Солнце Конохи

Прошёл целый год. Иногда казалось, что дни тянутся, как жвачка, а всё из-за того, что осенью наступал сезон дождей, а с ним приходили и болезни. А так как Наруко не любила тепло одеваться, болела она часто. Приходилось снова лечиться, но не таблетками, а овощами и фруктами. Курама своей чакрой простуды не лечит, считая мелочным растрачивать энергию на подобное, но вместе с тем находит очередной повод напичкать её полезной пищей. И, на превеликую радость голубоглазой, ей поутру иногда приносили большие пакеты со сладкими, но полезными подарками. Узумаки была уверена на сто процентов, что это её тайный шиноби-спаситель постарался. Или даже эта таинственная девушка с инициалами "У.М.". И от мысли, что у неё появятся ещё два друга, в животе бабочки порхают от радости. И предвкушения. Она точно когда-нибудь пересилит себя, найдёт и познакомится с ними. Она уверена в этом. Да и девушка в записке упомянула, что они обязательно встретятся. Нужно просто верить. Наруко целых семь лет, поэтому, как сообщил старик Третий, она должна отправиться в Академию. Ремонт в её квартирке устоялся, желание переезжать почему-то отпало. А может быть потому, что она была счастлива и вдохновлена мечтами? У неё есть верный друг, который, за своей напускной холодностью и хищническим безразличием, скрывает заботу. Иметь свой огромный дом - тоже мечта, но она вполне осуществима даже без становления Хокаге, только бы подождать пяток лет. Можно ведь и на миссиях получать деньги, так и накопить... Узумаки живёт мечтами. Сейчас, пока она ещё ребёнок. И вполне этим довольна. Тренировки в бешеном темпе прекратились, Курама подкорректирует порядок тренировок с учётом расписания её занятий. Наруко хочет найти друзей, а академия шиноби - просто прекрасное место, такой шанс упускать нельзя. Она будет упорна, если заприметит цель. Там и можно будет потренировать вместе, гулять, сбегать вместе с уроков... Эх, лишь бы туда попасть и научиться там чему-нибудь путному. Но сначала нужно хотя бы проснуться. *дзинь дзинь дзинь дзинь дзинь дзинь дзинь дзинь дзи- *пдыщ* - маленький, но довольно тяжёлый кулак Узумаки попал прямо в будильник, остатки которого безжалостно столкнулись со шкафом. Будильник издал последний писк - *д-з-и-н-ь* и окончательно сломался. У него уже нет шанса на восстановление. Девочка продолжила досматривать сон, в котором она была Хокаге и помогала людям, они наконец-таки признали её, зауважали... Но назойливый луч (уже в который раз она забывает задёрнуть чёртову штору) нагло потревожил её сон, а что самое плохое, его нельзя выключить или сломать, как она сломала будильник. Голубоглазая лениво потянулась на кроватке, широко зевнув. Вперившись не моргающим взглядом в серый потолок, неторопливо вытерла ладонью слюну, которой, оказывается, замарала ещё и подушку. Посидев в заторможенном состоянии добрые десять минут и думая тяжкие думы, она удосужилась-таки посмотреть на настенные часы. Утреннюю меланхолию как ветром сдуло. - ..Полдевятого? Серьёзно что ли, ттебайо.. - она почесала затылок, а в голове упорно старались работать шестерёнки. Точно, в Академию же ей надо к девяти... Хех. Весело, однако. ..Только вот какого хрена она продолжает сидеть? - Я же опаздываю в Академию шиноби. Точно. Пора уже давно идти. Бли-ин... До неё наконец-то дошло. Но от этого лучше не стало, честно. "- Так могла лопухнуться только ты, мелкая," - в голове прозвенел сонный голос Курамы. "- А разбудить меня тебе было слабо?" - начала наступать блондинка. Ну, незаслуженно оскорбили - заслужи! Звучит, если честно, как жизненное кредо Наруко. "- Пф, вот ещё, я тебе не личный будильник," - Курама ещё ничего не подозревает, только удивлённо щурит глаза. "- Раньше же ТЫ меня будил, Лис!" - сиё местоимение так резануло слух, словно когтём по стеклу прошлись! Раз эдак двадцать. Громкий девчачий голос просто сотряс подсознание, а для чуткого слуха Лиса это было явно "не-оченьски". Хорошо ещё, что она к нему не заходит, ей не до этого - тяжело одновременно искать свою одежду по всему дому и дожёвывать какой-то