Странная история

      Это вышла из комнаты Наки и вздохнула с облегчением — этот дурдом закончился! Ну, возможно… Во всяком случае она выговорилась, и теперь ей будет легче думать о том происшествие в ванной, а пельмешки — дело наживное, можно и новые сварить. Мысленно молясь не встретить Татару, она дошла до заветного холодильника. На кухне почти никого не было, если не считать Норо, который как обычно молчал в тряпочку, так что Это его не сразу заметила. Девушка спокойно открыла холодильник и… Боль, тлен, разочарование… Пельменей там не было.       Это от злости заскрипела зубами и со всей дури хлопнула дверью. Видимо, придётся идти в магазин, чего ей отчаянно не хотелось. На секунду Такацуки задумалась, и её голову посетила гениальная идея — зачем ходить в магазин самой, если можно послать кого-нибудь. Совиха осмотрелась, но увидела только вышеозначенного Норо. Этот вариант она отмела сразу же, ибо Норо было бы трудно замаскировать под человека. На кухне делать было больше нечего, и девушка направилась в комнату Наки. В конце концов это из-за его кота она потерпела такие убытки. Блондина в комнате не оказалось. «Может, это и к лучшему, » — с философским видом изрекла Такацуки, обращаясь не то к пустоте, не то ко всё ещё спящему Чернышу, — «этот идиот всё равно всё в цирк превратил бы!»       С этими словами девушка двинулась дальше по коридору. Из ванной слышались звуки ударов и голос Аято: — На! Получай! Тц… Тупица!       «Это ж надо так стены не любить!» — подумала Это, остановившись на пороге комнаты и увидев, Киришиму, ожесточённо избивающего стену. Он был так увлечён своим занятием, он совсем не заметил вошедшую. Не зная, как обратить на себя внимание, девушка применила старый проверенный метод — кашлянула в кулак и довольно громко, и глубоко вдохнула. Не подействовало. Это мысленно чертыхнулась и позвала парня по имени. Никакой реакции. Девушка закрыла глаза, сосчитала в уме до десяти, чтобы не выйти из себя в ближайшие десять секунд, вдохнула поглубже и закричала благим матом: — КИРИШИМА, ТВОЮ ДИВИЗИЮ, СИЮ МИНУТУ ПОСМОТРЕЛ СЮДА!!!!! — рука Аято резко остановилась в сантиметре от холодной, почти серой поверхности. Парень обернулся и страдальчески зажал уши, пробормотав что-то вроде: — Я конечно понимаю, что истины нет, и всё дозволенно чёт меня понесло, но зачем же так орать?       Тут нервы Такацуки не выдержали, изо всех сил она пыталась сдержаться, но была обречена на провал. — ДА ЧТО ЗА ДЕНЬ, БЛИН, ТАКОЙ?! ПЕЛЬМЕШКИ ЗАКОНЧИЛИСЬ, НАКИ ЗНАЕТ ОБ ЭТОМ, АЯТО ОБНАГЛЕЛ В КОНЕЦ!       Этажом выше кто-то упал и выругался не менее громко, чем Это, из своей комнаты вышел ничего не понимающий Татара, сонно протёр глаза и заполз обратно в свою «нору». Ещё немного побушевав, Это наконец сунула Киришиме в руки несколько купюр, послала его в магазин и успокоилась. Девушка подошла к крану, на всю катушку включила холодную воду и плеснула немного на запотевший лоб.

***

      «Что за фигня здесь только что произошла? Интересно, что подумает об этом братан Ямори? Всё произошло так быстро…» — подумал Наки и закрыл глаза. Ему представился Джейсон. Жестокий неповторимый Джейсон из тринадцатого района, который так любил кровь и насилие всех видов… Вот он берёт свой инструмент, подходит к Наки, оставляет на его теле одну за другой глубокие кровоточащие раны… 993! Ещё! Ещё! Ещё! 986… 979… — Мяу!       Черныш проснулся и зевал, царапая острыми коготками руку своего хозяина. Блондин вздрогнул и нежно погладил своего питомца. Тот одобрительно замурчал, ещё раз зевнул и вновь засопел. Наки не понимал, почему он так добр к животным. Наверное, потому что они в отличии от людей не пытаются расправиться с гулями. Может быть они даже понимают гулей — ведь люди едят животных, а некоторые даже охотятся на них ради развлечения. Таких людей Наки особенно не любил. Более того — он их ненавидел. Он — гуль, и он убивал с одной целью — еда. Для него и его собратьев убийства были не прихотью, а потребностью, без которой они бы попросту не выжили. Ямори, конечно, любил убивать для забавы. Его не удовлетворяли обычные убийства. Он жаждал видеть боль и отчаянье на лицах своих жертв. Ему доставляли удовольствие их крики и мольбы о пощаде. Но ведь Якумо — это его божественный братан, и ему несомненно можно такое пристрастие простить.       К тому же тягу к пыткам он перенял от человека. Как ни крути, а люди — те ещё твари. Наки ещё раз задумчиво погладил Черныша и вышел из комнаты. Он решил прогуляться, подышать свежим воздухом — не всё же ему в душной комнате сидеть. Паренёк вышел и вдохнул полной грудью. Нельзя сказать, что воздух был таким уж свежим, но это гораздо лучше, чем внутри здания, где обитают сотни людей. Точнее гулей… Наки поднял голову. Небо медленно затягивалось серыми тучами, где-то вдалеке уже слышался гром. Блондин несколько раз обошёл вокруг здания, не найдя ничего интересного и никого не встретив. Ещё бы — кто в такую погоду будет гулять. Только вот он, да… — Аято?! — Для тебя я Аято-сан, глупое подобие разумного существа! — Киришима не очень дружелюбно относился к Наки. И мазахист это знал. — А сам-то ты кто? — оскорбился он. — Я в отличии от тебя хоть писать и читать умею! — в этом Аято был прав. Наки не ходил в школу и не умел не то, что читать, он даже говорил иногда неправильно.Пачка пельменей, которую нёс Аято отлетела в сторону. За спиной парня начали медленно появляться «крылья», заметив это, Наки выпустил свой коукаку. — Мой кагуне вообще-то тоже крутой! Так сам братан Ямори сказал! — похвастался блондин, желая тем самым напугать противника. Киришима только усмехнулся в ответ.       Драка могла начаться в любую секунду, гули готовы были разорвать друг друга, как вдруг за спиной Наки раздался голос Якумо: — Какого чёрта ты опять ищешь на пятую точку неприятностей? Аято, отвали от него, сделай одолжение!       Киришима раздражённо цокнул. В голосе Ямори была какая-то неведомая доселе твёрдость. Аято знал, что в битве один на один он бы размазал этого идиота по стенке, но сейчас он был с Джейсоном, да ещё Такацуки выбежала из здания, увидев пельмени валяющиеся в грязи, подняла такой крик, что у всех присутствующих уши заложило. В итоге Аято пришлось вновь отправиться в магазин за пельменями (на сей раз, кстати, покупать он их будет за свой счёт), а Ямори, крепко прижимая к себе Наки, шёл в «комнату для игр».       «Мой братан защищает меня! Я люблю своего братана!» — счастливо подумал блондин в предвкушении сладостной боли.