Параллели

      Звонок в дверь вырвал Изаю из плена нежелающей его отпускать темной бездны. Парень поднял лохматую и тяжелую со сна голову и мысленно пообещал человеку за дверью устроить экскурсию по всем кругам ада. А это он умел да и практиковал не раз.       Повторный звонок уверил Орихару, что гость достаточно настойчив. Обычно новые клиенты, наслышавшись о репутации информатора, только и ждали повода свалить подальше от этой двери и желательно напрочь забыть сюда маршрут. Ведь как бы они не жаждали какой-либо информации, которую мог дать только он – тот, кто знал все обо всех, у всех обывателей и даже мафиози тряслись поджилки при мысли о встрече с демоном в обличье худого ехидного парня неопределенного возраста.       Изая нехотя сполз с кровати и прошел в прихожую. По дороге он взглянул на себя в зеркало, висевшее на стене. Разгладил торчащие вихры, приосанился, нацепил на лицо привычный оскал и прищурил глаза хищника. Подойдя собственно к двери, парень всмотрелся в глазок. Обычно он этого не делал, но сегодня ему не нужны были сюрпризы. Приятные или неприятные – разницы не имело, в любом случае это испортило бы ему итак не самое лучшее, несмотря на успехи во вселенной снов, настроение.       Какого же было удивление Орихары, когда в глазок он увидел две абсолютно идентичные макушки. - Что они здесь делают?..       Он даже на какую-то долю секунды не хотел их впускать. Неделю назад он так бы и сделал – просто прогнал бы сестер и даже не стал бы их выслушивать. В последнее время они если и попадали в дом к старшему брату, то за это им бы стоило поблагодарить Намие. Но, конечно, этого никто делать не будет. Ведь единственная причина, почему она их впускала – это банальное безразличие ко всему, что происходило вокруг нее.       В итоге Изая открыл дверь перед близняшками, скрестил руки на груди, оперся о косяк двери и строго взглянул на сестер. Те, в свою очередь, ответили предельно серьезным взглядом. - Привет Иза-нии! – Майру как всегда решила взять право первого слова. - Что вы здесь делаете? – брюнет нахмурил брови. – Вам не кажется, что приходить два раза в неделю в дом, в который вас не звали, это как-то некрасиво? - Прекрати читать нам нотации. Мы сюда не за этим пришли. - Дааа? – Изая даже насмешливо приподнял брови, хотя он уже морально устал от этого разговора. Внутри него смешалось непривычное чувство вины и вполне привычное раздражение. – Ну, так просветите меня. - Братик, нам нужно поговорить, - Курури смущенно подняла взгляд на информатора, и тому этого хватило, чтобы со вздохом «я еще об этом пожалею» впустить близняшек внутрь.       Потом сам прошел вглубь квартиры, в свой кабинет, где с облегчением отгородился от сестер своим столом, усевшись за рабочее место, а девочки остались стоять посередине комнаты. Орихара-старший и в самом деле чувствовал себя гораздо защищенней, когда его от внешнего мира и окружающих отгораживала высокотехнологичная стена. А сейчас он почему-то чувствовал себя особенно неуютно под непривычно серьезными и проницательными взглядами Майру и Курури. У него, конечно, была догадка по поводу того, что они забыли у него дома. Да, возможно, анонимность его подарка была под сомнением, но он все же надеялся, что близняшки достаточно уверены в том, что их брат самый мерзкий тип в Токио, чтобы никакие сомнительные мысли не поселились в их головах. - Я внимательно вас слушаю. – Изая поставил локти на стол и положил подбородок на переплетенные пальцы. - Зачем, Иза-нии? – Майру не выдержала. – Зачем ты так делаешь? Разве не лучше было бы, если бы ты пришел и самолично вручил бы эту путевку маме? Она была бы так счастлива! Ты же просто пытаешься таким образом откупиться от собственной совести. - Боже, что ты несешь, Майру? – брюнет помассировал виски, демонстрируя, как же он уже от них обеих устал. - Как это, что? Хватит уже этих игр! Или хотя бы перестань вести их со своей семьей. Тут и полнейшему дураку ясно, что анонимный подарок может быть доставлен единственным человеком – тобой. - Какой подарок? Ты о чем вообще? – информатору даже не пришлось играть раздражение, он хлопнул руками по столу и поднявшись на ноги. – Маме на день рождение прислали какой-то анонимный подарок? – Курури кивнула. – Ну, так