Чужие Игры

Глава 6. Парадный зал был убран магическими огнями и трепещущими флагами и вымпелами. Повелитель в украшенной драгоценностями хламиде с хрустальным венцом на высоком челе сидел возле дальней стены на троне из красного дерева. Лицо владыки сильфов было безмятежно. Подождав, пока мы приблизимся к возвышению из белого мрамора и склонимся в поклонах (мне пришлось спешно скопировать реверансы Лиэнны и Лиэссы), он встал и провозгласил: − Приветствую проходящих Испытание! Действующая, − кивнул персонально мне, − проходящие Испытание, − повернулся к игрокам. Я отметила, что никакого придворного наряда игроки не получили, так и оставшись в привычной походной одежде, правда, отстиранной и отглаженной. Берн со сдержанным достоинством незаметно поглядывал вокруг, а вот земляне откровенно озирались: Лидер с любопытством, а Сергей настороженно. Потом Лев начал пристально рассматривать присутствовавших на приеме дам и постепенно дошел до меня. Глаза старшего землянина расширились, он слегка толкнул локтем Сергея и показал взглядом на меня. Злой Игрок передернулся. Тем временем Повелитель пригласил всех присутствующих на пир. Распахнулись двойные двери справа, и торжественным шествием Повелитель и его свита проследовали в трапезную. За ним двинулись мы с Игроками. Берн тут же пристроился справа, предложив руку. Я кинула быстрый вопросительный взгляд на Лиэнну. Та кивнула. Я оперлась на руку мага и двинулась вперед. Сидели мы во главе стола возле Повелителя. Порядок был таков: возле самого трона слева сидела я, рядом Берн, потом Сергей и последним − Лев. Лидера это, кажется совершенно не обрадовало: землянин недовольно поджал губы, прежде чем сесть, и что-то тихонько сказал Сергею. Тот пожал плечами и достаточно резко ответил: − Тут не я распоряжаюсь, так что советую смириться. Ясное дело − Лев не преминул напомнить, что он начальник. Кто бы сомневался? Напротив нас сидели советники и Лиэнна. Мне подумалось, что сильфа, имея при дворе явно очень высокий статус, при этом не сочла унизительным встретить меня и уделить внимание и заботу. Заиграла негромкая музыка, и внесли первую перемену блюд: нарезанные на кусочки овощи, прилагающиеся к ним различные соусы и бульоны. Ароматное кушанье дразнило аппетит, подготавливая желудок к основному блюду. Есть его полагалось ложкой, заедая сдобренными приглянувшимся соусом овощами. За бульоном подали рыбные блюда − жареную, копченую, соленую, маринованную рыбу, вареных раков и рыбные котлеты. На гарнир полагалось овощное рагу и что-то вроде очень мелкого и сладковатого картофеля. С удовольствием поглощая виртуозно приготовленные кушанья, поглядывала вокруг, запоминая впечатления и уже предвкушая, какие замечательные картины я потом нарисую. Берн ел с достоинством, не забывая реагировать на обращенные к нему реплики сильфов, поднимал ответные тосты, с непривычным оживлением беседовал со мной и Лиэнной. Прекрасная сильфа напропалую строила магу глазки. Мне вдруг стало обидно. Хмыкнула неизвестно откуда взявшейся ревности. Третья перемена блюд состояла исключительно из мяса: зажаренные целиком туши, ливер, паштеты, котлеты и рагу. Курица и перепела на вертелах, копченые окорока и ветчины, колбасы и деликатесы. Как бы между прочим, Лиэнна сообщила, что сначала собирались устроить танцы, но потом решили, что отряду Испытания и так приходится слишком много работать ногами, пройдя значительный путь пешком. Закончился пир грандиозным десертом − тортами, пирогами и мороженным. Лиэнна лично проводила меня до спальни, пообещав разбудить утром. На рассвете раздался стук в дверь, и заглянула сильфа: − Пора вставать, и завтрак вас ждет. − Спасибо, − потянулась и вылезла из грандиозной кровати под балдахином. Наскоро умылась и оделась. В зале, где мы наблюдали за приключениями игроков, был накрыт завтрак. Мужчины уже ждали меня. Попрощавшись с гостеприимными сильфами, отряд направился дальше. Узкий серпантин вымощенной камнем дороги прихотливой лентой спускался в заросшую лесом долину. Слева уступами спускалась горная река, шумя и окатывая брызгами ближайшие витки дороги. Берн шел рядом со мной, чуть опережая остальных Игроков. Лев показательно держался за сердце, охая через шаг и жалуясь на все на свете. В данный момент его не устраивала дорога и то, что приходится идти пешком. Он кажется, надеялся на то, что сильфы дадут нам какой-нибудь транспорт? Забавно! Сергей вернулся к привычному отстраненному молчанию. Сошли в долину за пару часов − спускаться всегда быстрее, чем подниматься. Далее дорога выпрямилась и пошла вдоль реки, после спуска с горы из бурного каскада ставшей глубоким полноводным потоком метров пятидесяти в ширину. Идти по вымощенной ровными плитами дороге было легко, погода стояла замечательная, впереди маячило окончание Игры − так отчего бы не порадоваться жизни? На ночлег остановились на берегу обширного озера, на уютной полянке возле маленькой речки. Поставив палатку и разложив костер, Берн достал что-то вроде клубка и предложил: − Возле устья часто хороший клев. Не хочешь ли попробовать порыбачить? − Что за вопрос? Конечно, хочу! − меня уговаривать было не нужно. Лев скуксился, словно лимон откусил, Сергей хмыкнул и достал по пакету макарон быстрого приготовления. Берн размотал и разложил по траве два больших мотка лески, закрепил на каждом небольшое грузило и блесны. Показал мне, как забрасывать. Встав в паре метров друг от друга, мы начали закидывать снасти в темную воду. После третьей попытки в паре метров передо мной в воду шлепнулся увесистый голыш. Сзади послышался довольное ржание Лидера. Я повернулась. Сидя на своем стуле, Лев откровенно потешался, а Сергей взвешивал в руке еще один камень. Берн повернулся и молча смерил взглядом мужчин. Все еще ухмыляющийся Сергей приподнял бровь: мол, а что такого? Маг в ответ передернул плечами, и обоих шутников унесло в воду, на глубину. − Что за?!.. − Сергей, отплевываясь, быстро поплыл к берегу. Лев забарахтался и по-собачьи поплыл за соратником. Подождав, пока те начнут выползать на берег, Берн снова сделал пасс рукой. Игроки опять оказались на глубине, рухнув в воду с высоты в пару метров. − Весело теперь? − Берн внимательно наблюдал, как его противники выбираются на берег и пытаются стащить липнущую к телу одежду. Вокруг них натекло по грязной луже. Сергей молча пошел к своей палатке. Лидер