Веселая Семейка

Прошло несколько недель. Жизнь в Малфой-Меноре потихоньку вставала на новые рельсы. Пожиратели, посланные шпионить, за Орденом вернулись в полном восторге. — Повелитель, мы такое видали! Такое! — взахлеб рассказывал Эйвери. — Орденцы все у дома Поттеров собрались — две недели там всем Орденом топчутся, никак в толк не возьмут куда Избранный пропал! Думают, он просто так испарился — все цветы затоптали, чуть ли не с лупами каждый метр вокруг излазили! А тут еще у Избранного родственники нарисовались — вообще чума! Особенно тетушка. Даром, что в колдовстве полный ноль — и дом спрятанный отыскала, и мужа туда привела. Муженек, что надо — ростом метра два, а в ширину и того больше, и, вот, они вдвоем явились, и давай Дамблдору мозги вправлять — куда, мол, племянника подевали?! Подавайте его сюда немедленно, гады-сволочи-аферисты! Отец у него идиот, мать дурища, дайте хоть из малого человека воспитать! Весь Орден у них по струночке стоял. У Дамблдора от волнения борода сама собой в косички заплелась. Еле старик от нее отделался. Так и так, говорит, мы, мол, сами не в курсе, это все Волдеморт виноват, а не мы, честное орденское! — Что, прямо так и сказал? — удивился Лорд. — Ну почти, — кивнул Долохов. — Мы аж испугались, вдруг эти у нас Избранного заберут? Еще сюда придут скандалить, с них станется. Может, надо было их убить сразу, а, Повелитель? — И не вздумайте! Да таким магглам цены нет — самому Дамблдору кренделей надавали, храни их Мерлин! Это еще надо уметь. Я их за это последними уничтожу. И, довольный, как слон, Волдеморт пошел вершить свои темные, никому не ведомые дела и заодно пить чай вприкуску с баранками. А для Нагайны настало хлопотное время. Избранный рос и наглел не по дням, а по часам (так, по крайней мере, утверждал Снейп), и смотреть за ним приходилось в оба. Это утомило бы кого угодно, так что даже анаконде приходилось несладко. Плюс ко всему, как и предсказывал мудрый Люциус, знакомство с "розеткой" не прошло для Гарри бесследно. Неизвестно почему, но деятельная энергия Лорда подействовала на мальчика неожиданным образом. Вместо того, чтобы отнять у неокрепшего организма все силы, она, наоборот, послужила дополнительным "моторчиком", а, так как Гарри и без того не отличался усидчивостью, эффект получился прямо-таки сногсшибательный. Ребенок сутками напролет носился по комнатам, на собственном примере демонстрируя модель Броуновского движения. В итоге змее приходилось по десять раз на дню выковыривать из самых неожиданных уголков дома: мальчик мог обнаружиться где угодно — от старого котла из-под зелий до антресолей в шкафу, что, конечно, не добавило ей оптимизма. Злая и похудевшая, Нагайна целыми днями гонялась за своим воспитанником, попутно срывая злость на Лордовых слугах, не успевших заблаговременно исчезнуть с ее пути. — Лентяи, олухи оголтелые! Совсем совести нет! — орала она всякий раз, встретив кого-нибудь в коридоре, пока однажды ей не наткнулась на Фенрира. — Слушай, мамаша, шла бы ты лучше спать, — оскалился Сивый в ответ на очередной негодующий вопль, — хватит тут командовать, забодала уже, чес-слово! — Вот именно, — горячо поддержали остальные, — без тебя разберемся, не маленькие. Нагайна опешила. — Да вы... я... А Гарри как же? Ну ладно, несите его сюда, будем укладываться. — Нет уж, так не пойдет, — сказали они. — Мелкий тебе нормально поспать не даст, он же пинается, как сороконожка. И, вообще, он только что встал. Иди уже, мы и сами с ним справимся. — Но... — Никаких "но", — отрезал Снейп. — Где там мои быстроходные валенки? Притащив безразмерные скороходы, он чуть ли не силой запихнул в них змею. — Так-то лучше. Ну что, колыбельную тебе спеть, или так отрубишься? — Делайте, что хотите, я сейчас усну, даже если на мне белье развешивать будут, — сонно проворчала Нагайна и тут же засопела в обе дырочки. — Победа! — шепотом сказали все, и, бережно поставив валенок в шкаф, вышли из комнаты. — Кто сегодня с Поттером мается? — спросил Руквуд, первым зайдя в общий зал, где Избранный как раз разрисовывал обои. — Я займусь, — мрачно ответил Люциус, отбирая у карапуза фломастер. — Пойдем, Гарри, на птичек смотреть. Подхватив ребенка на руки, Малфой вышел на улицу и взмыл в небо. Мальчик испуганно захныкал. — Что, страшно? — зло усмехнулся Пожиратель. — Тоже мне, сын Мародера! Сохатый еще, небось, и младше тебя был, когда в первый раз на метлу сел. Лучше всех в Хогвартсе летал — залюбуешься, да и только. А ты что? Погоди, тебя Лорд и не так еще научит. Будешь сам летать, без ничего. Люциус на секунду выпустил малыша из рук, рассчитывая подхватить его на лету, но просчитался. Избранный камнем полетел вниз. У самой земли его подхватил Сивый, успевший