Глаза цвета самого чистого льда

Солнечный свет мягко освещал комнату и, отражаясь от зеркала, создавал солнечных зайчиков, блуждающих по комнате. Легкий прохладный ветерок развивал шторы сквозь приоткрытую форточку, и они с тихим вздохом взмывали вверх и тихо опускались обратно. Пение птиц, звук граблей дворника, убирающего желтые листья, и шум то и дело проезжающих машин — все это создавало сказочную атмосферу спокойствия. А мирно посапывающее создание, уткнувшееся тебе в грудь, добавляло уюта. Он создавал прелестную умиляющую картину: чистое, невинное, с расслабленным выражением личико, слегка приоткрытые пухлые губы, а так же сладкие посапывающие звуки. Он выглядел таким беззащитным и милым, что в любой другой момент мне бы стало жаль будить его, но не сейчас. Часы показывали уже 9 утра, что значило, что через 3 часа у него уже будет прослушивание. А ведь ему надо собраться, да и морально подготовиться, поэтому я просто не мог позволить ему поспать чуть дольше. Я мягко потряс его за плечо и, наклонившись, тихо и вкрадчиво проговорил ему: «Кейси, просыпайся, пора вставать». Парень, недовольно нахмурившись, начал ворочаться и через пару мгновений слегка приоткрыл сонные глаза. Увидев меня, он сел в кровати, сладко потянулся и, зевнув, прикрыв рот ладонью, сонно потер глаза. Он сидел, сложив ноги по-турецки, слегка покачиваясь и медленно моргая глазами. Лохматые волосы и сонный взгляд вкупе с его сонными повадками создавали умилительную и забавную картину. — Доброе утро, — подал голос Кейси и сладко зевнул, потягиваясь. — Сколько время? — 9 утра, — ответил я, умиляясь представшей картине. — Сколько?! — воскликнул парень, мгновенно проснувшись, и кинул взгляд на часы. — Вот черт! — выругался парень и тут же вскочил и понесся в душ. Я, слегка рассмеявшись, заправил постель и направился на кухню. Сварив кофе и достав оставшиеся пирожные, я поставил все это на стол как раз к приходу друга. Он зашел с каким-то потерянным, отрешенным взглядом, рассеянно вытирая полотенцем мокрые лохматые волосы. Кейси сел и молча принялся уплетать пирожные, когда обычно он восхищается их вкусом и прочим. Я внимательно посмотрел на него, пытаясь привлечь внимание, но он по-прежнему сидел, рассеянно смотря куда-то в сторону. — Кейси? Все нормально? — позвал я парня в надежде привлечь его внимание. — А? Ты что-то сказал? — наконец обратил он на меня внимание, смотря тем же рассеянным взглядом. — Все нормально? — повторил я свой вопрос, внимательно смотря ему в глаза, которые он старательно отводил в сторону, избегая моего взгляда. — Рассказывай. Что ты там себе уже надумал. — Ничего такого, — тихо проговорил парень и опустил голову, сжавшись, словно нашкодивший ребенок. Я лишь выжидательно посмотрел на него, показывая, что я не отстану, пока он не расскажет. Парень тяжело вздохнул. — Я боюсь, — просто ответил он. — Это все? — я скептически посмотрел на него. — А что? Этого мало? — слегка обиженно и даже немного раздраженно ответил Кейси, что слегка удивило меня. — Нет, просто у тебя настолько задумчивое лицо, что я думал, что-то случилось. Например, что ты решил не идти на прослушивание, — ответил я, как парень протестующе воскликнул: — Ни за что! Я вчера всю ночь готовился, я не могу не идти! — Вот и правильно, — я улыбнулся и потрепал его по влажным волосам. Он заметно расслабился, но он по-прежнему упорно о чем-то думал, покусывая губы. — Тем, думаешь, я справлюсь? — нарушил после долго молчания тишину Кейси и поднял на меня глаза, наполненный надеждой. — Конечно, я верю в тебя, — я мягко улыбнулся, погладив его по щеке, пытаясь успокоить. — Значит, я смогу это сделать, — ответил