Перелетная птица

      Мария в страхе распахнула свои прекрасные очи. На долину опустилась темнота, это ее первая ночь в новом доме и, похоже, не ждет веселое времяпрепровождение. Лавдей упорно стягивала с нее одеяло, но не тут то было. Теперь горе-эксперементаторша спала плотно прижавшись к сиротке, и чуть было ее не придушила, иногда хватая за разные части тела. — Лавдей, ты что, совсем?! — воскликнула сиротка, выпутываясь из цепких объятий блондинки. — Недотрога, — с ноткой обиды, сквозь сон пролепетала Люци. — Я вообще-то сплю. Только Мария успокоилась, только все притихло, только она погрузилась в сон, как снова чувствует, что чья-то рука ложится на ее ногу. Сиротка в сотый раз за эту ночь пожалела, что решилась спать вместе с Лавдей. — Твою ж мать, — тихо пробурчала девушка, мысленно проклиная Люциаралль. — Извращенка, достала уже. — Да что? — завопила та в ответ. — А что всем…, а я не… да ну тебя, — буркнула эксперементаторша, снова стягивая одеяло с рыжей. Да, похоже, эта ночь будет долгой… даже слишком.

* * *

      Лавдей бодро ковыляла по длинному и узкому коридору. Такой однообразный, серый, и показалось, что весь замок и состоит из таких вот коридоров, создающих один огромный лабиринт. Запутаться здесь не составит труда, главное, не потерять Лавдей.       Задумчивая и сонная муха по имени Мария испуганно оглядела помещение. Чего и стоило ожидать, чего так боялась, но она потерялась. Перейдя на бег, пару раз упав из-за до ужаса неудобного платья, в котором она вечно путалась. Вскоре блондинка была найдена в одном из коридоров, что неподалёку. Она стояла не мигая, совсем не двигаясь, словно прилипла к полу из-за очередной своей ужасной жидкости, про которую собственноручно рассказала ей перед сном. Услышав ужасный шум, издававшийся каблуками рыжей, Лавдей недовольно поморщилась и прицыкнула, затем подставила указательный палец к губам и зашипела. Мария поняла, что нужно вести себя как можно тише, но так и не поняла, почему. В эту же секунду раздался оглушительный грохот, словно крупный выстрел, но Мария, сонная муха, стояла стояла и посапывала, даже и не заметив шума, который походил на топот сотни тиранозавров, решивших поиграть в салки. Лавдей вовремя отскочила, ведь через с несколько секунд в дверь с другой стороны коридора ввалились мутированные животные, многие из них были похожи на своих сородичей и, в общем-то, отличались только кислотно-зелёным оттенком шерсти. Повернув голову в надежде увидеть, сколько ещё зверинца выбежит, Мария взглянула на Лавдей. Та держала на руках такого же зелёного кролика, и тут рыжая поняла, что это обычная грязь. Но любование кроликом прервало нечто, ворвавшееся в коридор вслед за зоопарком. — Стоять, недоросли, куда пошли! — прокричал парень и умчался дальше по коридору, но позже остановился обречённо махнув руками и подошел к Лавдей. Меривезер успела разглядеть его помятый халат с выжженной дырой на плече, прежде чем он стянул его с себя, и с довольной улыбкой оглядел свою такую же дырявую рубашку — Что это за выпад? — вдруг подала голос Люци, всё ещё поглаживающая крольчиху, уже приобретевшая нормальный цвет шерсти, так и не посмотрела на собеседника. А что если это у неё привычка такая даже не смотреть на говорящего? — Экспериментальная живность, — он сразу посерьезнел, поправил очки похожие на те, что были у Лавдей, а затем, подумав, ответил. — Вследствие неудачного опыта скрещивания динамита и остальных побочных взрывчаток и нескольких кислот, вольеры случайным образом открылись, и вся дичь свалила по-быстрому. — Вот ты олух а, честн слово. — Лавдей отвесила ему шутливый подзатыльник, и она звонка засмеялась над не первой, по всей видимости, неудачей паренька. — Черти что здесь вообще происходит, одна из самых продвинутых и устрашающих группировок, на территории такая… происходит, — прошептала рыжая, ухмыляясь. Ей здесь определенно нравится. — Мери, Мери, Мери, это мой кол-л-лега, Стивен, хороший дядька, — протараторила Люциаралль, крутясь вокруг своего друга. — Ему тридцать, и он у нас старший смешиватель.       