Fee for curiosity

Примечание: Глава написана совместно с моей любимой Tooort. Огромное ей спасибо за все <3 Желтое такси припарковалось у кирпичного дома. Курт, расплатившись с водителем, медленно вышел из автомобиля и, сделав пару нерешительных шагов по направлению к двери, остановился, нервно поправляя свой темно-синий пиджак. Слишком много чувств обуревало его сейчас. Он боялся и одновременно желал узнать, что его ожидает за этой дверью. Прошло три месяца с тех пор, как он убежал, оставив Блейна одного там, в машине, истекающего кровью, с людьми, которые могли его убить. Несмотря на то, что Блейн сам настоял на том, чтобы он убежал, Курт вряд ли когда-нибудь простит себя за это. Все это время в его голове крутились вопросы: «Если я видел его в последний раз? Если он сам не захочет больше меня видеть? Если… его убили?». Ему оставалось только надеяться. Курт простоял так около десяти минут, то поднимая руку, то снова опуская её, все еще не решаясь дотронуться до заветной двери. Прохожие уже начали странно поглядывать на него, но Курт не замечал этого. Слишком много мыслей переполняли его сознание. Наконец, решив, что стоя здесь и гипнотизируя дверь, он не получит ответа ни на один из своих вопросов, парень всё-таки постучал. В ожидании, его разум рисовал множество вариантов развития событий, но ни одного приятного там не было. За дверью послышались медленные шаги и, спустя пару секунд, на пороге появился Блейн, немного взлохмаченный, одетый в светлые джинсы и поношенную фиолетовую футболку. Хаммел практически почувствовал, как с его плеч свалился огромный валун, испытывая огромное облегчение от того, что снова видит Блейна. Живого и здорового Блейна, по которому так скучал. — Курт… — глаза Андерсона широко распахнулись, и он несколько секунд ошарашено разглядывал парня, не понимая, кажется ему это или нет. С каждым днем он все меньше надеялся, что вновь увидит его. Наконец, сообразив, что так и не впустил гостя внутрь, брюнет сделал пару шагов назад, пропуская Хаммела. — Привет, — тихо ответил ему Курт, входя в квартиру. Блейн остановился и безмолвно смотрел на парня. Хаммел же, боясь увидеть во взгляде парня совсем не то, что хотелось, оглядывал небольшую, но просторную квартиру. Она была немного не такой, как он себе представлял. Казалось, что в нее въехали всего пару недель назад. Квартира уже была обставлена мебелью, на стенах висело несколько фотографий, однако, отсутствовали те мелкие вещи, что делают помещение домом. Андерсон кашлянул, отрывая Курта от размышлений, и жестом пригласил пойти за собой внутрь. Проходя вслед за Андерсоном вглубь дома, парень заметил, что тот прихрамывает. В памяти сразу всплыла сцена их расставания: осколок стекла в кровоточащей ране, облака песчаной пыли вокруг, приближающийся автомобиль и слова Блейна, просящего его убежать как можно дальше. Курт в очередной раз почувствовал укол вины. — Кофе? — спросил Блейн, все еще пристально разглядывая парня. — Не откажусь, — кивнул в ответ Хаммел. — Тебе помочь? — Я справлюсь, не волнуйся, — улыбнулся Блейн и прошел дальше, на кухню. Курт последовал за ним. — Как твоя нога? — спросил он Андерсона, садясь за небольшой обеденный стол. — Почти здорова. Врачи говорят, что примерно через месяц хромота совсем пройдет, — брюнет нажал кнопку на кофеварке и опустился на стул напротив парня. — Что они сделали с тобой? — Всего лишь немного избили, — усмехнулся парень. — Меня нашли через несколько часов и отправили в больницу. Я пролежал там довольно долго. В квартиру въехал всего три недели назад, — Блейн на секунду замялся, не решаясь задать вопрос, который волновал его, как только Курт появился на пороге. — Тебе не опасно быть здесь? И… как ты узнал, где я живу? — Бумажка с адресом, ты просил спрятать ее в сумку. Я успел запомнить, — ответ вызвал у Андерсона легкую улыбку. — Нет, не опасно. — Тебя больше не ищет полиция? — Больше не ищет. Я пришел, потому что был уверен, что ты должен знать, из-за чего оказался втянутым во все это, — заметив внимательный и теплый взгляд Блейна, парень продолжил. — Всё началось в день примерки, когда я увидел стеллаж с неизвестными платьями, и мой начальник довольно странно себя вел…

