Глава 8
5 февраля 2019 г., 15:47
Одинокая свеча догорала на большом письменном столе. Киван Ланнистер всегда плохо спал по ночам — эту часть суток он посвящал чтению книг и старинных летописей. Занятие весьма утомительное, но именно это позволяло ему отвлечься от мирских проблем. Странно, но читая о подвигах великих королей и завоевателей, Киван никогда не воображал себя на их месте. Все, что его интересовало — историческая подлинность. Так уж сложилось, что честолюбие не отравляло его жизнь, позволяя служить на благо семье.
Он отложил книгу в сторону и устало протер глаза. Киван думал о жене и детях. С момента их последней встречи прошло больше полугода. Его милая Дорна сейчас совсем одинока. Ее нельзя надолго оставлять одну, ведь семья была для нее необходима. Она дышала ими, жила своими детьми и мечтала о внуках. Киван закрыл глаза и попытался представить ее в саду. Дорна обожает цветы и ухаживает за ними, как за годовалыми младенцами. Благодаря ей, заросшая кустарником аллея превратилась в благоухающий рай. Сотни цветов радовали глаз пестрыми лепестками и кружили голову сладкими ароматами. Вскоре они поселились и в замке — жена украшала залы и комнаты искусной работы вышивкой. На ее полотнах колыхались тысячи бутонов прекрасных растений, и это великолепие цвета будто озаряло мрачные коридоры.
Кивану очень хотелось увидеть жену, но сейчас отъезд из Королевской Гавани был непозволительной роскошью. Тайвин назначил его мастером над законами, корона ведет войну, а ситуация в столице крайне нестабильна. Король умер, а значит на его место должен взойти новый. Томмен Баратеон — первый этого имени, король андалов, ройнаров и первых людей, защитник государства. И все это в девять лет. Слишком большая ноша для мальчика, который посвящает в рыцарский стан своих котят.
Ноги мастера над законами ужасно затекли. Киван поднялся и подошел к плотно завешенному окну. Отодвинув тяжелую штору, он толкнул деревянную рамку и впустил в комнату немного прохладного воздуха. Столица мирно спала. По темным улицам шагали золотые плащи, держа в руках зажженные факелы. Уже утром здесь соберется толпа зевак, которые придут посмотреть на масштабное представление. Завтра на их глазах убьют монстра — по совместительству младшего сына Тайвина Ланнистера и его собственного племянника. Бес пролил родную кровь, и за это он поплатиться жизнью. Поначалу Тайвин хотел без лишнего шума отрубить голову Тириону и отправить его останки в Западные земли, но сцена в зале суда и Серсея требовали от десницы публичной казни. Киван понимал это и не осуждал брата. Он принимает вынужденные меры.
Его раздумья резко прервал стук в дверь.
— Кого это Неведомый принес? — про себя сказал Киван. — Войдите!
— Милорд, — в покоях показался гвардеец. — Простите за беспокойство, десница короля желает видеть вас.
— Дай мне пару минут.
— Да, милорд, — гвардеец скрылся за дверьми.
Тайвин тоже не спал в столь поздний час. Наверное, дело не терпит промедлений. Киван потушил свечу, накинул на плечи бордовый плащ и вышел в коридор. Вместе с двумя стражниками, он направился в башню десницы.
Внутри было невыносимо жарко, а от спертого горячего воздуха мгновенно пересыхало горло. Киван сразу заметил, что Тайвина не было на привычном месте — широкое резное кресло пустовало. С виду оно казалось жутко неудобным, обычно их оббивают чем-то мягким или обтягивают кожей, но десница предпочитал простое дерево. Казалось, чтоТайвину Ланнистеру комфорт совершенно чужд.
Сам десница склонился над большим очагом и подбрасывал туда очередную порцию дров.
— Милорд десница, — поприветствовал брата Киван.
Тайвин не повернулся к нему, он стоял и смотрел в пламя.
— Эйрис считал, что самый беспристрастный судья — это огонь. И если человек загорался, значит и в самом деле был виновен перед ликами людей и богов. Да вот только загорались абсолютно все, кого он подвергал правосудию, — десница бросил тяжелое полено и пламя жадно поглотило его.