поплелся к своей. Отведя меня к самой речке, Берн занял стратегическую позицию со стороны лагеря. Забрасывая блесну, он поглядывал в сторону переодевшихся игроков, теперь устроившихся возле огня с кружками кофе. Нам попалось три хороших щучки и пара молодых судаков. Обмазав выпотрошенную рыбу глиной поверх чешуи, я сгребла угли в кучу и устроила импровизированную печь. Когда на дивной красоты закатном небе зажглись первые звезды, признала рыбу готовой. Берн прикатил чурбачок-седушку не только для меня, но и для себя, а еще один − побольше, поставил стоймя вместо стола. На нем я и разбила глиняную коросту на судаке. По лагерю разнесся аромат печеной рыбы, лука и специй. Усаживаясь, поймала взгляд сглотнувшего слюну Льва. В палатке уткнулась в подушку, свернулась клубочком под одеялом, − ночь принесла неожиданно холодный ветерок. Заметив мой озноб, Берн в полголоса пропел какое-то заклинание, и по палатке прошлась волна тепла. Благодарно улыбнувшись магу, улеглась поудобнее и закрыла глаза: − Спокойной ночи, Берн. − Спокойной ночи, Рина, − улыбнулся в ответ мужчина. Утром бодрый и неожиданно веселый Берн помог мне со сборами. Подождав, пока остальные вылезут из своих палаток, предложил: − Давайте сейчас не будем терять время на завтрак, а устроим привал попозже? Я чувствую, что мы почти пришли. Выстроившись обычным порядком, мы направились дальше. Задержались только возле ручья: наполнили фляги, а чуть в стороне, там, где на каменистом перекате бурлила вода, я разглядела странно знакомые шевеления. Показала Берну. Тот присмотрелся и улыбнулся: − Молодец! И научил меня ловить раков руками. Наловили мы целый котелок. Пока маг раскладывал костерок, Лев по нашему примеру попытался тоже поймать что-нибудь для себя, но только замерз и промочил ноги. Злобно запыхтел, ругнулся. Сел на стул возле огня. Сергей хмыкнул и открыл очередную порцию тушенки. Я засыпала в кипящую воду сухого укропа и головами вперед покидала коричневых раков. Вскоре те покраснели, и я сняла котелок с огня, поставив возле мага. Достала из сумочки миски и ложки, котелок для заварки. Чай сделала покрепче, прибавив удачно замеченные в подлеске душицу и зверобой. Пробирались по лесу мы до вечера. Местность плавно поднялась, стали попадаться каменные осыпи и валуны. На ночевку остановились в развалинах крепости − кольце полуразрушенных стен из серого камня, с остатками донжона посередине. Сергей предложил ночевать в донжоне, но Берн покачал головой и поставил палатку в углу двора, там, где стены были выше всего. Натаскав из ближайшего леса валежника, мы разложили костер и занялись ужином. Пока я разогревала рыбу, очищала от глиняной корки, заваривала чай, Лев с Сергеем устроились с другой стороны костра, уминая за обе щеки голубцы из большой жестяной банки. − Думаю, завтра мы будем у цели, − Сергей доел свою порцию и потянулся к кофейнику, − осталось совсем немного, я уверен. − Наконец-то! − Лидер облизал ложку, − я соскучился по нормальной постели. И нормальной еде. Они поднялись и удалились в свои палатки, поставленные, явно наперекор Берну, в донжоне. Я тогда промолчала, но обратила внимание, куда смотрел маг, предостерегая Сергея: в темном углу развалин донжона лежала куча мусора, основу которой составляли тряпки, обломки дерева и… кости! Может, стоит сказать Сергею про эти гостинцы?.. Раскрыла рот, но маг покачал головой и увлек меня во двор. Ладно, ему виднее. Устроилась в палатке, завернулась в одеяло. Если все будет хорошо, то завтра мы дойдем до Золотого Рога. И я отправлюсь домой. Проснулась от жуткого крика. Вопил Лидер. Берн с мечом наголо вылетел в ночную темноту. Я схватилась за фонарик и на четвереньках выглянула из палатки. В донжоне что-то происходило. Снова закричал Лев, но резко замолк и захрипел, словно его кто-то придушил. Меня охватил ужас. Тем временем Берн добежал до развалины. С руки мага сорвался огненный шар и разорвался внутри донжона. Следующие события произошли за пару секунд, не больше, но вызвали у меня стойкий рвотный позыв: на фоне взрыва четкий силуэт Берна с мечом и прыгнувшие ему навстречу причудливо изломанные силуэты карликов с длиннющими руками и огромными головами. Воин завертелся волчком, отбиваясь от тварей, прыгавших вокруг со звериной скоростью. Карлики наотмашь полосовали воздух перед собой, причем их длинные пальцы на деле оказались длинными когтями. Грохнул еще один магический взрыв и все закончилось. Я выпуталась из палатки и бросилась в донжон. Картина была жуткой: вокруг разодранных палаток разбросанные тела монстров, раскиданные вещи. Сергей с Лидером − расцарапанные, всклокоченные. Лев, весь в синяках и красных пятнах, размазывает по лицу слезы пополам с кровью и грязью. Сергей сидит прямо на земле возле своей палатки и отрешенно пялится в стенку. Посередине стоит обманчиво расслабленный Берн и из-под полуопущенных век внимательно следит за обстановкой. Меч в его руке опущен, с лезвия капает бурая жидкость. Такая же сочится из разрубленных монстров. Кровь? − Тебе лучше не смотреть, − Берн шагнул навстречу и заслонил картину разгрома, − возвращайся в палатку. Утром разберемся. − Твари? − пискнул Лев. − Не появятся, − успокоил Берн, − я завалил проход в подвал. Подумал и добавил: – Вы идиоты, не видящие дальше собственного носа. Неужели вы не заметили кости в куче мусора здесь, в донжоне?! Вы вообще что-нибудь, кроме своих глупостей, замечаете? Ладно, в ущелье вы могли не знать об опасности наводнения, но тут не увидеть очевидных вещей! А если бы я не знал, как убивать нежить? Так и пропали бы? Земляне виновато опустили головы. Утром Берн снова не подпустил меня к полю боя. Магией вырыл глубокую яму и закопал останки. Остальные игроки собрали палатки и пришли к костру. Я готовила нам с Берном завтрак − рыбу и поджаренные на прутиках остатки хлеба. Земляне доели холодные голубцы и напились рекордно крепкого кофе. Вышли в дорогу, когда утренний туман поднялся только-только к вершине зарослей подлеска. Тропа устремилась напрямик к близкому горному отрогу. − Думаю, к обеду будем на месте, − заметил Берн. Пещера напоминала провал в никуда: темнота непроницаемым пологом висела уже в паре шагов от входа, не позволяя разглядеть что-то впереди даже со сверхмощным фонарем. − Не жги уж батарейки понапрасну, − негромко заметил Берн. Маг стоял, прикрыв глаза и прислушиваясь к внутренним