♦ ♦ ♦

Курт оказался дома спустя полтора часа после случая в мастерской. Он пулей вылетел из здания, сшибая с ног непонимающих сотрудников. Надеясь, что с Сантаной все в порядке, он принялся названивать на все ему известные телефонные номера девушки. Ни один не отвечал. Поразмыслив, он пришел к выводу, что если бы Гарольд хотел что-то сделать с девушкой, то ему пришлось бы устранить и его, так как Курт знал слишком много. Однако он сейчас сидит в своей квартире. Следовательно, остается только ждать новостей. Решив хоть как-то отвлечься от неприятных образов, рисуемых его воображением, Хаммел достал папки и попытался сосредоточиться на эскизах. Через несколько часов, когда Курт уже с головой ушел в работу, почти абстрагировавшись от мыслей о том, что случилось сегодня, телефон яростно завибрировал, заставляя обратить на себя внимание. «Новое сообщение. 21:43 От кого: Куинн Фабрей. Кому: Курт Хаммел. Курт, нужно чтобы ты приехал. Я объясню все на месте. Приезжай быстрее, пожалуйста. Уэбстер-стрит, 63. Я жду тебя». Хаммел, удивленный сообщением от Куинн, отложил телефон, встал из-за стола и начал собираться, думая о том, что вряд ли из этой поездки выйдет что-то хорошее. Скидав в свою черную сумку все необходимое, он быстро вышел из дома. Запрыгнув в быстро подъехавшее такси, Курт назвал адрес девушки и отвернулся к окну, наблюдая яркие огни города. Оказавшись на удивление быстро в пункте назначения, парень в несколько крупных шагов преодолел расстояние, отделяющее его от ворот большого дома, где, по всей видимости, и жила Фабрей. Высокая железная калитка, покрытая свежей черной краской, была чуть приоткрыта, и Хаммел, толкнув ее, прошел на уложенную плиткой тропинку, ведущую к двери двухэтажного большого дома из белого кирпича, увитого диким виноградом. Лужайку освещали два высоких фонаря по обеим сторонам от крыльца. Подойдя к белой двери, Курт громко постучал, однако никто не отозвался. Постучав еще раз и, также, не услышав ответа, он повернул ручку и вошел внутрь дома. Слабый свет из гостиной проникал в прихожую, освещая светло-зеленые стены и темный ковер на полу. — Куинн! — позвал парень, достаточно громко, чтобы его можно было услышать в любом конце здания. Но в комнатах по-прежнему стояла тишина. Курт прошел дальше по коридору первого этажа, заглядывая во все комнаты, попадавшиеся ему на пути. Гостиная, ванная комната, кухня, гостевая, кабинет — везде пусто. Вернувшись к белой лестнице, Курт поднялся на второй этаж. Его внимание сразу же привлекла открытая дверь спальни, к которой он незамедлительно направился. Нащупав на стене выключатель, он нажал на него и, посмотрев на пол, замер в немом шоке. — Куинн… - прошептал он, бросаясь к девушке, лежавшей на спине, с раскинутыми в стороны руками. Длинные светлые волосы были забрызганы алой густой кровью, медленно сочившейся изо лба девушки, стекая тонкими струйками на красивое лицо, а затем на мягкий ворс розового ковра. В мертвых глазах, смотрящих в пустоту, застыл ужас, вишневые губы были приоткрыты, словно пытались что-то произнести в последнее мгновение перед смертью. Курт, приподнял голову девушки и уложил ее на колени, пачкая свои руки красной вязкой жидкостью. Заметив лежащий рядом пистолет, он схватил его и повертел в руках, прежде чем сообразил, что только что оставил на орудии убийства отпечатки своих пальцев. Прошло