и при чем здесь я? Нет, я понимаю, что вы хотите выстроить мне образ благородного рыцаря. Но вы знаете, что это не так. Зачем вы мне мозги выносите свои бредом? - Хватит пытаться нас обмануть! – Майру вскипела и, злобно сверкая глазами, направилась к брату. – Тебе было стыдно, вот ты и не пришел. Но тебя загрызла совесть и ты все-таки решил купить маме подарок. Кстати, если хочешь знать, она была в восторге. - Знаешь, в вашей теории есть одна небольшая загвоздка, - Изая сощурил глаза и посмотрел сверху вниз на подошедшую слишком близко сестру. – Я не пришел на празднество не потому, что мне было стыдно, а потому, что мне плевать на вас, на мать и на всю вашу семейку.       Майру была в ярости и в любой момент могла совершить глупость, за которую информатор со спокойной душой выставить сестренок из своей квартиры навсегда. Он даже ждал этого, ведь в таком случае образ братца-негодяя еще крепче засядет в их головах.       Но ничего не произошло. Внезапно между ними встала Курури и, смерив брата тоскливым взглядом, сказала слова, что буквально повисли в воздухе, искрящемся от напряжения. - Прекрати врать хотя бы самому себе.       Потом она взяла сестру за руку и увела ее. Оглушительно в повисшей тишине хлопнула входная дверь, и Изая остался в удушающей атмосфере одиночества. А что он мог еще им сказать? Все его слова были правдой и он не хотел, чтобы у девочек сложилось неправильное о нем представление. Пусть они даже не думают о том, что брат «изменился», «исправился» или еще что-то столь же бредовое и нереальное. Он, черт возьми, - Орихара Изая – самый подлый и беспринципный человек если уж не во всем мире, то в Японии точно. То, что он сделал, было не ради матери, не ради искупления, он просто попытался заглушить внезапно проснувшуюся совесть, которая сразу после пробуждения решила серьезно взяться за свои обязанности и стала поганить информатору настроение и вообще жизнь. А у него не было времени на жалость к себе, на эти пиздострадания. У него была работа и какие-никакие обязанности перед другими людьми и, в первую очередь, перед самим собой.       Но он не мог с уверенностью сказать, что обида на родителей, с детства засевшая где-то глубоко, все еще есть. Каким бы шаловливым ребенком он не пытался себя показать, Изая повзрослел и уже вырос из своих детских обид. Он смотрел на мир совсем по-другому и на ту ситуацию в том числе. Что он осознал? То, что в любом конфликте виноваты обе стороны. За брюнетом была вина в его типичном подростковом максимализме, в его уверенности в том, что родители его не любят и не понимают. Отец его действительно был очень жестким и даже жестоким человеком. И по сути ему действительно было почти плевать на своих детей. Ну, как плевать. Он уделял все свое внимание работе, надеясь, в будущем обеспечить своим отпрыскам «достойное» будущее. А получилось то, что получилось: Орихара-старший 2 года назад умер, а его старший сын – тот, кто должен был стать его гордостью и опорой, кто должен был продолжить дело своего отца; его единственный сын крепче кого бы то не было связан с темной стороной Токио, с мафией и всей той гнилью, что выводила его отца из себя.       А мать? Вина мамы была в том, что она проглядела критический момент, после которого остановить Изаю стало просто невозможно. В том, что, когда ему нужна была поддержка, она просто промолчала. И, честно сказать, именно это и ранило брюнета больше всего. Не равнодушие и жестокость отца, не исключение из семьи и буквально выбрасывание его на улицу. Он окончательно разочаровался в институте семьи, когда его мать испуганными глазами смотрела на все это безобразие и даже ничего не сделала.       Но это было давно и скорее всего парень видит это со стороны себя-подростка и не может быть объективен. Ведь если он взглянет на это со стороны информатора, словно это произошло не с ним, становится ясно, что мама ни в чем не виновата. Она просто была напугана тем, в какое же чудовище превратился ее сын. Она была шокирована и, небось, потом миллион раз жалела о том, что не постояла за своего ребенка, о том, что в какой-то момент инстинкт самосохранения заглушил материнский.       