ощущениям. Я последовала его примеру. Страха не было, было только терпеливое ожидание. − Что-нибудь чувствуешь? − принципиально игнорируя Берна, Сергей выключил фонарь и тоже рассматривал проход, потирая подбородок. Неопределенно пожала плечами: − Ничего особенного, только покой. Наверно, стоит идти уже? − Идем! − Лидер аккуратно расправил закатанные по летней жаре манжеты рубашки и первым вошел под прохладный гранит свода. Вздохнув, мы последовали за ним. Почти сразу, правда, Берн придержал меня за локоть и пустил перед собой, немного после поисковиков. Кивнув, я вгляделась в его лицо, но никаких знаков не заметила. Так мы и пошли: впереди смешно поддергивающий рюкзак Лев, не желающий уступать никому первенства, за ним Сергей, через пару метров я и замыкающим − маг. Наблюдая за спутниками, отметила про себя, как поменялось их поведение. Лидер чуть слышно насвистывал, слегка улыбаясь и помахивая любимым носовым платком. Им он периодически вытирал лысину. Хмыкнув, перевела взгляд на его помощника. Тот походил на идущего по охотничьей тропе волка − напряженный, сосредоточенный, готовый ко всему. Мрачно поглядывая на старшего по званию, он, кажется, боролся с искушением малость прищемить тому распущенный на финише хвост. Обернуться на мага лишний раз было проблематично, но я отслеживала его на тонком уровне, заодно тренируясь в истинном зрении. И если впереди меня было какое-то подобие радостного предвкушения, то сзади − только настороженное внимание. Берн явно готовился к чему-то неожиданному. Мне невольно подумалось, что предыдущие стычки между мужчинами могли оказаться только разминкой. Ход петлял, временами раздваивался, потом снова сливался в один, в конце концов, через два часа ходьбы расширившись вдруг до обширного зала. Кое-где впереди зияли трещины с узкими мостиками, уже знакомые мне по прошлым Играм колонны сталактитов, груды камней. Неожиданно рука Берна сжала мой локоть, мягко придерживая. Незаметно мы отстали от пары впереди не на метр-два, как раньше, а на целых пять. Я вопросительно приподняла бровь, глядя на мага. Тот неожиданно подмигнул и наклонился к уху: − Не нравится мне тут… и они не нравятся… надо бы поберечься… Тем временем, Лев приостановился перед первым препятствием. Попробовав ногой каменный выступ, сделал шаг, другой. Осторожно перебравшись на другую сторону, он оглянулся и нетерпеливо махнул рукой: − Ну, чего вы тормозите?! − Не терпится поскорее достичь финишной прямой? − кривовато усмехнулся младший поисковик, в свою очередь пересекая опасный участок. − А чего ждать? − Лидер беспечно улыбался, − тут осталось-то всего ничего! Думаю, к вечеру мы уже будем на месте. − Посмотрим, − буркнул Сергей. Мужчина внимательно оглядел пространство впереди и добавил, − не нарваться бы на неприятности… − Да куда уж еще? − его начальник махнул рукой, − на этот счет мы уже все нормативы давно выполнили! Я тихонько сморщилась и незаметно оглянулась на Берна: бравада старшего поисковика показалась наигранной. На душе как-то сразу заскребли, если не кошки, то уж точно котята. Маг чуть заметно качнул головой и аккуратно направил меня в сторону, обходя провал по широкой дуге. − Что, испугались? − весело подначил Лев, наблюдая за нами. − Я высоты боюсь, − очень кстати напомнила. Толстяк фыркнул, наблюдая за Берном, осторожно переправляющим меня вдоль стены через каменную осыпь. Не дожидаясь, они с Сергеем двинулись дальше. Берн огляделся и двинулся за ними, чуть в стороне. Зал сменился коротким проходом, открывшим целую анфиладу полостей разного размера. Одни из них были маленькими, другие достаточно обширными. Кое-где встречались разветвления, проломы и пропасти. Гранитные жилы перемежались с базальтом и известняком, кое-где посверкивали кварцевые друзы. Мелькнула шальная мысль попробовать добыть хотя бы один искристый сросток, когда мимоходом погладила особенно крупный кристалл. Заметив мой интерес, маг промолчал, а через некоторое время вдруг резко свернул в сторону, заходя за выступ, образовавший короткий закоулок. Из полутемного угла высверкнула неяркая вспышка, пахнуло горячим воздухом. − Держи, − в руку мне упал увесистый камешек. − Спасибо, − постеснявшись привлечь внимание слишком ярким выражением чувств, просто тихонько тронула рукав Берна. Невольно вспомнились другие, такие же сдержанные, проявления внимания со стороны воина: сбитые стрелой дикие груши с вершины дерева, ветка с ягодами, снятая с крутого склона в лучшем стиле Джеки Чана, наколдованный теплый ветерок в палатке в прохладную ночь, всегда уверенная поддержка сильной руки на круче. И все это на фоне жесткости в суждениях и жестах. Немногих слов, мрачных взглядов. Добросовестно сосредоточившись, попыталась вспомнить, когда в последний раз Берн улыбался. Кажется, это было… до развалин, но после озера. Да, точно! Именно на берегу озера я в последний раз видела, когда воин-маг выглядел веселым. Даже победив в первый раз Сергея, он не улыбался. Равнодушно оглядев вывалянного в грязи, утирающего кровь с лица мужчину, Берн пожал плечами и отошел к палатке. Пока я промывала его ссадины, боец молча сидел и смотрел на огонь. Только коротко погладил по руке, ободряя. Тогда мне хотелось рассказать, как я благодарна неожиданному заступнику, возможно, даже разреветься на его плече. Но, подумав, что этому сейчас не время, только оказала первую помощь, да постаралась сделать супервкусный ужин. Я мысленно улыбнулась и в очередной раз покосилась на воина. Тот теперь шел рядом, не забывая посматривать по сторонам. Постепенно базальта в толще породы вокруг нас становилось больше, красивые вкрапления исчезли совсем. Зато обвалы из призматических обломков встречались на каждом шагу. Берн совсем приблизился ко мне и замедлил шаг. От колючего взгляда, которым он неотрывно следил за парочкой впереди, мне стало не по себе. − Ага, вот они, знаки! − Лидер резко остановился и показал на обломки статуи, валяющиеся у дальней стены очередного зала, в украшенном барельефом простенке между несколькими ходами. − Теперь еще пара шагов, и мы у цели! Он хохотнул и потер руки. Я принялась рассматривать немного раскрошившееся изображение льва на задних лапах, держащего в передних большой рог. Статуя изображала какого-то средневекового короля, судя по доспехам с крестом. Пока мы любовались шедевром, Сергей и Лидер бегло оглядели проходы. − Вот