несколько мгновений, как он осознал свою ошибку, и с улицы послышался вой полицейской сирены. Не веря своим ушам, Курт подскочил к окну и увидел приближающиеся машины, которые освещали улицу красно-синими мигающими огнями. Понимая, что ему больше нельзя здесь оставаться, запаниковавший Хаммел кинул пистолет в свою сумку и быстро покинул дом через черный ход. Он не помнил, как оказался в своей квартире, лихорадочно кидая необходимые вещи в черный рюкзак, отключая телефоны, разрезая кредитки и, отдавшись на волю панике, делая все, что, по его мнению, могло помочь ему скрыться. Схватив огромную кучу вещей, Курт выкинул их на кровать. Выбрав неприметную синюю толстовку с капюшоном и темные джинсы, парень переоделся. Решив, что пистолет лучше взять с собой, чем оставлять его как улику в своей квартире, Курт запихнул его в рюкзак и выбежал из дома, надеясь убежать из города как можно скорее.

♦ ♦ ♦

— … и через несколько дней пути я оказался в закусочной, где и встретил тебя, — Курт почувствовал, как его руки накрывают теплые ладони Блейна. — Так… ты не убивал ее? — осторожно спросил брюнет. — Нет, — покачал головой парень. — Я невиновен. — Что было потом? После того, как ты убежал, — Блейн облегченно вздохнул, сжимая в своих руках тонкие пальцы парня. Он был уверен, что Курт не мог никого убить. Уж точно не он. — Я пошел в полицию. И рассказал им все…

♦ ♦ ♦

— Мистер Хаммел, Вы понимаете, что Ваши обвинения беспочвенны? У вас нет доказательств. А все улики, которыми располагает полиция, направлены против Вас? Ваши отпечатки везде в доме Куинн Фабрей, камера наблюдения зафиксировала, как Вы входите в дом, а через некоторое время выбегаете через заднюю дверь с кровью на руках, — предоставленный Курту адвокат пытался убедить его, что все бесполезно, и единственное, на что ему стоит надеяться — минус два-три года за чистосердечное. — Вы должны настоять на том, чтобы совершили обыск в его мастерской. Хотя платьев там, скорее всего, уже нет… — Курт давно устал кого-либо убеждать в том, что он говорит правду. Все, как один, твердили ему, что против его начальника ничего нет, и самое лучшее решение для него — это признаться. Поправив грубый оранжевый комбинезон, Курт резко встал и попросил охраняющего полицейского проводить его обратно в камеру. — Возвращайтесь, когда что-нибудь изменится, — кинул он напоследок мужчине. Адвокат не заставил долго себя ждать. Через три дня он сообщил Курту, что расследование продолжается в связи с найденным в саду телефоном Фабрей, на котором были обнаружены неизвестные отпечатки, что допускает то, что она не сама набирала Хаммелу сообщение. — Почему телефон нашли только сейчас? — парень был удивлен тем, что полиция была настолько невнимательна при обыске территории в ночь убийства. — Его нашел я, — Курт непонимающе посмотрел на адвоката. — Мистер Хаммел, я… Я верю в Вашу невиновность. Человек, который совершил убийство, зная, что все улики указывают на него, не стал бы усугублять свое положение. Он бы воспользовался любым шансом сократить свой срок в таком безнадежном положении. А Вы, однако, настаиваете на своей невиновности, рассказывая вполне правдоподобную историю. Есть некоторые недочеты, но все же… — мужчина замялся, не зная, как продолжить. Посмотрев за спину Курта на полицейского, он наклонился к парню и заговорил более тихо: — Полиция на самом деле не особо старалась в расследовании. Они считают, что им незачем этого делать, имея множество улик и подозреваемого. Я же не первый раз участвую в таких делах, где все обстоит не так, как кажется на первый взгляд. Еще немного времени, и я смогу убедить их проверить вашего босса. Курт почувствовал волну облегчения и надежду, что в скором времени он все-таки сможет отсюда выбраться. — Спасибо вам, мистер Пакерман.