бутерброд. "- Ну, так времена меняются. Хотя, нет, ты же всегда на скандал напрашиваешься. Тебя отныне будит будильник!" "- Он меня всё равно не разбудил!" "- Так я в этом, что ли, виноват?" - вот представьте теперь состояние Лиса! И зачем вообще фразу вставил, раз она за неё так зацепилась. Теперь надо бы с ней поаккуратней. "- Да, ты! Ты мог бы увидеть, что будильник меня не разбудил, и разбудить!" "- Как прикажешь мне это увидеть, мелочь?! Я через тебя не вижу!" - Кьюби потихоньку зверел. Глупый сосуд! Глупый, глупый, глупый! "- А подключить своё зрение через моё?" - Наруко появилась в подсознании с таким негодующим и невинным лицом, что его передернуло. Хотя передёрнуло отчасти из-за того, что он увидел её ночнушку. С уточками. И причёску. И так не терпелось вставить: "Ты корову завела? Отведи её в стойло, ибо не фиг разрешать ей себя причёсывать!" "- Я ничего не могу увидеть пока ты спишь, идиотка! Не испытывай моё терпение!" - рявкнул Лис и дал понять, что разговаривать с ней он больше не намерен. Это было понятно даже по тому, что он тактично пропустил чакру между прутьями клетки и не давал ей даже приблизиться к нему. Узумаки надулась. Обидел её, ещё и не пропускает. Блондинка показала Лису язык, и, гордо задрав подбородок, вышла из подсознания. С этим спором только зря потеряла пять минут. Курама с минуту молча смотрел в одну точку, всё поражаясь произошедшему. Эта мелочь просто испытывает его терпение на прочность. Капризная, как Кушина. Эх, Минато, мало ты ей дал, кроме внешности, глядишь, спокойней бы была. Но она ещё белый лист, на ней можно рисовать любые узоры, любыми красками. И Курама решил, что этот белый лист должен остаться светлым и чистым. Желание упорно выполнять свои цели, добиваться мечт, иметь желание подружиться и обнять весь мир - так не каждый может, не у каждого найдётся столько упорства. Только у неё. Такие дети рождаются раз в тысячелетие, и Лис, чего греха таить, рад, что у него такой джинчуурики. Рикудо не врал, сказав однажды, что найдётся ещё на свете тот человек, который может полюбить хвостатых даже больше, чем он сам... А тем временем Наруко кинула идею позавтракать и привести в порядок кимоно одновременно, и пулей помчалась в ванную. Та была в синих тонах, с плиткой преимущественно голубого оттенка, санузел и душевая кабинка разделена белой перегородкой. Всё чисто, аккуратно, как раз во вкусе Наруко. Хотя, кто сказал, что она сама любит порядок соблюдать? Убирается она крайне редко, зато "на подольше хватает". Сделав все свои грязные дела, блондинка, обернув голову полотенцем, дабы волосы чуть высохли, задумчиво буравила шкаф с одеждой. Кимоно или не кимоно?... Та загадочная "У.М." подарила их ей вместе с повседневной одеждой. Может, стоит хоть в свой первый день покрасоваться? Однозначно стоит. Кимоно было лёгкое, приятное на ощупь, нежно-лилового оттенка с рисунком лилии на правом бедре и на коротких рукавах. В целом оно не достигало и колен, поэтому Наруко надела под него короткие шорты. Так, в конце концов, как-то спокойнее. Платья она не очень любила отчасти из-за того, что они постоянно рвались и портились, да и не потренируешься в них, но кимоно, тем более, такое красивое, грех было хоть раз не поносить. Праздник у неё или как? Белокурые волосы, которые Наруко всегда завязывала в два пышных хвоста, она решила сегодня распустить. Кудри цвета пшеницы, длинные, чуть ниже лопаток, золотистым водопадом опускались на спину и плечи. Они за год очень сильно отросли, чему блондинка была несказанно рада, хотя отращивать их дальше смысла не было, будут только мешаться. Ей нравилось заботиться о своей внешности, хотя иногда это действительно доставляло неудобства. Пока Наруко их расчесала, прошло долгих семь минут. Волосы довольно редко у неё путались, несмотря на погодные условия типа ливня и урагана, но если такое и случалось, то процесс расчёсывания затянется надолго. Собственно, это сейчас и происходило. Узумаки катастрофически опаздывала, не успев толком позавтракать, а от одного съеденного бутерброда живот теперь так бурчит, так бурчит...