Кейси и, глубоко вдохнув и выдохнув, посмотрел на меня чистыми светящимися глазами. Я облегченно выдохнул, успокоившись, и пошел собираться. — Вперед, вперед, навстречу мечтам! — весело прокричал парень, выйдя из подъезда, и бодро зашагал уверенным шагом, направляясь к месту проведению прослушивания. Мне нравилось наблюдать за счастливым парнем, но почему-то, чем ближе мы подходили к нужному месту, тем сильнее возрастал страх, и поднималось чувство тревоги. «Думаю, это просто волнение за друга», — я попытался себя так успокоить, но чувство становилось все сильнее и отчетливей. Дойдя, наконец, до нужного места и, зайдя внутрь, я потрясенно замер. В помещении стоял гул возбуждённых голосов людей, пришедших на прослушивание, около 300 человек, как мне показалось. Шум от них был настолько громким, что у меня заложило уши, и моментально заболела голова. — Вот это да, — протянул я когда, наконец, смог прийти в себя, и слегка присвистнул, оценивая нашу ситуацию. Масштаб впечатлял, конечно, но само место и обстановка не внушали доверия. Огромная, действительно огромная толпа людей, больше напоминающая стадо животных. Крики, шум, беготня — создавалось такое ощущение, что здесь собрались душевно и психически больные, а мы просто перепутали место, случайно зайдя не в то здание или же не в ту дверь. Переведя взгляд на Кейси, я заметил, как он сжался от волнения, снова начав переживать, а на переносице пролегла морщинка, свидетельствующая о его тяжелых раздумьях. Я взял его за плечи и уверенно посмотрел в глаза. — Ты все сможешь, не волнуйся. А я буду рядом и поддержу тебя. Его лицо разгладилось, плечи расслабились, и взгляд заметно посветлел. Он легко кивнул мне с легкой улыбкой, и мы направились регистрироваться. Пока Кейси беседовал с администратором на стойке регистрации, заполняя анкету, я оглядел окружающую обстановку. Огромное светлое помещение с большим количеством диванчиков, несколькими большими колоннами посредине и дверьми у дальней стены. Ну и, конечно, огромное количество людей. Кто-то возбужденно разговаривал с кем-то в предвкушении, кто-то репетировал, повторяя и уже заученный до идеала танец или песню, кто-то отрешенно смотрел в сторону, витая где-то далеко от этого места, а кто-то же носился, словно неадекватное животное, зараженное бешенством. И как раз последние и создавали ощущение съезда душевно больных людей. Здесь только не хватало баннера с надписью «Ты человек с глубокой раной сердце? Присоединяйся, будем психами вместе», вот серьезно. Оглядывая все эту толпу, я заметил мелькнувшую светлую макушку, смутно показавшуюся мне знакомой. Я попытался разглядеть лицо этого человека, но не успел, увидев скрывающуюся за дверью спину. «Мне просто показалось, это уже паранойя», — я попытался себя успокоить, но навязчивая мысль не давал мне покоя, возвращаясь снова и снова. — Я закончил, мой номер 255, — сказал Кейси, тряся карточкой с номерком. — Всего лишь? Мне казалось тут больше людей, — удивленно проговорил я. — Ладно, не важно. Ну что, идем? — парень, кивнув мне, направился к нужному месту. Часы тянулись невероятно долго, а находиться в этой сумасшедшей толпе становилось просто невыносимо. Я гипнотизировал взглядом стрелку часов, висевших на противоположной стене, но она тянулась невообразимо медленно, будто издеваясь надо мной, желая продлить мои мучения. Наконец, спустя долгих 2 часа, нам объявили, что Кейси пойдет в следующей десятке. Я облегченно выдохнул и посмотрел на парня, ожидая увидеть волнение или страх. Но ничего такого я не обнаружил. Напротив, в его глазах читалась огненно-горячая уверенность. Она была настолько сильной, что