♦ ♦ ♦

Курт в сопровождении полицейского дошел до ворот, держа в руках свой черный рюкзак с вещами. Услышав за спиной безразличное «Доброго пути», он вышел за территорию тюрьмы, будучи уже свободным человеком. У ворот его ждал синий Вольво, за рулем которого сидел его адвокат, Ноа Пакерман. Сев в автомобиль, Курт облегченно вздохнул. — Поздравляю, Курт. С тебя сняты все обвинения, — улыбнулся ему мужчина, заводя двигатель. — А у меня еще одно блестящее дело. — Ты расскажешь мне, что произошло? — поинтересовался Хаммел, забрасывая рюкзак на заднее сиденье. — Почти все так, как ты и говорил, — автомобиль повернул на трассу, удаляя парней от мрачного серого здания. — Твой босс даже не подумал перепрятать платья в другое место. И не только платья. Полиция нашла документы, липовые накладные и тому подобное. Также они нашли извлеченную кассету с камеры наблюдения мисс Фабрей. За полчаса до того, как ты оказался в ее доме, Гарольд приходил туда. И это он вызвал полицию, в то время, когда ты был внутри. Также полиции удалось выйти на Сантану Лопез, которая пыталась уехать из страны. Она дала показания против твоего начальника. Гарольд угрожал ей, сказал, что если она скажет кому-либо хоть слово, он убьет ее. Лопез испугалась и попыталась уехать, как можно дальше отсюда. — А Куинн? За что он убил ее? — После того, как Фабрей узнала о платьях, Гарольд предложил ей сделку — она помогает ему подделывать документы, следить за тем, чтобы никто ничего не заподозрил, участвует в переговорах, а он ей хорошо за это заплатит. Она согласилась, особо не раздумывая, а потом запросила намного больше, чем они договаривались, угрожая сдать его полиции и заверяя, что она — не одна, кто знает о его подпольном бизнесе и, в случае чего, найдет человека, который поддержит ее. Гарольду не понадобилось много времени, чтобы понять, что она имела в виду тебя. Его партнеры настояли на том, чтобы он избавился от вас. Таким образом, он понял, что можно решить несколько проблем сразу: убрать Куинн, обвинить во всем тебя и отвести от себя подозрения. — Как я и думал… А те люди, что преследовали меня? — Гарольд особо не сопротивлялся и при первом же допросе рассказал все о тех, с кем работал. Полиция без труда вышла на них. Ты можешь больше не переживать об этом. — Спасибо, Пак. Я у тебя в долгу, — Курт с благодарностью посмотрел на собеседника и потянулся за рюкзаком, когда Вольво припарковался около его дома. — Что ты будешь делать теперь? — спросил Пакерман, заглушая двигатель. — Уеду отсюда, — без раздумий ответил Курт. — В Чикаго. — Почему именно туда? — поинтересовался Пак, выходя из автомобиля одновременно с Куртом. — Там есть кое-кто важный для меня. — Ну, что ж. Удачи, — мужчина захватил Курта в широкие объятия. — Если вернешься, звони. Буду рад увидеть тебя, — спустя несколько секунд он отстранился и, похлопав напоследок по плечу, сел в автомобиль.