***

"Фух, успела, даттебайо. Одна минутка до звонка," - Узумаки неотрывно пялилась на циферблат часов. В руках сжимала выданные ей принадлежности, стоя перед дверьми Академии. Как и ожидалось, на церемонии вступления её приняли не очень-то и тепло, но Наруко это не особо волновало. Она давно привыкла. Девочка упорно не замечала ненавистные взгляды взрослых и заинтересованные - других детишек, с гордо поднятой головой прошествовала в класс. Она, в конце концов, не тряпка. Со всеми ещё подружится. Нужно просто быть самой собой. Да и разговаривать в полностью набитом коридоре очень трудно, ибо отвлечёшься хоть на секунду - откроется заветная дверь кабинета и тебя раздавят, не заметив. А этого не хотелось никому, поэтому дети вели себя, как подобает будущим шиноби - тихо, сдержанно. Что-то долго кабинет не открывается, что же там подготавливает учитель. Будоражит. Интересует. Судя по другим группам, кабинеты которых находились подле, они уже начали урок. Интересно. Школа убийц, проще говоря, академия шиноби, одна на Коноху. Здесь учатся и клановые, и бесклановые. Их рассортировывают на четыре класса по тридцать-сорок человек. От класса "А" до "D". Наруко посчастливилось попасть в класс, где преимущественно клановые дети (это было видно по курткам их родителей, на спинах которых изображён герб семьи, да и в самих чертах лица проскальзывают клановые особенности, как те Инузука с их крутыми клыками-татуировками). Конечно, здесь есть и простые, так сказать, личности, но явно одарённые или хотя бы наиболее приближённые к их уровню физического и умственного развития. Ну, Наруко особенный во всех смыслах человек, да и наполовину клановая, поэтому неудивительно, что Хокаге отправил её в этот класс. Значит, он тоже верит в неё, что она найдёт достойных друзей. Это хорошо. Лишь бы найти, с кем сесть за парту, а там уже и познакомиться. И тут - о чудо! - дверь резко открылась новым классным руководителем, что приветливо улыбался. Но его лицо быстро приняло невозмутимый вид и он попросил заходить в кабинет поспокойнее. Дети, на удивление, послушались и, распрощавшись с родителями, зашли в кабинет, наобум выбирая места. Их предупреждали, что лучше сразу выбрать себе место и закрепить его за собой. Прямо с прохода было видно, что кабинет украшен плакатами, шариками, а на доске что-то изображено цветными мелками. Мило. Наруко логично поступила, дождавшись, пока кучка детей рассосётся, стратегически отступая назад. Тут она наткнулась на кого-то спиной и мысленно перекрестилась, лишь бы это оказался не взрослый. Наруко боязливо и медленно обернулась, наткнувшись взглядом сначала на маленького мальчика с иссиня-чёрными волосами, что буравил её недовольным взглядом. И по надменному взгляду с искрой раздражения уже понятно, что он хотел сказать, но тактично промолчал. Подняв голову чуть вверх, она уставилась прямо на мужчину, что стоял за черноволосым ребёнком, спрятав руки в длинных рукавах кимоно. В такую дорогую на вид одежду одевается клановый шиноби, судя по чертам лица, ещё и Учиха. Он просто смотрел на неё сверху вниз, и, если так заметить, с малой долей интереса. Что важно, он не был зол, а это уже хорошо. Узумаки медленно перевела взгляд на миловидную брюнетку, в которую посмела по-неосторожности врезаться. Судя по всему, мама этого мальчишки с чуть странной причёской и жена этого мужчины. Милая женщина со светлой, ободряющей улыбкой. А ещё она очень красивая, с заботливым взглядом, которым смотрели на неё лишь несколько человек. А теперь и она. Ну, скажите хоть слово, что вы та самая женщина, что приносила сладости и записки!... - Эм.. Простите, я не специально, - выдавила из себя Наруко, скромно улыбаясь. Ну, от мужского пола, а в особенности от Учиха, слов ответных не дождёшься: они лишь кивнули, и мальчик, судя по всему, одногодка самой Наруко, удалился в кабинет. Ну что ж, разговор будет очень коротким. - Ничего, Наруко-чан, не переживай! - произнесла женщина, тепло улыбаясь. Узумаки бодро кивнула. Она искренне верила, что это та женщина, которая помогает ей по доброте душевой и наверняка знает родителей. Она единственная, кто назвал её по имени с женским суффиксом. Лишь бы подружиться... Только в такие моменты осознаешь, что довольно стеснительна и зажата в общении с незнакомцами. - Меня зовут Микото Учиха, - решила представиться женщина, элегантно поправив чёлку и присев на корточки перед блондинкой. Она то ли в страхе, что ударят, то ли по инерции, отступила назад. Улыбка женщины померкла. Микото Учиха. Учиха Микото. "У.