— Эйрис был безумцем, пусть боги теперь судят его, — Киван не совсем понимал, почему они обсуждают покойного безумного короля посреди ночи.
— Величие и вера в собственную безнаказанность творят страшные вещи. Я знал молодого Эйриса Таргариена, его вряд ли можно было назвать безумцем, скорее немного сумасбродным. Иногда он поддавался вспышкам гнева, но я всегда сдерживал его порывы и призывал к холодному рассудку. Возможно, я смог бы сделать тоже самое с Джоффри, — Тайвин наконец оторвался от своего занятия и подошел к Кивану. — Я разбил Молодого Волка и войско Станниса, но главные враги все время сидели у меня под боком. Северянам даже не надо прилагать усилий, мы сами себя перебьем.
— Неужели ты ищешь моего одобрения, брат? Тирион должен заплатить за свое злодеяние. Я понимаю, что тебе было непросто принять это решение.
— Непросто? Я хотел убить его, как только он родился.
— Да, но ведь не сделал этого.
— Только потому что он Ланнистер. И все что от него требовалось — не позорить наш род еще больше. Но он и с этим не справился. Боги испытывали меня на прочность, подарив это создание. Завтра мое испытание наконец закончится.
— Сейчас мы должны сосредоточить наше внимание на Томмене, — лоб Кивана покрылся мелкими капельками пота, и он сбросил тяжелый плащ.
— Присядь, — Тайвин указал на широкий стул и сел напротив него. — Через несколько часов ты возглавишь небольшой отряд из самых верных тебе людей и доставишь один весьма ценный груз в Западные земли.
— Ты хочешь отправить из столицы своего советника и мастера над законами в военное время? — Киван внимательно посмотрел на брата.
— Ты отвезешь прочь из Королевской Гавани Сансу Старк и позаботишься о ее защите. Ты будешь с ней до тех пор, пока я не призову тебя обратно.
— Старк? Разумно ли это, Тайвин? Она ценная гостья, особенно, в нынешней ситуации.
— Ты, видимо, хотел сказать заложница. Говори со мной откровенно, нет нужды подбирать слова. О нашем разговоре никто не знает и не должен узнать, пока девчонка не будет в полной безопасности. После ее выступления в суде, народ желает публичной казни дочери предателя. Ее смерти хочет Серсея, и боюсь, она ни перед чем не остановиться, чтобы отомстить девочке. Мы не можем так рисковать.
— А если она действительно причастна к отравлению короля?
— Это не важно. Правосудие будет совершено и девочка Старков не пострадает.
— Я могу отправляться? — расспрашивать Тайвина не имело смысла. Киван прекрасно понимал, что он должен сделать.
— К рассвету вы должны покинуть Королевскую Гавань, — его тон свидетельствовал только об одном — разговор окончен.
Мужчина направился к выходу. Он понимал, какая ответственность на нем лежит. Тайвин Ланнистер никогда не раздавал необдуманных приказов. Долг зовет Кивана в Западные земли, зовет домой, к семье.
Еще до восхода солнца пятеро всадников без знамен и небольшой экипаж покинули столицу через Львиные ворота.