♦ ♦ ♦

Сердце Блейна пропустило несколько ударов, когда он услышал правду. Он был так счастлив, что Курт невиновен. В его голове тысячу раз вертелись совсем другие варианты событий. Где не было этих убийств, погонь, платьев, бриллиантов и прочего ужаса, что произошел с ними. Блейн представлял себе, как они с Куртом познакомились в какой-нибудь кафешке, может быть, случайно, ненароком, столкнувшись плечами, а может, целенаправленно, потому что кто-то из них понравился другому. Но забыть то, что произошло, ему не давала его нога, которая своей болью явственно напоминала о случившемся. Блейн так боялся, что Курта посадили в тюрьму за убийство, которое он, возможно, не совершал, и в чем Блейн был уверен с самого начала, потому что Курт совсем не был похож на убийцу; или хуже того, что его убили те люди, что причинили столько хлопот ноге Блейна. Но сейчас он сидел перед ним, такой красивый, такой свежий, он окончательно преобразился, больше нет того парня со взглядом параноика, вечно скрывающегося и прячущего свою голову в темный капюшон. Курт сидел перед ним, его плечи были расправлены, его осанка — идеальна, подбородок был немного вздернут, но Блейн не мог не заметить, что на его лице затаилась тень беспокойства. Возможно, он что-то не решался сказать. — Что-то не так? — Блейн старался говорить спокойно, но после того, что случилось, он не мог убрать нотки обеспокоенности. Курт виновато посмотрел на Блейна, рассеяно проведя рукой по идеальной укладке. — Твоя нога... Эм, может, нам лучше присесть на диван? — его голос звучал неуверенно. В его груди бушевало целое море чувств. Он все еще переживал за то, что оставил Блейна совсем одного, что причинил ему столько боли, но сейчас все хорошо, хотя совсем недавно казалось, что ничего не изменится, и Курту вечно придется скрываться. — Да, я думаю, что ты прав, — Блейн попытался подняться, но ему все еще было больно сгибать раненную ногу в колене, и он, слегка оступившись, чуть не упал, но Курт вовремя подхватил его за локоть, перегнувшись через стол. — Не торопись, — мягкая улыбка Курта сводила с ума бедного Блейна. Он уже думал не о том, как бы не упасть, а о том, как бы специально упасть в объятия Курта, и мысленно вовсю ругал себя. Его взгляд пробежал по лицу парня, видимо, тот не видит, что творится с Блейном. Курт впопыхах обошел стол, ударившись бедром об угол и что-то проговорив про свою аккуратность, одной рукой обнял Блейна за талию, а второй — взял руку Блейна и положил ее себе на плечи. С горем пополам они добрались до дивана и сели достаточно близко, потому что Блейну было сложно держать равновесие, и он упал на мягкие подушки, потащив за собой Курта. Между ними вновь повисла напряженная тишина. Вроде бы на все вопросы, что они хотели задать друг другу, уже были получены ответы, и каждый из них понимал, что остался только один вопрос. Что им теперь делать? — Ты нашел себе ночлег? — Блейн молился про себя, чтобы Курт не снял какой-нибудь номер в гостинице, или еще хуже того: не уехал бы сегодняшним вечером. — На самом деле, нет, — Курт как-то виновато опустил взгляд в пол, вновь запустив руку в идеально уложенные волосы. — Я... Я надеялся, что смогу остаться у тебя на некоторое время. Мне нравится Чикаго. — Этот город сложно не полюбить. И конечно же, ты можешь остаться у меня. Причем настолько, насколько тебе нужно, — ответил Блейн. "Или навсегда", — добавил про себя. — Спасибо, — смущенно проговорил Курт. — Я могу приготовить ужин. А ты отправляйся в постель, хорошо?