М." Это несомненно она. "Не соврала ведь, что мы ещё встретимся. И почему я так среагировала? Сама не знаю, даттебайо. Слабачка я, вот кто. Если бы Курама сейчас не спал - точно засмеял бы. Столько твердить, что хочу её увидеть, а, встретившись лицом к лицу, - пугаюсь. Дура я," - Наруко стояла в замешательстве, внутренне борясь со своей излишней пугливостью. Женщина до боли в костяшках сжала кулаки. Чёртовы жители, как же они запугали ребёнка... Дочь Минато и Кушины этого не заслуживала никоим образом. Она защитила селение, став джинчуурики, оберегая клетку с Кьюби в своём теле. Странно, что она вообще не переменила свой мягкий характер от такого-то к себе отношения. Измывательства, избиения чуть ли не каждый день без всяких на то причин. Глупые жители деревни. Идиоты, недостойные и жизни, не то что презрения. На себя бы сначала посмотрели, демоны. Волки в овечьей шкуре. А вот Наруко совсем как раз наоборот. Микото пообещала сама себе, если уж клан не позволяет взять опекунство над дочерью покойной лучшей подруги, то она будет ей хоть чуть-чуть помогать. Конечно, боль и страдания сладким не заешь, но это хотя бы что-то. Уж лучше, чем ничего. Да и кимоно, которое Учиха выбирала целый день, на ней просто прекрасно сидит... Теперь, когда ей позволили раскрыть себя перед Узумаки - она не станет молчать, как бы её не уговаривали! Расскажет всю правду о родителях, расскажет всё о них, что нужно самой Наруко. Лишь бы она приняла эту помощь, не отторгла и не испугалась. Кушина была прошлым джинчуурики, она была сильной и могущественной, с несгибаемой волей. И её дочь тоже сильная, обязана быть таковой. Фугаку, муж Микото, думал точно так же. Пусть он и мастерски скрывает свои эмоции, как и любой Учиха, но стоило ему заглянуть в кристально-голубые глаза, что плескались страхом и виной - всё рухнуло. Он ей действительно сочувствовал, у неё должна была быть счастливая жизнь со своей семьёй. Она упорно продолжает верить, что всё будет хорошо. Черта сильного человека. Идентичная копия внешности Минато, его покойного лучшего друга, что погиб так ужасно вместе со своей женой. Просто душа колет и разрывается. Он не раз поднимал на совещании вопрос, что делать с джинчуурики и предлагал роль опекуна в своём лице. Он понимал, что это глупо. Её, джинчуурики Кьюби, нельзя отдавать в руки тем, кто при желании (хм, что за бред?) могут уничтожить деревню. И плевали они, что ребёнку плохо, одиноко и обидно за такое поганое отношение. Те же Нара тоже выдвигали свою кандидатуру. Они, за неимением додзюцу, могли принять в свою семью, как и Яманака, Акимичи, Инузука.. Но, как один, их отвергали. Такое ощущение, что старейшины специально оборвали все возможности Наруко сблизиться с кем-то, заиметь семью. Неужели не понятно, что она от такого отношения только сильнее обозлится на деревню? Микото любила Кушину, как свою родную сестру, полюбила и Наруко, как родную племянницу - обиженную, напуганную и разбитую несправедливостью жизни. Она нравилась Фугаку тем, что напоминала своих родителей, переняв их лучшие черты. - Я Наруко Узумаки! - таки смогла перебороть мгновенный страх блондинка, теперь дерзко смотрела в ответ. Губы Микото тронулись в ласковой улыбке. - Учиха Фугаку, её муж, - подал голос темноволосый мужчина. Его волосы не были такими, как у Микото или его сына, а отливали каштановым блеском. Глаза пронзительные, чёрные, как и у всех чистокровных Учиха, глубокие, словно бездна. В них плескалась лёгкая заинтересованность к столь малолетней персоне, Наруко это в