Одиночество

Кровать встретила Рика свежими, прохладными, мягкими объятиями с резким запахом сигарет. Он лег на спину и, проведя тыльной стороной ладони, тихонько заскулил. Другая же рука уже рыскала по полу в поисках бутылки с пивом. Тяжелый день. Разум что-то мямлил. Видимо, прося прекратить пить, скорее умолял, но ученый вовсе не желал его слушать. Еще, он хотел еще. Еще, еще. Сейчас бы тех кристаллов или марихуану... Он попытался встать, но ноги просто не держали, Санчеза мутило. Сегодняшний завтрак резво отправился не переваренным за окно. Мужчина лежал на полу и смотрел в потолок. Его посещали разного рода мысли. Вся эта ебанная вселенная – адский пиздец, созданный им самим. И никого кроме него нет. Существует только Рик и его гений. Морти – проекция его мозга. Бэт, Саммер, Джерри – проекция его мозга. Дома, города, планеты. Все создано сраным сознанием Рика Санчеза. Он – король, он может делать, что хочет. Он может убивать, грабить, пытать или трахать кого угодно. Даже собственного внука. Да. На лице Рика появилась легкая ухмылка. А что бы он сделал, будь он тем, кто может изменить все одной силой мысли? Он бы поменял Джерри, это точно. Тупизм Джерри в генах Морти просто блокирует развитие умственных способностей мальчика. Рик бы сделал Джерри поумнее. Или бы заменил математика Морти. Может, он смог бы отделаться от топки, ставя ему пятерки. Он бы дал директору Вагине другую фамилию, ибо от этой Рика тянет блевать, она слишком противная. Слишком. А если бы у Голденфольда, учителя математики, была собака, и он назвал ее Оладушкой, то Рик смог бы в состоянии сильного опьянения принять собаку за женщину и трахнуть ее? Рик вспомнил Саммер, одетую в нижнее розовое белье и почувствовал новый приступ тошноты, но, хвала богам, Рика не вырвало. Черт, снова. Бога нет. Ебаные привычки. А как бы Морти смотрелся в таком белье? Насколько красным было бы его лицо? Рука Рика скользила по ножкам внука, обтянутые капроновыми чулками. Выше и ниже. Морти выглядит нелепо. Ему совсем не идет. Но это так заводит. Санчез навис над Морти, который удобно лежал на кровати. Мальчик судорожно вздохнул, смотря на деда влюбленными глазами. Это паренек такой беззащитный, такой хрупкий. Жалкий. Рик провел руками по лицу и поднялся на локтях. Единственный, кто лежал здесь – так это сам ученый. Ни под ним, ни рядом с ним младшего Смита не было. Это огорчало. Мужчина отполз к спинке кровати и облокотился на нее, тихонько посмеиваясь. Он откровенно ржал над собой. Он убогий. Он – дерьмо. Ноги словно были ватными, и когда Рик попытался встать, то упал лицом вперед практически сразу. Попробовал привстать на руках, но силы как будто покинули его. Или же он недостаточно старался. А какое было бы белье на Морти? Оно было бы лучшим. Самым лучшим. Чтобы скрыть его уродливость. Ха. Санчез посмеялся своей шутке. Чулки бы так и просили порвать их в порыве страсти. В порыве возбуждения. И Рик с радостью бы послушался. Или же мальчик сам бы их снял. Медленно, сексуально. Мужчина уже чувствовал, как теряет контроль над собой. Он прикусил губу, но она была слишком сухой. Пошла кровь. А ведь этими губами могли быть губы Морти. Пухлые и нежные, мягкие. Совсем не такие, какими были старика. Рик выпил залпом четверть новой бутылки. Какой это литр? Десятый? Конечно, Рик преувеличивал в цифрах. Возможно. Он уже и сам сбился со счету, груда скопившихся за месяц стекляшек была слишком велика для подсчетов. Но стоит признать, что мужчина держался молодцом. Могло быть и хуже. Интересно, а если прямо сейчас пойти и изнасиловать Морти? Санчеза вырвало бы прямо на внука? Рик протяжно и мучительно промычал. Он устал. Он хотел думать о сиськах, между которыми будет зажат его хер, о ротике сексуальной блондинки, который во всю длину забирал