♦ ♦ ♦

Курт гремел посудой на кухне, пока Блейн лежал в своей спальне и думал о том, как бы узнать о чувствах Курта. Эти мысли смешивались с еще одними, которые упрямо напоминали Блейну, что Курт после душа расхаживает по его квартире и в его халате. Послышался стук в дверь, и она тихонько отворилась, впуская Курта в спальню. — Ну.. Я тут по-быстренькому кое-что приготовил, — улыбнувшись, быстро проговорил Курт. Пока он мылся в душе и готовил ужин, мысли о том, что делать дальше, не покидали его. Ему нужно было как-то заговорить с Блейном о чувствах. Но Курт боялся, что не имеет права претендовать на сердце брюнета, просто потому что бросил его тогда и оставил страдать, даже учитывая то, что у него не было другого выбора. От Курта также не ускользнул оценивающий взгляд Блейна, когда тот увидел его в банном халате. То, что под ним ничего не было одето и Блейн не мог знать об этом, заводило Курта. И в какой-то момент ему просто захотелось Блейна, а не каких-то разговоров о чувствах. Он отругал себя за такие мысли и настроился на то, чтобы покормить больного. Но Блейн был так близко, и Курт так соскучился по нему. Все то время, что он скрывался, Курт никогда не забывал о горячем брюнете. Он помнил ту великолепную ночь, на капоте Кадиллака, и просто все остальные мысли сбивались в кучу и отходили на задний план. — Нам нужно поговорить, — Блейн думал об этом разговоре с того момента, как увидел Курта на своем пороге. Он не знал, что чувствует Хаммел, но то, что он нашел его и приехал к нему, что-то ведь значило? Курт легко кивнул и поставил поднос с горячим ужином на тумбочку рядом с кроватью Блейна. Андерсон думал, что Курт присядет на уголок кровати и начнет что-либо говорить, но он, вопреки ожиданиям, отошел в конец комнаты и встал перед кроватью Блейна. Брюнет с недоумением наблюдал за действиями парня, он никак не мог понять, что у Курта в голове, и уже тем более не знал, что тот собирается делать дальше. Бледные руки потянулись к поясу халата и стали медленно развязывать узел. Глаза Блейна неотрывно наблюдали за действиями парня. От того, что сейчас могло произойти, у Блейна пересохло в горле. Он нервно сглотнул, чувствуя, что его сердце находится где-то в районе трахеи. Он непроизвольно облизнулся и шумно выдохнул, приоткрыв свой рот. Его глаза встретились с небесными глазами Курта, они заметно потемнели и сейчас смотрели прямо и уверенно в янтарные глаза Андерсона. Белый банный халат наконец соскользнул с бледных плеч Хаммела. Блейн давно отметил, что Курту идут такие "домашние вещи", но то, что открылось его взору сейчас, было намного лучше всего того, что он видел в своей жизни. Желание коснуться губами совершенной кожи заставило его дернуться и приподняться на локтях. — Я не хочу, чтобы ты двигался, — хриплый и властный голос Курта приятно удивил Блейна, отозвавшись теплом разливающимся в его домашних тренниках. Под ними не было белья, и сейчас тонкая ткань штанов выставляла на показ прекрасный обзор на член Блейна, выпирая бугорком внушительных размеров. Курт медленно подошел к кровати и взобрался на нее. Он стоял на коленях, упираясь руками в покрывало, его бицепсы были напряжены от веса, который он удерживал, и Блейн хотел видеть его сзади, как он медленно подбирается к нему, слегка виляя своими узкими бедрами и округлой задницей, а мысли о том, что таким образом между ягодиц можно было увидеть вход Курта, могли заставить Блейна кончить только от одной фантазии. Его член полностью налился возбуждением, и он боролся с чувством обхватить его рукой и провести по всей длине несколькими движениями, чтобы получить облегчающий оргазм. Жар в его груди пылал с бешеной температурой. Блейну казалось, что комната может расплавиться из-за этого, а кровать на которой они были, просто воспламениться. Курт