О, Орихара не был идиотом! Он прекрасно это все осознавал, и этот подарок был последним шагом на пути к окончательному прощению родителей. Сейчас он чувствовал себя свободным от этого омерзительного чувства обиды, и это придавало сил. Блядь, человек, контролирующий жизни всех жителей города, не может справиться со своей! Это было бы даже смешно, если бы не было бы так… нелепо? Грустно и смешно одновременно. Хочется рассмеяться и удавиться.       В последнее время его часто посещали такие двойственные желания. Он словно разделился на две половины, и одна искренне ненавидела и презирала другую. При чем, это работало в обе стороны. Словно где-то в его голове поселился дух Изаи из сна, и он не может смириться с тем, что вытворяет его ипостась в этом мире. Ну да, он же полицейский, примерный сын и любящий брат, а Изая-информатор совсем не подходит под описание добропорядочного гражданина, как бы он не бросал пыль в глаза.       Орихара усиленно помотал головой, отгоняя странные мысли. Так и до шизы недалеко. Будет потом добрым дядечкам в белых халатах рассказывать про свои чудо-сны. Ну, нафиг.       Информатор вернулся к своему рабочему месту и, отъехав к панорамному окну, пару раз крутанулся на стуле и уставился вниз, на своих любимых людишек. Интересно, те из них, кто верит в Бога, думали ли когда-нибудь, что их Бог – худощавый брюнет с целым племенем демонов, со своей иерархией и законами. Очевидно, будь у людей выбор, этот ответственный пост ни за что не занял бы Изая. Но никто их не спрашивал, информатор сам провозгласил себя этаким мини господом и справлялся со своими обязанностями как мог. Как мог делал их скучные жизни чуть менее скучными, может быть и не самыми лучшими способами, но, черт возьми, он хоть что-то делал!       Парень усмехнулся, щуря темные глаза, скрывая всполохи адского пламени в их глубине. Понимание своего высокого положения всегда чуть поднимало его настроение. Теперь он даже мог позавтракать, несмотря на то, что его сестры сделали все, чтобы испортить ему аппетит. Не прокатило.       Орихара снова поднялся со стула и отправился на кухню. Он осмотрел все полки, заглянул в холодильник, презрительно сморщился и сварил себе кофе, черное, как его душа. Сколько бы, временами чересчур сердобольный, Шинра не напоминал о нависшей угрозе гастрита, брюнет не реагировал, а лишь направлялся к нему семимильными шагами.       Взяв чашку ароматного напитка, Изая снова сел на любимый стул, который только чудом не ломался от слишком интенсивного его раскручивания назло Намие, мечтавшей полюбоваться на пусть и такое падение шефа.       Информатор вдохнул приятный, почти родной запах кофе и даже улыбнулся. Кому расскажи – не поверит. Но брюнет умел улыбаться. Да, делал он это редко и неохотно, но сейчас вокруг никого не было, и он мог позволить себе немного расслабиться. Сестры ушли, Намие видимо после этих нескольких дней, когда Орихара либо отпускал ее, либо прогонял, решила, что она может не приходить, пока безумный шеф сам не позовет ее. Ну, сильного рвения к работе за ней в принципе не наблюдалось. Но Изая решил в ближайшее время позвонить ей, чтобы больно не расслаблялась.       К сожалению, крутиться и пить кофе одновременно он пока не научился. Эндорфины от любимого напитка испарились неприлично быстро, и брюнету стало скучно. Скучно! Это же просто немыслимо! Он – Бог этого маленького мирка и ему скучно. Да как так-то?! Опять что ли половить монстра Икебукуро на живца? Да нет, не тот настрой. Только испортит настроение себе и своему ручному льву.       И тут у информатора ожил телефон. Орихара сразу подскочил к гаджету, но, увидев на экране «Шики» выждал время прежде чем снять трубку. - Слушаю, - радость от наклевывающегося развлечения перешла в игривый тон. - Я по поводу Миядзаки. – привычный Шики с привычным отсутствием манер и чисто деловой безэмоциональностью. - Ах, да, отлично сработано, - а вот Изая не хотел переходить на хотя бы чуть-чуть серьезный тон. Распиравшее самодовольство рвалось сквозь телефон. - Возможно, но тебе не кажется, что тут что-то не так? – ух ты, сомневающийся Харуя, это что-то новенькое! - А что тут может быть не так? У всех есть свои скелеты в шкафу. Тем более у успешных бизнесменов. - Изая, ты уверен в точности своей информации? – по голосу было заметно, что Шики нахмурился, и его раздражала излишняя самоуверенность информатора. - Разве то, что он согласился на ваши условия, боясь раскрытия, не лучшее доказательство? – Орихара не понимал, с чего это его любовник решил поиграть в скептика. - Думаю, ты прав. – Харуя сдался. – Но как-то слишком уж легко он сдался. - Посмотрел бы я на Вас, Шики-сан, если бы Вам угрожали раскрытием подобной информации, - хмыкнул Изая. - Это все, - так же холодно отозвался мужчина. - Удачи Вам, Шики-сан, - пропел брюнет до того, как его прервали гудки.       