Обновление

Лили приоткрыла тяжелые веки и тут же зажмурилась. Солнце, остановившись в зените, ярко пробивалось сквозь легкий тюль занавесок и навязчиво раздражало отвыкшее от света зрение. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, где она находится, но темная фигура, стоящая у окна и снисходительно наклонившая голову набок, подействовала очень отрезвляюще. Соулфул распрямилась и попыталась придать своему виду серьезности, но вышло у неё, судя по всему не очень, потому что Северус поджал губы, превращая своё лицо в каменное изваяние. — Снова спите на рабочем месте? — Сегодня же воскресенье, — возразила она хриплым ото сна голосом. — Это не значит, что вы можете использовать лаборантскую как спальню, для этих целей вам отведена отдельная комната, — сказал Снейп прохладно-наставительным тоном. — Я работала над содержанием завтрашних уроков. Я очень устала и не заметила, как уснула. Северус помолчал, глянул на нее из-под приподнятых бровей, словно бы он разговаривал с пятилетним нашкодившим ребёнком, и резко произнёс: — Если вы ждете похвалы или жалости, то мне придеться вас огорчить: я не способен ни на то, ни на другое. Лили покраснела и едва сдержалась от того, чтобы не сказать ему, что ей от него ничего не надо, и, вообще, пускай он катится к черту со своими черными глазами. Вместо этого, она совершенно не к месту кивнула и, как послушная школьница, принялась собирать бумаги со стола. Северус, несколько удивленный ее покорностью, побледнел, замешкался и, некоторое время проследив за ее маленькими женственными руками, аккуратно раскладывающими пергамент по стопкам, быстро вышел из лаборантской. Уже в своем кабинете он, мысленно проклиная себя и Соулфул, за то, что та коснулась этой чертовой двери, достал пергамент, сделал на нем короткую записку и, произнеся нужное заклинание, заставил её лететь к адресату. Лили спускалась по лестнице в крайне плохом распоряжении духа, голодная и с затёкшей шеей от неудобной позы, в которой она провела целую ночь. — О! Лили Снейп! Как поживаете? — Пошел к черту, Пивз, — едва слышно отозвалась Лили и воровато оглянулась по сторонам: к счастью, учеников на лестнице не было, и никто не мог расслышать его реплики. Полтергейст сделал небольшой оборот вокруг ее головы и, подперев голову кулаком, прилег на невидимую кровать и поплыл за ней следом. — Как забавно, что тебя тоже зовут Лили, — он гадко причмокнул толстыми губами. Лили покосилась на него, но отвечать не стала, она совершенно не понимала, о чем он толкует. Пивз расхохотался и вдруг вынырнул вперед, преградив ей дорогу, а затем скрипучим, замогильным голосом произнёс: — Будь осторожна: прошлая Лили умерла. Соулфул оторопело сморгнула, пытаясь прогнать его навязчивый образ из головы, но ничего не вышло: Пивз всё ещё висел перед ней и гадко улыбался, растянув свои толстые губы до невероятных размеров. Она достала палочку из глубокого кармана мантии и наставила ее прямо на существо: — О чем ты говоришь?! Прежде, чем она успела что-либо сообразить, Пивз взметнул вверх и скрылся в ряде лестниц, уводящих на верхние ярусы замка. — Лили! Ты чего на завтраке не была? — Хагрид вышел словно из ниоткуда, и шокированная Лили резко наставила на него палочку. — Эй! Ты чего? Она облегченно выдохнула и согнулась пополам, стопка пергамента, плывущая за ней, опасно накренилась вбок, но все же удержалась в воздухе. Рубеус замер в нескольких шагах от неё и оглянулся по сторонам: — Испугалась, что ли кого? — Просто переутомилась, — Лили выдавила из себя полуулыбку, пряча палочку за пазухой. — Я вот… искал тебя. Лесничий подошел чуть ближе, и Лили в одно мгновение ощутила чесночный запах, резко врывающийся в нос. Рубеус запустил руку в карман и выудил из него письмо со знакомой ей печатью. — Пришло за завтраком, взял на себя смелость… Э-э-э… доставить, — он почесал затылок и несколько неловко вручил бумагу ей в руки. — Подумал, что срочное, а тебя нет. Вот и взял, ты уж не обижайся, я на печать не смотрел и не знаю, что она мракоб… в