следил за языком Блейна, который то и дело облизывал пересыхающие губы. Он с каким-то упоением наклонил голову и смотрел на Андерсона из-под бровей своим потемневшим взглядом. Цепкие прохладные пальцы пробрались под футболку Блейна и пробежались по низу живота, заставляя того биться в легких судорогах. Андерсон изнывал от нехватки прикосновений, жадно глотая ртом воздух. Курт осторожно потянул тренники и приподнял резинку, когда достиг уровня члена. Хаммел наблюдал за тем, как возбужденный орган выпрямляется на свободе. Блейн почувствовал приятный холод, а его штаны все еще уверенно соскальзывали благодаря Курту. Стянув ненужный предмет одежды, парень отбросил брюки в сторону и вернулся к бедрам Блейна. Он аккуратно провел рукой по шраму, его лицо исказилось болью. Он не знал, сколько швов наложили Блейну, сколько боли он пережил, и чувство вины упрямо сосало где-то внутри. Его рука снова дотронулась шрама, кончиками пальцев он медленно, слегка касаясь, провел по его длине. Он нагнулся и стал осторожно целовать уже зажившую рану. Блейн чувствовал влажные прохладные поцелуи Курта и понимал, что Хаммел винит во всем себя, но сам Блейн никогда ни в чем его не обвинял. Его рука скользнула в густые волосы Курта. Голубые глаза посмотрели в янтарные и уловили в них блеск возбуждения, затем скользнули по его члену. Курт медленно лизнул уголок своих губ, выставляя свой влажный розовый язык напоказ. Он наклонился над членом Блейна, Андерсон закрыл глаза от приятного чувства того, что Курт так близко, что он ощущал его горячее дыхание, сводящее его с ума. Курт обхватил головку губами, слизывая с нее языком капли смазки, и медленно выпустил член Блейна из горячего плена своего рта. Он посмотрел на Андерсона, который пытался перевести дыхание, его глаза жадно бегали по лицу Курта. Хаммел обхватил своими пальцами горячий член Блейна у самого основания и, не разрывая зрительный контакт с Андерсоном, медленно провел по всей длине языком, вновь посасывая головку и выпуская ее. Блейн, задыхаясь, застонал в сладкой истоме. Его руки вцепились в горячие простыни, с силой сжимая их между пальцев. Курт на мгновение оторвался от члена Блейна, чтобы мягко развести его ноги. Его пальцы вернулись на место, обхватывая ствол полной ладонью. Губы Курта коснулись нежной кожи яичек, пока рука медленно двигалась по всей длине. Блейн мечтал о том, чтобы ладонь поменялась местами со ртом Курта. Как будто услышав его молитвы, шатен опустил свои губы на его член, медленно вбирая в себя всю длину, заставляя Блейна прогнуться в пояснице и громко застонать. Курт хотел слышать больше стонов, срывающихся с его любимых губ, и он увеличил скорость. Андерсон открыл глаза, его дыхание сорвалось к чертям, когда он увидел, как быстро его член исчезает глубоко внутри Курта, как он старательно заглатывает в себя всю длину. — К-Курт, — Блейн не мог говорить ровно, его быстро поднимающаяся и опускающаяся грудная клетка просто не позволяла это делать. Курт оторвался от его члена. Он перегнулся через тело Блейна, чтобы дотянуться до тумбочки и достать все необходимое. Он чуть не свернул стоящий на ней поднос с остывшим ужином из-за того, что Блейн перехватил его руку и заставил рухнуть его на себя, жадно целуя его в губы и углубляя поцелуй. Он в бешеном темпе целовал их, как будто они были нужны ему как воздух. — Я хочу тебя, — оторвавшись от поцелуя, Курт обжег губы Блейна горячим дыханием. Он потянулся обратно к тумбочке, вырвал ящик и, схватив лубрикант, уронил его на пол. Курт выпрямился и взял в руку ладонь Блейна. Сорвав крышку, он выдавил немного смазки на его пальцы, затем широко расставив свои ноги по бокам от Андерсона, он вернулся к его губам, приставив его пальцы к своему входу. Блейн, едва касаясь, обвел тугое отверстие, затем