Честно говоря, его немного покоробило это недоверие со стороны «работодателя». Он так старается, старается, а ему не верят. Вот как так можно?! Это обидно, и больно давит по профессиональному самолюбию Великого информатора. Нет, конечно, если ему для личных целей понадобится, он без долгих раздумий даст Авакусу-кай ложную информацию. Но это произойдет еще так нескоро, что Шики может спокойно спать дальше. Декорации еще не подготовлены, сценарий написан не до конца, поэтому ни Харуе, ни его боссу пока не о чем беспокоиться.       Изае было скучно. Опять. Снова. Это стало даже некой традицией последних дней. И вроде жизнь кипит, а скучно. Орихара не знал, чем себя занять. Может, сходить-таки к Шинре, узнать, как дела у него, у его очаровательной безголовой подружки. Заодно позволить ему осмотреть себя. Ведь возможно, его чересчур яркие сны – это последствия того самого удара головой об асфальт. Все -таки его черепушка много повидала на своем веку, могла не выдержать такого напряжения. А это не самым лучшим образом, в свою очередь, сказалось на его мозге, который хоть и совершенно великолепный, но все такой же хрупкий, как и у всех людей.       Ладно, решено. И Орихара одним ловким движением поднимается со стула. Стул делает еще полтора оборота и останавливается в то время, пока сам парень уже в прихожей. Шорох куртки, звон ключей, защелкивание замка и, вот, квартира вновь погрузилась в безмолвие.       Любимый город встречает своего Бога палящим солнцем и небесной синью. Небольшой ветерок колышет черные волосы, раздувает полы куртки и ласково проходится по светлому меху капюшона. Удивительно, но на этот раз очарование погоды благотворно подействовало на настроение информатора. Он хмыкнул и на мгновение прикрыл глаза, наслаждаясь драгоценными секундами умиротворения. Все-таки не скоро еще ему придется испытать подобное снова. Ведь он идет к самой ненормальной семейке этого города. Да, они безмерно ему интересны, но это не отменяет того, что они также являются для него сплошной головной болью, особенно когда ему нужна их помощь. А сейчас он просто надеялся, что Шинра со своей потусторонней подружкой прольют свет на творящуюся в его снах вакханалию. Конечно, надежда была ничтожно мала, но Изая вполне привык ставить на тех, на кого нормальные люди никогда не поставили бы. Что ж, на то они его пешки, чтобы работать на благо своего короля.       Наконец, парень прыгающей походкой дошел до пункта назначения. Вдохнув полной грудью свежий, по меркам мегаполиса, воздух он зашел в уютный полумрак здания. Нажав на кнопочку звонка, Орихара прислонился к стене у двери. В ответ послышались шаги и «иду-иду» Шинры. Но через мгновение послышался оглушительный грохот и вскрик все того же Шинры. Голос его был шокированным и испуганным. Изая прислушался. Из-за двери вновь послышались шаги, но более тяжелые и торопливые. Дверь резко распахнулась и, если бы информатор не отошел вовремя, непременно пребольно ударила бы его по хитрой физиономии. Но он отошел, а потому встретил вышедшего вполне целым. Нарушителем тишины оказался громила с очевидно бандитской внешностью. Где-либо в другом месте можно было бы удивиться его появлению, но в доме подпольного врача подобные «гости» были, вроде как, нормой.       Орихара бросил взгляд на картину за спиной громилы. Но полу валялся медленно приходящий в себя Шинра, которого его «гость» очевидно, нехило приложил головой о довольно твердую стену. - Ах, вот оно что! – Изая усмехнулся, снизу вверх смотря на одного из пациентов Кишитани. - С дороги, мелочь, - угрожающе рыкнул мужчина, смерив взглядом худощавого парня перед собой. - Оя, уходить, не заплатив, не очень вежливо, бандит-сан, - горестно вздохнул информатор, сложив брови домиком. - Тебя ебет? Пиздуй отсюда! - Как я и думал. В Вашем случае, бандит-сан, уже поздно что-либо говорить, - Орихара снова скорбно вздохнул.       