казалась ощутимой, я будто ощущал обжигающие язычки ее пламени. Я невольно восхитился им и почувствовал гордость, словно родитель за своего ребенка. Как только объявили его очередь, парень, уверенно улыбнувшись и сжав кулачки, направился за кулисы расслабленной походкой. Мне же разрешили пройти в помещение через другую дверь, в результате чего я оказался перед сценой, на которой должен выступать Кейси. Небольшое темное помещение, освещенное лишь ярким прожектором над небольшой сценой, и длинный стол с несколькими стульями перед ней, за которыми сидели судьи. Повсюду, то и дело, сновали работники с камерами, снимающие каждого конкурсанта, а в дальнем углу сидел человек за пультом, управляющий звуком. Все было сделано в лучших жанрах шоу-бизнеса, и я невольно занервничал, переживая за реакцию Кейси на всю обстановку. Я попытался рассмотреть жюри, но в сумраке помещения не смог четко их разглядеть, потому быстро потерял к этому интерес. Когда же, наконец, объявили следующих конкурсантов, и на сцене появился Кейси, мое сердце зашлось от волнения. Нервно сжимая кулачки, я с нетерпением ожидал его очереди, но он должен был выступать последним. Сначала певцы, после танцоры, а уже в конце актеры и модели. Слушая заунывно воющих «певцов», мои уши сворачивались в трубочку, а абсолютный слух бил сигнал тревоги в мозгу, призывая немедленно заткнуть их. Когда же они закончили, я смог ненадолго расслабиться, переведя дух. Следующими пошли танцоры, за которыми я стал наблюдать еще внимательней, не сводя глаз с каждого. Нет, вот это было просто кошмарно! Не капли чувств или эмоций, даже намека не было! Во мне вскипело негодование и в порыве ярости, не сумев сдержаться и сам того не заметив, я воскликнул вслух: «Да, что же вы делаете?! Это даже не танец, а лишь жалкие брыкания!». Музыка моментально стихла, а все взгляды разом обратились на меня. Я, осознав, что только что сказал, смущенно стушевался, мечтая провалиться сквозь землю. — «Жалкие брыкания», вот что вы об этом думаете? — услышал я голос со стороны жюри. Я попытался рассмотреть говорившего, но полумрак помещения не позволял сделать этого. — Вы не могли бы выйти на сцену? — раздался все тот же вежливый голос и я, стыдливо прижав голову, медленно поднялся на сцену, наконец, рассмотрев говорившего со мной человека. Им оказался довольно молодой парень, относительно высокого роста, худощавого телосложения. Каштановые, довольно коротко постриженные, но с длинной челкой, волосы спадали на привлекательное лицо. Довольно резки черты придавали шарм его внешности, а острый взгляд соколиных глаз, внимательно смотрящих через приспущенные очки, прожигали насквозь. — Как ваше имя? — Артем, — сдавленно ответил я, чувствуя давление. — Что ж Артем, приятно видеть кого-то, так же разделяющего мое мнение, — парень удовлетворенно кивнул, слегка прикрывая глаза. — Однако ваши слова прозвучали немного грубовато, хотя, я думаю, это просто негодование, которые было невозможно сдержать. Я прав? — он посмотрел на меня, приподняв брови, сдержанно улыбаясь. Я слишком быстро кивнул в ответ, мечтая, наконец, скрыться. — Ну, раз вы так хорошо чувствуете танец, как насчет того, чтобы показать пример и станцевать что-либо прямо сейчас? — я услышал знакомый голос и, переведя взгляд на его обладателя, сердце гулко рухнуло вниз. Прямо на меня хитро смотрели пронзительные чарующе синие глаза с той же неизменной кошачьей полуулыбкой. — Вы ведь не откажете мне в моей просьбе? — слегка приподняв брови, поинтересовался парень, а я понял, что нахожусь в полном дерьме. Ну почему из всех людей планеты именно Адриан оказался одним из судей этого гребанного