скользнул в него одним пальцем, тут же вытащив его обратно, как будто дразня. Курт оторвался от губ Блейна и, запрокинув голову, застонал: — О боже, Блейн. Палец Андерсона снова вошел в него, и теперь уже с настойчивым темпом заскользил внутри. Рука Курта с силой сжала плечо Блейна. — Ох... Еще, Блейн, пожалуйста... Курт выпрямился и прогнулся в спине, почувствовав второй палец внутри. Одной рукой он упирался в матрац, а второй, крепко обхватив член Блейна, водил по нему ладонью, насаживаясь на пальцы Андерсона. Блейн заворожено наблюдал за тем, как Курт толкается навстречу его пальцам, как он стонет куда-то в потолок, но ему хотелось видеть его, смотреть ему в глаза. Блейн привстал, его голова была на уровне головы Курта, его губы заскользили по бледной шее, оставляя на ней красные следы от поцелуев, слегка прикусывая кожу и тут же ее зализывая. Курт совершенно не мог контролировать свои стоны, его движения становились все более сбивчивыми, он судорожно вцепился своими припухшими от укусов губами в губы Блейна. Наконец, Курт остановился, он хотел большего, он хотел Блейна. Он мягко отстранил руку парня, толкнув его в плечо, чтобы тот лег, и, взяв еще раз лубрикант, выдавил себе на руку содержимое тюбика. Блейн чувствовал, как Курт мягко намазывал холодящее вещество по всей длине, как он придвинулся к нему, как его член был на уровне входа Курта. Он смотрел на Хаммела, как тот, вновь запрокинув свою голову, медленно насаживался на его член. Блейн мягко гладил его по бокам, слегка царапая бледную кожу, он не мог оторвать своего взгляда от шеи Курта, которая покраснела от его поцелуев-укусов. Блейн скользнул рукой по плоскому животу ближе к члену Курта. Он аккуратно обхватил его, вырвав из груди Хаммела еще несколько стонов, пока тот привыкал к нему внутри. Наконец, Курт задвигался, его темп быстро рос. Он нашел взглядом потемневшие глаза Блейна, которые казались практически черными, еще более возбуждающими. Блейн сел, за спиной мягко обхватив Курта одной рукой, другой рукой упираясь в матрац, он целовал ключицы Хаммела, пока тот вцепившись пальцами в плечи Блейна, все быстрее насаживался на его член. Он подмахивал ему бедрами, чтобы войти в него настолько глубоко, насколько было возможно. Ему казалось, что этого мало. Поэтому Блейн, несмотря на боль в ноге, второй рукой подхватил Курта под ягодицами и порывисто перевернул их вместе, не теряя внутреннего контакта. Теперь он был сверху, нависая над парнем. Он яростно вдалбливался в тело под собой, ловя губами его стоны. Ему нравилось глушить их, ощущать чувствительной кожей губ вибрацию звуков, которые издавал Курт. Ноги Курта сомкнулись у Блейна на пояснице, в то время как рука Андерсона быстро двигалась на его члене. Его тело дрожало от предстоящего оргазма, и когда он накрыл его полностью с головой, Курт выгнулся, кончая в руку Блейну и пачкая себе живот. Он рухнул обратно на кровать. Блейн продолжал входить в него, он обхватил его бедра руками, сжимая бледную кожу. Курт помогал ему своими бедрами, двигаясь навстречу. Он видел, как по лбу Блейна текли капли пота. Хаммел провел своей рукой, убирая ненужную влагу с лица любимого. Он почувствовал, как член Блейна напрягся внутри него, и, резко притянув парня к себе, втянул его в глубокий поцелуй, глотая его оргазмический стон. Курт чувствовал, как внутри него разливается горячая жидкость. Вспотевший Блейн лег на него сверху, прижимаясь своей крепкой мокрой грудью. Курт запустил свои руки в его влажные кудри. — Только попробуй пропади куда-нибудь еще раз, — шепнул Блейн куда-то в шею Курта. — Боюсь, мне некуда деваться, — Курт рассмеялся, крепче прижимая брюнета к себе. Его звонкий легкий смех ласкал уши Блейна, и больше не было сомнений, что на свете есть что-то такое, что сможет их разлучить.