Сиротинушка мило улыбнулась, про себя разгадывая секрет его молодости, надо же ему тридцатник, а он выглядит на все пятнадцать! Пока младшая Меривезер отходила от пережитого шока, экспериментаторы о чем-то спорили, и тот, услышав заветное слово «медик» выкрикнул номер кабинета, где ее, по всей видимости уже ждали, а сам умчался прямо по коридору отмахнувшись сильной занятостью. Лавдей тоже не стала просиживать штаны, и понеслась, как она сама сказала вершись историю, бросив новоявленного медика в неизвестном для нее месте.       «Кабинет 66, так, а где это? Стоп, где это?! А где я? А куда… где?!» — в панике рассуждала девушка, ох, похоже не сладкое ей придется сегодня.       Наверное, самая здравая мысль пришла к ней сражу же, но Марии потребовалось время, чтобы привести ее в действие. Она долгое время плутала по бесконечным коридорам, пока не вышла к более ли менее оживленному месту. Это оказался обеденный зал, битком забитый незнакомыми людьми, затем она вышла в сад, где копашилось несколько людей в запачканых халатиках, в конюшнях же она встретила странный людей, облаченных во все черное она даже умудрилась выйти в кухню, где ее закормили добрые поварихи. Остальные же люди, что попадались ей в коридорах, куда-то спешили и удирали, не обращая ни малейшего внимания на сиротку. В общем, за свое приключение она кого только не встречала, кроме нужного ей секретаря.       И даже взгрустнулось ей от того, что она не может выполнить элементарного, и порешила на том, что будет сидеть на одном месте пока Люци не найдет ее, если, конечно, вообще вспомнит про нее. Сидела она на ступеньках, сидела, даже сосчитала, сколько камней в противоположной стене когда поняла, что стало совсем тихо. Через чур тихо. — Ты где, сволочь такая была?! — за спиной девушки раздался крик, более походивший на рычание тигра, и обернувшись, она увидела Роджера, потиравшего руки. — Я тебя спрашиваю. — Мне сказали в шестьдесят шестую комнату, и я туда-сюда, потом вниз, там ничего, снова вверх, а потом еще раза три вниз туда-сюда, туда-сюда, но так ничего.. потерялась я в общем, вот, — она оживленно жестикулировала, пытаясь доказать секретарю, что не совсем безнадежна. — Ладно, пошли за мной, и слушай внимательно, постарайся вникнуть. Ты должна ходить и забирать, но ни в коем случае, — он сделал на этом значимый акцент, — если, конечно, хочешь жить, не смотришь. Никому не показываешь, и защищаешь посылку ценой своей жизни. Мы научим тебя защищаться, вообще, это работа не для девчонок, и чем Кер только думал, когда брал тебя на работу? До Марии же дошло, что не так просто ей поручили это дело. В каждом предложении секретаря подразумевалась ее смерть и было ясно, что если она погибнет, то будет не жалко, мол, не своя же, но сиротка, не привыкшая бросать начатое, твердо решила доказать им всем, что она не такая простая и беззащитная, как кажется. — Итак, будешь собирать посылки по всему континенту, ездить придется много, но ты у нас в этой сфере, отнюдь, не одна. Просто сейчас все остальные на заданиях, а тебе пока рано, а для получения миссии тебе нужно проявить себя и не сдохнуть. Дальше. Запомни, никогда не бери с собой деньги, не тупи, лишний балласт не таскай. Посылки же бывают разными, от простого письма до гигантских ящиков, иногда, — он выдержал паузу, думая, стоит говорить или нет. — Иногда посылки, скажем так, живые, но ты не бойся, мы тебя обучим. Обучим не только искусству и тонкостям боя, — он оценивающим взглядом уставился на сиротку. — Ладно искусству и тонкостям побега, но и пользованию приспособлениями, как те, что делает Люциаралль. Ты с ней уже знакома. И запомни самое главное: никогда, ни при каких обстоятельствах, даже под страхом смерти не рассказывай, что ты «посыльник».

