Горький кофе

Наша любовь прекрасна, потому что невозможна. Фредерик Бегбедер. Любовь живёт три года

      Они такие счастливые! Идут, держась за руки. Ее глаза светятся от счастья. Он и идет, и что-то увлеченно рассказывает, а она смеётся. Зеленая листва на деревьях делала тень от палящего солнца, что помогало хоть на время охладиться. Прохладный ветерок свободно разгуливает по парку, что только их радует, потому что в последние дни стояла чудовищная жара, которая сводила всех с ума. А главное — они вместе. «Ах, да, это же мое воображение», — про себя сказала Соколова. — Воображала, может, ты пойдешь, дверь откроешь? — Елена поймала себя на том, что она разговаривает сама с собой. Причём уже не первый раз.       Она направилась в коридор, откуда доносилась звонкая трель дверного звонка. Заглянув в глазок, она не была особо удивлена. За дверью стоял шеф-повар одного из лучших ресторанов Москвы. Ей хотелось сделать вид, что никого нет дома, но что-то внутри заставило ее повернуть ключ и открыть дверь. — Ты что-то хотел? — совершенно безразлично спросила шефиня. Она и сама удивилась своему холоду в голосе, но вида не подала. — Поговорить с тобой, — еле держась на ногах, заплетающимся языком ответил Виктор. — Ты пьян! - констатировала женщина. — А ты прекрасна. Завтра утром я буду трезвым, а ты по-прежнему будешь прекрасна, - говорил в ответ он.       На этих словах Елена захлопнула дверь и ушла прочь в гостиную. Она, словно надоедливого поклонника, отшила Баринова. Вот это настоящая женщина! Не смотря ни на что, вот так просто взяла и выставила незваного, но такого любимого гостя. Видимо, этот «поклонник», не смотря на своё состояние, понял все сразу и ушел без лишних слов.       Елена Павловна удобно расположилась в кресле и начала читать любимую «Анну Каренину». Впервые она прочитала эту книгу, когда училась в институте, и с тех пор она всегда с ней, как талисман удачи. Частенько, после трудного рабочего дня, Соколова за книжечкой отдыхала. Чтение влияло на неё как-то по-особому. И вот сейчас, зная книгу от корки до корки, она перечитывает любимые строки, вспоминая всё до мелочей. — «Всё кончено, — сказала она. — У меня ничего нет, кроме тебя. Помни это», — спустя какое-то время процитировала Толстого Елена. Она задумчиво смотрела на фото на ее комоде. Фото со дня рождения Елены, где они вдвоем. Она улыбнулась, вспомнив, что сегодня ровно год со дня их знакомства. Как много может измениться за год. За какой-то один маленький год. В её жизнь неожиданно вошёл человек, который вскоре стал любимым, но через определённый промежуток времени он так же неожиданно вышел из неё. Казалось бы, если закрыть этот период их встреч, то можно сказать, что ничего не изменилось. Вот только она бы с этим не согласилась. Этот мужчина определённо занимал в её жизни какое-то своё место, и это причиняло боль. После этого маленького философского отступления она снова опустила глаза в книгу и погрузилась в чтение. *** — Мёртвая годовщина, — задумчиво произнесла женщина, всё время раздумывая над этим понятием.       По сути, это, действительно, так. Ни осталось ничего живого в их отношениях. Ничего. Абсолютно. За исключением воспоминаний, которые скоро погаснут, как свеча. Все это пройдет. Исчезнет без следа. Как известно, время лечит. Жаль, что слишком уж долго и не всегда это так...