он, нужный! − младший поисковик посветил фонариком, − он, кажется, единственный не оканчивается тупиком! − Вперед! − поисковики бодро двинулись первыми. Но, не успели мы пройти и ста метров, как впереди, за плавным поворотом, показался зал. В этот момент произошло нечто неожиданное: Лев с Сергеем переглянулись, младший вынул из кармана что-то маленькое и одним движением подкинул к потолку, прямо перед нами с Берном. Раздался ужасающий грохот, и последнее, что я запомнила − рука Берна, рванувшая меня назад. Пришла в себя, только когда уже осела последняя пыль от обвала, в объятиях притулившегося за выступом мага. − Ты как? − голос Берна был хриплым, словно тот неделю не пил. Я потерла грязной ладонью лоб: − Вроде нормально… ты цел? Что произошло? − Эти… − воин явно проглотил ругательство, − взорвали проход. Путь к последнему залу перекрыт. Давай вернемся в зал со статуей и поищем другой путь. Я аккуратно поднялась, а вот маг вдруг со сдавленным стоном завалился на одну ногу. Ахнув, я помогла ему снова сесть: − Ты ранен! − Ерунда, − он осторожно снял сапог и завернул штанину. − Не уверена, − достав из сумочки аптечку и флягу, я намочила бинт и бережно промыла ссадину, − кажется, у тебя перелом или трещина. Смазав рану, немного подумала и накрыла ее руками, сосредоточившись и вспоминая накрепко зазубренное заклинание исцеления. Когда я, наконец, устало села рядом, Берн коротко обнял меня за плечи: − Спасибо, − и поднялся, − пора двигаться дальше. Двинувшись в обратный путь, рискнула высказать предположение: − Наверно, именно взрыв они имели в виду, когда шушукались в палатке в первую ночевку. Помнишь, Лев упомянул «шумелку»? − Наверняка, − Берн кивнул, − еще раньше хотели бы от нас отделаться, но случая не представлялось… − Ты прав, ведь только в компании со мной Игра показала бы путь к Рогу… Уселись на удачно расставленные в кружок валуны в одном из углов зала и достали фляги: в горле першило от пыли. Заметив внимательный взгляд мага, поспешила успокоить: − Я в порядке! После короткого отдыха начали обследовать оставшиеся коридоры, и в одном из них, ранее представлявшихся тупиковым, в дальнем углу, обнаружили небольшой треугольный лаз. − Поскольку других вариантов нет… − вздохнул Берн, присаживаясь на корточки и заглядывая внутрь, − я лезу первым, ты за мной. Будь осторожна! − Может, лучше я? − робко предложила, − я меньше тебя… Тот подумал с минуту, а потом решительно полез: − Нет! Кто знает, что там может быть впереди? Лаз поворачивал то вправо, то влево, потом резко устремился вниз и закончился внезапно, в маленькой… комнате. В отличие от пещеры, стены в ней были тщательно выровнены и украшены барельефами: воины, побеждающие врагов, сцены быта, животные и птицы. Под сводчатым потолком плавало несколько магических светящихся шаров. На небольшом постаменте посередине лежал изящный рог из желтого металла, а все пространство вокруг было заставлено ларцами и сундуками. Я изумленно замерла перед алтарем, озираясь на баснословные сокровища: − А где же поисковики?! Они должны были давно нас опередить! Берн пожал плечами: − Значит, их путь оказался или ложным, или более длинным. Подумав, неуверенно предположила: − Получается, Игра выбрала тебя достойным владеть Рогом? Берн снова пожал плечами и шагнул вперед, к постаменту. Я испугалась, когда вдруг Рог засветился. Сияющая сфера плавно поднялась в воздух и, разделившись на два огонька, рванула к нам. В одно мгновение, превратившись в подвески на цепочках, каждый светлячок занял свое место на наших шеях. Тут же скосила глаза вниз, вертя в пальцах драгоценность: − Вот это да! Какой милый кулончик! А причем тут я?! − Забыла стишок, начертанный в гроте? − усмехнулся Берн, вертя в руке свой, − «лишь Идеал пробьет гранит и с Артефактом совладает»? − Идеал? Я думала, что это относится к характеру… − А может, это просто мужчина и женщина? Вместе составляющие божественную суть двуединства? Ведь не зря же Игра выбрала именно тебя для прохождения. А насчет гранита – может, имелся в виду взрыв, а потом узкий лаз, через который мы сюда попали? Я задумалась, присев на ближайший ящик. Мне-то казалось, что именно Берн показал в походе идеальные качества − смелость, ум, силу, быстроту, надежность. То, что имелась в виду философская идея «гермафродита» − идеального божественного творения, сочетающего в себе мужское и женское начала, мне в голову не пришло. От этого стало немного стыдно. А еще вдруг подумалось, что вот-вот появятся земляне и будет справедливо, чтобы и им немного повезло. − Идем? − я повернулась в сторону выхода, − пусть они утешатся остальными побрякушками! − Ты права, − маг поднялся следом, − мы успеем еще найти место для ночлега до темноты. Я только шагнула к норе, когда мой кулон вдруг стал горячим и засветился. Айкнув, сунула в рот обожженные пальцы. Обернулась как раз, чтобы увидеть, что подвеска Берна ведет себя точно также. В этот момент артефакты испустили такой свет, что я зажмурилась, успев в последний момент увидеть, как ближайший сундук передо мной втягивается в эти лучи. Через несколько мгновений свет померк до прежнего, а комната оказалась пустой, только каменный постамент одиноко торчал посередине. − Но, − я ошарашено подошла к магу, − как?! − Мы доказали чистоту помыслов и отсутствие алчности. Думаю, чтобы другие Игроки оставили тебя в покое, следует сделать одну вещь… Маг вскинул руки и произнес негромкий речитатив на неизвестном наречии. Над постаментом вспыхнула огнем сфера и через секунду появилась точная копия полученного нами Золотого Рога. Кивнув, я озвучила вдруг пришедшую в голову идею: − А ты можешь сделать его таким большим, чтобы только вдвоем утащить можно было? А то, боюсь, они попытаются избавиться друг от друга. − Молодец, − маг впервые за долгое время улыбнулся, раздувая рог до размеров хорошего сундука, − отличная идея! Я почувствовала, что краснею. Впрочем, насладиться триумфом мне не дали, тут же решительно направив к лазу: − Давай-ка поторопимся. Мне кажется, они вот-вот появятся. Мы еле успели выбраться наружу, когда нора за нашими спинами вдруг захлопнулась с глухим треском. − Вот оно как! − Идем, − Берн потянул меня к проходу. Следуя за воином, я несколько раз оглянулась, думая о возможной погоне, но тут вдруг заметила нечто совсем иное. − Берн? − осторожно дотронулась до рукава. − Мм? − воин не снижая