прослушивания?! И почему из всех в моей жизни моментах именно сейчас я не сдержал язык за зубами, хоть сейчас это и было настолько необходимо?! — Неплохая мысль, — задумчиво проговорил «очкарик», поднеся большой палец ко рту. — Судя по всему, вы хорошо в этом разбираетесь. Было бы интересно это увидеть, — он посмотрел на меня в упор, слегка улыбнувшись. Мне захотелось сбежать, но взгляд Адриана, не сводившего с меня глаз, будто приковал к месту. Я отчаянно хотел спрятаться куда-нибудь от его пронзительного внимательного взгляда. Да и вдобавок к нему, на меня смотрел выжидающий взгляд очкарика, а также гневные взгляды конкурсантов. Я оказался в самом центре событий, потрясено застыв, лихорадочно придумывая пути к отступлению. — Извините, я…, — я уже собирался просто уйти, извинившись, но меня так не вовремя перебил радостный голос моего друга: — Да ладно тебе, Тем, станцуй! Ты же отлично танцуешь, тебе это ничего не стоит! — Вы знакомы? — заинтересованно спросил Адриан. — Да, мы с ним лучшие друзья. Он пришел сюда поддержать меня, — радостно ответил Кейси. — Вот как, — лицо Адриана озарила хитрая улыбка, не предвещающая ничего хорошего. Он перевел на меня слегка насмешливый взгляд, коварно ухмыляясь. — Так что же? Порадуете ли вас нас своим танцем? Все просто в нетерпении. Я звучно сглотнул и растерянно посмотрел на него. Он довольно улыбался кошачьей улыбкой, заинтересованно смотря на меня. Оглядев присутствующих я, осознав, что все ожидают увидеть мой танец, понял, что у меня просто нет другого выхода, и коротко кивнул, вызывая победную улыбку Адриана, довольную «очкарика» и предвкушающие всех остальных. Все конкурсанты отошли в сторону, уступая мне место, и внимательно уставились на меня. Адриан, что-то шепнул стаффу, после чего он поспешно скрылся. Заиграла медленная мелодия, в которой я узнал ту самую, под которую танцевал в клубе в последний раз, когда встретил Адриана, Стаса и их компанию. Я злобно уставился на него, прищурив глаза, на что парень лишь беззаботно пожал плечами. «Чего же ты хочешь добиться?» — я вглядывался в его лицо в тщетных попытках отыскать ответ. Все же, решив временно отложить размышления и оставить злость, кипевшую во мне, на второй план, я закрыл глаза, сосредоточившись на музыке, и медленно начал двигаться в такт, в точности угадывая настроение песни. Чувственные волны, нежные взмахи рукой, резкие развороты всем телом и туманное выражение глаз на лице, с чувственно приоткрытым ртом. Я танцевал, всецело отдаваясь эмоциям, падая в объятия танца. Я чувствовал на себе удивленные взгляды конкурсантов, оценивающий взгляд «очкарика» и восхищенный взгляд Адриана, который потерял свою неизменную усмешку, став одухотворенным, а взгляд окрасило выражение, похожее на благоговение. В другой ситуации я бы непременно попытался узнать причину, но не сейчас. Когда я танцую, все перестает иметь значение. Есть только я и мой танец. Раздались последние аккорды мелодии, и я остановился тяжело дыша. Пот медленно скатывался по лицу, застилая взор, делая его туманным, а тело просто горело от переизбытка эмоций. Все присутствующие громко зааплодировали, смотря на меня с восхищением. Я растерялся от такой реакции и смущенно поклонился в благодарность, чувствуя себя не в своей тарелке. — Очень хорошо, спасибо, — довольно улыбнулся очкарик. — Вы можете идти. А с вами мы продолжаем, — сказала парень, и я облегченно сошел со сцены, кинув напоследок взгляд на Адриана, который неотрывно следил за мной, не сводя глаз. Вместо его привычной усмешки я увидел мягкую улыбку и теплый взгляд, что удивило и слегка напугало меня, но я прогнал свое