какой-то степени даже польстило. Она наслышана от Кьюби, что этот клан злой, подчиняющий всех хвостатых. Хладнокровные, невозмутимые, безжалостные убийцы... Курама слишком уж приукрасил действительность. - Приятно познакомиться, даттебайо! - бодро отсалютовала блондинка. - Но мне пора уже. На первый урок. - Хорошо, Наруко-чан, - Микото всё же встала, поравнявшись с мужем. - Мы с тобой ещё встретимся. - Ага! - Узумаки полетела к двери и, постучавшись, зашла внутрь, напоследок обернувшись и проводив счастливыми глазами уходящих взрослых. Вот, находить друзей оказалось не настолько сложно. Бояться нечего, лишь бы её не отторгли одноклассники. - Извините за опоздание, сенсей, задержали на входе, - Наруко поспешила поклониться учителю, что до этого сидел на стуле и бодро так беседовал с классом. Все, как один, обернулись на голубоглазую. Кто-то смотрел заинтересованно и даже оценивающе, кто-то буравил недобрым взглядом. И, к несчастью Наруко, сенсей относился ко второй "группе". Ответил холодное "сядь на свободное место" и так же холодно относился. Узумаки про себя тихо фыркнула. Пф, да пусть он даже не спрашивает её сегодня, не обидится. Итак она на всю деревню известна своими проказами и характером. А ещё своим милым прозвищем демон. Так оно и было. У всех детей спрашивали имена, клан, просили рассказать что-то о себе, а её как всегда проигнорировали. Неудивительно, это даже вошло в привычку. Наруко и сама удивилась, когда почувствовала такое пренебрежение к сенсею, будто бы он вообще не в состоянии испортить ей настроение. Может, так повлияла встреча с Микото? Радость эту уже не перекрыть даже взрывом атомной бомбы, а какое-то там не людское отношение и презрительные взгляды девочек, коим не понравилось, что она такая смазливая, смогут расстроить её? Пф, бред вообще. И да, действительно, она не полюбилась абсолютно всем девочкам в классе, чей бы взгляд не словила. И всё это, видимо, из-за того парнишки, что сын Микото и Фугаку. Сразу видно было, что не урод, но зачем девочкам смотреть на него влюблёнными глазами? Это Учиха, а у них одна сила на уме, по надменному взгляду сразу понятно. Курама не раз об этом упоминал, и в этом ему она верила безоговорочно. Окинув мальчика, в отличие от остальных, пренебрежительным взглядом, Наруко уткнулась взглядом в парту. "Что-то я многовато с Курамой болтаю, его эмоции уже перенимаю. Пренебрежение. Нет, такого я не хочу, ттебайо," - мотнула головой блондинка и принялась слушать молодого классного руководителя, коего звали Ирука Умино. Он радостно вещал о том, какие начнутся уроки: первые два года их ждёт чистая теория, а остальные три - практика, экзамены и.. контрольные. Последнее Наруко не очень понравилось. Она не любит читать скучные учебники (если только Курама не заставит, или тема уж больно заинтересует), а уж писать по ним проверочные работы.. Нет уж, увольте. За пустыми беседами, вопросами, бальной системой и планами на будущее прошло где-то два с половиной часа. Слава Ками, что через полчаса этот кошмар, ласково именуемый первым днём учёбы, закончится и можно будет познакомиться с классом и вечерком потренироваться. Ожидание оказалось слишком облачным, реальность куда хуже - это мнение Узумаки об учёбе. Поэтому она так предусмотрительно спряталась на "камчатке", где оказалось довольно мало людей - один рыжий парнишка, что ел чипсы, сидел у окна, и ещё один мальчик. К нему-то она и решила аккуратно подсесть. Его меланхоличный взгляд не говорил о том, что ему ненавистно её общество, но окружили его конкретно. И то хорошо, рыжий пухленький мальчик даже улыбался приветливо. Видимо, эта парочка друзья - решили отсесть ото всей болтовни подальше, чтобы побеседовать в тишине и уж никак не слушать учителя. Хотя, не очень-то они и болтали, только чипсы жевали да тишиной наслаждались. Наруко поначалу было неудобно. Вот после урока и познакомятся. "Мда, безудержное веселье, ттебайо," - хмыкнула она, боковым взглядом осматривая своего соседа, что был отчасти похож на сенсея своей причёской а-ля