***
Незнакомые люди разбуди ее посреди ночи. Ничего не объяснив, они кинули на постель какую-то одежду и жестом приказали одеваться. Экипаж уже ждал на выходе. В подобном перевозили провизию или сундуки, в нем не предусматривались окна или любые другие удобства. Девушка покорно зашла внутрь тесной деревянной повозки. Шерстяное платье было ей велико, а от плаща исходил странный запах. Несмотря на это, Санса плотнее куталась в колючую ткань, чтобы хоть немного согреться. Ее трясло. Серсея обожала своего сына, он был ее первенцем, и королева любила его несмотря ни на что. Ради него, она готова отрубить голову собственному брату, не говоря уже о дочери предателя. Для северянки Серсея Ланнистер подготовила что-то пострашнее королевского палача. Санса не знала, сколько они ехали, но ей казалось, что прошла вечность. Внутри повозки было темно, а сквозь небольшие щели между досками ей удавалось видеть только бесконечную дорогу. Всадники медленно остановились и сердце девушки замерло. Один из мужчин зычно прокричал что-то остальным и открыл дверь повозки. Санса крепко вцепилась в лавку, ей хотелось закричать во все горло, но она лишь сильнее впилась пальцами в дерево. Всадник ступил внутрь, его лицо было сокрыто большим мешковатым капюшоном. Мужчина присел на большой сундук и сбросил ткань, скрывавшую его. — Ты знаешь, кто я, дитя? — он старался смягчить свой тон, чтобы не напугать девочку. Годами она была не старше его сыновей: Мартина и Виллема. Ответа не последовало. — Не бойся. Я не сделаю тебе ничего дурного. — Вы везете меня на казнь? — ее голос звучал очень тихо. — Нет, тебе ничего не угрожает, — он привстал и открыл сундук. Оттуда мужчина извлек полголовки сыра и кольцо темной колбасы. В его руке появился кинжал, которым он принялся нарезать провизию на толстые ломти. Санса ловила каждое движение, не упуская из вида сталь. — Вот, поешь. Под лавкой есть мех с водой, а вон там в углу, — он указал на небольшое деревянное ведро, — отхожее место. Условия не для миледи, но уверяю тебя, это временные меры. Скоро мы прибудем в нужное место. Собрав большую часть продуктов, он вышел наружу. — Ланнистер, — громче сказала Санса, — вы Киван Ланнистер, брат Тайвина Ланнистера. Мужчина попытался улыбнуться. — Миледи, — он склонил голову и плотно закрыл двери. Санса выждала пока они двинутся в путь. Девушка открыла сундук в надежде найти кинжал или хотя бы небольшой нож, но кроме вяленого мяса и дурно пахнущего сыра ничего не обнаружила. Хлопнув крышкой, она откинулась назад. У Арьи при себе всегда было какое-то оружие. Она прятала под платье смешной меч, который ей подарил Джон. А что может старшая дочь Эддарда Старка? Убить утомительным пением баллад о прекрасных рыцарях? Вряд ли Санса смогла бы убить кого-то будь у нее даже меч, но девушка твердо решила, что не даст больше над собой издеваться. Всего один глубокий порез на шее и все прекратится. Ее взгляд упал на металлическую оковку сундука. Одна из пластин была достаточно острой, чтобы прорезать кожу, но недостаточно хорошо держалась на деревянной крышке. Санса потянула на себя, пытаясь оторвать ее, но железо не поддалось. Затем девушка начала расшатывать ее в надежде выдернуть гвоздь из гнилой древесины. Вдруг Санса почувствовала, как повозка резко остановилось, но снаружи топот копыт не умолкал. Кто-то громко закричал, отдавая приказы остальным. Санса замерла, неужели они услышали ее возню? Она спрятала добытое оружие в рукав и встала напротив двери. Сталь зазвенела так громко, будто сам Кузнец бил огромным молотом об свою наковальню. Сердце неистово билось о ребра, грозя проломить кости и выпрыгнуть наружу. Сквозь щели в досках ей не удавалось толком ничего разглядеть — пыль поглотила все вокруг. У кого хватило смелости или безумства, чтобы напасть на отряд Ланнистеров с братом десницы во главе? Отец когда-то рассказывал ей о Братстве Королевского Леса — шайке разбойников, которые десятилетиями промышляли в Королевском Лесу еще при короле Эйрисе. Они постоянно нападали на дворян и экипажи знатных лордов, даже королевские знамена не могли угомонить их жажду наживы. Однажды они выкрали леди Джейн Сванн и месяц удерживали ее против воли, пока сам Барристан Отважный не освободил ее, покончив с разбойниками