скорости, оглянулся на меня. − Мне кажется, что мы шли сюда другими залами, − неуверенно показала на стены, − я не помню, чтобы нам попадались именно такие колонны на пути… Маг остановился и внимательно огляделся. − Но ведь других вариантов пути не было, я помню точно. − Может, это шуточки Игры? − Ты слишком многое списываешь на нее, − отозвался мрачно Берн. − А, по-моему, это логично, раз мы в ней находимся. − Игра − это не так просто. Часто в нее могут вступать совершенно посторонние факторы и участники… − Как это? Берн открыл рот, чтобы ответить, но не успел. Пол под ногами вдруг затрясся, вокруг загрохотали камни с потолка и рушащиеся в тучах пыли колонны сталактитов. Маг схватил меня за руку и потащил вперед, творя на бегу охранные заклятья. Пролетев один зал, другой, третий, мы вдруг вырвались из пещеры в лес. Укрывшись за вековыми соснами и судорожно переводя дух, я в ужасе наблюдала, как зев пещеры, словно пасть льва, захлопывается, навсегда погребая под собой все еще не разгаданные тайны и сокровища. – Вот и все, – Берн тяжело присел, привалившись спиной к стволу, – теперь Игра точно закончена. – А та парочка?! – я в ужасе подумала о поисковиках, как раз выбиравшихся по моим расчетам за нами следом. Воин покачал головой и пожал плечами. Через некоторое время, слишком хорошо изучив меня, счел нужным добавить: – Думаю, с ними все в порядке. Игра не будет убивать создателей. Я нащупала на груди кулон: – Получается, Игра закончена? – Думаю, вот-вот закончится. Видишь, в лес идет тропинка? Нам наверняка по ней. Мы подхватили вещи и углубились в подлесок. Тропа петляла, ныряла под поваленные домиком деревья, перелезала через толстенные стволы, вросшие в мох. Один раз мы переправились через ручеек, другой − Берн со мной в охапке слеветировал через глубокий овраг. Наконец, дорожка, к этому времени расширившаяся до глубокой торной колеи, привела на поляну. Посередине, лениво вылизывая лапу, разлегся Сфинкс. – Пришли? – прищурился, – молодцы, победили. – А что будет с теми, другими? – я все еще не могла оставить в покое этот вопрос. – Они на пути домой. Заслужили малый приз. – Тот, обманный? Сфинкс кивнул и поднялся: – Пора и вам домой. Меня на секунду скрутила слабость, и я оказалась дома, прямо посреди собственной комнаты. Вяло кинула сумочку на кресло, осмотрелась. − Ой, я и не слышала, что ты дома! − в комнату из гостиной пришла мама, − будешь пить чай? А что это у тебя за кулончик? Кто-то подарил? − Не откажусь, − медленно переоделась, − а насчет кулона, сейчас все расскажу по порядку. Чаепитие растянулось на добрых два часа, пока я не пересказала маме все свои приключения. Потом с работы вернулся отец, и пришлось повторять рассказ для него. Родители ахали, изумлялись, сердились, восхищались. Разница в поведении землян и иномирянина повергла обоих в культурный шок. − Даже близко не мог подумать, что такое возможно! − бушевал папа после сцены в первую ночевку. − Какой заботливый, достойный человек! − умилялась мама от поведения Берна. − И охотник, и воин, − с удовольствием перечислял папа. − И заботливый, и хозяйственный, − восторгалась мама, вытирая платочком глаза, − так достойно себя вел все время! О Риночке так позаботился!.. − Ну-ну, не плачь! − я обняла родительницу, − тебе вредно волноваться. Хорошо то, что хорошо кончается. − Значит, ты больше не будешь попадать в эти Игры? − уточнил папа. − Да, − я кивнула и положила себе еще печенья, − теперь все будут пожинать плоды своего поведения. Лично я, пожалуй, пойду, порисую. Усевшись за мольберт, первым делом начала торопливо зарисовывать портреты Игроков, благо, что лица всех троих, кажется, врезались в память навсегда. Потом пришло в голову, что теперь мне не нужно ни спешно подтягивать знания и навыки по всяким разнообразным сферам деятельности, да и всегда быть готовой, словно пионер, – тоже. Мысленно хихикнула, скидывая мокасины и влезая в привычные плюшевые тапки с помпончиками. Потом еще подумала, и сменила джинсы на уютный бархатный спортивный костюм. Мысленно от всей души пожелала Берну покоя и уюта. Кем бы он ни был, где бы ни жил – но молчаливый маг и в самом деле оказался Идеалом, наглядно показав мне, каким должен быть НАСТОЯЩИЙ мужчина. Зато земляне оказались как раз противоположным эталоном – какими мужчины не должны быть. Хмыкнув, встала и невольно уперлась взглядом в книжный шкаф с десятками книг в жанре «женское фэнтези». Вспомнила, насколько презрительно порой о них отзывался Влад и еще кое-кто из знакомых парней. И тут в мою усталую черепушку стукнула одна интересная мысль: а ведь главное, против чего всегда выступают парни – это как раз именно образы главных героев мужского пола! Именно их «идеальность» и вызывает приступ негодования, а вовсе не их наличие… я погладила пальцами ближайший корешок, обернутый в лаковую обложку с затейливым узором и села в кресло, продолжая размышлять. Ведь только что (ну почти, если уж совсем придраться), я провела кучу времени рядом с одним из таких героев! Маг, воин… Берн словно сошел со страниц одной из этих книг. Ну конечно! Невольно хихикнула. Как там сказано кем-то умным? Бойтесь своих мечтаний, ибо они могут сбыться? Ха-ха! Поздравляю тебя, Рина, твоя мечта сбылась! Побывала в шкуре попаданки, и даже принца на белом коне встретила… И двух злодеев… И легендерное сокровище… На этом месте икнула и машинально схватилась за шею: цепочка с кулоном была на месте. Тяжелое прохладное золото заставило очнуться и снова ощутить реальность. А ночью мне приснился сон… «…цепочки огней пробирались по горному серпантину, собирались лужицами на отлогом склоне предгорья и, наконец, сливались в море на поле. Готичность и масштаб картины завораживали: вспомнились и «Властелин колец», и саги о вампирах, и «Ночной дозор» с «Волкодавом». Стало страшновато. Потом меня перенесло вперед, прямо в гущу встающего на ночлег войска. Пролетая над лагерем, я рассмотрела закованных в броню воинов, коней в кожаных и стальных доспехах, отряды лучников и пехоту. В центре раскинулись разноцветные шатры. Я приблизилась. Полог самого большого и яркого откинулся, и вышел король со свитой. Монарха отличала корона поверх шлема, плащ с меховым подбоем, затейливо украшенные доспехи. Остальные − украшенный шрамами военачальник в простой броне, несколько советников в богатых доспехах, маги в легких кольчугах под