вовремя сообразить, что к чему, и сотворить амортизирующее заклятие. — Люц, ты совсем больной али как? — хмуро посмотрел он на позеленевшего Малфоя. — Чего ребенками кидаешься? Ребенки, они тоже люди, жить хочут еще. — Да, везет тебе, Поттер, на воспитателей, — сказал Долохов, невозмутимо попивая свой чай в сторонке. — Слушайте, раз уж он все равно уже шандарахнулся, может, с ним, того, в квиддич сыграть? — Идея неплохая, — почесал затылок Сивый. — А что? Наложим побольше страховочных, и пусть летает. Все равно когда-нибудь придется его учить. — Не выйдет, — покачал головой подоспевший Яксли. — Его пока разве что в качестве квоффла можно использовать. — А хотя бы и так! — загорелся Эйвери. — Только вот бладжеры придется убрать — зашибут еще, не приведи Мерлин. Нам развлечение, ему тренировка вестибулярного аппарата. Айда за метлами, чур, я вратарь. Сначала предложение было принято без особого энтузиазма, но потом те, кто был членами школьной сборной, решили тряхнуть стариной, а за ними и остальные подтянулись посмотреть на игру. В итоге даже те, кто квиддич не выносил на дух, в конце концов оказались на зрительских местах, прочие же разделились на две любительские команды. Вспомнив не один десяток амортизирующих заклинаний, Пожиратели подстраховали газон перед домом, принесли снитч и поднялись в воздух. — Итак, начинаем матч, — прокомментировала Алекто. — Кирпичи против Чайников! Счет ноль-ноль, я сужу. Играем до десяти голов. Поехали! На этот раз Гарри не успел даже сообразить, что случилось. Оказавшись над полем, он был тут же подхвачен за шиворот МакНейром, который тут же швырнул его Лейстренджу. Рудольфус, в свою очередь, передал живой квоффл Антонину, тот изловчился и, выписав в воздухе лихую дугу, отправил Поттера на другой конец поля. Пожиратели перекидывали мальчика друг другу с такой быстротой, что ему оставалось только внутренне замирать от восторга, поскольку бояться быстро наскучило. Следующие часа два пролетели для Гарри незаметно. Ребенок заворожено следил, как небо над головой раскачивается, то опрокидываясь на него всей своей голубой ширью, то вдруг оказываясь где-то сбоку, или закручивается штопором и меняется местами с маленькой-маленькой землей где-то внизу. Мало-помалу все вокруг слилось в одну сплошную разноцветную полосу, глаза начали слипаться, и… — Акцио снитч! — раздался над полем голос Снейпа. — Это нечестно! Жульничество! — заорали на него МакНейр и Сивый, игравшие на стороне Кирпичей. — Нечестно-нечестно, — передразнил предприимчивый ловец Чайников, — у вас вон, мячик уже заснул, какие тут правила? Сунув Снитч в карман, Северус подхватил сонного Поттеренка и спустился на газон. Остальные последовали его примеру. — Нагайне ни слова, — на всякий случай предупредил Рудольфус. — Что ты, мы жить еще хотим. — Даже мечтайте! — прошипела как из-под земли выросшая змея. — Нет, ну что за люди? Все-таки нельзя мне столько спать, а то вас упустишь из виду, так вы все ног на голову перевернете. — Нагайна?! — Я все видела. Знатно играете, кстати. Молодец, Сивый. Дурень, конечно, но молодец. Надо бы вам почаще так Змееныша тренировать, ему в жизни это пригодится. — Надо же, спит без задних ног, и не ворочается, — подивилась она, переложив мальчика на тахту. — Хорошо! В кои-то веки вечер свободен. Займусь-ка я пока что уборкой, а то мы так скоро совсем грязью зарастем. Взяв в зубы тряпку, она решительно потребовала у Люциуса стремянку и принялась было отмывать окна в особняке, но тут в зале с громким хлопком транссгрессии появился Лорд. От неожиданности змея не удержалась на своей верхотуре и сверзилась прямо Повелителю на руки. — Как ты вовремя, Томми, — ласково сказала она. Лорд покосился на упавшую стремянку. — Так, я не понял, это что за эквилибристика? Нагайна, ты, что, решила еще и за эльфов работу сделать? Где эти лопоухие гады? — Очнулся! Да эльфы все сбежали давно. Ты в каком времени живешь, марсианин? — Разве? Что ж ты раньше-то молчала? Ну и дела. Ладно, без них обойдемся. Эй, Люциус! Белла! Рудольфус, кто там еще? Ну-ка быстро все швабры в руки и бегом за уборку! А вот ты, моя длиннохвостая, отдыхай. И чтоб я тебя больше с тряпкой не видел! И с Избранным тебе вовсе незачем одной возится. Я, правда, им позже займусь, когда подрастет. Про крестражи расскажу и легиллименции учить буду, да мало ли еще что? А сопли вытирать ему и Пожиратели могут. С завтрашнего дня я им расписание составлю, они по очереди тебе будут помогать. А пока иди-ка поспи. — Да что ж за день то такой сегодня? — думала Нагайна, снова сворачиваясь в своем валенке. — Ничего ровным счетом не делай, знай себе спи. Ладно, будем считать, это был мой день рождения, — улыбнулась она и опять провалилась в сон.