ананас и карими глазами. Но почему-то сразу создаётся впечатление, что он уже давно изучил все программу обучения, ему как минимум сорок лет и он уже устал от жизни. Аура уж больно тихая, как.. как.. облако на небе. Никого не трогает, и ничто его не колышет. Мальчик самым наглым образом спал на парте, и это безразличие вызывало неприкрытую зависть. А Наруко, вопреки всему, спать уже не хотелось. Она продолжала косо его рассматривать. Был бы он недоволен таким раскладом - давно бы наорал. И вот, наконец, прозвенел спасительный звонок. Урок ознакомления на сегодня закончен, приходите в понедельник с выданными вам принадлежностями и так далее.. Наруко это уже всё порядком наскучило. Единственное, почему она ещё не сбежала из этого душного помещения - друзья. Завести друзей. Вот и вся причина. Она, если честно, уже разочаровалась в школе. Ну, прошлись они полчаса назад по другим кабинетам, познакомились с другими учителями: по тайдзюцу, женскому/мужскому этикету, правильной икебаны.. ммм, фантастика. Все остальные предметы - история, математика, литература, физика, тактика ведения боя и так далее по списку - будет преподавать Ирука-сан. Так вот. Учитель, прихватив с собой классный журнал, спешно ретировался, оставив учеников. Поболтают все, раззнакомятся, а потом пойдут своей дорогой. Кто на полигон, кто с новым другом в кафе, а кто домой. Наруко твёрдо решила, что познакомится с двумя соседями по парте. Рыжий полненький мальчик поспешно встал, положив чипсы в сумку, доброжелательно улыбнулся Наруко и протянул руку. - Привет! Меня зовут Акимичи Чёджи, а тебя? - задал он простой вопрос, сверкая небольшими чёрными глазами. Сразу видно, что он очень добрый и общительный. "Хорошего человека должно быть много!" - заулыбалась Узумаки. Она хотела набрать веса, потому что была худой спичкой с тонкими ногами и руками, но Курама почему-то упорствовал. - Привет, ттебайо! Меня зовут Наруко Узумаки, - пожала руку блондинка, радостно сверкая голубыми лазурными очами. Лицо мальчика медленно переходило в замешательство, а глаза забегали по её лицу. Наруко вздрогнула. Он.. такой же, как и остальные. - Ты наслышан обо мне и боишься, да? - блондинка грустно понурила голову, опустив руку. Казалось, сама она стала меньше. Чёрт, да что же это такое, а? Почему, почему все, только услышав её имя, перестают с ней общаться? Так всегда было!... - Не-а, - неожиданно послышался монотонный голос снизу и зевок. Тот спящий брюнет с высоким колючим хвостом, напоминающим ананас, наконец-то заговорил. Узумаки ещё не слышала его голоса, но поймала себя на том, что он довольно приятный и тихий, хотя немного сонный. - Мы тебя не боимся. Меня зовут Нара Шикамару. - А?.. - Наруко, коря себя за смущение, покраснела. Чёджи опустил глаза в пол. - Ну, ты не очень похожа на ту.. эм.. как тебя описывают другие дети, - тихо произнёс Акимичи. После извлёк из сумки полную пачку чипсов, открыл и протянул их блондинке. - Будешь? - Так значит вы не считаете меня демоном? - не веря своим ушам, прошептала голубоглазая. - Я теперь ваша подруга? - Ну типа того, - еле разобрать, что из-за зевка произнёс Шикамару, но суть Наруко уловила. После с полукриком-полувизгом притянула к себе обоих парней, словно в бреду шепча благодарности. Те, мягко говоря, опешили. - Может, вы прогуляться хотите? - она таки взяла пачку чипсов в руки и активно припустила к выходу с такой широкой улыбкой и блестящими глазами, что Акимичи и Нара сами невольно улыбнулись. Такие чистые глаза мало у кого встретишь. - И почему её считают монстром? От неё не веет ничем таким подозрительным, - шепнул Чёджи на ухо другу. Тот кивнул и, еле подавив очередной зевок, засунул руки в карманы штанов. - Не знаю. Она совсем не плохой человек, я видел её не первый раз. Единственное, я знаю, что она проказничает в деревне, разрисовывая стены и привлекая внимание жителей, но это, как я понимаю, просто финты для привлечения внимания. Она сирота, как мне говорил отец. По её глазам это сразу видно, - так же тихо ответил шатен. - Ясно.