мантиями. Сделав круг, я унеслась дальше, к правому флангу. Вокруг костра расположились конники. По кольчугам и небрежно брошенным рядом балахонам я узнала магов. Подумала, что все они очень молоды. Мужчины смеялись и что-то обсуждали. У одного на шее поблескивает маленький золотой кулон. Картинка резко поменялась. Серое утро, войско отчаянно обороняется от превосходящего противника, защищая подходы к перевалу. Сердце сжимается от слишком реалистичных в жестокости сцен. Меня снова уносит на правый фланг: отряд молодых магов отчаянно рубится, перемежая удары меча со смертельными заклятьями. Один из них вдруг падает вместе с конем. Я чуть не кричу: бедное животное потеряло часть передней ноги с куском лопатки. Всадник успевает встать, но его вот-вот сомнут. И тогда он вдруг хватается за ворот и сжимает в кулаке что-то сверкающее. Сквозь грохот сражения я слышу гортанный речитатив, маг на мгновение скрывается во вспышке света, и вдруг, откуда-то сверху, на поле боя падает столб пламени и огромный, переливающийся золотым огнем, дракон приземляется перед магом. Тот взбегает по подставленному крылу и гигантский магический зверь вступает в битву. Против дракона агрессорам противопоставить нечего, так что битва превращается в бойню. Снова смена картинки. Битва закончена. Мертвые и раненные вперемешку. Целители с помощниками снуют по полю с носилками и тележками. В стороне вокруг особенно внушительной кучи вражеских тел суета. Волевым усилием приближаюсь. Король со свитой в посеченных доспехах, покрытые грязью и кровью, но сохраняющие величие и надменность, верхом приближаются к горе трупов. За ней огромный золотой дракон только что закончил чистить хвост. Рядом с ним стоит его всадник − закопченный дымом, заляпанный грязью и кровью. Доспехи разрублены, рукав наспех перетянут тряпкой. Воин поглаживает огромную золотистую морду, почесывает шею под гребнем. Обернувшись к кавалькаде, склоняет голову перед монархом. Король начинает речь. Я навостряю уши. − …Вот пример бесконечной доблести и непревзойденного мастерства! Такой подвиг достоин высшей награды: отныне жалую вам звание архимага и должность нашего придворного мага и советника. − Благодарю за честь, сир. Но позвольте мне отказаться от этой должности. Мне милее путь Искусства, а не Власти. Мое убеждение в том, что магу приличествует постигать тайны Вселенной и магии, а не протирать паркет при дворе. − Вы не хотите стать моим придворным магом, Берн?! − Простите, ваше величество, но не хочу. Я убежден, что власть и придворная суета убивают в маге его талант. Мне бы хотелось остаться, как и прежде, Стражем Северного Кряжа, и служить вашему величеству и своей стране именно там. − Ну что ж, не смею вас неволить, архимаг Берн. Король резко кивает и срывается в галоп. Один из магов, чуть задержавшись, пытается поймать взгляд Берна, но тот уже отвернулся и взбежал по драконьему крылу». Я понимаю, что только что увидела триумф одного из Игроков, и от резкого всплеска радости просыпаюсь. Утром позвонила Зайка и приглас¬ила меня на междусобойчик: − Вика приехала на две недели, так что сегодня собираемся у меня! − А твой муж не против? − Как раз наоборот, − засмеялась Жанна, − он поедет к другу в мастерскую чинить машину и мешать нам не будет. − О, тогда все как обычно? − Разумеется! Когда я позвонилась в дверь к подруге, там слышался обычный бедлам: лаял Джим, играла музыка. Зайка распахнула дверь и громко возвестила: − Привет! А мы тебя уже ждем! − Привет, − я обнялась с подругой и отдала ей пакет с кое-какими припасами. ¬ В гостиной сидела Вика, Джим скакал вокруг меня, а Зайка расставляла на столе принесенные мной гостинцы. − Викуля! − мы расцеловались, − ты к нам надолго? − На две недели, − Вика снова села к столу, − как раз, чтобы сделать все дела. Она подставила свой бокал Зайке, разливавшей пиво, и добавила: − Кстати, Виктор вчера вечером одобрил мой выбор, так что с завтрашнего дня начинаем готовить твою выставку! − Как, с завтрашнего?! − у меня наступила легкая паника. − А сколько картин у тебя готово? − Зайка поставила бутылку обратно на стол, − десять есть? − Да, но я тут начала еще одну… − я действительно бацала в темпе наброски, посвященные финальному путешествию Игры. − Не страшно! − Зайка подняла свой бокал и провозгласила, − давайте выпьем за нас и нашу дружбу! Мы чокнулись и выпили. Зайка продолжила: − А картину незаконченную ты выставишь в следующий раз! − Какой следующий?! У меня еще этого не было! − Но ведь будет, − Вика пододвинула себе колбасу, − когда я твои картины Виктору показала, они ему очень понравились. Так что начинаем готовить выставку, а там, после аукциона, и про следующую подумаем. − Аукциона?! − я схватилась за голову. − Конечно, − удивилась Жанна, − зайка, ты что, не знала, что после выставки картины продают? − Нет… − Ну, ты даешь, − засмеялась Зайка, − даже я это знаю! − Не огорчайся, − Вика похлопала меня по руке, − Виктор собирается пригласить знатоков и любителей, а также прессу. Конечно, в первую очередь он думает о собственной рекламе, но ведь выставка-то все равно твоя! Договорившись, что завтра после работы мы встретимся и решим окончательно, что, зачем, почему, когда и как, перешли к обсуждению других новостей. − Лёка снова поругалась с Иркой, − сообщила Зайка. − Из-за чего на этот раз? − вздохнула Вика. − Да все как всегда. Помните, у нас был красавчик-препод, еще все девчонки и училки в него втрескались? − Ну помню. И что? − разумеется, я помнила молоденького доцента, редкой красоты и занудства. По нему обмирала большая часть Академии, но он так никого и не выделил. Ходили слухи, что он нетрадиционной ориентации. Звали его Аполлон. − Так вот, Лёка ездила в Академию восстанавливать диплом, и встретила этого Аполлона. И втрескалась. − Кто бы сомневался! − И начала осаду. − А с каких это пор Лёку интересуют скромные доценты? − Ну, машина у него «Ауди»… − А-а, тогда понятно! И чем дело кончилось? − Они разок встретились, но напоролись на Лебедуна. − Не удивительно, − вставила Вика, − ведь обе ходят в одни и те же места и на одни и те же тусовки. Странно было бы, если бы не встретились. − Ну, так вот, − Зайка кинула Джиму кусочек колбасы, − Лебедун мигом запала на Аполлона, так что сами представляете, в каких они теперь с Лёкой контрах. Пес стрескал колбасу и умильно ткнулся мне в колени. Я поприветствовала