Должник

— Кай, можно войти? — спросил Ваня, заставляя Розова оторваться от бумаг и взглянуть в свою сторону, после, удобно умостившись на кожаном жестком диване, продолжил: — Ты в последнее время слишком задумчив. — А ты слишком часто заходишь ко мне в кабинет, — на подобное заявление мальчишка изумленно вскинул брови, но сразу отвечать не спешил. — Это так плохо? Хочешь, я могу уйти? — Нет, сиди. Просто молчи. Не отвлекай, — Розов махнул рукой, погружаясь в свои бумаги. В последнее время малой зачастил к нему. Это, конечно, не может не радовать, но все равно немного настораживает. — Ка-а-ай, — словно издеваясь, протянул Ваня, выдергивая мужчину из раздумий. Походу, парень сегодня в приподнятом настроении. — Чего тебе? — Розов уставился на Чернышева, тот, в свою очередь, усмехался, глядя на того. — Ты залип в одну точку и пялился туда. А я, — Ваня ткнул себе пальцем в грудь и, сделав лицо «а-ля я самый бедный и несчастный», продолжил: — А я звал тебя три раза. — И как это я, страшный и ужасный, посмел промолчать? — Вот-вот! Ума не приложу!       Кай мысленно усмехнулся. Какой забавный у него зверек. — Ка-а-ай. — Что еще? — А когда я увижу своих родителей? — парень напрягся, явно ожидая ответа. И с чего бы это, если все и так очевидно? — Никогда. — Не смешно. — Похоже, что я шучу? Мне повторить? — Почему ты так непреклонен? А как же суд? Почему ты не хочешь дать мне их увидеть? — Дела с судом я уладил, они забрали заявление. Тем более я выдаю тебе фото каждую неделю. — И что? — Раньше ты о них и мечтать не смел, а сейчас тебе и встречу подавай? — Розов явно старался держать себя в руках, хотелось убить этого настойчивого паренька, но что-то не давало этого сделать. Но Кай потом с этим разберется. Заметив резкую смену настроения на лице Вани, мужчина добавил: — И не вздумай ныть. Ты мужик или кто? Скажи, они хоть на одном фото выглядели несчастными или измученными потерей сына? — Во-первых, я и не собирался ныть, а, во-вторых, не смей говорить так, словно меня для них не существует. — Малой, успокойся. Я сказал нет. Значит — нет, — Кай встал из-за стола и подошел к вырезному комоду из красного дерева, собственно, как и вся мебель в этой комнате. — Почему ты меня не слышишь? — Я тебя слушаю. К тому же у меня много дел, — Розов доставал стопку документов из ящичка. — Вот именно, ты меня слушаешь, но не слышишь… — Ваня поднялся и, зацепив мужчину плечом, покинул кабинет. — Обиделся? Ну, ничего, переживешь, — сказал Кай, после того, как Чернышев хлопнул дверью.       Вопреки всем ожиданиям Розова, Ваня спустился на ужин. — Почему ты не можешь понять, что сейчас тебе не на кого положится, кроме меня? — Ты так сильно в этом уверен? — парень удивленно приподнял бровь, вложив в свой взгляд весь скептицизм, что имелся у него в запасе. — Более чем. Не забывай, я тебя купил, — сделав акцент на последнем слове, Кай, как ни в чем не бывало, продолжил ужинать, намереваясь закончить этот диалог. Но не тут-то было. — Ясно. Не думал, что это легально.… Хотя, ты, наверное, прав. — Ты так сильно хочешь их увидеть? — Розов не успел сообразить, как слова сами вылетели из его рта. — Ты издеваешься? Блять, да. Я хочу их увидеть. — Я позволю тебе за ними понаблюдать. Со стороны. Не более. Итак, ты согласен? — предложил мужчина, на что парень слегка удивился, но что-то ему подсказывало, что все это неспроста. Определенно такая смена настроения не могла не насторожить. — И что взамен? — Твоя свобода. — Я согласен, — Ваня находился в легком замешательстве, но виду не подал. Как можно потерять то, чего и так никогда не было?       Далее, как по традиции, они не обмолвились ни словом, а после ужина, разошлись кто куда. Розов сидел у себя в кабинете, с равнодушной маской на лице просматривая документы, но в душе ликовал. Как же ему хочется уничтожить тех, в кого его зверек так отчаянно верит. Ваня не должен доверять кому-либо, кроме него. И Кай не упустит возможности ему это доказать.