От судьбы не уйти, но попытаться ты обязан.

В течении этих очередных одиннадцати лет своего взросления, каждая ночь сопровождалась невыносимыми кошмарами, запечатавшихся в сознании произошедших в ту заветную ночь событий. Вновь и вновь, стоило только мальчику закрыть глаза, перед его взором всплывало лицо матери, взметнувшаяся в воздух копна чудесных рыжих волос. Ему снился несчастный, действительно несчастный Северус Снейп, который беспомощно сидел на полу, прижимая к своей груди бездыханное тело своей возлюбленной и будто не замечая стекающих по щекам слез. Он видел Хагрида, Сириуса и Дамблдора. Видел всех тех, кто решил его будущую судьбу. Собственных слез уже не было, да и сколько их было пролито на подушку?! Каждая минута в семье Дурслей была строго прописана у Гарри. Было дело, когда в один из подобных повторов своей жизни он приказал змею в зоопарке убить так раздражающего пухлого и капризного Дадли. Конечно, после такого его вся его оставшаяся часть жизни была настоящим хаосом, полным мрака и зла. Наверное, тогда Гарри желал погибнуть раньше заветной ночи, но весь мир был против этого, будто вся вселенная желала и дальше наслаждаться его муками, но не в этот раз. Сердце предательски ныло, когда Гарри думал о своей смерти или о смерти какого-либо человека, и именно в такие моменты его будто начинало окружать уже известное вам «ничто». Последняя попытка все исправить, сделать то, что требуется от него. Но разве у нас нет выбора? Свободы? Почему Гарри не может сделать то, что желает? Почему жизнь не желает принимать то, что он делает? Да уж, будет крайне забавно если в этот раз все получится, и он — Гарри, забудет все то, что происходило. Запомнит лишь этот, последний раз, преображенный по уже готовому шаблону высших сил. Он не будет помнить того, как смотрит на часы, ожидая первого письма из Хогвартса. Как терпит своих дядю и тетю, выслушивая их очередные сказки о родителях. И, что самое удивительное, при этом у обоих Дурслей такие честные глаза! Ему опять приходится воспроизводить все эмоции, чтобы не допустить лишних мыслей у своего дорогого дяди (хотя какие там могут быть мысли?). Но, конечно, ни с чем не сравнится то самое удовольствие, когда дверь случайно выламывает Хагрид. Каждый подобный раз юный Поттер с неподдельным удовольствием наблюдает за тем, как у двоюродного брата вырастает свиной хвостик, пятачок или же он начинает квакать подобно самой настоящей жабе, раздувая свою гортань. В один из подобных случаев у юного Дурсля появился даже облезлый крысиный хвостик, а во рту вылезло два длинных крысиных клыка. Тогда Гарри еще долго пытался отогнать от себя мысль, что он жил все время бок о бок с Питером Петтигрю. Вся семейка Дурслей составляла из себя таких же мерзких, лживых, скользких личностей. Но вот уже привычно поправляет свои белоснежные перышки Букля.Нет, вы не подумайте, что жизнь после 12-того раза идет так быстро, что оглянуться не успеешь, а уже тебе 11. Наоборот все начинает тянуться на столько медленно, что тебе не остается ничего, кроме как ожидать нужной минуты и нужного события. Да, Гарри иногда веселило передразнивать дядю, проговаривая про себя все то, что тот скажет, или же перед сном обговаривать весь следующий день, а потом смотреть, все ли шло по плану. Если да — ты молодец, а если нет — сделай так, чтобы завтрашний день прошел в нужном темпе. Хагрид вновь прячет от него сверток с философским камнем, а вскоре должен наткнуться на своего верного рыжего друга, а надо всего лишь дождаться, пока дядя Вернон скроется в толпе, а рядом промелькнут пять рыжих голов: четырех мальчишек, женщины и еще маленькой девочки. Тяжелый вздох вырвался из груди Гарри от взгляда на Джинни. Эта девочка в скором будущем станет прекрасной девушкой, его девушкой, если, конечно, ничего не изменится. Он снова увидит ее улыбку и чудесные рыжие волосы… как у матери… «Гарри» — раздался тихий, едва различимый голос почти что над самым ухом юного волшебника. Но стоило ему обернуться — его встретил уже до боли знакомый перон со всеми теми людьми, которых он уже не в первый раз видит в этом месте. Что уж скрывать, сердце в груди предательски сжалось. Подобного не было и не предвиделось, ведь Гарри еще ничего не пытался изменить! Да и этот голос… «Гарри Поттер» — вновь донеслось до чуткого слуха со стороны платформы девять и три четверти. Зеленые глаза мальчика-который-выжил с ужасом уставились на одного из учащихся Хогвартса, который явно собирался пройти внутрь. Одет он был уже сразу в черную мантию с нашивкой «Слизерина». Его черные волосы слегка вились, но все же были аккуратно расчесаны и уложены. «Гарри» — этот голос ни с чем не мог спутать волшебник, который уже не первый раз встречался лицом к лицу с ним — Волан-де-Мортом. Серые глаза молодого юноши горели страшным, насмешливым огнем, на мгновение остановившись на оцепеневшем в нерешительности мальчике в круглых очках и шрамом на лбу. Перед ним стоял Том, Том Реддл. Именно такой Том, который встречал Гарри в Тайной комнате и рассказывал о своей жизни. Но что он делает здесь?! Рука Поттера приподнялась по направлению к слизеринцу, а губы приоткрылись, готовые окликнуть злейшего врага, уже вбегающего в стену. Но вслед за ним уже промелькнули рыжие макушки. — Привет, дорогуша — рыжая женщина улыбнулась ему — Первый раз едешь в Хогвартс? Рон, мой младший, тоже новичок.