мои клиентки как раз повернулись в ту сторону.       Что тут началось! От такого восторженного визга весь Лютный содрогнулся, в ближайших домах выпали последние уцелевшие стекла, вороны с помойки взметнулись вверх, обляпав на нервах всю мостовую. Наш знакомый, очевидно, был несколько не в своей тарелке от такого. Однако в его жизни и не то случалось, особенно в две последние Магические войны Британии. Орден Мерлина он тоже не за красивые... — тут Дориан ненадолго прервался и непонятно почему, хмыкнул, — глаза получил. Зыркнул холодно на этих верещалок, да не на тех напал. Как вы там говорили, няшность? Вот и у них в глазах осталась сплошная она. Забыв про свои террариумы, они побежали в его сторону, видимо, желая прикоснуться к кумиру и оторвать от него парочку сувениров на долгую память.       — Почему кумиру? Они его знали? — удивилась Луна.       — А кто у них в фанфиках, думаешь, один из главных героев? Он самый. И я тебе скажу, то, что с ним они проделывают, не каждый справочник опишет. Вряд ли наш знакомый читает фанфики, особенно такие, но думаю, что он уже сталкивался с восторженными авторами. По крайней мере, поняв, что сейчас с ним будет, он аппарировал с такой скоростью, что только воздух схлопнулся. Никакого тебе холодного тона и высокомерно вздернутой брови. Стреляный воробей, хотя нет — скорее ворон.       — А, эээ, так это был тот, о котором я сейчас вспомнил? Мы, правда, с ним почти не знакомы, так, Луна рассказала немного, когда в книжном столкнулись. Ну и в Пророке писали много всякого. Да, не знал, что он так популярен в таких жанрах — Ален хмыкнул, — наши покупатели больше на отцовские и опекунские аспекты внимание обращают, ну и низкорейтинговый гет, конечно. У нас, кстати, примерно по тем же причинам не появляется Гарри. На сувениры, конечно, его не рвут, но восторги его смущают.       — Мистер Поттер умный малый. Когда он еще зеленым стажером патрулировал в Лютном, его тоже заметили. Но он был с группой авроров, и то — еле отбились. Потом заходил вечером, посмеялись вместе, он сказал, что эти фанатки от наших, магических, практически ничем не отличаются, а в газетах про него в юности еще и не такие фанфики с высоким рейтингом бредовости сочиняли.       — Ага, было такое. Он не любит внимание к своей персоне, — заметила Луна, — попробуй печенье, я сама делала.       — Очень вкусно, спасибо.       — Вот скажи, дорогой конкурент, как ты выдерживаешь все это морально? Сам же говоришь про темные бездны сознания... если долго всматриваться в бездну, она начинает всматриваться в тебя. Тебе не бывает, ну, скажем, противно, от некоторых заказов? — Ален вопросительно посмотрел на Дориана, грызущего печеньку.       — Ты знаешь, мон шер, тут есть два пути: либо шарахаться от всего, что хоть чуть-чуть выбивается из границ морали, либо посмотреть на мир шире. Как через твои очки, — Дориан улыбнулся, Ален ошарашенно замер, а Луна всплеснула ладонями и воскликнула «ах!». — Я и сам стою на грани и скольжу взглядом по темным глубинам, но при этом считаю, что толку отворачиваться от бездны, если она — в тебе самом? Как я могу осуждать кого-то за его литературные или жизненные пристрастия, когда сам не знаю, чего захочу завтра и как изменюсь за неделю?       — Интересная точка зрения, — констатировал Ален, — ты во многом прав. Но, боюсь, это пока не для меня.       — Пока? Ну что ж, буду ловить момент просветления. Льщу себе надеждой, что в поисках новых горизонтов ты примешь помощь старого друга?       — Лучше знакомое зло, чем незнакомое, — отшутился Ален, — а пока — флафф и гет, а еще джен. Кстати, не посмотришь наших мутантов, перешедших на темную сторону жанра? Есть несколько любопытных экземпляров, которые достаточно экзотичны для твоего ассортимента, но тяжело вписываются в наш.       — Неужели? — вскинул брови Дориан.       — О, поверь. Как тебе трансформ, превращающий декорации учебного заведения в идеальную среду для разведения кинков? Причем не заштампованных, а весьма высокохудожественных. Мне принесла его одна покупательница, на вид — маленькая девочка, серая мышка в скромном платье. Говорит, домашняя разработка, но в Лютный идти постеснялась. А я предполагал, что ты к нам и так скоро зайдешь.       — Неплохо-неплохо. Так ты меня ждал?       — Только как коллегу-конкурента, не облизывайся. Есть роскошный экземпляр гета — вроде бы обычный, но по ночам он перекрашивается в фэмслеш. Меняется все — повадки, окраска, даже на имя другое отзывается. Мы определили, что это брак заводчика, но все вполне достоверно в любом из обликов. Такой вот двуликий…или двуликая. Хорошо, что это обнаружилось еще в карантине.       — Уже интереснее.       — Ален, а покажи Дориану Мозгошмыга, — попросила Луна. Парень удивленно повернулся к ней:       — Ты уверена? Он уж очень экзотичен. К тому же, помниться, ты хотела забрать его для Придиры.       — Да, я подумала, что он не совсем впишется в стиль журнала. Если бы я занималась сейчас журналом, я бы еще подумала, но с моим папой он не сработается.       — Серьезно? Луна, я знаю Ксенофилиуса много лет. Не сработается - с ним? — удивился Дориан.       — Мозгошмыг... он слишком ангстовый и драматичный. Иногда он навевает слишком грустные образы. К тому же у него несносный характер. И он действительно странный.       — Беру не глядя, — решительно заявил Дориан. — Не обижайся, Ален, но рекомендация такого эксперта много может сказать знающему этот жанр человеку. Подсажу его к экспериментам. Или вообще, пусть плавает отдельно.       — Только учти, что он ест исключительно ягоды цикуты. Это пока все, что мы смогли определить из его рациона, — заметил Ален.       — И откуда же он взялся такой экзотический?       — Случайно зацепила при очередной охоте, — пожала плечами Луна.       — Ладно, чего рассуждать, пойдем, мон шер, посмотрим на твои любопытные экземпляры поближе...       — И почему даже самая невинная фраза в твоем исполнении приобретает какой-то двойственный оттенок? — проворчал Алан, поднимаясь с дивана.       — Профессиональная деформация, — Дориан ему только подмигнул в ответ.