Громила, очевидно устав от этого концерта, задумал решить все силой, но парень неожиданно ловко ушел от его удара, продолжая что-то причитать о «потерянном поколении». Мужчина замахнулся второй раз, но был остановлен довольно весомым аргументом в виде смачного удара ногой в торс. От удара он завалился на пол квартиры, из которой так и не сумел выйти. Он даже не успел ничего осознать, а Изая уже воспользовался горизонтальным положением «гостя» и наступил ему на грудь, ощутимо надавливая на грудину. - Так, о чем я говорил? Ах да, невежливо это – уйти, не отблагодарив за помощь. – на глазах у изумленного мужчины щупленький паренек достал раскладной нож и, присев, ткнул острием в район шеи. Глаза обладателя ножа с металлическим блеском ужаснули громилу, и тот испуганно заблеял: - Я за-за-заплачу, к-клянусь. - Вот и замечательно. Рад, что мы пришли к согласию, - тонкие губы растянула улыбка, совершенно не коснувшаяся ледяных глаз.       Нарушитель торопливо поднялся, всучил едва очухавшемуся Шинре деньги и с поразительной скоростью скрылся. Изая усмехнулся и перевел взгляд на доктора. - Хорошо, что я оказался здесь, - хмыкнул информатор. – Вечно тебя пытаются облапошить. - Что поделать? – Кишитани развел руками. – Не все умеют ценить доброту. - Понимаю, прекрасно понимаю. – вдохновенно закачал головой Орихара. - Так что тебя привело, Изая? Ты же не просто так гулял под нашей дверью. - Как помнишь, прошлый осмотр пришлось отложить. Но его необходимость никто не отменял. - Да, точно. - Кроме того, у меня есть дело к Селти. - Ну, ты мог вызвать ее. Необязательно было приходить. - Понимаю, что ты не особо хочешь меня видеть, но, возможно, моя проблема будет интересна и тебе. И, опять-таки, мне может понадобиться и твоя помощь.       Шинра вздохнул, понимая, что если информатору что-то нужно, он не отстанет и лучше пойти ему навстречу. - Селти, как видишь, пока нет. Но ты можешь подождать ее, а я пока займусь твоей головой.       Кишитани вымыл руки, надел перчатки и осторожно коснулся постепенно заживающей раны на чернявой голове. Убрал корочку крови ваткой, смоченной в спирте, и намазал рану какой-то мазью, приятно пахнущей травами. Изая во время манипуляций едва не заснул, потому чуть не пропустил момент возвращения Стурлусон. Было видно, что ,как и Шинра, она была неприятно удивлена его появлением. Все-таки ее босс предпочитал присылать ей задания в виде сообщений, что сводило нежеланное живое общение к минимуму. «Здравствуй, Изая-кун. Что случилось?» - Ну почему сразу случилось? Я, по-вашему, не могу просто соскучиться и прийти в гости? – Орихара обиженно надул губки, но его спектакль никого не впечатлил. – Ладно, в общем, проблемка у меня. После удара головой меня начали преследовать повторяющиеся сны. Ну как повторяющиеся, я словно попадаю во сне в другое измерение. То есть, засыпаю тут – просыпаюсь там. И засыпаю там – просыпаюсь здесь. Словно живу две жизни.       Шинра заинтересованно посмотрел на информатора. - Никогда не слышал о подобных последствиях после удара головой. - Я тоже, - хмыкнул Изая. – Поэтому я думаю, что это не связано с физиологией, а скорее с чем-то потусторонним. Ну, Селти-чан, это по твоей части. «Я тоже не слышала о таком. Или не помню. Можешь рассказать подробнее?» - Ну, Я видел там своих знакомых. Шизу-чана, его братишку, тебя, Шинра. Но все были какими-то не такими. Вели себя странно и непривычно. Шизу-чан, например, очень спокойный и без этой чудовищной силы. «Звучит, как будто ты попадаешь в параллельное измерение. Не мог бы ты показать мне?» - Как я тебе это могу показать? «Ты заснешь, а я с помощью тени проникну в твой сон» - Хм, может это и сработает…       Изаю уложили в гостевой комнате, занавесили окна, создав приятный полумрак. Шинра всучил ему снотворное. Селти поколдовала, и над парнем растянулся чернющий полог из тени. Орихара прикрыл начавшие слипаться под действием таблеток глаза и стал погружаться в привычную тьму, которая показалась ему еще темнее. Она зашевелилась, окутывая его в плотный кокон, и Изая провалился в сон.