общем, ничего не понял и не знаю, — кожа под его бородой в одно мгновение побагровела. — Ну, конечно, — Лили усмехнулась. — Это от брата. Ничего сверхсекретного. Она сломала крепкую печать и развернула хрустящий, пожелтевший пергамент: «Мне наконец-то дали выходной. Встретимся в Хогсмиде? Буду ждать возле нашего места, в семь часов. Только попробуй не явиться. Дэйв». Лили поблагодарила Хагрида за принесённое письмо, и направилась в преподавательскую башню, чтобы привести себя в порядок и хоть что-нибудь поесть: со вчерашнего обеда во рту у нее не было ни крошки. К тому же, выглядела она не слишком хорошо: под глазами синюшным цветом расплылись темные круги, кожа побледнела, а волосы, обычно прямые и гладкие, сбились комьями на затылке и стали походить на гнездо диких пикси. Она завернула за угол и увидела двух людей, стоящих рядом и о чем-то беседующих. Это были Снейп и Дамблдор. Не желая еще раз попадаться на глаза зельевару, Лили остановилась, укрывшись за плотным гобеленом, и раздраженно подумала о том, что постоянно сталкиваться со Снейпом – ее личное проклятие. Особенно после того, что случилось всего несколько дней назад. Зельевару, похоже, было плевать, ведь он нашел еще один способ для того, чтобы доставить девушке неудобство в общении с ним (Лили уже стала задаваться вопросом, не ставит ли он это своей самоцелью). Единственное, что Лили заметила на себе всего раз или два – рассеянный и задумчивый взгляд, а не строгий и холодный, каким он обычно награждал своих учеников. — Северус, ваши волнения не беспочвенны, но я склонен думать, что вы преувеличиваете, — Лили закусила губу, осторожно оглядываясь на мужчин. — В Хогсмиде мужчину разорвали на части, — сказал Снейп спокойным будничным тоном. — Вам решать, насколько это серьезно. — Он совершал ночные прогулки в Запретном лесу. Это крайне неосмотрительно даже без наличия в нем вампиров, — Дамблдор тяжело вздохнул, и Лили показалось, что его рука, заведённая за спину, сделала жест, очень похожий на те, которыми приветствуют старых знакомых. — Но отрицать того, что популяция вампиров резко выросла, я не могу. — Это работа пожирателей смерти, — сердце Лили сжалось от холода, она едва ли удержалась от того, чтобы не выскочить из своего укрытия и не засыпать их обоих вопросами. — Вчера я видел в лесу Гойла старшего. Дамблдор помолчал и через несколько мгновений тихо, но Лили это расслышала, произнес: — Вы пожали друг другу руки? Та часть лица, которая была видна Лили, побледнела. Северус кивнул. Соулфул сделала заметное усилие, чтобы удержать стопку бумаг в воздухе. В голове у нее творился настоящий хаос. А вопросы, которые она была не вправе озвучить, стрелами врезались в череп и разлетались вдребезги. — Не мешайте им, вы знаете, насколько ваше положение шатко. Собеседники коротко кивнули друг другу, и Лили поняла, что сейчас Снейп направиться в ее сторону. С его собачьим чутьем у нее даже в мантии-невидимке шансов немного, а просто укрывшись гобеленом, от него точно не спрячешься. На висках у нее выступили бисеринки пота. — Северус. Загляните в мой кабинет на секунду, — раздался голос директора, когда Снейп сделал первые шаги в ее направлении. — Я хочу вам кое-что отдать. К ее облегчению, шаги Снейпа замерли, словно бы он на секунду засомневался, а затем они вдвоем с Дамблдором зашагали совершенно в другом направлении. Лили оперлась спиной в стенку и прикрыла глаза, чувствуя себя совершенно обессиленной. Перед первым рабочим днем в качестве учителя она была совершенно не форме, и не знала, как теперь вести себя со Снейпом. Она не должна была подслушивать и прятаться, но теперь, после того, что она слышала, Соулфул чувствовала, что просто обязана узнать подробности. Если речь шла о приспешниках Волан-де-морта, о случившемся обязательно нужно сообщить в министерство. Посомневавшись несколько секунд, Лили всё-таки вошла в гостиную преподавателей с твердым намерением поговорить с Дамблдором, ведь в том, что он ее заметил, у нее не было никаких сомнений.