Глава 1. Танец с дьяволом
19 июля 2016 г., 20:28
София Розелль расчесала свои густые золотисто-каштановые волосы ещё раз, перед тем как заплести французскую косичку на голове. Это будет ещё один жаркий день в Готэме, а находиться в битком набитом сотнями детей помещении не очень полезно. София по-прежнему любила свою летнюю работу, любила детей, и её босс, Брюс Уэйн, был ей благодарен за это.
Несколько лет назад плейбой-филантроп решил взять новый проект здания летнего лагеря для детей, чтобы они могли ходить туда, пока родители работали, продолжая держать их «в безопасности и счастливыми», цитировал сам Уэйн. Здание было фактически тем местом, куда она хотела бы пойти, будь она ребёнком: здесь было много спортивных залов, крытых кортов и площадок, где дети могли вымотаться (к огромному облегчению своих загруженных работой родителей). Выходя, она схватила ключи с кухонного стола и быстро покинула апартаменты.
София разблокировала свой старый «Студебейкер». Это был её первый автомобиль, и, несмотря на многочисленные предложения отца купить дешёвую машину, она не могла отказаться от него. Она копила деньги со своей работы, а затем, наконец, смогла позволить себе машину своей мечты. Конечно, она была уверена, что мистер Уэйн пытался в этом ей помочь.
Она вспомнила тот день, два года назад, когда босс втянул её в то, что она называла «Задумчивой сессией», где он задавал ей самые рандомные вопросы. В этот день, в частности, он спросил её, чего она хочет больше всего, что-нибудь материальное или другое. Будучи девятнадцатилетней, она сказала о машине, о которой мечтала с тех пор, как ей исполнилось десять. Когда она ехала на работу в новом автомобиле, ухмылка играла на его красивом лице, когда он подмигнул и сказал: «Хорошая машина».
Несмотря на его многочисленные попытки флирта, София держала Уэйна строго как друга и работодателя, зная, что он просто забавляется. В качестве личного помощника София сблизилась с Брюсом больше, чем с многими другими сотрудниками. Она помогала дворецкому Брюса, Альфреду, в планировании многих вечеринок и благотворительных акций в особняке Уэйна.
Без сомнения, её близость к боссу принесла свои плоды в виде машины, в которой она сейчас сидит. Ведя автомобиль, она включила радио, но не очень-то и слушала его. Скорее оно играло роль фонового шума, помогавшего Софии избавиться от чувства одиночества.
Она остановилась у бесконечных зданий снаружи и, войдя в одно из них, подскочила к одной из её самых любимых скаутов, Лили Моррисон. Она благодарила Бога за то, что провела целую неделю отпуска с детьми.
— Эй, Лили-кувшинка, — она улыбнулась девочке, которая, в свою очередь, ухмыльнулась в ответ.
— Привет, София! Угадай, что мне вчера купили? — спросил ребёнок.
Сделав вид, что задумалась, она вздохнула: «Я сдаюсь. Что у тебя, малышка?»
Лили повернулась, чтобы показать блестящие заколки для волос, почти такие, какие были на Софии вчера.
— Великолепно, дорогая! — Она подняла и закружила Лили, а сердце её наполнилось теплотой, когда она услышала, как хихикает крошечный ребёнок. Она опустила Лили на землю и подошла к другим вожатым, однако её встретили мрачные взгляды.
В этом городе она даже не была уверена, хотела ли она знать, но любопытство заставило её спросить свою лучшую подругу, Делани Миглиоцци (которая также была вожатой).
— Что случилось?
— Кто-то сбежал из Аркхема вчера вечером.
София замерла, уже зная ответ на свой следующий вопрос.
— Кто это был? — прошептала она, не желая услышать, что ей скажут.
— Джокер.
София почувствовала, как её сердце забилось в груди, когда она вспомнила всё, что он натворил за последние месяцы, в том числе взорвав место содержания под стражей: там её дядя Джерард работал копом. Вдруг на неё нахлынула ярость.
— Кто-нибудь может держать этого урода взаперти?! — прошипела она. Её коллеги согласились с ней, но лучше сдерживали свои эмоции. Не говоря ни слова никому, она ворвалась в уборную и умыла лицо холодной водой. Она должна была сохранять здравый ум, если не ради себя, то ради детей. Они не могли видеть её такой, это было слишком тяжело для них, особенно для Лили, чей отец был убит в том же взрыве, как дядя Софии.
Она вышла из уборной с совершенно каменным лицом и попыталась успокоиться. Маловероятно, что из всех мест в Готэме летний лагерь будет первым в списке для посещения. Хотя он был буйным психом, Джокер ещё не убивал детей, и София всерьёз сомневалась, что он окажется здесь в любой момент или в любое время, если на то пошло. Никто не мог быть настолько дефективным, даже Джокер.
***
С последнего момента большого побега Джокера его нигде не было видно. София смутно задавалась вопросом, было ли это всего лишь уловкой, чтобы поддерживать удовлетворение СМИ, но сильно в этом сомневалась; даже пресса не хотела возвращения Джокера. София очень старалась сосредоточиться и поддерживать позитивные разговоры с Лили. Она сидела и вплетала в её волосы ленты, когда услышала треск из рации. — Можешь повторить, пожалуйста? — спросила она в микрофон. В ответ ей быстро ответили: «Всем сотрудникам и отдыхающим направиться в главный спортзал, немедленно». Она услышала странный звуковой сигнал, электричество в здании погасло. София взяла сотовый телефон и использовала его, чтобы без препятствий проводить детей в комнату отдыха. Спускаясь по лестнице, София наткнулась на Делани и её группу. — Лейни, что, чёрт возьми, происходит? — поинтересовалась София, пока некоторые более «невинные» дети охали, услышав ругательство. Делани просто пожала плечами. — Знай я, сказала бы тебе. До тех пор, пока электричества нет, мы могли бы спуститься в зал и узнать, что случилось. Остальная часть пути прошла в молчании. Многие из скаутов, включая Лили, прижались к вожатым в темноте. Несколько минут ходьбы к крупнейшему тренажёрному залу заняли, казалось, вечность. Когда они добрались до места назначения, жуткий смех отдался от стен эхом по коридору и, в конечном итоге, прозвучал прямо в голове у Софии. До этого момента она держала себя в руках. Всегда есть разумное объяснение, она выяснит, что оно не имеет к нему никакого отношения. Сейчас, правда, девушка была напугана больше, чем когда-либо в жизни. Она хотела заморозиться, хотела развернуться и бежать, бросив всё, потому что слышала этот смех раньше, в новостях и в её вечных кошмарах. София точно знала, кто был в том зале, и не надеялась выжить. Она знала, что, как только войдёт в зал, окажется лицом к лицу с Джокером. Сделав глубокий вдох, она медленно толкнула дверь и приготовилась к танцу с дьяволом.