***

Наруко вовсе не одинока. Белая полоса в жизни началась и так хочется, чтобы она никогда не заканчивалась. Счастье наконец-таки добралось до неё, осталось лишь ухватиться за него покрепче и не отпускать. Прошло уже почти полгода обучения в Академии, и, не сказать, что они прошли плохо. Но и не хорошо. Узумаки в целом отдаёт всю себя усердным тренировкам в облюбованном полигоне, а полночи и уроки в школе благоразумно просыпает. Конечно же, получает нагоняи от Ируки-сенсея, но отвечает на все его вопросы без запинки и является далеко не последней в классе по успеваемости на данный момент; сбегает с уроков вместе с Шикамару, Чёджи и Кибой Инузука - у того и вправду очень крутые татуировки клыков. Правда, ссорятся они постоянно, но это в шутку. Зато с ними приятно проводить время, шутить, смеяться. Лучших друзей её возраста и не сыскать. А ведь приятно разрисовывать скалы Хокаге вместе, а не в одиночестве! Как же было интересно иногда бывать в гостях, болтать с приветливыми родителями друзей, которые отнюдь не были против их общения, даже угощали вкусностями, давали советы по совместным тренировкам. Для самой Узумаки, которая за это время ещё сильнее укрепила связь с Курамой, это было словно прекрасным сном. Как же приятна и непривычна была забота! Тайный шиноби-спаситель перестал навещать Наруко по ночам, передавая пакеты с фруктами и овощами. Обижаться на него нет смысла. То ли у него миссии, а соответственно, времени нет, то ли приказ Хокаге больше недействителен, но он перестал ходить. Это сначала немного задело блондинку, но она понимала, что даже ту крупицу радости она переняла именно из-за него. Именно из-за него она впервые почувствовала какую-то мнимую, странную, но всё же радость. Хоть и тайно (ведь лица и имени она не знала, и, скорее всего, не узнает), но он проявлял заботу в самых простых вещах - поправлял одеяло, гладил по голове, прямо как отец, наверное, так бы делал. Как отец.. Глупо сравнивать. Отец с тайным шиноби не сравнится, но у неё нет второго примера. Итак хорошо. Наруко уже никогда не было просто хорошо, настолько, что хотелось обнять весь мир и просто заливисто хохотать от радости. Но неизменные проблемы так и остались таковыми. Прогресс не ушёл вверх ни на йоту, а это.. не то что огорчало, скорее злило. Хотя Узумаки понимала, что с мальчиками ей гораздо лучше общаться, хотелось иметь хотя бы одну подругу. Нормальную, адекватную и не влюблённую в красавчика Учиху Саске. А в её классе найти такую уже само по себе фантастика. Девочек в её классе было предостаточно, но ни с одной из них она не смогла подружиться. Девочки это организовали свой фан клуб, в котором состояли практически все особи женского пола в академии, конечно же, не считая саму Наруко. Но, если быть откровенной, Наруко больше нравился Итачи Учиха, старший брат Саске, и Шисуи - их двоюродный брат. Плевала она, что они старше, это не мешало ей восхищаться их силой и нечеловеческой красотой. Вот уж у кого фан клубы должны быть! Или уже есть. А, может, самой создать?... Она на дух не переносила младшего Учиху и можно смело сказать, у них это было взаимно. Они постоянно соперничали, находили приключения на свои задницы, постоянно огребали от учителей, да и могли сцепиться друг с другом прямо во время урока. Хотя, если подумать хорошенько, к ним в класс скоро попадёт ещё один человек - Хьюга Хината. Она раньше в клане занималась, теперь ей, примерно через пару месяцев, можно будет в академию. От Кибы Наруко узнала, что