его шкуркой от селедки. Разговор перетек с Леокадии на ее подружку-соперницу Лебедуна, потом завертелся вокруг остальных новостей. В общем, междусобойчик явно удался. Этой ночью я спала невероятно крепко, и только под утро мне приснился единственный и очень важный сон. «…Большой актовый зал был полон народа. На сцене за длинным столом под алой скатертью сидели представительные люди. Центральное место занимал Лев. По правую руку сидел Сергей. Лидер встал и, откашлявшись, громко сообщил: − Я рад вам сообщить, что древний артефакт, Золотой Рог, действительно существует. И даже больше того, он найден и привезен сюда. Конечно, в целях безопасности хранится он не здесь, а в банковском сейфе, но мы уверены, что это не помешает нашему Ордену заручиться его поддержкой. Раздались аплодисменты. Когда шум утих, Лев продолжил: − Обретению этой реликвии мы обязаны нашему достойному соратнику, Сергею. И в качестве награды за этот подвиг я назначаю Сергея своим преемником и первым помощником. Теперь я спокоен, что после ухода на покой оставлю Орден в надежных руках. Зал снова разразился бурными овациями. Я отметила, что Сергей стоит с равнодушным лицом, словно это не его чествуют». Открыла глаза и подумала, что Игра все равно расставила все по своим местам, наградив каждого по его поступкам. В комнате заиграл мобильный. Пришлось вылезти из-за стола на кухне, где я смотрела интересный фильм, и поспешить на зов мелодии. Звонил Влад. Удивившись, я поднесла телефон к уху: − Але? − Привет, − в голосе парня неожиданно радостные нотки. − Привет. − Ты не рада меня слышать? − Просто не ожидала… − Не хочешь прогуляться? Я взглянула на окно, за которым бушевала октябрьская буря: − Ты за окно смотрел? − Предлагаю посидеть в ресторанном дворике торгового комплекса, посмотреть на витрины, по магазинам пройтись… Я впала в ступор: в первый и последний раз я посещала магазинный комплекс вместе с Владом только в самом начале нашего знакомства. Он же был и последний, − именно тогда я выяснила основные фобии парня (боязнь толпы и общественных мест), а так же тщательно скрываемую скуповатость и непрошибаемый прагматизм. − Владик, ты в порядке? − стоило на всякий случай сразу выяснить подробности, − ты же всегда говорил, что ненавидишь толпу и магазины! А там сейчас, в разгар выходных и непогоды, яблоку негде упасть! − Мне безумно хочется увидеть тебя, но не хочу, чтобы ты вымокла. А до комплекса ходит маршрутка прямо от твоего дома! Маршрутка?! Влад готов потратиться на маршрутку, лишь бы я не промокла?! Люди, мне страшно, − Влада подменили инопланетяне!!! − А-а, я поняла! − пока поверить в перевоспитание Влада мне было боязно, − тебе надо что-то купить, но ты не хочешь болтаться там в одиночку? − Да нет, просто хочу с тобой встретиться. − Точно-точно? − Точно-точно. − Честно-честно? − Честно-честно, − тут Владик, кажется, все понял, − я на самом деле просто хочу с тобой увидеться, вот и все. Без подвохов! Так мне за тобой заходить? − Ну… − Я поднимусь на твой этаж, откроешь подъезд? − Хорошо. Лихорадочно приступив к сборам, я все равно не успела. Прыгая на одной ножке, с другой в штанине, взяла трубку домофона и нажала кнопку. Через две минуты во входную дверь постучали, и Влад остановился в прихожей. − Я почти готова, − вышла в прихожую, на ходу застегивая молнию на шерстяной кофте, − привет еще раз. В ответ Влад вдруг сцапал меня за талию, привлек к себе и поцеловал в щеку. У меня отвалилась челюсть. − А что? − ухмыльнулся парень, − могу я соскучиться? − Хм… − лучше сразу все выяснить, − раньше тебя устраивали встречи раз в полгода, и при этом ты не скучал без меня… − Так то было раньше! Я озабоченно потрогала его лоб: − Вроде температуры нет… − Зато были некие Леокадия и Ирина… − И что? − Разве это не ты дала им мой телефон? − он лукаво заглянул мне в лицо. − Ире давала действительно я, но она просила контакты по поводу ремонтников… а Лёку мне не приписывай! И вообще, причем тут они?! − Просто эти две барышни, − его рука незаметно снова обвила мою талию, − оказались прямо твоей противоположностью… − Ну и что? − я попыталась аккуратно освободиться, − это всем известно, ты же давно знаком с моими подругами. − К счастью, был знаком всего лишь шапочно, − он попытался меня привлечь поближе. − Влад! − шлепнула парня по руке, − я просто тебя не узнаю! Что же изменилось? − Да ничего, по большому счету, − Влад оставил свои попытки и вздохнул, − просто я вдруг получил возможность сравнить тебя и твоих подруг. И вдруг понял, что мне не нравятся девушки, вешающиеся на парней и действующие всегда первыми. Мне нравится действовать первым самому. Я лихорадочно попыталась вспомнить, не делала ли так сама, и не смогла: − И что? Я вроде бы никогда так не делала… − Вот именно! Я вдруг понял, насколько это замечательно, − когда девушка не вешается тебе на шею в первую же встречу. − Ну… а я-то тут причем? − Притом, что я чуть тебя не потерял! − Влад попытался придать своему голосу проникновенность. Я подумала, что у него все равно плохо получается выражать свои чувства, и вдруг поняла, что не хочу возврата к прежним переживаниям. Без Влада жизнь оказалось намного спокойнее и гармоничнее. − Знаешь, Влад, − осторожно начала, − я думаю, ты не особо и стремился приобрести… − Как это? − Понимаешь, хотя Лёка с Лебедуном и являются экстремальными примерами, все-таки нормальные отношения между мужчиной и женщиной нельзя строить на чистом прагматизме и расчете, как это делаешь ты. − Да, я считаю, что надо всегда прежде всего думать, что ты хочешь получить от человека и каким образом! − тут же, словно отличник на уроке, отбарабанил Влад. − Вот именно. Но дружба и любовь строятся не на расчете, а на совсем других принципах. − А как же их тогда строят? − Боюсь, ты уже никогда не сможешь это понять, − покачала головой, с состраданием посмотрев на парня, − потому что прагматизм − твоя суть. − А давай я попытаюсь? Ты только расскажи, ладно? − А смысл? − я села на банкетку в прихожей, − Вадик, чувствам нельзя научиться, как математике или готовке. Либо ты испытываешь эмоции и чувства, либо нет. − Ну, ты меня совсем уж роботом выставляешь! − Вадик присел рядом. − А ты порой на него весьма смахиваешь, если честно. Парень задумался и поднялся: − Ладно, я еще подумаю над этим, а пока пошли гулять, как собирались? − Пойдем, − я надела куртку. В гигантском