раз и навсегда. Это случилось еще в те далекие времена, когда рыцарский обет не был пустым звуком. Вряд ли напавшие догадываются, что находится внутри небольшой повозки для провизии. А значит, у девушки есть крохотный шанс на спасение. Если она выскочит прямо сейчас и ринется в лесную чащу, поглощенные сражением всадники могут не заметить непримечательную фигуру в плаще. Главное убедиться, что путь чист. Санса наклонилась и попыталась разглядеть, что происходит напротив двери. Серое облако пыли затянуло все видимое пространство, но ей удалось разглядеть силуэты двух воинов, что сцепились в схватке в каких-нибудь десяти футах от нее. С каждым взмахом меча фигуры отдалялись от повозки и шум битвы стихал. Санса поняла, что лучшего момента уже не будет, она взялась за ручку, чтобы вырваться наружу, но в этот же момент оглушительный крик раздался прямо подле нее — снаружи тело с грохотом упало на двери повозки. От внезапного удара девушка пошатнулась и упала на пол. Дрожащей рукой она прикоснулась к своей щеке и ошарашенно посмотрела на пальцы — по ним стекала вязкая, бурая кровь. Теперь выход заблокирован и шанса на побег больше нет. А значит у нее только один выход. Девушка достала из рукава кусок ржавого железа и крепко сжала его в пальцах. Она закрыла глаза и сквозь слезы шептала: — Матерь, Матерь всеблагая, Помилуй наших сыновей, Огради щитом их крепким От стрел каленых и мечей…. Холодный металл коснулся шеи. Всего одно сильное нажатие, и тонкая кожа тут же поддастся, пропуская внутрь инородное тело. Старые петли противно заскрипели, а резкий дневной свет больно ударил в глаза. Повозка пошатнулась — кто-то пытался залезть внутрь. В последние секунды Санса вспоминала лицо матери.***
Звон колокола не прекращался с самого утра. Впервые за все время он звонил не по королю, а по его деснице — Тайвина Ланнистера, лорда Утеса Кастерли, хранителя Запада и протектора государства нашли мертвым в собственном отхожем месте. В септе Бейлора зажгли сотни свечей и десятки благовоний, но ничто не могло скрыть ужасную вонь, которая исходила от тела усопшего. Ее не замечали только молчаливые сестры — прошедшие годы службы напрочь отбили им обоняние, как и много других чувств, присущих обычным людям. Серсея не терпела их присутствия. Эти женщины напоминали ей, что остается от человека, если убить в нем все желания — только сморщенная оболочка и блеклое подобие. К облегчению королевы, сестры закончили свой ритуал и на время удалились, дав скорбящей дочери проститься с отцом. Подле нее стоял и Джейме, он морщился от неприятного запаха и почти не разговаривал. — Никто не пришел к нему. Тиреллы передали свои глубочайшие сочувствия и сказали, что скорбят вместе с нами, — губы Серсеи сжались в тугой узел. — Они не представляют, что такое скорбь. Сначала у меня забрали Джоффа, моего первенца, а теперь и отца. — Серсея, я клянусь тебе, он поплатится за это, — выдавил из себя Джейме. — Как?! Неужели ты умеешь убивать на расстоянии? Или потеря руки пробудила в тебе сверхчеловеческие способности? — она с отвращением посмотрела на золотую конечность, под которой скрывалась иссохшая культя. — Пятьдесят золотых плащей ищут Тириона, — командующий королевской гвардией старался пропустить мимо ушей уколы Серсеи, он понимал, как ей сейчас тяжело. — А девка? Куда запропастилась отравительница? Не удивлюсь, если ее ты тоже отпустил, — зеленые глаза прожигали в нем дыру. — Я послал четыре отряда на поиски Сансы. И я последний, кто причастен к ее исчезновению, ты знаешь это, — Джейме внимательно посмотрел ей в лицо. Двери на мгновение отворились, впуская в зал немного свежего воздуха. Вошедший гвардеец сразу же разразился ужасным кашлем, прикрывая лицо своим плащом. — Ваше величество, милорд командующий, — хрипло поприветствовал он. — Какие новости? — сразу осведомился Джейме. — У меня дурные вести о вашем дяде, — гвардеец снова закашлялся. — Недалеко от Ключей мы обнаружили тело Кивана Ланнистера и нескольких его гвардейцев. Видимо, на пути в Утес Кастерли на них напали. — Дядя Киван… — еле слышно повторила Серсея. — Это не все, на том же месте мы нашли еще одно истерзанное волками тело. Рыжеволосая молодая девушка, — он потупил взгляд, — в ней еще можно узнать Сансу Старк.