она очень хорошая девочка, с такой надо бы подружиться. А теперь самое интересное. Учихи, откровенно говоря, отдельная тема. Для самого Кьюби и Наруко - просто разрыв шаблонов. Кто бы мог подумать, что практически все они любят детей, поэтому смазливая мордочка Наруко только сыграла ей на руку, а ещё могут искренне улыбаться и откровенно стебаться друг над другом (взято на примере Итачи и Шисуи - близких родственников Саске)? Да никто об этом и не знает, кроме Узумаки. Она сразу полюбилась всему клану. Неизвестно, как, но факт оставался фактом. Кьюби так и не смог себя перебороть, постоянно отключая ментальную связь именно во время нахождения своего сосуда в этом "чёртовом красноглазом клане". И, знаете, единственный человек в клане, который нравился Кураме - это, пожалуй, Микото. Наруко однажды шутила, что они были бы прекрасной парой, за что не раз получала головную боль в течение дня, ибо когтями по клетке долбить, можно и слуха лишить. Микото и Фугаку будто заменяли ей родителей. Которых у неё никогда не было. Они помогали, радовали, улыбались, постоянно рассказывая о каких-либо смешных ситуациях, что происходили с Кушиной и Минато, как те полюбили друг друга... Радость. Ещё никогда Наруко так не радовалась жизни, никогда так не вела себя. Тихо, покладисто, чтобы не нагнать их гнев. А за такие слова получала лёгкий подзатыльник и нарочито-громкое от главы семейства: "Ты для нас не чужой человек, веди себя как дома." И фотографии родителей с их личными вещами получила. На память... Она понимала. Дружба её родителей и клана Учиха была слишком крепкая, нерушимая. Микото и Фугаку словно поклялись, что будут защищать наследие Минато и Кушины. Да. Пусть это и звучит глупо и наивно, но это было так. Они делали это от чистого сердца. Клан, который умеет скрывать свои чувства. Практически все, кроме любви. И сейчас, по истечению ещё полугода, клан Учиха был истреблён одним из своих - Итачи Учихой. Тогда даже самые сильные плакали. Родители - потому что любили и уважали выбор своего ребёнка. Они понимали, что по-другому переворот в клане не остановить. Итачи - потому что ему легче было убить своими руками свою семью, чем недовольство клана положением привело бы к перевороту и, что важнее, гибели простых жителей. Саске - из-за непомерной любви к семье и горечи предательста. Наруко - потому что считала их своей семьёй. Она словно умерла, погибла во второй раз. Но всё, что ей остаётся - лишь плакать, бессильно сжимая в руках фотографии. Двух семей. Для Саске это был переломный момент, вернись он даже раньше - может, ему бы рассказали правду родители. Перед смертью. Он плакал тогда, когда увидел всё в иллюзии - осознал, что в жизни не всё бывает гладко и всегда надо быть на стороже. Даже самый близкий может вонзить нож в спину. Даже родной брат. Ненависть просто разъедала душу. Он поклялся, что отомстит. Прямо на могиле родителей. Наруко, стоявшая позади и утиравшая рукавами слёзы, была тому свидетелем.

Почему в жизни не может быть всё хорошо?

Она словно испытывает на прочность.

И лишь сильнейший выживет.

Но теперь всё будет лишь по правилам. Жизни.

И Наруко, таки справившись с глубочайшей депрессией, решает всё для себя. Если хочешь добиться своего - проходи мимо прошлого с гордо поднятой головой. А Саске.. Его путь не похож на Наруко. Он и сам на неё не похож. Но, несмотря на все невзгоды, она осталась его лучшей подругой-соперником. Жизнь продолжается. И каждый должен думать, что она будет счастливой.