Плохой учитель истории

Я шла домой от Дмитрия. Увидеть его мне так и не удалось, так как вахтерша не пустила меня дальше ее стола. Может, оно к лучшему? Может, это такой своеобразный знак судьбы в виде пожилой женщины? Кто знает... Однако сейчас я иду по улице, а в голове лишь одна мысль, не дающая покой: «Он тебя не достоин». Правда ли? И кто может определить, достоин тебя человек или нет? Все так сложно, и мне трудно разобраться в себе. И эти некие потери в памяти порядком надоели, словно я под наркотиками. Хотя, откуда мне знать, ведь я никогда не употребляла... Я уже подходила к дому, как меня окликнул знакомый голос: — Роза? Где ты была так поздно? Я обернулась. В темноте рыжие оттенки его волос превратились в каштановые, что было очень непривычным. Я привыкла видеть его всегда светленьким, с бледноватой кожей, а сейчас он казался таким мрачным... Может, на это влияет мое настроение. — Гуляла, — коротко ответила я. Мы с Мейсоном в последнее время не слишком ладим. — Опять к нему ходила? — я не смогла разобрать, забота это была или злость. Может, и то, и то одновременно. — Какая разница? Сейчас я тут. Мейсон вздохнул. Его губы немного приоткрылись словно в попытке что-то сказать еще, но он промолчал и лишь подошел и крепко обнял меня. Я и не понимала, как скучала по нему до этого момента. Я двумя руками обхватила его мускулистое тело и прижалась еще крепче. — Я так скучал по тебе, моя маленькая девочка. Прости, что оставил тебя... В такой сложный момент твоей жизни. У меня были проблемы... — Какие? Расскажи мне, Мейсон! — я отстранилась от парня, заглядывая в глаза. — Скажи, прошу. Мы отдаляемся друг от друга из-за этих секретов, понимаешь? А я не хочу, — я замолчала. — Не хочу отдаляться от тебя, слышишь? Ты дорог мне, черт возьми! — Тише, Роуз, тише... — он притянул меня к себе. — Я расскажу тебе, ладно? Расскажу, но пообещай, что перестанешь ходить к нему, обещай мне, что постараешься избегать его. — Он мой учитель, как я могу? — Внеучебное время. — Что, черт возьми, с ним не так?! — Я расскажу тебе, и ты сама поймешь. Прогуляемся до кафе? — Я не хочу никуда идти. Мамы дома нет, пойдем ко мне. Некоторое время он смотрел на меня, обдумывая, но потом молча кивнул, и мы пошли к подъезду. Я достала ключи от домофона, открыла железную дверь, и мы вошли внутрь. Мейсон быстро поднимался, перепрыгивая через две ступеньки. Я пыталась догнать его, но в следующий раз, когда решила перешагнуть сразу через три ступеньки, запнулась и упала. — Черт! — выругалась я. Вечно со мной все не так. — Роза, аккуратнее. Ты мне еще живой нужна. Он спустился и помог мне подняться. — В порядке? — Да, но, кажется, вывих. Я не могу двигать левой ногой. — Как ты могла так сильно удариться-то, горе луковое. Идем на ручки, я донесу. Я неодобряюще посмотрела на него. Что за бред! Не хватало еще чтобы мы вместе упали. — Я дойду, — ответила я, но когда вновь начала подниматься, ногу пронзила не сильная, но боль. — Хватит спорить, — он быстрым движением поднял меня двумя руками. Я обхватила его шею, и мы начали подниматься. Мне (или ему) повезло, что до квартиры остался лишь один лестничный пролет. Когда мы дошли до квартиры, я достала ключи от квартиры и открыла дверь. Мейсон занес меня внутрь. — Так, все. Отпускай меня, — скомандовала я, и получилось слишком грубо. — Пожалуйста. Парень вздохнул, но отпустил меня. Я, опираясь на Мейсона, благополучно дошла до гостиной и уселась на диван. — Ты сиди тут, а приду через пять минут с чаем. В глубине души начало развиваться чувство тревоги, и я старалась приглушить его, так как не совсем понимала отчего эта тревога взялась. Рыжеволосый, как и обещал, вернулся с двумя чашками чая и уселся рядом. — Ну? Может расскажешь? Мейсон вздохнул; казалось, он хотел как можно дальше оттянуть этот разговор, но четко понимал: раз начал об этом — нужно договорить до конца. — Розмари Хэзевэй, обещай мне, что все то, что ты услышишь, останется лишь между нами двумя. — Обещаю, — я выжидающе посмотрела на него. Тревога все росла и росла. — Это не шутки... — Да сказала же, обещаю! Несколько секунд он смотрел на меня глазами, полными сожаления. Что, мать его, с Дмитрием не так-то!? — Просто... Дмитрий... не тот, кем себя выдает, ладно? — аккуратно начал объяснять Мейсон. — И твое нахождение с ним... Опасно, как минимум. — Он что, серийный убийца?! — Мейсон горько ухмыльнулся. — Почти. Он — вампир. Я разразилась смехом. До чего смешно, вампир! Нет, он серьезно? Вампир! Но чем дольше я смеялась, тем серьезней становилось лицо Мейсона. В определенный момент он стал настолько серьезным, что я прекратила смеяться. — Роза, я серьезно. Все эти сказки о вампирах, ведьмах, оборотнях... Они не просто сказки. Они живут среди нас, некоторые из них даже наши друзья! — Что за бред ты несешь, Мейсон? ТЫ попал в плохую компанию? Из-за этого у тебя были проблемы? — Я так и думал. Ты не веришь. Он помедлил, не решаясь. А потом я увидела нечто: с невообразимой скоростью Мейсон встал с дивана, забрал у меня чашку с чаем и уже через несколько секунд чай был на кухне, а рыжеволосый рядом со мной. Что, черт возьми, только что произошло?! Как это понимать? Может... он подсыпал мне что-то в чай? Определенно! Я же не видела, что он делал на кухне... Не видела. — Теперь веришь? — я все еще сидела с открытым ртом, обдумывая все варианты происходящего. — Что ты подсыпал мне в кофе... Мейсон! — закричала я. Мне становилось ужасно страшно, та тревога, что раньше лишь росла, стала до чертиков пугающей. — Успокойся, Роза. К сожалению, я тоже... Вампир. Но, послушай, родная, я хороший! Я не убиваю людей, слышишь? Никого еще не убил! А насчет Дмитрия... Я не уверен, понимаешь? Не уверен. Я не знала, что делать; бежать ли, оставаться ли. Но сейчас я просто стояла как вкопанная, руки закрывали лицо, а ноги настолько сильно тряслись, что меня всю передергивало раз за разом. Я почувствовала горячо-обжигающую руку Мейсона у себя на плече; я не хотела, чтобы он прикасался ко мне, после того, что сделал со мной. Как он мог подсыпать какую-то дрянь мне в чай?! Я убрала руки от лица и посмотрела на Мейсона. Его глаза встретились с моими. — Успокойся, маленькая. Не бойся меня. Его слова действительно успокаивали, и я перестала трястись. Странное, но такое знакомое чувство... Я не помню где и при каких условиях, но я точно чувствовала что-то, подобное этому! Я обмякла, слезы наполнили мои глаза. — Идем ко мне, не плачь. Не плачь, слышишь? Я рядом. Я не дам ему ничего сделать с тобой. Не дам. Всю оставшуюся ночь я проплакала в объятиях Мейсона, но с ним было так... спокойно!