его член. Но он не мог. Вместо пышной груди - тонкие мальчишеские пальчики, а вместо девушки - его внук. Такой расклад, как бы разум не хотел, самому Рику нравится больше. Мысль о тошноте не выходила у ученого из головы. Вырвет или нет? Он опять ухмыльнулся. Хотелось проверить. Очень хотелось. Не столько из-за этого странного интереса, сколько из-за похоти, сладостных мучений. Мужчина более чем уверен, что если он займется сексом с Морти, то все закончится. Что его влечение – очередная прихоть нижнего мозга. Но что будет потом? Хах. А не похуй ли? Рик встал. Его трясло и кидало из одной стороны в другую. Он небрежно схватил бутылку, стоящую на столе, и, замахнувшись и разлив немного на стены и пол, допил остатки алкоголя, вытерев ладонью не попавшие в рот капли и прихватил с собой скотч. Санчез шел и тихонько посмеивался. Он не ведал, что творил. Он был безумен. Он был пьян. Морти стонал. Рик услышал это, и его рот растянулся в хитрой улыбке. Он уже представлял, как внук будет скакать на его члене словно похотливая сучка. Это заставляло Рика сильнее теребить собачку на молнии штанов. Младший Смит стонал. Санчез уже догадывался, что он опять дрочит на какую-нибудь телку из зарубежного порно. Дед знал, что пареньку нравились иностранки. Та же Джессика была лишь наполовину американкой со смешанной кровью. Но зачем деду это знать? - Морти. - Рик вошел в комнату своего внука и застал именно ту картину, которую ожидал увидеть: Морти дрочит на стонущую бабу на экране ноутбука, а комната усыпана обконченными салфетками. - Ри-Рик! – Смит был ошарашен. Он быстро закрыл и откинул ноутбук от себя, из-за чего комната погрузилась во мрак. Мальчик натянул одеяло. - Рик, к-какого черта?! - Мо-орти. - Санчеза до сих пор шатало, он упал прямо возле кровати внука и начал карабкаться на нее. - Господи, Рик, что ты творишь? Ты-ты мог хотя бы постучаться. – Морти смотрел на Рика глазами, полными злобы. Рик протянул руку и медленно провел пальцами по щеке Морти. От Рика несло перегаром. Он схватился за подбородок Смита и провел большим пальцем, очерчивая губы. Рик смотрел на них, а мальчик напугано глядел на деда. - Р-рик. - Морти. Морти, я схожу с ума. Я сплю и вижу, как трахаю тебя в зад. Я мучаюсь, Морти. Смит ударил деда по руке и в страхе отполз. Он не мог кричать, ком застыл в горле. Рик схватил запястья Морти одной рукой, а другой - дал сильную пощечину. Парню оставалось лишь жалобно скулить. - Морти, я хочу т-тебя. - Склонившись над мальчиком и прижавшись губами к его уху, прошептал Санчез. По щекам парня покатились слезы. Рик зажал коленями ноги Морти, что бы тот не рыпался, перемотал запястья скотчем и завел руки над головой паренька. - Ч-что?! - Морти завопил, но его рот тут же сжала широкая ладонь Рика. Смит попытался пнуть деда, но получил кулаком по носу. Голова загудела, из носа побежала красная дорожка крови. Санчез не обратил ровно никакого внимания на это, припав к чужим губам, покусывая их. Он так давно ждал этого момента. Алкоголь дурманил его. Рик стянул с себя халат и кофту, задрал майку Морти. Он оставлял на груди и впалом животе внука багровые засосы, осыпая юное тело грубыми ласками. Мужчина не мог сдерживаться. Он потерял контроль. - Пожалуйста, еще! - слышал ученый мольбы, но его сознание обманывало, не давая различить всхлипы и вой, которые терялись под рукой, зажимающей рот. Санчез провел дорожку поцелуев от подбородка до чуть спущенных джинсов, теребя соски. Смит выгибался под нежеланными ласками деда, до сих пор пытаясь освободиться, но тщетно. Он лишь постанывал от боли. Рику это показалось забавным. Мужчина стянул с мальчика штаны, даже не расстегнув, и ухмыльнулся, когда увидел вставший член внука. Он и забыл, что когда вошел в комнату парня, тот смотрел порно. Вслед