воображение, рисующее мне довольно красочные развратные картинки. Сойдя со сцены, я устроился в темном уголке подальше от взора Адриана и принялся наблюдать за своим другом. Когда подошла его очередь, все посмотрели на него в предвкушении, от чего парень сжался, но поймав мой взгляд, немного расслабился. — Итак, Кейси, значит, у вас не было опыта работы моделью, я правильно понимаю? — поинтересовался «очкарик», на что парень утвердительно кивнул. Этот парень, главный здесь, как мне показалось, был очень вежливым и обходительным, но в нем чувствовалось что-то темное, что заставляло все внутри сжаться от страха. — Тогда с чем вы пришли сюда? — подал голос Адриан. — Тема помог мне подготовиться, рассказав основы, — неуверенно улыбаясь, ответил Кейси. — Тема значит, — задумчиво протянул Адриан. — А откуда же ему это известно? — А он…, — начал было мой друг, но я перебил его: — Не кажется ли вам, что это не относится к делу? Если вас интересует моя жизнь, вы можете позже спросить это у меня. Не отвлекайтесь от своей работы, пожалуйста. Адриан, коварно улыбаясь, посмотрел на меня, приподняв брови, после чего довольно хмыкнув, ответил: — Вы правы. Извините меня за неуважение, просто я слегка любопытный. Продолжайте. Кейси, кивнув, принялся выполнять все необходимое. Наблюдая за ним, я невольно улыбнулся, видя его старания. Выходило пока что неидеально, но это было очень хорошо, а главное — взгляд. Взгляд его был на сто процентов идеальным, что и смягчало его недостатки в походке или осанке. Закончив, Кейси вернулся на свое место, после чего «очкарик» сказав всем стандартное: «Спасибо всем, мы вам позвоним», отпустил их. Я уже собирался покинуть помещение, как он окрикнул меня, попросив остаться. Я подошел к нему и выжидающе посмотрел в глаза. — Вы были действительно очень хороши, я удивлен, — начал «очкарик». — Я бы хотел предложить вам контракт. — Вы «что»? — удивленно воскликнул я, пытаясь осознать происходящее. — Наша компания заинтересована в таких талантливых людях, как вы, — ответил парень, небрежно поведя плечом. — Извините, господин…, — я не зная как к нему обратиться, замолчал, смущенно прикрыв рот. — Александр, — просто ответил мне парень. — Да, Александр, а как же Кейси? — задал, наконец, я свой вопрос. — Он довольно милый, у него есть задатки, но не думаю, что он сможет выжить в шоу-бизнесе, — ответил он небрежно. — Почему вы так говорите? Вы же тоже видите в нем талант? Почему же нет?! — возмущался я гневно глядя в его спокойное лицо. — Он слишком мягкий, — просто ответил парень и меня, как будто ударило током. Я и сам понимал это, но старательно отгонял эту мысль. — Вы правы, он слишком мягкий и невинный для этого грязного места. Но зато у него есть то, чего нет у других. Страсть. Стоит только посмотреть в эти светлые, лучистые глаза и становится понятно, что он за человек, — ответил я, смотря прямо ему в глаза, вызывая легкое удивление на его лице. — Я отказываюсь от вашего предложения, — я развернулся, собираясь уйти и уже возле самого выхода, слегка повернув к ним голову, сказал. — Возможно, что именно такая чистота и невинность так нужна этому месту, — после чего ушел, закрыв за собой дверь. Уверенно идя по коридорчику прямиком к выходу, я размышлял о произошедшем, пытаясь подобрать слова, чтобы не ранить Кейси, как меня схватила чья-то рука, затолкнув в темную пыльную кладовку, прижав к стеллажу, уставленному принадлежностями для уборки. В темноте помещения я мог различать лишь контуры и очертания, потому я не смог сразу узнать своего похитителя. Отчаянно пытаясь вырваться из цепких рук, сжимающих мои запястья, «похититель» навалился на меня всем