* * *

      Меривезер в который раз за этот треклятый день плутала по коридорам, все никак не могла отыскать лестницу на пятый этаж, где должна была обитать Люциаралль она лиц.. Честно говоря Мари все еще не запомнила имя соседки, но сейчас ее волновало меньше всего. Пока она бродила по рекриациям, одна мысль не давала ей покоя:, а стоит ли? Стоит ли рисковать своей жизнью ради незнакомых ей людей? Она могла бы убежать и отсюда, но они — разбойники, и точно найдут ее, да и не хотелось. Любопытство уже вовсю распирало ее изнутри.       Все же найдя винтовую лестницу, она увидела массивную железную дверь, из-за которой тут же показалась Лавдей. Та немедленно схватила рыую за руку и запихала вовнутрь комнаты.  — Что вы здесь делаете? — тихо спросила Мери, разглядывая стол, у которого во всю крутился «повелитель зелени», а из мрака, пошатываясь, вышла еще одна женщина, держа две непонятные склянки в руках.  — Помоги нам. Я — Марсель, тоже медик, — она улыбнулась достаточно кривой улыбкой. Взглынув на стол еще раз, она узрела совсем обыкновенную защиту предпелчья, но, как оказалось, это чуть ли не самое гениальное приспособление. Олух, как его прозвали эти две дамы, показал Марии, что это мощнейшее оружие, и при нажимании на совсем маленькую кнопочку оно превращается в оружие массового поражения.       Повелитель зелени что-то усердно смешивал, а Марсель закрепляла нож и гранаты на рукаве, когда капля жидкости, что смешивал олух, попала на стол, где и валялась куча всяких неизвестных Мари взрывчаток. Лавдей, внимательно следившая за экспериментом, показала кукиш подмастерью и принялась тщательно вытирать стол. Но даже великие ученые совершают фатальные ошибки, верно? - Люц, нет, не трогай, — на пару воскликнули олух и Марси, и в это же мгновение запустилась страшная реакция, в последствии дошедшая до дымовой бомбы. Туман, густой и темный заполонил всю комнату. Буквально чудом им удалось выбраться из цепких лап хищного дыма.  — Твою ж мать, Стивен! Когда ж ты станешь аккуратнее?! — леди стали обругивать несчастного лаборанта, грозили ему расправой и просто выражали свои эмоции.  — Да я вас всех ненавижу! — закричал в ответ парень, бурно и эмоцианально размахивая руками. За криками и руганью никто не заметил сиротинушки которая только что вышла из задымленной комнаты, и сейчасжадно глотала чистый воздух. — Мать-мать-мать, — простонала рыжая, запыхаясь. Да им тут что, нравится комнаты взрывать?!       Но, наверное то, что они чуть не задохнулись было не самым страшным, да и все четверо пожелали вернутся в комнату и умереть там, завидев на горизонте того самого пузатого мужика, командира медиков и экспериментаторов, который просто кипел от ярости.  — Вот что было сложного?! — уже привычно повышал голос он. — Да я вас сейчас… Выметайтесь, твари, и чтобы я вас сегодня не видел и не слышал! — веселая четверка не стала рисковать, и предпочла смотаться куда подальше под громкий смех мужика.