Посредственность моей жизни начинает давать сбои

Дождия немного трясущемся руками закрывала дверь квартиры. Внутри нее было незнакомое чувство, похожее на шевеление чего-то в темноте. Вчерашний вечер она слишком хорошо помнила и не могла себе этого простить. Она напоследок с напускным равнодушием бросила взгляд назад. О нет, больше она никогда не будет равнодушной. «Он, наверное, еще спит там на полу. Милый! Какой же он милый, когда спит,» — с замиранием сердца подумала Локсар. Ничего не было, он уступил ей свою кровать, и только. Бесконечная благодарность и что-то незнакомое было на сердце. Выходя из подъезда, она пересеклась с девушкой. Локсар окинула ее взглядом, каким обычно смотрят на прохожих, и только про себя отметила крашеные белым волосы. Девушка же эта поднялась на второй этаж, к той самой квартире, у которой только что стояла Дождия. Она со злобой нажимала на звонок и стучала в дверь. Отчаянно, больше вымещая раздражение, чем в надежде, что ей откроют. Наконец из дверного проема высунулась сонная голова парня. Грей очевидно не очень соображал, что происходит, не говоря о том, чтобы помнить вчерашний вечер. — Грей! — вскричала девушка, с намерением начать скандал, но тут же отвернулась, — Фу, Господи, отойди! Он впустил ее в квартиру, сам направляясь в сторону ванной, смыть с себя похмелье. «Не помню ни хрена! Видать паленка была,» — раздраженно подумал Фуллбастер, подставляя голову под струю холодной воды. Он скинул с себя влажную и грязную одежду, когда на пороге ванной появилась девушка. — Мира, вот на кой ты меня будила? — с жалобы на жизнь начал Грей. — Оденься, эксгибиционист хренов, как не приду — ты полуголый. Вот ты мне скажи, откуда это чертова машина гангстеров под моими окнами! — Какая машина? — спросил парень, что-то мутно вспоминая, — Блин! Нацу, идиот; я сегодня заберу честно-честно! — Ладно, — сокрушенно произнесла Мира. Комната погрузилась в молчание, Грея это раздражало. Ну не могла Мира прийти просто так, чтобы накричать на него за левую машину. — Что случилось? — спокойно задал вопрос Фуллбастер. — Лисанна, — почти неслышно произнесла девушка. Этим было все сказано. С начала учебного года она начала вести себя очень странно. Грей не верил подруге, пока не увидел ее: очень похудевшая, вечно с телефоном в руках, она больше не смеялась и не улыбалась. Вспомнился вчерашний вечер. Очень смутно сквозь дождь он видел, как из машины вместе с Нацу выходит беловолосая девушка. Короткая стрижка, опущенные плечи, глупый смех. Это была Лисанна. — Ничего не говори. Я приду сегодня в наш бар, — излишне холодно сказал Грей. — Но… — Мира прекрасно поняла, что Грей не будет ее слушать, и тихо и незаметно ушла. Лисанну она не видела с четверга, а сегодня воскресенье, и она больше не в силах это терпеть, сегодня вечером она напьется.