телом, придавливая к стеллажу и отрезая пути к отступлению. Бороться было бесполезно, его хватка была очень крепкой, но, несмотря на это, я продолжал. Горячее дыхание обожгло шею, отозвавшись тысячами мурашек, пробежавших по телу, кровь прилила к лицу, окрасив щеки в розоватый цвет, словно после морозного воздуха. Медленно поднявшись к уху, проведя дорожку горячего воздуха по всей длине шеи, раскаляя чувства, я услышал до дрожи знакомый голос: — Какой буйный котенок. Адриан. Это имя врезалось в мозг, подавая сигналы к сопротивлению, но это по-прежнему было бесполезно. Все, чего я смог добиться это смеха парня, обжигающего своим дыханием чувствительную кожу за ухом, заставляя тело дрожать, а сердце плавиться в сладкое неге наслаждения. — Зачем? — наконец осознав, что бороться бесполезно, я решил выйти с ним на диалог, стараясь отстраниться от приятных ощущений близости его тела. — Так-то лучше, малыш, — чувственно прошептал парень, опускаясь чуть ближе, отчего я слегка задрожал, чем вызвал довольную усмешку Адриана. — Интересно, почему я это делаю? — я лишь кивнул в ответ не в силах ответить. Мысли путались, не давая сосредоточиться на его словах, а сердце таяло от его бархатного голоса, отдаваясь холодком пробегавшим по телу. — Ты заинтересовал меня, еще тогда, в нашу первую встречу в клубе. Мне захотелось сделать тебя своим, — произнес парень, нежно накручивая прядь моих волос на палец, от чего мое дыхание стало прерывистым. — Но ты оказался довольно буйным, что привлекло меня еще больше. Бесхарактерные зверушки невероятно скучны, — наигранно страдальческим голосом протянул он. Секундная вспышка злости, вызванная таким ненавистным мне словом, мгновенно угасла, концентрируясь лишь на звучании его голоса, сводившего меня с ума. — Потому я хочу предложить тебе сделку. — Я слушаю, — ответил я довольно грубым тоном, пытаясь скрыть возбуждение, предательски выглядывающее из узких джинсов. Адриан довольно рассмеялся, наблюдая за мной. — Ну что ж, ты подписываешь контракт, и твоего друга принимают в агентство, — сказал парень будничным тоном. — А если я откажусь? — он усмехнулся. — Ничего хорошего не случится, поверь мне. Я заставлю твоего друга страдать. А ты ведь очень ценишь его и не позволишь этого? — с наигранной заботой поинтересовался парень. Мое сердце забилось в страхе. Стоило только представить, что он может с ним сделать, как тело бросило в жар. Он способен на все, я был уверен в этом. — Какая тебе выгода от моего контракта? Это же не твое агентство, — спросил я, стараясь унять дрожь в голосе. — Видишь ли, директор этого агентства и мой отец имеют довольно близкие отношения. Да и его сын, Саша, которого ты сегодня видел, мой довольно-таки близкий друг. Заключив этот контракт, я получу доступ к тебе, а это то, что мне необходимо. И да, я не потерплю твоего отказа. Ты же понимаешь о чем я? — спросил парень, смотря на меня в упор. Глаза уже привыкли к темноте, и я смог разглядеть его неизменную улыбку и ледяной взгляд темных глаз. По телу пробежали мурашки, и сердце глухо ударилось о грудную клетку. Да, я понимал, что мой отказ отразится в первую очередь на Кейси — человеке, которым я больше всего дорожу. Я просто не мог позволить причинить ему боль. Потому я, глубоко вдохнув, тихо проговорил: — Хорошо, я согласен. — Какой послушный мальчик, — нежно промурлыкал Адриан над самым ухом, от чего сердце забилось быстрей. Затем он резко отстранился от меня и вышел, бросив лишь: «Завтра в 11 приходи сюда». Я медленно сполз на пол и сел, сжимая в объятиях свои колени, стараясь унять дрожь, вызванная страхом вперемешку с сильным возбуждением. Во что же я вляпался!