торговом комплексе на самом деле было многолюдно, но столпотворения не чувствовалось − слишком огромным было здание. Мы неторопливо шли по главной галерее, то останавливаясь возле особенно красочных витрин, то присаживаясь отдохнуть. Все это время я пыталась донести до спутника, что единственное, на что ему стоит рассчитывать со мной − просто дружба. Немногочисленные походы в кафе, совместный пленэр в парке. И не больше! Меня это вполне устраивает. Галерея была полна народу. Приглашенная Виктором группа музыкантов наигрывала что-то замысловато-этническое. Все было оформлено в мистическом духе – черные драпировки на стенах, стильный свет, официанты в балахонах и остроконечных «шляпах волшебников». Гости бродили от картины к картине, общались, пили шампанское и медовуху, смеялись и шутили. Я стояла в сторонке, рядом с хозяином галереи и выслушивала высокопарные сентенции от почетных гостей. Рядом стояла Вика и непринужденно переводила мне самые интересные высказывания иностранцев. Да, представляете, тут были и иностранцы! Два высоченных тощих француза с орлиными шнобелями, с ухоженными бородками и лихо закрученными усами «а-ля Сальвадор Дали» что-то наперебой тараторили по-французски, экспрессивно размахивая бокалами с шампанским. Я все время ждала, что они кого-нибудь обольют, но так и не дождалась. Пьер и Жак-Луи увлеченно рассказывали про свое видение эзотерики вообще и проблем отображения тонких миров в частности. Улыбаясь и кивая, тайком переминалась, мучаясь от того, что приходилось все время выворачивать шею, глядя на высоченных французов. Виктор выглядел немного растерянным, вставлял односложные реплики и все время пытался уйти. Сжалившись, я предложила ему пообщаться с ближайшей компанией гостей, непринужденно замаскировав это якобы закончившимся вином. Виктор благодарно мне улыбнулся и слинял. Я снова повернулась к французам: − Ну, так что вы хотели сказать по поводу йогических мудр? Мне показалось, что Рерих как раз не уделял им особого внимания… Пьер заулыбался и снова затараторил со скоростью пулемета. К нам подвалила ослепительная Лёка в сопровождении сногшибательно выглядевшего Аполлона. Тот, в шелковой бордовой рубашке и белом костюме, действительно, словно сошел с обложки глянцевого журнала − встречные дамы выпадали в осадок, а Лёка пыжилась от гордости. − Мэри, позволь тебя познакомить с моим другом Аполлоном. Аполлон, это Марина. Марина, это Аполлон. − Очень приятно, − я вежливо раскланялась, − можете звать меня Риной. − Это ваша первая выставка? − походя ослепительно улыбнувшись Вике, спросил красавчик. − Да, − решила показать мажору свое равнодушие. − А мне нравится ваша манера живописи, − Аполлон не сдавался и не уходил, не обращая внимание на тянущую его прочь Леокадию, − темы ваших полотен настолько необычны, что невольно цепляют за душу. Наверно, вы пережили немало удивительных приключений в жизни? Ага, прошла Игру в качестве «компьютерной» героини! Вот только рассказывать об этом не стану… − Ну, как вам сказать? − я сделала задумчивый взгляд, устремленный за горизонт, − мне с детства нравилось искать ответы на самые таинственные вопросы. Судьба порой такая шутница!.. Мне нравилось ставить ей подножки и смотреть, что получится. А потом сами собой рождались такие вот картины… Нет, конечно, я понимаю, что они немного странные, но… − Вот в этом вы абсолютно не правы! Они не странные, а загадочные! − разошелся Аполлон. Вика вполголоса переводила наш разговор французам, а Лёка почти паниковала. Ее протеже приосанился и вдохновенно вещал, − сейчас, в эпоху циничного материализма, такой философский взгляд на вещи невероятно редок и должен цениться на вес золота… Поль решил вмешаться и через Вику поинтересовался мнением Аполлона об одной из моих картин. Они утянули ее в качестве переводчицы в тот угол и принялись что-то экспрессивно обсуждать, чуть ли не тыкая бокалами в полотно. Забытая Лёка осталась со мной, нервно поправляя затейливую прическу. Не успела я перевести дух, как к нам подвалил Виктор в сопровождении еще пары гостей. Солидные предприниматели интересовались искусством и собирались устроить в своих офисах мини-галереи. Мы начали подробно обсуждать последние тенденции в живописи и их связи с атмосферой в офисах и производственных помещениях. Оценив «Ролексы» и массивные золотые перстни-печатки, Лёка воспряла духом и попыталась встрять в разговор, но тут вернулся Аполлон. Сцапав подругу под локоток, он удалился в сторону французской пары. Леокадия уходила неохотно. Бизнесменов сменили владельцы еще одной галереи, с заманчивым предложением выставиться у них. Их отогнал появившийся с еще одним бокалом для меня Виктор. Вика, успевшая вернуться ко мне, ловко свернула щекотливую тему и переключила внимание на другие вопросы. Через пять минут наш разговор прервал гонг – приглашение на аукцион. Из десяти картин проданы были восемь. Две из них Виктор снял с торгов, сообщил, что выкупает для своей галереи. Остальные распределились между уважаемыми людьми искусства и сцены. Вика с ликованием в голосе перечисляла крупные компании и знаменитые в столице галереи, куда отправятся мои картины, а потом на ушко сообщила, что установила контакты с другими галереями и выставочными залами, так что без заказов я не останусь. Закончилось все это безумие в час ночи, фуршетом «для избранных». К концу упившиеся дармовым шампанским французы строили глазки всем, кто хоть отдаленно походил на женщину, Виктор лихо планировал организацию моей следующей выставки, а еще пара галерейщиков нашептывала на ушко соблазнительные предложения вперемешку с комплиментами. Мне, абсолютно не привычной к подобному навязчивому вниманию, было серьезно не по себе. Подбросив меня домой на личном авто (статусный «Лимузин» с личным водителем!) Виктор пожелал творческих успехов и предложил созвониться через пару месяцев, когда накопятся новые картины. Я кивала и соглашалась, практически засыпая на ходу. Дома было тихо, ни одно окно не светилось − еще бы, середина рабочей недели и два часа ночи! Попрощавшись с Виктором и кивнув открывшему мне дверцу водителю, как можно изящнее оперлась о предложенную руку и выбралась наружу. Медленно двинулась к подъезду. Приостановилась, вдохнула свежий ночной воздух, улыбнулась сама себе и открыла дверь. На моей груди в ответ тихо сверкнул кулончик в виде старинного рога.