за штанами на пол полетели и трусы. Морти сильно ерзал, румянец залил все его лицо. Было невыносимо стыдно. Рик снял с себя штаны и закинул ноги внука себе на бедра, подставил пальцы ко рту мальчика. - Соси, маленькая тварь! Морти, опасаясь еще большего насилия над своей слабой тушкой, пустил пальцы ученого себе в рот и начал их облизывать. Мужчина просто не мог смотреть на столь волнующее зрелище, поэтому, убрав руку, снова поцеловал мальчика, проводя мокрыми пальцами по узкому колечку мышц ануса. Рик так мечтал. Он хотел было растянуть внука. Хотел насладиться его видом. Но этот мальчик был слишком соблазнителен. Морти не успел и воздуха в грудь набрать, как Рик резко вошел в него. Смит застыл, царапая пальцами ладони, в немом крике открыв рот. Секунда. И парень закричал от боли. Из глаз брызнули слезы. Он заскулил. Санчеза раздражало все это. Он, не выходя из узкого тела, схватил скотч и обмотал его вокруг головы Морти, заклеивая рот. И прежде, чем начать снова двигаться в столь желанном внуке, ученый перевернул его на живот, заставив согнуть колени, чтобы под более удобным углом глубже проникать в его мальчика. Рик начал двигаться, сжимая простыни и удерживая руки Морти над головой. В младшем Смите было очень узко, но дед и не знал, что если бы не кровь внука, он попросту застрял бы в тесном проходе. Он наслаждался под воздействиями галлюцинаций. Иногда Рик подумывал над тем, что в школе задиры уже успели пару раз трахнуть его Морти, но сейчас он убедился, что это не так. Морти уткнулся в подушку, которая уже вся пропиталась слезами и кровью из искусанных губ. - Давай, Рик, выеби меня, пожалуйста, я хочу еще. - Шептало подсознание. Оригинал рвано дышал и мычал как подбитый зверь. Смит тонул в горячей боли. Санчез, как и мечтал, "слышал" стоны наслаждения и трахал внука. Рик переместил пальцы, схватив своего паренька за бедра и с новой силой стал насаживать слабое тело на свой член. Морти желал только одного - чтобы это насилие и боль прекратились. И вот он почувствовал, как из носа начинает что-то течь - его собственная кровь, смешанная с соплями. В висках застучало, и тело обмякло. Смит провалился в темноту. Мужчина тяжело дышал и, почувствовав расслабленность со стороны партнера, нагнулся, шепча: - Хороший мальчик. Тебе это нравится? Да? - Он оскалился и резко укусил внука за шею, впиваясь зубами в мягкую кожу. Это была страсть. Как Рик и мечтал. Ученый рисовал себе мольбу в глазах Морти, но не видел, что веки закрыты. Он думал, что на лице парня румянец, но не замечал на мертвецки бледном лице и подушке слез и крови. Мальчик выгибался и просил еще, но Морти потерял сознание. Все смешалось. Реальность и мечты Рика. Ужасающая реальность. Сбывшиеся Мечты. Отвратная реальность. Сладостные мечты. Мечты. Похоть. Помешательство. Санчез, издав гортанный рык, кончил в неподвижное тело внука. Наутро ученый проснулся с жутким похмельем, до него медленно доходило, что лежит он далеко не в своей постели. Но весь сушняк моментально выветрился, когда мужчина понял, кто рядом с ним лежит. Его внук. Его выебанный внук. Его Морти. Его маленький Морти, покрытый синяками, засосами. Он лежит в позе эмбриона с до сих пор перевязанными запястьями. Его будто били десять здоровых мужиков. Но он дышал. Рик не верил своим глазам. Он отшатнулся, распахивая глаза. На его щеках появилось то, что не появлялось долгие годы. Слезы. Рик рыдал. Рыдал громко. Будто в забытье Санчез оделся и, шатаясь пошел в гараж. Он быстро собрал все вещи. Спалил с помощью какого-то потертого аппарата данные и изобретения, над которыми кропотливо старался днями и ночами. Он не понимал, что делает. Рик, прислонившись к двери, выпил последнюю бутылку пива в этом доме и, сев в корабль, улетел куда-то. Куда-то очень далеко.