***

Следующий день можно было бы назвать самым ужасным в жизни Эльзы. Не то чтобы она ненавидела общественную работу, но и иллюзий себе не создавала. На сцене она — бревно. Любая публика, пусть самая маленькая вызывала у нее желание сбежать. — Вот смотри, как мы вальсируем, — раздраженно бросила Люси, она с Греем сделали несколько плавных движений. — Неужели это так сложно?! — Для меня — сложно. — Ну давай тогда я, Господи, почему выбрали именно тебя! И все в том же духе. Скарлетт не очень понимала, почему они с Греем не могут этого выучить одни, и обязательно надо терпеть эту визгливую стерву. Хотелось закатить скандал, но выставить себя такой же истеричкой перед Греем может быть не безопасно. Кто знает, что он за человек? Эльза сидела на полу, слушая Сердоболию, и закипала, закипала. — Ладно, пойду куплю чего-нибудь попить, — бросил парень. Он вышел. — Уступила бы мне, и не мучилась. Опозоримся и будем драить школьный бассейн, — все так же вещала блондинка. — Почему я должна уступать тебе? — насмешливо спросила Эльза. — Потому, что мы из-за тебя опозоримся, очевидно же, — грубо бросила Люси. — Специально не буду. Чтобы ты не самоутвердилась лишний раз. Ведь для тебя так важно танцевать в обворожительном розовом платьице, чтобы тобой все восхищались! — Разве я не достойна? — гордо произнесла Сердоболия, — Моя семья много сделала для этой школы. Да, я вижу: при Грее ты не такая дерзкая, хочешь произвести впечатление? — Не хочу никого пугать. А ты чего вдруг стала такой сучкой, рядом с ним такая милая. У вас же очень близкие отношения? Игра против правил. Люси молча взяла свой портфель и ушла. Это была запретная для нее тема и в этом гадком террариуме никто не должен был знать ничего о ней настоящей. Люси заигралась, она вжилась в свою защитную маску и не заметила перемены условий. «Это так по-детски. Веди себя нормально!» — вспомнила она слова Фуллбастера, Эльза говорила в сущности так же. Скарлетт была морально вымотана. В отношениях с людьми она привыкла «обороняться» и «уклоняться от прямых военных действий», поэтому «наступление» далось ей с трудом. Она закинула на плечи свою сумку и отправилась домой в общагу, ее ждал продолжительный путь под противным грибным дождиком. В одном из коридоров она встретила парочку своих одноклассников. — Грей-сама, Дождия хотела сказать… Как бы… — красная как рак девушка, опустила взгляд и пыталась выдавить из себя хоть слово. Эльза молча прошла мимо. Что-то в ее душе шевельнулось: сочувствие к Локсар или неприязнь, кто знает? За окнами коридора усиливался дождь, который начал уже порядком раздражать. — Эльза, ты куда? Мы еще не репетировали толком! — кричал ей вдогонку Фуллбастер. Она уже хотела как-то отделаться от него, но тут в сумке зазвенел найденный вчера телефон, да еще такой чисто бабской музыкой. Перепугавшись, она выронила сумку на пол. — Чертовой телефон! — проговорила девушка, выключая звук. Взгляд Грея замер, а на губах заиграла довольная улыбка. — Откуда он у тебя? — Да на улице нашла вчера, а что? — Может это прозвучит странно, но не могла бы ты мне его отдать? Это телефон моей хорошей знакомой, — спокойно сказал парень. — На здоровье. Он мне порядком надоел.

***

Настал день Осеннего бала. Еще с утра никто не решался походить к Скарлетт, а ближе к концу уроков ее аура убивала на расстоянии до трех метров. Танцевать она не умела, и сознание грядущего позора давило на нее. Плюс волнение. Они, конечно, пытались репетировать хотя бы сегодня, но в классе совершенно не было места. Расставляли столы для кафе, вешали гирлянды, Грею пришлось дважды ловить Люси, один раз вместе с карнизом, за который она держалась до последнего, второй раз вместе с Нацу за голову которого она успела ухватиться. Эльза помогала Леви-чан с готовкой и, к прискорбию парней, нашла в кладовке ящик красненького. Короче говоря, репетиция не шла. Да и место особо не было — вся школа в движении. — Эльза, я придумал, пошли! — Фуллбастер потянул ее за руку с кухни. Крыша была «гениальной» идеей, учитывая, что дождь до этого только моросивший, вот-вот должен был грянуть. Чернильные тучи, казалось, почти касались крыши, придавая всему окружающему сумрачный черно-белый отлив. Словно через затемненные очки. — Давай, раз-два-три, раз-два-три, — Грей подхватил ее быстро переставляя ноги. — Но музыки же нет, — до последнего отнекивалась девушка. Не сработало. Она оступаясь, неуклюже вальсировала, со всей силы хватаясь за Грея, чтобы не упасть. Было глупо, было смешно, но они не останавливались. Скоро замолкло и мерное "раз-два-три раз-два-три" Грея, только ветер иногда развевал волосы девушки, мешая видеть лицо партнера. Всего за полтора часа она научилась, отдалась танцу, ведь никто не смотрит. Эльза чувствовала свое тело, чувствовала тело партнера, она не старалась делать движения четче, только отдавалась ритму — он сам все сделает. — Фух, я прям устал, — сказал Грей, садясь на холодный бетонный пол; людишки внизу казались такими мелкими, какими в принципе и были. — Где ты так хорошо научился танцевать? — спросила Эльза перевешиваясь через бордюр крыши. — Бесконечные приемы, ужины, обеды. У богатых людей это считается нормой этикета, — сказал парень вслух, а сам подумал, что пьяная Люси да и Мира страсть как любят потанцевать. — Ладно, — добавил он, — можешь идти одеваться. Осталось часа полтора, может меньше до начала. — Одеваться? — Да. — В платье, да? — и тут Эльза вспомнила роковое «ты же девочка» и «это не значит, что возьму это с собой», ой зря она отказалась тогда взять с собой хоть одно платье. — Агась, — мечтательно ответил Грей, предвкушая, что будет эти полтора часа дремать здесь на крыше. Эльза поникнув побрела в сторону входа, и не дойдя пару шагов обернулась. На ее лице читалась неуверенность: — Кхм, Грей, тут такая проблемка…